Лев Николаевич
Толстой

Драматическая обработка легенды об Аггее

Государственное издательство
«Художественная литература»
Москва — 1936

Электронное издание осуществлено
компаниями ABBYY и WEXLER
в рамках краудсорсингового проекта
«Весь Толстой в один клик»

Организаторы проекта:
Государственный музей Л. Н. Толстого
Музей-усадьба «Ясная Поляна»
Компания ABBYY

Подготовлено на основе электронной копии 26-го тома
Полного собрания сочинений Л. Н. Толстого, предоставленной
Российской государственной библиотекой

Электронное издание
90-томного собрания сочинений Л. Н. Толстого
доступно на портале
www.tolstoy.ru

Предисловие и редакционные пояснения к 26-му тому
Полного собрания сочинений Л. Н. Толстого можно прочитать
в настоящем издании

Если Вы нашли ошибку, пожалуйста, напишите нам
report@tolstoy.ru

Предисловие к электронному изданию

Настоящее издание представляет собой электронную версию 90-томного собрания сочинений Льва Николаевича Толстого, вышедшего в свет в 1928—1958 гг. Это уникальное академическое издание, самое полное собрание наследия Л. Н. Толстого, давно стало библиографической редкостью. В 2006 году музей-усадьба «Ясная Поляна» в сотрудничестве с Российской государственной библиотекой и при поддержке фонда Э. Меллона и координации Британского совета осуществили сканирование всех 90 томов издания. Однако для того чтобы пользоваться всеми преимуществами электронной версии (чтение на современных устройствах, возможность работы с текстом), предстояло еще распознать более 46 000 страниц. Для этого Государственный музей Л. Н. Толстого, музей-усадьба «Ясная Поляна» вместе с партнером – компанией ABBYY, открыли проект «Весь Толстой в один клик». На сайте readingtolstoy.ru к проекту присоединились более трех тысяч волонтеров, которые с помощью программы ABBYY FineReader распознавали текст и исправляли ошибки. Буквально за десять дней прошел первый этап сверки, еще за два месяца – второй. После третьего этапа корректуры тома и отдельные произведения публикуются в электронном виде на сайте tolstoy.ru.

В издании сохраняется орфография и пунктуация печатной версии 90-томного собрания сочинений Л. Н. Толстого.

Руководитель проекта «Весь Толстой в один клик»
Фекла Толстая

Перепечатка разрешается безвозмездно

--------------

Reproduction libre pour tous les pays.

Л. Н. ТОЛСТОЙ.
1887 г.
Портрет работы И. Е. Репина.

НЕОПУБЛИКОВАННОЕ, НЕОТДЕЛАННОЕ И НЕОКОНЧЕННОЕ

**[ДРАМАТИЧЕСКАЯ ОБРАБОТКА ЛЕГЕНДЫ ОБ АГГЕЕ.]

I КАРТИНА.

У дверей церкви. Стоятъ слуги съ носилками, дожидаются пана и его жену.

СЦЕНА 1-я.

1-й, 2-й и 3-й слуги.

1-й слуга.

Вотъ вздумалъ и въ церковь пойти.

2-й слуга.

Пора, я 20 лѣтъ во дворѣ живу — ни разу не бывалъ.

1-й [слуга].

Должно, покаяться хочетъ.

3-й [слуга].

И пора бы. Мало ли черезъ него слезъ льются. Петра забилъ. У Семена жену отнялъ. У Ѳедора дочь. Люди мучаются, клянутъ его, а онъ, знай, веселится. Съ утра до вечера пьетъ, гуляетъ, за охотой ѣздитъ. А нищему никогда гроша не подалъ и на дворъ не пускаетъ. И какъ только Богъ грѣхамъ терпитъ.

2-й слуга.

Какже, покаится. Не таковъ человѣкъ. Посмотри, и въ церкви чего-нибудь надѣлаетъ. (Громъ и молнія.) Батюшки, что такое? Небо чистое, а громъ гремитъ.

СЦЕНА 2-я.

Выбѣгаетъ изъ дверей церкви дворовый человѣкъ.

Дворовый человѣкъ.

Ну, ужъ панъ! Что натворили, страсть!

(Окружаютъ двороваго человѣка.)

1-й, 2-й и 3-й слуги.

Что? что? Разскажи по порядку.

Дворовый человѣкъ.

Да вотъ слушайте. Вошелъ въ церковь въ серединѣ службы въ шапкѣ, сталъ посерединѣ, глядитъ по сторонамъ.[1] Вышелъ Дьяконъ Евангеліе читать. Дочиталъ до того мѣста, гдѣ сказано: «Обаче горе вамъ богатымъ, яко отстоите утѣшенія вашего. Горе вамъ, насыщенніи нынѣ, яко взалчете; горе вамъ смѣющимся нынѣ, яко возрыдаете и восплачете». Какъ крикнетъ панъ: «Врешь, давай сюда книгу!» Ухватилъ книгу, сталъ рвать. Какъ только рванулъ, загремѣлъ громъ. Я и выбѣжалъ.

СЦЕНА 3-я.

Выходитъ панъ и зa нимъ народъ.

Панъ.

Ишь, читаетъ, что нищіе блаженны будутъ, а богатые обнищаютъ. Какже это можетъ быть? Какже я обнищаю, когда у меня 100 деревень, и вся мнѣ округа подвластна? Неправда написана въ книгѣ, и не надо неправду читать. Вотъ я вырвалъ листы и положу въ карманъ. И читать не будутъ. (Громъ и молнія.) Не боюсь. Неправду читаютъ. А какъ жилъ я богато, такъ и проживу всю жизнь, не обнищаю. (На народъ.) Чего заробѣли? Сказано вамъ — на облаву охотой собираться. Живо! Вотъ я только дома пообѣдаю, сейчасъ выѣду. Чтобы вы всѣ уже въ лѣсу были. (Садится въ носилки, его уносятъ. Громъ гремитъ.)

