Лев Николаевич
Толстой

Полное собрание сочинений. Том 62

Письма
1873—1879


Государственное издательство

художественной литературы

Москва — 1953


Электронное издание осуществлено

компаниями ABBYY и WEXLER

в рамках краудсорсингового проекта

«Весь Толстой в один клик»



Организаторы проекта:

Государственный музей Л. Н. Толстого

Музей-усадьба «Ясная Поляна»

Компания ABBYY



Подготовлено на основе электронной копии 62-го тома

Полного собрания сочинений Л. Н. Толстого, предоставленной

Российской государственной библиотекой



Электронное издание

90-томного собрания сочинений Л. Н. Толстого

доступно на портале

www.tolstoy.ru


Если Вы нашли ошибку, пожалуйста, напишите нам

report@tolstoy.ru

Предисловие к электронному изданию

Настоящее издание представляет собой электронную версию 90-томного собрания сочинений Льва Николаевича Толстого, вышедшего в свет в 1928—1958 гг. Это уникальное академическое издание, самое полное собрание наследия Л. Н. Толстого, давно стало библиографической редкостью. В 2006 году музей-усадьба «Ясная Поляна» в сотрудничестве с Российской государственной библиотекой и при поддержке фонда Э. Меллона и координации Британского совета осуществили сканирование всех 90 томов издания. Однако для того чтобы пользоваться всеми преимуществами электронной версии (чтение на современных устройствах, возможность работы с текстом), предстояло еще распознать более 46 000 страниц. Для этого Государственный музей Л. Н. Толстого, музей-усадьба «Ясная Поляна» вместе с партнером – компанией ABBYY, открыли проект «Весь Толстой в один клик». На сайте readingtolstoy.ru к проекту присоединились более трех тысяч волонтеров, которые с помощью программы ABBYY FineReader распознавали текст и исправляли ошибки. Буквально за десять дней прошел первый этап сверки, еще за два месяца – второй. После третьего этапа корректуры тома и отдельные произведения публикуются в электронном виде на сайте tolstoy.ru.

В издании сохраняется орфография и пунктуация печатной версии 90-томного собрания сочинений Л. Н. Толстого.


Руководитель проекта «Весь Толстой в один клик»

Фекла Толстая



Перепечатка разрешается безвозмездно.

ПИСЬМА
1873—1879


ПОДГОТОВКА ТЕКСТА И КОММЕНТАРИИ

А. И. ОПУЛЬСКОГО, А. С. ПЕТРОВСКОГО

Н. Д. ПОКРОВСКОЙ

ПРЕДИСЛОВИЕ

В настоящем томе Полного собрания сочинений печатаются письма Л. Н. Толстого за 1873—1879 годы.

В письмах нашли отражение все основные моменты жизни и творчества Толстого за этот период.

Письма 1874—1875 годов ярко характеризуют глубокий интерес Толстого к вопросам народного образования: его полемику с педагогами о методах обучения, выступления в Московском комитете грамотности, работу в качестве члена училищного совета Крапивенского и Чернского уездов, план образования в Ясной Поляне учительской семинарии. Значительное место занимают письма, связанные с изданием и распространением «Новой азбуки», «Книг для чтения» и статьи «О народном образовании».

1873—1877 годы — время создания романа «Анна Каренина». Письма этих лет (в особенности к H. Н. Страхову и А. А. Фету) являются ценнейшим материалом для творческой истории романа.

Кроме того, период 1873—1879 годов отмечен работой Толстого над романами из эпохи конца XVII — начала XIX века и «Декабристами». Для характеристики этой работы исключительный интерес представляют письма к В. В. Стасову, H. Н. Страхову, П. Д. Голохвастову и декабристу Н. П. Свистунову, которые присылали Толстому различные исследования и материалы и сообщали исторические сведения, нужные ему для работы над романами.

