Лев Николаевич
Толстой

О значении христианской религии
(1875—1876 гг.)

Государственное издательство

«Художественная литература»

Москва — 1936

Электронное издание осуществлено

компаниями ABBYY и WEXLER

в рамках краудсорсингового проекта

«Весь Толстой в один клик»

Организаторы проекта:

Государственный музей Л. Н. Толстого

Музей-усадьба «Ясная Поляна»

Компания ABBYY

Подготовлено на основе электронной копии 17-го тома

Полного собрания сочинений Л. Н. Толстого, предоставленной
Российской государственной библиотекой

Электронное издание

90-томного собрания сочинений Л. Н. Толстого

доступно на портале

www.tolstoy.ru

Предисловие и редакционные пояснения к 17-му тому

Полного собрания сочинений Л. Н. Толстого можно прочитать

в настоящем издании

Если Вы нашли ошибку, пожалуйста, напишите нам

report@tolstoy.ru

Предисловие к электронному изданию

Настоящее издание представляет собой электронную версию 90-томного собрания сочинений Льва Николаевича Толстого, вышедшего в свет в 1928—1958 гг. Это уникальное академическое издание, самое полное собрание наследия Л. Н. Толстого, давно стало библиографической редкостью. В 2006 году музей-усадьба «Ясная Поляна» в сотрудничестве с Российской государственной библиотекой и при поддержке фонда Э. Меллона и координации Британского совета осуществили сканирование всех 90 томов издания. Однако для того чтобы пользоваться всеми преимуществами электронной версии (чтение на современных устройствах, возможность работы с текстом), предстояло еще распознать более 46 000 страниц. Для этого Государственный музей Л. Н. Толстого, музей-усадьба «Ясная Поляна» вместе с партнером – компанией ABBYY, открыли проект «Весь Толстой в один клик». На сайте readingtolstoy.ru к проекту присоединились более трех тысяч волонтеров, которые с помощью программы ABBYY FineReader распознавали текст и исправляли ошибки. Буквально за десять дней прошел первый этап сверки, еще за два месяца – второй. После третьего этапа корректуры тома и отдельные произведения публикуются в электронном виде на сайте tolstoy.ru.

В издании сохраняется орфография и пунктуация печатной версии 90-томного собрания сочинений Л. Н. Толстого.

Руководитель проекта «Весь Толстой в один клик»

Фекла Толстая

Перепечатка разрешается безвозмездно.
————
Reproduction libre pour tous les pays.

Л. Н. ТОЛСТОЙ
1880 г.

Размер подлинника

НЕОПУБЛИКОВАННОЕ, НЕОТДЕЛАННОЕ И НЕОКОНЧЕННОЕ

* [О ЗНАЧЕНИИ ХРИСТИАНСКОЙ РЕЛИГИИ.]

(1875—1876)

3.

Разсматривая значеніе Христіанскихъ религій <только въ> обществѣ мнѣ извѣстномъ, т. е. въ[1] европейскомъ <и преимущественно> русскомъ, я пришелъ къ заключению,[2] къ которому вѣроятно пришли и всѣ мыслящіе люди, что мы уже давно не Христіане. Стоитъ трезво взглянуть на значеніе религіи въ нашемъ и Европ[ейскомъ] обще[ствѣ], чтобы не сомнѣваясь придти къ отрицательному отвѣту.[3] Значеніе религіи въ наше время представляется невольно подобнымъ перегнившей или перержавленной связи, которая когда то была главной силой сплоченія обществъ. Многія изъ связанныхъ когда [то] религіей предметовъ держутся еще вмѣстѣ и видны еще слѣды связи, но связи уже нѣтъ. И при каждомъ движеніи видно что то, [что] прежде было сплочено, ничѣмъ уже не сдерживается и свободно распадается.