Панъ.

Греми, греми, не боюсь.

Занавѣсъ.

————

КАРТИНА 2-я.

Лѣсъ. Трубятъ въ рога.

1-я СЦЕНА.

Два охотника.

1-й охотникъ.

Не видалъ ты пана?

2-й охотникъ.

Только и видѣлъ его, когда онъ съ лошади соскочилъ.

1-й [охотникъ].

Да какъ онъ лошадь-то упустилъ?

2-й охотникъ.

Ранилъ онъ его съ лошади, олень упалъ. Обрадовался онъ, соскочилъ, думалъ добить. А олень вскочилъ, да дальше. Онъ за нимъ пѣшій ушелъ. Лошадь то убѣги. Бросились мы догонять. А она задрала хвостъ, да домой. Онъ теперь пѣшій и бѣгаетъ.

(Входитъ третій.)

3-й [охотникъ].

Чего вы тутъ?

1-й и 2-й [охотники].

Пана ищемъ.

3-й [охотникъ].

Ищите вчерашняго дня. Онъ ужъ дома.

1-й [охотникъ].

Какъ? а лошадь?

3-й [охотникъ].

Поймали, привели. Онъ сѣлъ и уѣхалъ.

2-й [охотникъ].

Врешь?

[3-й охотникъ.]

Самъ видѣлъ. Самъ стремя держалъ, какъ садился.

(Уходятъ.)

2-я СЦЕНА.

Пробѣгаетъ олень, становится за кустомъ. Выбѣгаетъ панъ безъ шапки съ ножемъ.

Панъ.

Гдѣ онъ? гдѣ онъ? Сейчасъ былъ. Экіе проклятые! Всѣ отстали, и лошадь упустили. Дай срокъ, вернусь — перепорю всѣхъ.

(Олень показывается, панъ бѣжитъ. Оба скрываются, опять показываются. Олень подпуститъ, и прочь. Если можно, воду, черезъ которую переплываетъ олень, и за нимъ, раздѣвгиись, панъ.)

Занавѣсъ.

————

КАРТИНА 3-я.

Темный лѣсъ.

1-я СЦЕНА.

Панъ (Если будетъ рѣка, то голый, если не будетъ, то въ платьѣ, но безъ ружья, безь рога, безъ ножа, оборванный, безъ шапки.)

Эй, народъ! Вы — черти, канальи, дьяволы, запорю! Ааааа! Аа... Нѣтъ, не откликаются. Дай, доберусь. Вы мнѣ заплатите за все, чертовы дѣти! Разбѣжались, бросили однаго. Погоди! Аааа!.. (Слушаетъ.) Никого. (Ложится.) Ай да олень, довелъ онъ меня! И переночевать придется. Погоди, черти. Ужъ какъ пороть буду, сначала однаго, потомъ другаго, всѣхъ переберу. Потомъ опять сначала. Будете помнить. Ааааааа! Нѣтъ никого. (Встаетъ.) Однако идти надо: авось, набредешь на людей ИЛИ на поляну. А то тутъ и волки съѣдятъ. Аааааа! — Горло даже пересохло. Погоди, я вамъ размочу спины-то. Аааааа! (Уходитъ.)

2-я СЦЕНА.

Приходятъ разбойники съ оружіемъ, мѣшками и располагаются и разводятъ огонь.

1-й разбойникъ.

То насъ, разбойниковъ, люди боятся, а вотъ довелось намъ людей бояться, замучала проклятая охота панская. Ужъ начто въ трущобу забились. И то потревожили.

2-й разбойникъ.

Да, братъ, цѣлый день никого не пограбили, только сами бѣгали. Завтра надо пораньше на дорогу выходить. Добычу добывать.

1-й разбойникъ.

Житье бы ничего. Да одно — не покойно.[2]

2-й молодой разбойникъ.

Да чего же вы такъ пана испугались?

1-й разбойникъ.

Чего испугались? Вотъ дуракъ-то. Какъ же не испугаться? Это не мужикъ и не ку[пецъ?]: съ тѣми <какъ разъ> и вдвоемъ управи[шься].[3] А панъ иначе не выѣзжаетъ, какъ за нимъ человѣкъ сто верховыхъ съ ружьями да съ ножами, да пѣшихъ съ дубьемъ человѣкъ 200. Этотъ налетитъ, такъ отъ насъ только мокро останется.

2-й разбойникъ.

То-то вы и уходите такъ скоро.

1-й [разбойникъ].

А то какъ же. Съ богатымъ не судись, съ сильнымъ не борись. И лѣса тоже эти его. И деревни всѣ кругомъ его. Человѣкъ большой, у него сила большая. Такой же, какъ мы, разбойникъ, только другаго манера.

Слышны крики пана за сценой:

Ааааа!.. Черти!.. Выворочу все вамъ! Аааа!

СЦЕНА 3-я.

Разбойники прислушиваются.

Молодой разбойникъ (вскакиваетъ). Лѣшій! Лѣшій! Оретъ.

1-й разбойникъ.

И то лѣшій. Дай посмотримъ, какой!

(Подходитъ панъ.)

2-й разбойникъ.

Ишь испугались! Не лѣшій. А такъ какой-то, заблудящій. Должно съ пьяна. Эй, ты, щеголь!

Панъ (видитъ людей).

А такъ вотъ вы гдѣ, разбойники! Усѣлись, огонь развели. А своего пана бросили. Погоди же ты, я васъ! (Налетаетъ на нихъ, начинаетъ драться.)

1-й разбойникъ (встаетъ, беретъ за шиворотъ).

Ай, молодецъ. Вотъ такъ воинъ! Да ты полегче! (Беретъ его за руки.)

Панъ.

Мерзавцы, идолы, черти! Я васъ!

1-й разбойникъ.

Да онъ, ребята, чумовой какой-то. Дай-ка ремень.

Панъ.

Что вы, али пана не знаете? Я съ васъ шкуру спущу, а потомъ за ноги повѣшу.