В письмах этого периода отразился сложный и противоречивый процесс назревания перелома в мировоззрении Толстого. Письма свидетельствуют о напряженном интересе писателя к социально-политическим вопросам, выдвинутымV VI эпохой 70-х годов, и, с другой стороны, раскрывают философские и религиозно-нравственные искания, сопровождавшие разрыв Толстого со всеми привычными взглядами дворянского класса, к которому он принадлежал по рождению и воспитанию, и его переход на позиции патриархального крестьянства.


Настоящий том включает 501 письмо Л. Н. Толстого. За 1873 г. — 46 писем, за 1874 г. — 74 письма, за 1875 г. — 104 письма, за 1876 г. — 63 письма, за 1877 г. — 67 писем, за 1878 г. — 87 писем, за 1879 г. — 60 писем. 55 писем за эти годы к С. А. Толстой напечатаны в восемьдесят третьем томе. В разделе «Деловые бумаги и официальные документы» публикуется 3 документа.

143 письма публикуются впервые, 52 письма были опубликованы неполностью; текст писем, опубликованных ранее в различных книгах, сборниках и статьях, заново сверен с рукописями. 454 письма печатаются по автографам, 16 — по копиям, 2 — по фотокопиям, 29 — по печатным источникам.

РЕДАКЦИОННЫЕ ПОЯСНЕНИЯ

При воспроизведении текста писем Л. Н. Толстого соблюдаются следующие правила.

Текст воспроизводится по новой орфографии, но с соблюдением всех особенностей правописания Толстого, которое не унифицируется, то есть в случаях различного написания одного и того же слова эти различия воспроизводятся.

Ударения в «что» и других словах, поставленные самим Толстым, воспроизводятся и оговариваются в сноске.

Условные сокращения типа «к-ый», вместо «который», раскрываются, причем дополняемые буквы ставятся в прямых скобках.

Слова, написанные неполностью, воспроизводятся полностью, причем дополняемые буквы ставятся в прямых скобках. Не дополняются общепринятые сокращения: и т. п., и пр., и др.

Описки (пропуски и перестановки букв, замены одной буквы другой) не воспроизводятся и не оговариваются в сносках, кроме тех случаев, когда есть сомнение, является ли данное написание опиской. Слова, написанные явно по рассеянности дважды, воспроизводятся один раз, но это оговаривается в сноске.

На месте не поддающихся прочтению слов ставится: [1 неразобр.] или [2 неразобр.], где цифры обозначают количество неразобранных слов.

Из зачеркнутого воспроизводится в сноске лишь то, что представляет интерес для понимания текста, причем знак сноски ставится при слове, после которого стоит зачеркнутое.

Написанное в скобках воспроизводится в круглых скобках.

Подчеркнутое воспроизводится курсивом.VII

VIII Пунктуация автора воспроизводится в точности, за исключением тех случаев, когда она противоречит общепринятым нормам, причем отсутствующие тире, двоеточия, кавычки и точки ставятся в самых редких случаях.

При воспроизведении многоточий ставится столько же точек, сколько стоит их у Толстого.

Воспроизводятся все абзацы. Делаются отсутствующие абзацы в тех местах, где начинается разительно отличный по теме и характеру от предыдущего текст, причем каждый раз делается оговорка в сноске: Абзац редактора. Знак сноски ставится перед первым словом сделанного редактором абзаца.

Письма, публикуемые впервые, или те, из которых печатались лишь отрывки или переводы, обозначены звездочкой. В примечаниях указание на то, что письмо печатается по автографу, не делается. Публикация по другим источникам каждый раз оговаривается.

Все даты по 31 декабря 1917 года приводятся по старому стилю, а с января 1918 года — по новому стилю.

В примечаниях приняты условные сокращения:

АФ — Архив А. А. Фета в Государственной Публичной библиотеке им. В. И. Ленина (Москва).

Б, II — П. И. Бирюков, «Лев Николаевич Толстой. Биография», т. II, изд. «Посредник», М. 1908.

БЛ — Государственная Публичная библиотека им. В. И. Ленина.

Г, II — H. Н. Гусев, «Жизнь Л. Н. Толстого. Л. Н. Толстой в расцвете художественного гения», М. 1928.

ГMT — Государственный музей Л. Н. Толстого Академии наук СССР, рукописное отделение.