[4]Взглянемъ ли на государственное право, на власть. Обладатель власти былъ помазанникъ Божій и это былъ главный и единственный titre его для власти. Въ наше время никто не можетъ вѣрить въ это, и Наполеонъ III для упроченія своей власти ищетъ уже не помазанія, a suffrage universel.[5] Очевидно, религіозная связь уже не имѣетъ силы, какую она имѣла для его дяди, и практическій человѣкъ, не мудруя, а прямо для достиженія своей цѣли избираетъ другую связь, не имѣющую ничего общаго съ религіей. —

Присяга на вѣрность точно также употребительна только въ Россіи, и каждый чувствуетъ,[6] что она есть пустая формальность, ни къ чему не обязывающая и никого не стѣсняющая. Присяги въ судахъ, употребительныя еще, безпрестанным очевидно сознательнымъ клятвопреступленіемъ, только очевиднѣе доказываютъ то, что религіозная связь, прежде дававшаяся присягой, теперь уже не имѣетъ никакой силы. Терпимость религіозная, относимая къ Евреямъ столь восхваляемая, есть въ сущности только очевиднѣйшее доказательство отсутствія религіи въ обществѣ и государствѣ. Религіозное государство, наказующее за кощунство и поношеніе вѣры, не можетъ допускать еврейское исповѣданіе, кот[орое] по самому существу своему есть отрицаніе христіанскаго вѣрованія, признаніе сына Божія обманщикомъ.

Борьба сторонниковъ религіи съ своими противниками есть еще доказательство отсутствія религіи въ обществѣ; ибо по самому свойству своему религія и ея служители не могутъ снизойти до борьбы съ гражданской властью. —

Въ семейномъ отношеніи отсутствіе религіи очевиднѣе всего выражается въ главномъ семейномъ актѣ — бракѣ, связь кот[ораго] была только религіозная. Въ наше время уже не говоря о томъ, что большинство людей того круга образованія, про который я говорю, совокупляются помимо религіознаго обряда, находя связь накладываемую религіей не стѣснительной, но только излишней, большинство Европейскихъ, т. наз. Христіанъ, въ виду практическихъ цѣлей, для того чтобы замѣнить прежн[ю]ю распадшуюся религіозную связь, пришли къ необходимости гражд[анскихъ] браковъ. И сама религія, спускаясь до требованій массъ, стала разрѣшать разводы, т. е. сама [стала] разрушать остатки своей связи, скорѣе развязывать и такъ слабое, чтобы оно не было разорвано. —

Болѣе же всего замѣтно отсутствіе религіи тамъ, гдѣ она прежде руководила всѣмъ и занимала первое мѣсто, — въ воспитанiи. Естественно, что отцы и вообще старшіе, воспитывая молодое поколѣніе, любя его, старались прежде всего, главнѣе всего, передать ему не собраніе свѣденій о мірѣ, пріобрѣтенныхъ человѣчествомъ, не изысканія о природѣ, не собранiе практически полезныхъ знаній, но то что единое на потребу — объясненіе смысла о значеніи жизни и смерти. Это объясненіе давала религія и потому религія занимала и теперь занимаетъ въ массѣ необразованныхъ, но обладаю[щихъ] любовью къ дѣтямъ и вѣрнымъ инстинктомъ любви, первое и главное мѣсто.

Мѣсто это теперь осталось пустымъ, вакантнымъ, и мы видимъ тѣ озабоченные, сложные, безсодержательные и, главное, безопорные споры о томъ, чтò должно быть главнымъ предметомъ преподаванія и цѣлью воспитанія.

Одни, наблюдая тѣ практическіе результаты, кот[орые] дало изученіе древни[хъ] послѣ возстановленія наукъ и искуст[въ], требуютъ классическаго воспитанія; другія, замѣтивъ особенно развитіе въ послѣднее время естественныхъ наукъ, требуютъ, чтобы эти науки поставлены были на главное мѣсто; 3-и требуютъ, чтобы мѣсто это заняли практическія знанія; 4-е, слабо и безъ вѣры въ собственныя слова, говорятъ, что религія (та самая, въ которую они сами не вѣрятъ) должна служить какъ и прежде краеугольнымъ камнемъ воспитанія.

Но ни тѣ, ни другіе не могутъ быть правы. И тѣ, и другіе говорятъ только о томъ, чѣмъ съ наибольшей кажущейся имъ по тому углу, подъ которымъ они смотрятъ, пользой употребить досугъ возраста ученія, но никто не говоритъ о томъ, что должно замѣнить то единое на потребу, ту религію, которая не можетъ не быть <единственнымъ,> кореннымъ, главнымъ предметомъ обученія. И тѣ, [и] другіе, и 3-и, и 4-е подобны людямъ, которые бы, не имѣя никакой пищи, придумывали бы средства, какъ наполнить желудокъ голоднаго[7] животнаго. Ни классицизмъ, оказавшійся когда-то хорошей приправой кушанья, ни реализмъ, весьма полезный какъ посуда для кушанья, ни религія безъ вѣры, к[оторые] суть только объѣдки когда-то хорошей пищи, не дадутъ питанья голодному животному.