1-й разбойникъ (закручиваетъ руки назадъ).

Ну-ка подтяни, Сидорка, покруче. А я пану этому всыплю парочку горячихъ, чтобъ онъ свое панство забылъ. (Беретъ плеть.) Вишь, панъ, говорить.

Молодой разбойникъ.

И похожъ на пана, нечего сказать.

Панъ.

Повѣшу!

1-й разбойникъ (бьетъ плетью).

Разъ! Ну-ка, панъ, попрыгивай.

Панъ.

Ай, ай!

1-й разбойникъ.

Ну-ка еще горяченькаго. Такъ-то пороть будешь, али еще какъ?

Панъ.

Ай, ай! Право, я панъ. Ей Богу.

1-й разбойникъ.

Да я и вѣрю. За то и бью. (Хохочетъ.) Вотъ дай я раздѣну тебя, тогда виднѣе твое панство будетъ.

(Бъютъ и привязываютъ къ дереву.)

Занавѣсъ.

————

4-я КАРТИНА.

1-я СЦЕНА.

Утро. Лѣсъ. Панъ голый привязанъ у дерева. Стонетъ.

Панъ. Ой, ой, ой! Руки мои затекли. Ой! Погоди жъ, все вымѣщу. Желѣзными прутьями пороть буду. Ой, спина! Избили всю. Ну, расплатитесь вы! Я васъ! Да, доберусь. Ой, ой! Во рту пересохло. Въ подвалы засажу. Заморю.

2-я СЦЕНА.

Пастухи. Старикъ[4] и молодой.

Молодой пастухъ.

Дядюшка, и то человѣкъ привязанъ стоитъ. Иди, посмотри.

Старый пастухъ.

Вишь ты, грѣхъ какой. Должно, разбойники ограбили да и привязали.

Панъ (увидалъ ихъ).

Что же стоите, дурачье? Развѣ не видите, развяжите скорѣе.

Старый пастухъ.

Ахъ, не боятся люди Бога. Какъ измучали человѣка. (Подходитъ, хочетъ развязать.) Ишь узлы какіе! Ванька, ножикъ давай.

Панъ.

Что копаешься, скорѣе! О-о-о!

Старый пастухъ (развязалъ, разрѣзалъ).

Ну вотъ, расправилъ, сердечный. Водицы тебѣ, что-ль? Ванька, давай воды да хлѣбца.

Молодой пастухъ (приноситъ воды и хлѣба).

На, сердечный, поѣшь.

Панъ (ложится и стонетъ).

Ахъ, разбойники, что дѣлаютъ. Ну, теперь ужъ не миновать вамъ моихъ рукъ.

Молодой пастухъ.

Дядюшка, онъ кому то грозитъ.

Старый пастухъ.

Не замай. Очумѣлъ онъ, дай опамятуется. Да прикрыть ужъ надо. (Снимаетъ съ себя старый верхній кафтанъ, хочетъ накрыть.) На тебѣ, болѣзный, прикройся хоть.

Панъ (оглядывается и отталкиваетъ кафтанъ).

Да ты что? съ ума сошелъ, что ли? — на меня дерюгу надѣваешь. Ты знаешь ли, кто я? Я панъ вашъ. Сейчасъ снимай поддевку да шапку, да обчисти хорошенько, да надѣнь на меня. Ужъ я, такъ и быть, надѣну. Да веди меня ко двору ко мнѣ, къ панскому двору.

Старый пастухъ.

Очумѣлъ, видно, человѣкъ, говоритъ, что панъ, а пана я вчера самъ видѣлъ, какъ онъ верхомъ на лошади домой проѣхалъ. (Къ пану.) Будетъ, будетъ, надѣвай что даютъ, да и добирайся до деревни. Тамъ полежишь.

Панъ (вскакиваетъ).

А и ты такой же, какъ и тѣ. Погоди жъ — и тебѣ то же будетъ. Да какъ ты смѣешь передъ паномъ въ шапкѣ разговаривать! (Срываетъ съ него шапку.) Давай поддевку. (Хватается за него.)

Старый пастухъ (подхватываетъ шапку, отталкиваетъ пана и идетъ прочь).

Пойдемъ, Ванька, онъ вовсе угорѣлый какой-то.

Молодой пастухъ.

Мы тебя отъ дерева отвязали, покормили, дядюшка кафтанъ далъ, а ты еще буянить. Брось, а то прибью. (Поднимаетъ кнутъ и толкаетъ. Панъ падаетъ. Пастухи уходятъ. Панъ лежитъ и стонетъ.)

СЦЕНА 3-я.

Приходятъ мужики.

Вишь, человѣкъ какой лежитъ!

Панъ.

Эй, народъ, скорѣе бѣгите вы къ панскому двору и скажите, что панъ нашелся. И чтобы ѣхала сюда за мной коляска и дворовые, a мнѣ отведите избу. Я отдохну.

Старикъ.

Да ты что толкуешь?

Панъ.

Что толкую? Я панъ вашъ.

Старикъ.

Какой панъ? Панъ дома въ палатахъ живетъ, а не босикомъ. бѣгаетъ.

Панъ.

Дурачье! Я заблудился за оленемъ, я панъ. Они меня ищутъ.

Старикъ.

Будетъ врать-то. Панъ вчера проѣзжалъ, мы его сами видѣли. А нынче отъ него прикащикъ пріѣзжалъ. Онъ дома.

Панъ.

Врете, разбойники! Я васъ!

Старикъ.

Будетъ, молодецъ. Ужъ тебя побили, сказываютъ, пастухи. Что же, али тебѣ мало — еще хочется? Брось ты эти дѣла. А иди своей дорогой.

Панъ.

Не вѣрятъ. Ахъ, разбойники, доберусь же я. Ну слушай же. Не вѣришь ты, что я панъ? Такъ вотъ, дай мнѣ бумаги, перо, я напишу письмо пани. Она признаетъ. Потому я то напишу, чего никто, кромѣ меня и ея, не знаетъ.

Старикъ.

Будетъ толковать-то, проваливай!

1-й мужикъ.

Что же, дядюшка, пускай напишетъ, свезти можно въ деревню.

(Поднимаютъ пана и ведутъ.)

Занавѣсъ.

————

5-я КАРТИНА.

Въ избѣ у мужика. Панъ. Баба.

Панъ.

Измучался я. Что долго не ѣдутъ, пора бы отвѣтъ. Не торопятся, не знаютъ. То-то жена обрадуется. (Глядитъ въ окно.) Вотъ онъ ѣдетъ.

(Входитъ посланный.)

Панъ.

Что же, гдѣ коляска, гдѣ люди?

Старикъ.

Ну, братъ, прокуратъ же ты!

Панъ.

Что, что? какъ ты смѣешь такъ говорить!

Мужикъ.

Да такъ и смѣю, что велѣлъ тебя панъ...

Панъ.

Какой панъ?

Мужикъ.

Такой, настоящій, не такой, какъ ты. Велѣлъ тебя, пана, шелепами выбить отсюда, и чтобы духу твоего не слышно было.

Панъ.

Боже мой, что же это? Да жена-то что?

Мужикъ.

Жена-то твоя, коли есть, не знаю что, а пани сказала: «Есть же такіе обманщики. Прогоните его».

Панъ.

Боже мой, боже мой, что со мной будетъ? (Плачеть.)

Xозяинъ.

Чудное дѣло! Ну что же, братъ, не выгорѣла твоя штука, ступай съ Богомъ.

Занавѣсъ.

————

6-я КАРТИНА.

[СЦЕНА 1-я.]

На дворѣ. Панъ чистить съ бабой навозъ.

Баба.

Вишь, безрукой, и вилы-то взять въ руки не умѣетъ. (Отнимая вилы.) Дай, я сама, точно панъ.

Панъ.

Я бы радъ, да не умѣю.

Баба.

Хлѣбъ ѣсть умѣешь.

Панъ.

Ахъ, житье мое. Ужъ умереть лучше.

Баба.

Хоть вези-то.

(Запрягается, везетъ, падаетъ.)

Баба.

И того не можешь. Замучалась я съ тобой

СЦЕНА 2-я.

Панъ.

Ну, кралечка.

Баба.

Ишь ты, пакостникъ!

(Приходитъ хозяинъ.)

Баба.

Вотъ идола приставилъ, работать не работаетъ, а пакостничать норовитъ.

Xозяинъ.

Что? К бабѣ моей ладишься? Я те полажу. Вонъ! Панъ ты этакой! (Въ шею.)

Занавѣсъ.

————

КАРТИНА 7-я.

1-я СЦЕНА.

Село. Приходить панъ босикомъ, безъ шапки, въ одномъ кафтанѣ, рваномъ, и ложится на край дороги.

Панъ.

Ну хорошо, что на дорогу выбрался. Теперь дойду до дома. Тамъ узнаютъ. А то сколько не говорилъ, что я панъ, никто не вѣритъ. Только ругаются. Если не скажу, такъ подадутъ, а скажу, такъ прогонять. И нынче ничего не ѣлъ. Не стану ужъ говорить. (Подходитъ къ избѣ, стучится.) Дайте поѣсть.

(Отворяется окно.)

Баба.

Много васъ тутъ шляется! Вишь, здоровый какой, работать бы могъ — проситъ.

Панъ.

Да я не нищій, я панъ.

Баба.

А панъ, такъ нечего подъ окномъ стучать! (Захлопываетъ окно.)

СЦЕНА 2-я.

Приходятъ два нищихъ — слѣпой и безрукій, подходятъ къ окну.

Слѣпой и безрукій.

Христа ради!

Баба (отворяетъ окно, подаетъ хлѣбъ).

Примите Христа ради.

(Нищіе садятся и ѣдятъ.)

Панъ (подходитъ).

Дайте поѣсть.

Слѣпой.

Что же самъ не просишь?

Панъ.

Просилъ — не даютъ.

Безрукій.

Ну, бери. (Даеть хлѣба, ѣдять.) Да ты кто такой, откуда?

Панъ.

Мнѣ ужъ говорить не хочется. Какъ скажу, кто, такъ всѣ меня ругаютъ и бьютъ.[5] Не вѣрятъ мнѣ. Работать не умѣю, a ѣсть хочу. Пожалѣйте вы меня,[6] возьмите съ собой.

Безрукій нищій.

А что же,[7] возьмемъ! Пускай суму носитъ.

Слѣпой нищій.

Пойдемъ.

(Нищіе поднимаются и съ паномъ уходятъ.)

КАРТИНА 8-я.

Панскій дворъ. Дворня нарядная. Играютъ на балалайкахъ, пляшутъ. Въ ворота входятъ нищіе и панъ, поютъ стихъ о Лазарѣ.

Дворникъ.

Не велѣно пускать, убирайтесь!

Охотникъ.

Собакъ выпущу. Фю! Узи!

(Собаки бросаются.[8] Панъ идетъ къ двери.)

Кучеръ.

Вишь ты, ловкій какой! Дай голяшки-то тебѣ покусаютъ, будешь знать. Узи!

Панъ.[9]

Ай, ай!..

Дворникъ (беретъ за шиворотъ и тащитъ въ ворота).[10]Убирайся, покуда цѣлъ.

Панъ.[11]

Я пришелъ.[12]

(Изъ окна выглядываеть другой панъ. Панъ затихаеть и, глядитъ.)

Панъ нищій.

Батюшки! Я самъ дома. Другой я въ окнѣ, чтожъ это?

Панъ въ окнѣ.

Пустите, пустите нищихъ. Вотъ имъ. (Кидаеть горсть серебра.) Пускай слѣпые попоютъ, а потомъ покормите.