У Магометанъ есть вѣра и есть твердая система образованія, хотя и стоящая на самой низкой степени.[8] Но у Христіанъ въ настоящее время нѣтъ системы образованія, и это происходитъ отъ того, что нѣтъ религіи.

О различномъ отношеніи къ религіи
людей образ[ованнаго] сословія.

4.

<И такъ не въ силахъ будучи принять по внутреннимъ причинамъ даваемыхъ религіей объясненій вопроса [?] жизни и смерти, я, наблюдая окружающихъ меня людей, нашелъ, что все большинство образ[ованныхъ] и мыслящихъ людей точно также какъ и я не принимаютъ объясненій религіи, не вѣрятъ въ нее; но различно относятся къ ней и къ тѣмъ оставленнымъ ею неразрѣшеннымъ вопросамъ.>

Посмотримъ вокругъ себя на частныхъ людей, мущинъ и женщинъ. Я живу въ той средѣ образованія, въ которой болѣе чѣмъ въ другихъ удержались религіозныя вѣрованія; но я откровенно спрашивалъ у своихъ близкихъ и не близкихъ знакомыхъ о ихъ вѣрованіяхъ и всегда, за рѣдкимъ исключеніе[мъ] на 100, получалъ отвѣтъ: Христіанство — намъ не нужно, мы не вѣримъ.

Наблюдая людей я нашелъ три различные рода отношенія къ религіознымъ вопросамъ. Одни, прійдя къ невозможности вѣры, но не найдя ничего замѣняющаго eгo и, находя порядокъ пока существуетъ религія для себя выгоднымъ, стараются притвориться вѣрующи[ми] и увѣрить другихъ. Другіе откинули вѣру и, не встрѣтившись еще съ вопрос[ами] жизни и смерти, считаютъ религію излишнею. Эти люди необдуманны, но правдивы, тогда [какъ] первые обдуманны и коварны.[9] Третьи, очень малое число, откинувъ религію, пришли къ неразрѣшимымъ вопросамъ и пытаются мыслью разрѣшить ихъ.[10]

<О значеніи религіи жизни и
религiи смерти.>

5.

<Для того чтобы ясно опредѣлить характеръ этихъ отношеній [человѣка] къ религіи, необходимо уяснить вполнѣ и во всей общности его понятіе религіи, не только той, кот[орая] готовитъ къ смерти, но и той,[11] кот[орая] также необходима для нравственной жизни, какъ воздухъ для[12] физической жизни.>

Женщины или не вѣрютъ или держутся однаго обряда — причастія и блиновъ на масленницѣ, обѣдни и красныхъ яицъ. Мало того, въ правительствѣ, въ обществѣ чувствуется, что потеряна всякая держава относительно религіи. Запрещаются статьи о смерти Павла въ Revue des deux Mondes и рядомъ статьи Revil[le] и Renan, спокойно, безъ желчи и популярно излагающія[13] изысканіе о томъ, что Іосифъ есть былина, Псалтырь — пѣсенникъ позднѣйш[аго] составленія и т. д.

Хотѣли облагородить Священство, а никто нейдетъ ужъ въ попы. Въ Европѣ, въ республикахъ Фр[анцузской] и Шв[ейцарской] разрѣшена всякая проповѣдь, только не Христ[iанская]. Да, благо будетъ тѣмъ, которые не видятъ этаго и надѣются воскресить Христ[iанство]. —

Я не спорю и не буду спорить съ ними.

————

Комментарии В. Ф. Саводника

В комментариях приняты следующие условные сокращения:

АТБ — Архив Толстого во Всесоюзной Библиотеке имени В. И. Ленина (Москва);

АЧ — Архив В. Г. Черткова (Москва);

Б, II — П. И. Бирюков, «Лев Николаевич Толстой. Биография», т. II, изд. «Посредник». М. 1908;

ГЛМ — Государственный литературный музей (Москва);

ГМ — «Голос минувшего»;

ГТМ — Государственный Толстовский музей (Москва);

ИВ — «Исторический вестник»;

ИРЛИ — «Институт русской литературы» (В собрание ИРЛИ входят собрания: б. Пушкинского дома, Ленинградского Толстовского музея и б. Рукописного отделения Библиотеки Академии наук СССР. (Ленинград);