(Нищіе поютъ Лазаря.)[13]

Панъ А[нгелъ?].

Мѣхоношу сведите въ хоромы.

Занавѣсъ.

————

КАРТИНА 9-я.

Палата царская. Сидитъ панъ въ видѣ нищаго, одинъ обѣдаетъ, и служить ему прислуга.

Панъ.

Что это значить? Другой я въ окнѣ, и видъ свѣтлый и добрый. И меня защитилъ и велѣлъ сюда отдѣльно принять. Кончена моя жизнь. Признать ужъ меня — никто не признаетъ. Видно, погибнуть мнѣ въ нуждѣ. Что это?

(Является свѣтъ и изъ свѣта голосъ.)

Голосъ.

А знаешь ли ты, панъ Ѳадей, пана сильнаго, богатаго и гордаго, какъ не повѣриль слову Евангельскому и сказалъ, что нельзя богатому обнищать? Узналъ ли ты теперь, къ чему богатство міра сего и какъ на него полагаться? Понялъ ли ты, что то было видѣнье, и зачѣмъ тебѣ оно привидѣлось? Покаялся ли ты въ гордости своей?

Панъ.

Покаялся[14] и не буду жить по прежнему.

Голосъ.

Такъ будь же опять панъ и заслужи гордость свою.

(Панъ переодѣвается. Жена входитъ и обнимаетъ его, и слуги кланяются.)

КАРТИНА 10-я.

Большой столъ великолѣпный. Сидятъ нищіе, и панъ съ женою служать имъ.

[ВАРИАНТЫ К ДРАМАТИЧЕСКОЙ ОБРАБОТКЕ ЛЕГЕНДЫ ОБ АГГЕЕ.]

* № 1.

Кучеръ. <А что панъ дѣлаетъ?

Лакей. Все сидитъ, читаетъ.

Кучеръ. И что это съ нимъ сталось? Совсѣмъ другой съ охоты пріѣхалъ. Добрый, ласковый сталъ. Житье стало хорошее.

Дѣвушка. И барыня не нарадуется. Я сама подивилась, когда онъ съ охоты вернулся. Лицо все тоже, какъ и былъ панъ, а только свѣтлый сталъ, какъ ангелъ небесный.

Кучеръ. То ли дѣло, житье теперь веселое. Ну ка пѣсенку. (Поютъ.) А теперь поплясать.>

* № 2.

КАРТИНА 7-я.

1-я СЦЕНА.

Сидятъ нищіе въ палатахъ, обѣдаютъ. Входитъ пани, служить имъ. Нищій панъ вскакиваетъ и идетъ къ ней.

Нищій панъ. Развѣ ты не знаешь меня?

Пани. Знаю, ты нищій, пришелъ съ слѣпыми.

Нищій панъ. Я мужъ твой.

Пани. Мужъ мой не ходитъ босикомъ и не проситъ милостыни.

Нищій панъ. Я мужъ твой.[15] А вотъ, чтобы знала ты, что я мужъ твой, я скажу тебѣ все, того, чего никто знать не можетъ. (Говоритъ на ухо.)

Пани. Возъмите обманщика этаго и выведите его вонъ и прогоните отсюда!

Нищій панъ. Я ошибся, я неправду сказалъ,[16] но я все-таки мужъ твой.

Пани. Тотъ мужъ мой настоящій.

Нищій панъ. Позови его.

Панъ А[нгелъ]. Вотъ я. Что тебѣ?

Нищій панъ. Скажи мнѣ, кто ты. И зачѣмъ ты взялъ на себя образъ мой?

(Пана тащутъ. Онъ опять кричитъ.)

* № 3.

1 КАРТИНА.

У дверей церкви. Стоит колесница, дожидаются царя съ женою.

1-я СЦЕНА.

1-й, 2-й, 3-й слуги.

1 слуга. Вотъ помяни мое слово: надѣлаетъ онъ что-нибудь и въ церкви.

2 слуга. Говорятъ, онъ 20 лѣтъ ни разу въ церкви не бывалъ. Съ чего жъ онъ это вздумалъ?

3 слуга. Сказывала мнѣ нянюшка, что дѣло изъ-за разговора съ царицей пошло. Что-то помянула она, что въ писаньи сказано, что сытые будутъ голодать, и богатые будутъ плакать. А онъ не повѣрилъ, велѣлъ замолчать. Она сказала, что это въ церкви читаютъ. Не повѣрилъ онъ. «Пойду посмотрю», говоритъ. Съ того и взялось.

2 слуга. Дѣло изъ-за спора вышло; а кто знаетъ, можетъ и покаится.

Комментарии Н. К. Гудзия[17]

[ДРАМАТИЧЕСКАЯ ОБРАБОТКА ЛЕГЕНДЫ ОБ АГГЕЕ.]

Легенда о царе Аггее, широко распространенная в восточных и западных литературах, вошедшая в состав средневекового сборника «Gesta Romanorum», переведенного на русский язык в XVII веке под заглавием «Римские деяния», и оттуда перешедшая в русские рукописные сборники XVII—XVIII вв., была известна Толстому, несомненно, по сборнику А. Н. Афанасьева «Народные русские легенды», М., 1859, где она под № 24 напечатана в двух вариантах. Один вариант, озаглавленный «Повесть о царе Аггее и како пострада гордостию», — книжного происхождения; он заимствован из старинной рукописи. Другой, носящий заглавие «Гордый богач», представляет собой запись устного пересказа легенды, сделанную, судя по стилю, лицом литературно вышколенным.[18]

Толстой в своей незаконченной обработке воспользовался обоими вариантами легенды, скомбинировав их и пополнив эпизодами, в них отсутствующими.

Из устного варианта взято прежде всего название героя паном и его жены паней. (В переделке первой сцены вместо пана стоит царь, вместо пани — царица, как в рукописном варианте.) Оттуда же такие театральные эффекты, как гром и молния, использованные Толстым вопреки его отрицательному отношению вообще ко всяким театральным эффектам, высказанному в трактате «Что такое искусство?» Из того же варианта — сцена встречи пана с разбойниками. Сцена встречи с пастухами разработана ближе к устному, чем к рукописному варианту. Как и в устном варианте, «Евангелие» читает диакон, а не священник, как в рукописном варианте.

Из варианта рукописного в пьесу попал эпизод переплывания паном реки, сцена, в которой изображается пан на крестьянской работе, сцена прихода пана с нищими на панский двор и заключительный эпизод девятой картины — прощения пана и возврата его к прежнему положению. (В устном варианте пана зарывают живым в землю). Из рукописного же варианта взято сообщение о том, что пан вырвал из «Евангелия» лист с возмутившими его строками об участи богатых и бедных (в устном варианте пан зачеркивает эти строки) и о том, что пан посылает своей жене письмо. Последнее упоминание дало толчек для введения в пьесу двух сцен (сцена третья четвертой картины и пятая картина), не покрывающихся ни одним вариантом. В согласии с рукописным вариантом наказанного пана в его доме подменяет его двойник. Этот двойник в источнике пьесы — ангел. У Толстого, очевидно, намеренно об ангеле почти не упоминается; в конце пьесы с паном беседует просто «Голос».

К пьесе относятся следующие две рукописи.

1. Автограф АТБ (папка XX) на 7 нумерованных листах (5 — в 4°, 2 — большого почтового формата), исписанных, кроме последнего, с обеих сторон. Один лист представляет вставку. В тексте ряд поправок и несколько зачеркнутых мест. Заглавия нет. Текст не закончен: он прерывается на начальной ремарке десятой картины. Извлекаем отсюда зачеркнутые варианты №№ 1 и 2. № 1 относится к восьмой картине, № 2 первоначально представлял собой седьмую картину.

2. Копия автографа неизвестной рукой, весьма неисправная, написанная с обеих сторон в двух сшитых тетрадках на 40 листах в 4°, из которых первая хранится в АТБ (папка XX), вторая — в архиве А. Л. Толстой в ГТМ (№ 11). Переписчик, не разобрав многих мест в автографе, исказил текст (пример: «Штука спутана богом» вместо «Ступай с богом»), оставил не переписанными некоторые неразобранные им слова и переписал зачеркнутую Толстым картину, первоначально седьмую по счету, отчего в развитии действия получилась логическая несуразность. В начале рукописи рукой Д. П. Маковицкого написано: «Из рукописей 1876—1880 годов (?). Драматические сцены о пане, который обнищал». 11 последних листов второй тетради заняты автографом «Первого винокура». Рукой Толстого исправлена первая картина пьесы. Исправленный текст печатаем в вариантах (№3).

О работе над пьесой ни в дневниках, ни в письмах Толстого и его семейных нет нигде никаких упоминаний. Но время ее написания можно определить более или менее точно на основании следующих данных. Копия автографа «Первого винокура», сделанная рукой С. А. Толстой (хранится в АТБ), датирована ее же рукой 1 марта 1886 г. Самый автограф «Первого винокура», как указано выше, написан в той же тетради, где написана копия обработки легенды об Аггее, вслед зa ней. Следовательно, написание этой обработки относится ко времени до 1 марта 1886 г. Судя по тому, что копия пьесы на сюжет об Аггее находится в одной тетради с автографом «Первого винокура», работа над обеими пьесами была отделена небольшим промежутком времени, другими словами, Толстой над обработкой легенды работал приблизительно в начале 1886 г. Эта дата косвенно подтверждается и следующим обстоятельством. В апрельской книжке «Русской мысли» зa 1886 год было напечатано «Сказание о гордом Аггее» Гаршина, по корректурным гранкам предварительно прочтенное автором в редакционном кругу «Посредника». 6 апреля 1886 г. В. Г. Чертков писал Толстому: «Гаршин написал прекрасно «Правителя Аггея». Он вложил туда всё то хорошее, чем он владеет, — теплоту, нежность. Он сначала появится в «Русской мысли», и мне очень интересен ваш отзыв (АТБ). Очевидно, ознакомившись с обработкой легенды, сделанной Гаршиным, Толстой одобрил ее и охладел к своей собственной работе, тем более, что она предназначалась, видимо, для напечатания в том же самом издательстве «Посредник», где должен был быть напечатан и рассказ Гаршина, которому однако из-за цензурных препятствий суждено было появиться в этом издательстве лишь в 1900 г., притом без обозначения издательской фирмы. Нужно думать, что Толстой работал над своей пьесой незадолго до того, как познакомился с рассказом Гаршина, иначе он успел бы довести ее до конца. Поэтому полагаем, что эту работу нужно приурочить с большой долей вероятия к началу 1886 г.

Впервые пьеса Толстого была опубликована в 1926 г. — по списку, восходящему к автографу, в книге «Л. Н. Толстой. Неизданные рассказы и пьесы. Под редакцией С. П. Мельгунова, Т. И. Полнера и А. М. Хирьякова, с предисловием Т. И. Полнера». Издание т-ва «Н. П. Карбасников», Париж (с пометой: «Написано в конце 1886».), и по списку, восходящему к описанной выше авторизованной в первой картине копии со вступительной заметкой С. М. Брейтбурга, — в серии «Толстой и о Толстом». Новые материалы. Сборник второй. Редакция В. Г. Черткова и Н. Н. Гусева, издание Толстовского музея, Москва. Первая публикация, озаглавленная «Драматические сцены о пане, который обнищал», заключает в себе ряд ошибочных чтений по сравнению с автографом; вторая же, озаглавленная «Аггей», поскольку она восходит к крайне неисправной копии автографа, сильно извращает подлинный, толстовский текст. В 1929 г. пьеса была напечатана в XI томе Полного собрания художественных произведений Толстого под редакцией К. Халабаева и Б. Эйхенбаума, Государственное издательство, Москва — Ленинград». Судя по одинаковости заглавий и большинства характерных ошибок этой публикации с публикацией в издании Карбасникова в Париже, обе они восходят к общему списку с автографа.