КА — «Красный Архив»;

ПС — Толстовский музей. Том II. «Переписка Л. Н. Толстого с H. Н. Страховым 1870—1894» изд. Общества Толстовского музея. Спб. 1914;

ПТ — Толстовский музей. Том I. «Переписка Л. Н. Толстого с гр. А. А. Толстой 1857—1903», изд. Общества Толстовского музея. Спб. 1911;

ПТС, 1; ПТС, 2 — Письма Л. И. Толстого, собранные и редактированные П. А. Сергеенко, изд. «Книга» 1 — М. 1910, 2 — М. 1911;

ПТСО — «Новый сборник писем Л. Н. Толстого, собранных П. А. Сергеенко», под редакцией А. Е. Грузинского, изд. «Окто». М. 1912;

РА — «Русский архив»;

PB — «Русский вестник»;

PC — «Русская старина»;

ТС —„Лев Толстой и В. В. Стасов. Переписка 1878—1906, изд. «Прибой»“. Лгр. 1929.

[О ЗНАЧЕНИИ ХРИСТИАНСКОЙ РЕЛИГИИ.]

От вопросов, входящих в область философии, Толстой постепенно перешел к интересам, относящимся к области религиозных проблем. В письме к гр. А. А. Толстой от февраля 1877 г. он писал между прочим: «... для меня вопрос религии такой же вопрос как для утопающего вопрос о том, за чтò ему ухватиться, чтобы спастись от неминуемой гибели, которую он чувствует всем существом своим. И религия уже года два для меня представляется этой возможностью спасения».[14] Таким образом сам Толстой относил возникновение в нем усиленного интереса к религиозным вопросам к середине 1875 года. Эти же вопросы в ближайшие годы всё чаще появляются в его переписке со Страховым и Фетом. Отвечая на письмо Фета от 14 апреля 1877 г., Толстой пишет ему: «Вы не поверите, как меня радует то, что вы приписываете в предпоследнем, как вы говорите, [письме], «о сущности божества». Я во всем согласен и многое хотел бы сказать, но в письме нельзя и некогда. Вы первый раз говорите мне о божестве, — Боге. А я давно уже не перестаю думать об этой главной задаче. И не говорите, что нельзя думать. Не только можно, но и должно. Во все века лучшие, т. е. настоящие люди думают об этом. И если мы не можем так же как они думать об этом, то мы обязаны найти — как».[15] К Страхову же Толстой в эти годы нередко обращается с просьбой о книгах, относящихся к религиозным вопросам.

Сохранилось несколько отрывков, относящихся к периоду религиозных исканий Толстого, 1875—1879 гг. Первый отрывок не имеет заглавия и мы условно обозначаем его согласно содержанию: «О значении христианской религии» Отрывок этот, автограф Толстого, занимает два полулиста писчей бумаги, сложенных в четвертку (всего 4 лл.); бумага сероватая с клеймом фабрики Говарда. Листы с боков смяты и местами оборваны, хотя текст не пострадал. С правой стороны оставлены небольшие поля (в 1/4 страницы). Текст написан рыжеватыми чернилами, крупным размашистым почерком, с помарками и изменениями, вписанными поверх зачеркнутых строк более мелким почерком и другими чернилами; более крупные изменения и дополнения внесены на полях, против соответствующих мест текста. Сохранившийся отрывок заключает в себе три главы, отмеченные цыфрами: 3, 4 и 5; две первые главы, повидимому, утеряны.

Начало: «3. Разсматривая значеніе христіянск[ой] религіи...»; конец текста: «... и не буду спорить съ ними».

Отрывок довольно точно датируется, благодаря записи, сделанной Толстым на обороте 4-го листа: «Спиритизмъ, Медіумизмъ. Октябрь 1875. Рус[кія] В[ѣдомости]». Слова эти кругом обведены чернилами. К тому же отрывку относятся и две заметки Толстого, представляющие собой наброски, сделанные им наспех, для памяти. Первая заметка относится к вопросу о методах мышления, который в это время особенно занимал Толстого. В своей переписке со Страховым он нередко обращался к этому вопросу, выступая против чрезмерного увлечения индуктивным методом.