В настоящем издании текст драматической обработки легенды об Аггее печатается по автографу. Исправления, сделанные Толстым в копии, в основной текст не вводятся, так как они имеются лишь в первой картине пьесы и, как незаконченные, не согласованы с дальнейшим текстом. (Исправленный текст первой картины, как сказано, печатаем в вариантах.) В автографе не выписан евангельский текст, раздраживший пана, а лишь после слов: «Дочитал до того места, где сказано», стр. 000, строка 00, написано: «Лука VI, по славянски 24, 25». Поэтому после указанных слов печатаются по-славянски 24 и 25 стихи VI главы «Евангелия» от Луки.

————

ПРЕДИСЛОВИЕ К ДВАДЦАТЬ ШЕСТОМУ ТОМУ.

В состав настоящего тома входят художественные произведения, над которыми Толстой работал в период времени с 1884 по 1889 год. Одно из них, именно «Холстомер», законченное в 1885 году, было, впрочем, начато еще в 1863 году. Пять печатающихся здесь произведений Толстого представляют собой неотделанные и незаконченные им наброски, из которых четыре (драматическая обработка легенды об Аггее, «Жил в селе человек — звать его Николай»; «Миташа» и статья «Благо только для всех») были опубликованы после смерти Толстого, отрывок же «В некотором царстве, в некотором государстве жил был царь» публикуется впервые в настоящем издании. Помимо неопубликованных доселе вариантов отдельных эпизодов входящих в данный том произведений, здесь печатается целиком самая ранняя черновая редакция «Смерти Ивана Ильича». Сообщаются впервые также исправления, сделанные Толстым в печатном экземпляре «Власти тьмы».

Из статей, вошедших в данный том, впервые появляются в печати: «Благо только для всех», «О Гоголе», «К молодым людям» и ряд вариантов трактата «О жизни». Ряд значительных вариантов дается к статье «Николай Палкин».

Работу по составлению алфавитного указателя произвел В. С. Мишин.

П. В. Булычев

Л. П. Гроссман

Н. К. Гудзий

А. И. Никифоров

Б. М. Эйхенбаум

РЕДАКЦИОННЫЕ ПОЯСНЕНИЯ К ДВАДЦАТЬ ШЕСТОМУ ТОМУ.

Тексты произведений, печатавшихся при жизни Л. Толстого, печатаются по новой орфографии, но с воспроизведением больших букв во всех тех случаях, где они употребляются Толстым, и начертаний до-Гротовской орфографии в тех случаях, когда эти начертания отражают произношение Толстого и лиц его круга (брычка, цаловать).

При воспроизведении текстов, не печатавшихся при жизни Толстого (произведения, окончательно не отделанные, неоконченные, только начатые, а также и черновые тексты), соблюдаются следующие правила:

Текст воспроизводится с соблюдением всех особенностей правописания, которое не унифицируется, т. е. в случаях различного написания одного и того же слова все эти различия воспроизводятся («этаго» и «этого»).

Слова, не написанные явно по рассеянности, вводятся в прямых скобках, без всякой оговорки.

В местоимении «что» над «о» ставится знак ударения в тех случаях, когда без этого было бы затруднено понимание. Это ударение не оговаривается в сноске.

Ударения (в «что» и других словах), поставленные самим Толстым, воспроизводятся, и это оговаривается в сноске.

Неполно написанные конечные буквы (как, напр., крючок вниз вместо конечного «ъ» или конечных букв «ся» в глагольных формах) воспроизводятся полностью без каких-либо обозначений и оговорок.

Условные сокращения (т. н. «абревиатуры») типа «кый», вместо «который», и слова, написанные неполностью, воспроизводятся полностью, причем дополняемые буквы ставятся в прямых скобках: «к[отор]ый», «т[акъ] к[акъ] и т. п. лишь в тех случаях, когда редактор сомневается в чтении.

Слитное написание слов, объясняемое лишь тем, что слова, в процессе беглого письма, для экономии времени и сил писались без отрыва пера от бумаги, не воспроизводится.

Описки (пропуски букв, перестановки букв, замены одной буквы другой) не воспроизводятся и не оговариваются в сносках, кроме тех случаев, когда редактор сомневается, является ли данное написание опиской.

Слова, написанные явно по рассеянности дважды, воспроизводятся один раз, но это оговаривается в сноске.

После слов, в чтении которых редактор сомневается, ставится знак вопроса в прямых скобках: [?]

На месте не поддающихся прочтению слов ставится: [1 неразобр.] или: [2 неразобр.] и т. д., где цыфры обозначают количество неразобранных слов.

Из зачеркнутого в рукописи воспроизводится (в сноске) лишь то, что редактор признает важным в том или другом отношении.

Незачеркнутое явно по рассеянности (или зачеркнутое сухим пером) рассматривается как зачеркнутое и не оговаривается.

Более или менее значительные по размерам места (абзац или несколько абзацев, глава или главы), перечеркнутые одной чертой или двумя чертами крест-на-крест и т. п., воспроизводятся не в сноске, а в самом тексте, и ставятся в ломаных < > скобках, но в отдельных случаях допускается воспроизведение в ломаных скобках в тексте, а не в сноске, и одного или нескольких зачеркнутых слов.

Написанное Толстым в скобках воспроизводится в круглых скобках. Подчеркнутое печатается курсивом, дважды подчеркнутое — курсивом с оговоркой в сноске.

В отношении пунктуации: 1) воспроизводятся все точки, знаки восклицательные и вопросительные, двоеточия и многоточия (кроме случаев явно ошибочного употребления); 2) из запятых воспроизводятся лишь поставленные согласно с общепринятой пунктуацией; 3) ставятся все знаки в тех местах, где они отсутствуют с точки зрения общепринятой пунктуации, причем отсутствующие тире, двоеточия, кавычки и точки ставятся в самых редких случаях.

При воспроизведении многоточий Толстого ставится столько же точек, сколько стоит у Толстого.

Воспроизводятся все абзацы. Делаются отсутствующие в диалогах абзацы без оговорки в сноске, а в других, самых редких случаях — с оговоркой в сноске: «Абзац редактора».

Примечания и переводы иностранных слов и выражений, принадлежащие Толстому и печатаемые в сносках (внизу страницы), печатаются (петитом) без скобок.

Переводы иностранных слов и выражений, принадлежащие редактору, печатаются в прямых [ ] скобках.

Пометы: в оглавлении томов, на шмуцтитулах и в тексте, как при названиях произведений, так и при номерах вариантов, означают: * — что печатается впервые, ** — что напечатано после смерти Толстого, — что не вошло ни в одно из собраний сочинений Толстого и что печаталось со значительными сокращениями и искажениями текста.

Иллюстрации

Фототипия портрета Толстого раб. И. Е. Репина — между XII и 1-й страницами.

Примечания

[1]

Зачеркнуто: Поглядѣлъ, поглядѣлъ, сталъ слушать.

[2]

Зачеркнуто: Помѣстились было на ночлегъ у оврага, нанесло туда пана охотиться, убираться надо было.

[3]

В квадратные скобки взяты недостающие окончания слов, пришедшиеся на обрезанный край листа.

[4]

В подлиннике: Старики

[5]

Зачеркнуто:

Слѣпой нищій.

Скажи, добрый человѣкъ. Отчего не вѣрить?

Панъ.

Я панъ. И деревня это моя, и земля вся моя. Поѣхалъ я на охоту, погнался за оленемъ, отбился отъ своихъ, ходилъ, ходилъ, набрелъ на

разбойниковъ. Они меня раздѣли донага, избили и привязали къ дереву. Утромъ нашли меня пастухи, отвязали, вотъ этотъ кафтанишко дали, и пошелъ я искать дорогу домой. Да вотъ не могу дойти. И силъ нѣтъ, и

дороги не знаю.

[6]

Зач.: доведите до моего дома. Награжу я васъ такъ, что вы вѣкъ счастливы будете.

[7]

Зачеркнуто: доведемъ. Можетъ, и правда.

Слѣпой нищій.

Куда довести то? Насъ на дворъ къ пану не пускаютъ и собаками травятъ.

Панъ.Только доведите, меня узнаютъ. Я велю васъ принять.

[8]

Зач.:

Панъ.

Кого травишь то, негодяй, мерзавецъ. Добрался я теперь до васъ (Хочет бить, собаки бросаются.)

[9]

Зач.: Какъ ты смѣешь! Разве не узнаешь меня?

[10]

Зач.: Будетъ, будетъ чудить.

[11]

Зач.: Черти, дьяволы, разказню. Ай, ай, жена, выходи скорѣе!

[12]

Зач.: Я самъ. (Дворникъ тащитъ. Пани кричитъ.)

[13]

Зачеркнуто: (Панъ сидитъ и плачеть,)

[14]

Зач.: грѣшный рабъ

[15]

Зачеркнуто: Только я обнищалъ. Но я все тотъ же.

Пани. Ты, мѵжъ мой, сказалъ, что богатые не могутъ обнищать и запретилъ слова эти читать въ церкви.

[16]

Зач.: Но кто же тотъ, кого я видѣлъ въ окнѣ?

(Гром и молния.)

[17]

В комментариях приняты следующие условные сокращения:

АТБ — Архив Толстого во Всесоюзной библиотеке имени В. И. Ленина (Москва);

AЧ — Архив В. Г. Черткова (Москва);

Б, I; Б, II; Б, III; Б, IV — П. И. Бирюков, «Лев Николаевич Толстой. Биография», Государственное издательство: I — М. 1923; II — М. 1923; III — М. 1922; IV — М. 1923;

БИР. 1913 —«Полное собрание сочинений Льва Николаевича Толстого» тт. I — XX. Под ред. и с примеч. П. И. Бирюкова, изд. Сытина. М. 1913;

БЛ — Всесоюзная библиотека имени В. И. Ленина (Москва);

ГЛМ — Государственный литературный музей (Москва);

ГТМ — Государственный толстовский музей (Москва);

ИРЛИ — Институт русской литературы (Ленинград);

ЛПБ — Государственная публичная библиотека РСФСР им. М. Е. Салтыкова-Щедрина (Ленинград);

ПЖ — «Письма графа Л. Н. Толстого к жене 1862—1910» Изд. 2 М. 1915;

ПС — «Переписка Л. Н. Толстого с Н. Н. Страховым» изд. Общества толстовского музея. СПБ 1914;

ПТ — «Переписка Л. Н. Толстого с гр. А. А. Толстой». изд. Общества толстовского музея. СПБ 1911;

ПТС 1; ПТС 2 «Письма Л. Н. Толстого, собранные и редактированные П. А. Сергеенко» изд. «Книга» 1 — М. 1910, 2 — М. 1911;

ПТСО — «Новый сборник писем Л. Н. Толстого, собранных П. А. Сергеенко, под ред. А. Е. Грузинского, изд. «ОКТО». М. 1912;

ТЕ, 1911, 1912, 1913 — «Толстовский ежегодник» 1911 г., 1912 г., 1913 г.;

ТТ 1; ТТ 2; ТТ 3; ТТ 4 — «Толстой и о Толстом. Новые материалы». Сборники:1 — М. 1924,2 — М. 1926, 3 — М. 1927, 4 — М. 1928.

————

[18]

Что Толстой познакомился с легендой именно по сборнику Афанасьева, к которому он обращался и ранее, при писании народных рассказов, явствует из ряда совпадений обработки с обоими вариантами, вплоть до деталей, как, например, прозвание героя легенды «мехоношей», которое мы находим и в обработке Толстого и в рукописном варианте легенды.