Наблюденіе, опытъ, факты, индуктивн[ый] методъ, —

Индуктивный, дедуктивный — только слова относительно сущности мышленія. Это различіе и противуположеніе имѣетъ смыслъ только относительно подробностей (пути) діалектики мышленія, но не относительно сущности мысли. Т. е. я могу доказывать или высказывать что нибудь индуктивно или дедуктивно, но мысль приходитъ мнѣ, появляется ни индуктивно, ни дедуктивно. И потому производить мысль индуктивно нельзя. Для того чтобы дѣлать опыты, надо имѣть уже цѣлъ опытовъ, для того чтобы видѣть факты, надо видѣть то, что они доказываюсь. Такія явленія какъ медіумизмъ только доказывают бѣдность ума людей, утверждающихъ мед[іумовъ.] Цѣль имѣющаяся при опытахъ медіумизма есть мысль. И мысль эта есть суевѣріе — т. е. отсутствіе разумнаго міросозерданія.

Упоминание о спиритизме и медиумизме свидетельствует о знакомстве Толстого с этими явлениями. Еще в 1857 году, в Париже, он присутствовал при одном медиумическом сеансе известного в то время американского медиума Дугласа Юма, о чем он упоминает в записи Дневника от 16 марта: «Hume и сделал и не сделал. Надо попробовать самому». В 1858 г. Юм приехал в Петербург, где он имел большой успех в придворном и великосветском кругу (А. Ф. Тютчева, «При дворе двух императоров», стр. 147—149, 186—188 и др.). В середине 70-х годов в аристократических салонах Петербурга выступал и другой медиум — француз Бредиф, о котором упоминает Тургенев в одном письме к Полонскому («Первое собрание писем И. С. Тургенева», стр. 259). Толстой, повидимому, совершенно отрицательно относился к этому увлечению высших кругов русского общества, и это отношение ясно выразилось в тонком юморе, которым проникнуто изображение медиумического сеанса в салоне графини Лидии Ивановны («Анна Каренина», часть 7-я, гл. XX—XXI).

Однако спиритизм и медиумизм вызвали в русской печати 70-х годов довольно оживленную полемику, причем в защиту их выступили два русских ученых: химик А. М. Бутлеров и зоолог Н. П. Вагнер; но большинство русских журналов высказывались против этого увлечения. В «Русских ведомостях» (1875 г., 9 ноября)[16] напечатана была рецензия на статью проф. Вагнера: «По поводу спиритизма» («Вестник Европы», 1875, 4), в которой описываются медиумические явления Кэтти Кинг в Лондоне и братьев Эдди в Гиттендене в штате Нью-Йорк; рецензент «Русских ведомостей» резко выступал против статьи проф. Вагнера и заключил свою заметку словами: «До какой степени у людей еще сильна склонность к суеверию и мистицизму, даже в самых диких их проявлениях!» Страхов писал 25 декабря 1875 г. Толстому: «Я приготовился и хочу писать о спиритизме... Я предполагаю, что спиритизм основан на нашем стремлении к иррациональному, что ищет он его не там, где следует».[17] Толстой отвечал Страхову в письме от 2 января 1876 г.: «Я был поражен новым доказательством нашего умственного родства. Вы пишете о спиритизме, я чуть было не написал о нем. Статья моя вся готова. Меня статьи в Ру[сских] В[едомостях] страшно волновали». Впрочем, эта статья о спиритизме, о которой в этом письме к Страхову сообщает Толстой, среди его архивных материалов не сохранилась.

Во второй заметке Толстой выступает против некоторых взглядов Спенсера и Дарвина, которые он нашел в одной статье французского журнала «Revue des deux Mondes».

Revue d[es] 2 M[ondes], 1875, 1 Novembre.

Spencer, Darwin и т. п. требуютъ убійства слабых, запрещенія браковъ, потому что прогрессъ человѣческ[ій] замедляется. Это несомнѣнно для тѣхъ, кот[орые] не видятъ цѣли челов[ѣческой] жизни внѣ земной жизни. Но это противно любви, основному чувству челов[ѣческой] природы, и этимъ самымъ доказываетъ, что цѣль жизни не можетъ лежать въ одной земной жизни.

Журнал «Revue des deux Mondes» в течение многих лет получался в Ясной поляне. В указанном в заметке Толстого номере этого журнала была напечатана статья французского философа Каро: «Демократия и мораль будущего». (М. Саго. La démocratie devant la morale de l’avenir.)

Рукопись хранится в ГТМ (AЧ).

Отрывок печатается впервые.

————

Иллюстрации

Фототипия с фотографического портрета Толстого 1880—1881 гг. (фотография Везенберг и К° в С.-Петербурге) между XII и 1 стр.

ПРЕДИСЛОВИЕ К СЕМНАДЦАТОМУ ТОМУ.

В настоящий том включены писания, относящиеся почти исключительно к 1870-ым годам. Центральное место среди них занимают многочисленные «начала» ненаписанных романов из эпохи конца XVII — начала XIX вв. и «начала» тоже ненаписанного романа «Декабристы».

Первая группа «начал» в свою очередь распадается на два цикла: на «начала» романа времен Петра I и «начала» романа «Сто лет». Первый цикл включает двадцать пять вариантов, из которых до настоящего времени опубликовано лишь три варианта. Восемь вариантов «Ста лет» в печати вовсе неизвестны и опубликовываются впервые. Два других исторических романа, писавшихся в конце 1870-ых годов, «Кн. Федор Щетинин» и «Труждающиеся и обремененные» оставались невыявленными в прессе даже по названиям. В настоящем томе содержатся пять вариантов первого и четыре второго романа. Также впервые появляются в печати подготовительные материалы к романам эпохи конца XVII — начала XIX вв. в виде разнообразных выписок Толстого из исторических книг, им изучавшихся («Бумаги Петра»), и текста пятидесяти девяти отдельных листков-карточек со справками исторического характера.

Тексты романа «Декабристы» представляют собою, во-первых, опубликованные Толстым три главы романа, написанные осенью 1863 г., во-вторых, четыре «плана» и ряд «начал», дающих семнадцать вариантов, из которых десять печатаются впервые. Впервые печатаются и подготовительные к роману записи Толстого в записных книжках и на отдельных листах и пометы его на копии списка декабристов.

Кроме текстов исторических романов в том вошли: четыре художественных наброска — «Сказка», приготовленная к печати H. Н. Гусевым, «житие Юстина», «Разговор о науке» и «Два путника», из которых первые три публикуются впервые; три печатающиеся в собраниях сочинений Толстого статьи: «Письмо к издателям» [О методах обучения грамоте], другое «Письмо к издателю» [о самарском голоде] и «О народном образовании» и впервые публикуемые черновые наброски одиннадцати статей: «Новый суд в его приложении», начало педагогической статьи, «О будущей жизни вне времени и пространства», «О душе и жизни ее вне известной и понятной нам жизни». «Определение религии — веры», «Психология обыденной жизни», «О царствовании Александра II», «Христианский катехизис», «О значении христианской религии», «Собеседники» и «Прение о вере». Последняя статья отредактирована В. И. Срезневским.

В сверке текстов и составлении аннотированного указателя принимала участие А. И. Толстая-Попова.

П. С. Попов
В. Ф. Саводник
М. А. Цявловский.

14 сентября 1935 г.

————

РЕДАКЦИОННЫЕ ПОЯСНЕНИЯ К СЕМНАДЦАТОМУ ТОМУ.

Тексты произведений, печатавшихся при жизни Толстого, печатаются по новой орфографии, но с воспроизведением больших букв во всех, без каких-либо исключений, случаях, когда в воспроизводимом тексте Толстого стоит большая буква.

При воспроизведении текстов, не печатавшихся при жизни Толстого (произведения окончательно не отделанные, неоконченные, только начатые и черновые тексты), соблюдаются следующие правила:

Текст воспроизводится с соблюдением всех особенностей правописания, которое не унифицируется, т. е. в случаях различного написания одного и того же слова все эти различия воспроизводятся («этаго» и «этого», «тетенька» и «тетинька»).

Слова, не написанные явно по рассеянности, дополняются в прямых скобках.

В местоимении «что» над «о» ставится знак ударения в тех случаях, когда без этого было бы затруднено понимание. Это «ударение» не оговаривается в сноске.

Ударения (в «что» и других словах), поставленные самим Толстым, воспроизводятся, и это оговаривается в сноске.

Неполно написанные конечные буквы (как напр., крючок вниз вместо конечного «ѣ» или конечных букв «ся» в глагольных формах) воспроизводятся полностью без каких-либо обозначений и оговорок.

Условные сокращения (т. е. «абревиатуры») типа «кый» вместо «который», и слова, написанные неполностью, воспроизводятся полностью, причем дополняемые буквы ставятся в прямых скобках: «к[отор]ый», «т[акъ] к[акъ]» лишь в тех случаях, когда редактор сомневается в чтении.

Слитное написание слов, объясняемое лишь тем, что слова для экономии времени и сил писались без отрыва пера от бумаги, не воспроизводится.

Описки (пропуски букв, перестановки букв, замены одной буквы другой) не воспроизводятся и не оговариваются в сносках, кроме тех случаев, когда редактор сомневается, является ли данное написание опиской.

Слова, написанные явно по рассеянности дважды, воспроизводятся один раз, но это оговаривается в сноске.

После слов, в чтении которых редактор сомневается, ставится знак вопроса в прямых скобках: [?]

На месте не поддающихся прочтению слов ставится: [1 неразобр.] или: [2 неразобр.], где цыфры обозначают количество неразобранных слов.

Незачеркнутое явно по рассеянности (или зачеркнутое сухим пером) рассматривается как зачеркнутое и не оговаривается.

Из зачеркнутого в рукописи воспроизводится (в сноске) лишь то, что редактор признает важным в том или другом отношении.

Более или менее значительные по размерам места (абзац или несколько абзацев, глава или главы), перечеркнутые одной чертой или двумя чертами крест-на-крест и т. п., воспроизводятся в сноске, но в отдельных случаях допускается воспроизведение зачеркнутых слов в ломаных < > скобках в тексте, а не в сноске.

Написанное Толстым в скобках воспроизводится в круглых скобках. Подчеркнутое воспроизводится курсивом. Дважды подчеркнутое — курсивом с оговоркой в сноске.

В отношении пунктуации: 1) воспроизводятся все точки, знаки восклицательные и вопросительные, тире, двоеточия и многоточия (кроме случаев явно ошибочного написания); 2) из запятых воспроизводятся лишь поставленные согласно с общепринятой пунктуацией; 3) ставятся все знаки в тех местах, где они отсутствуют с точки зрения общепринятой пунктуации, причем отсутствующие тире, двоеточия, кавычки и точки ставятся в самых редких случаях.

При воспроизведении «многоточий» Толстого ставится столько же точек, сколько стоит у Толстого.

Воспроизводятся все абзацы. Делаются отсутствующие в диалогах абзацы без оговорки в сноске, а в других, самых редких случаях — с оговоркой в сноске: Абзац редактора.

Примечания и переводы иностранных слов и выражений, принадлежащие Толстому и печатаемые в сносках (внизу страницы), печатаются (петитом) без скобок.

Переводы иностранных слов и выражений, принадлежащие редактору, печатаются в прямых [ ] скобках.

Обозначения: *, **, ***, **** в оглавлении томов, шмуцтитулах и в тексте, как при названиях произведений, так и при номерах вариантов, означают: * — что печатается впервые, ** — что напечатано после смерти Л. Толстого, *** — что не вошло ни в одно из собраний сочинений Толстого и **** — что печаталось со значительными сокращениями и искажениями текста.

Примечания

[1]

Зачеркнуто: Христіанскомъ.

[2]

От слов: къ которому вѣроятно пришли кончая: къ отрицательному отвѣту: вставлено на полях.

[3]

Зач.: Въ гражданскомъ отношеніи для всякаго добросовѣстнаго наблюдателя тотчасъ же бросается въ глаза

[4]

Абзац редактора.

[5]

[всеобщее голосованіе.]

[6]

Против слов: каждый чувствуетъ на полях приписано: вездѣ

[7]

Зачеркнуто: человѣка.

[8]

Так в подлиннике.

[9]

Зачеркнуто: Другіе точно также, усумнившись въ религіи, стараются вѣрить въ нее и заставить вѣрить другихъ. Эти большей частью обдуманны и коварны.

[10]

Против слов: пытаются мыслью разрѣшить ихъ. на полях вписано: Одни необдуманно но правдиво. Другие обдуманно и коварно.

[11]

В подлиннике: та

[12]

Зачеркнуто: дыханія

[13]

В подлиннике: излагающихъ

[14]

ПТ, стр. 278.

[15]

«Мои воспоминания» А. Фета. Ч. II, стр. 327.

[16]

В заметке Толстого ошибочно указано: «Октябрь»

[17]

ПС, стр. 71.