ПС — «Переписка Л. Н. Толстого с H. Н. Страховым», изд. Общества Толстовского музея, СПб. 1914.

ПТ — «Переписка Л. Н. Толстого с гр. А. А. Толстой», Спб. 1911.

ПТС, I, II — «Письма Л. Н. Толстого, собранные и редактированные П. А. Сергеенко», изд. «Книга», I — 1910; II — 1911.

ТС — «Лев Толстой и В. В. Стасов. Переписка 1878 — 1906», изд. «Прибой», Л. 1929.

TT, 1—4 — «Толстой и о Толстом», вып. 1—4, изд. Толстовского музея, М. 1924—1927.

ПИСЬМА
1873—1879


1873

1. П. Д. Голохвастову.

1873 г. Января 12. Я. П.

Я нынче только получил ваши книги,1 многоуважаемый Павел Дмитриевич, и не могу вас достаточно благодарить. Надеюсь свидеться с вами до тех пор, пока прочту то, что мне нужно в этих.

Долго ли вы пробудете в Москве? Есть ли надежда увидать вас в январе?

Дай бог вам успеха в вашей работе. Так часто приходится говорить неискренно эти слова, что мне хочется особенно подчеркнуть то, что я от всей души интересуюсь не только вашими трудами, но и всей вашей умственной деятельностью, которая имеет большую будущность.

Я вас не зову к себе теперь, если не поздно будет в феврале; потому что я всю зиму нынешнюю нахожусь в самом тяжелом, ненормальном состоянии. Мучаюсь, волнуюсь, ужасаюсь перед представляющимся, отчаиваюсь, обнадеживаюсь и склоняюсь к тому убеждению, что ничего кроме муки не выйдет.2 Надеюсь к февралю успокоиться. А теперь я себе так несносен, что другим должен быть невыносим. Так, пожалуйста, напишите свои планы на следующей неделе; я по ним соображусь. А свидеться и сблизиться с вами мне очень хочется.

Ваш Л. Толстой.

12 генваря.

Письмо к П. Д. Голохвастову, как и последующие письма к нему (кроме письма № 14), печатается по тексту, опубликованному в «Русском вестнике», 1904, 11, стр. 196—215. Местонахождение автографов неизвестно. Год определяется содержанием. См. прим. 1.

О Павле Дмитриевиче Голохвастове см. т. 61, прим. к письму № 422.8

9 1 Толстой просил П. Д. Голохвастова прислать ему несколько книг о Петре I и его эпохе. См. т. 61, письмо № 422.

2 Речь идет о работе над романом из эпохи Петра I.

2. В. К. Истомину.

1873 г. Января 12. Я. П.

Очень и очень рад был получить от вас самих о вас известие, любезный Владимир Константинович. Я все-таки знал про вашу судьбу урывками. И рад очень тому, что вы принимаетесь за умственную (я не говорю литературную, потому что не люблю ни слово, ни дело) работу. Очень интересно мне будет следить за этой работой и потому, что я интересуюсь и вами и казаками больше, чем когда-нибудь. Откровенно скажу вам только то, что газетная деятельность не та, которую бы я желал для вас.

С Урусовым1 мы также дружны и часто видимся, и я послал ему ваше письмо.

У меня к вам просьба: вы живете недалеко от Азова. Может быть, и сами бывали, а может быть, знакомые ваши. Мне нужно вид — картину того места, где стояли войска и были военные действия при Петре. Мне нужно знать: какие берега Дона, Мертвого Донца, Кутерьмы там — где высоко, где низко. Есть ли горы, курганы? Есть ли кусты; челига или что-нибудь подобное, какие травы? Есть ли ковыль? Есть ли камыш? Какая дичь? Да и вообще течение Дона от Хопра, какой общий характер имеет, какие берега? Может быть, есть книги об этом специальные, то назовите.

Простите, что утруждаю вас; но надеюсь, что, если не очень трудно, вы не откажете помочь мне.

Саша2 на святках был у нас, и ваше письмо я получил на другой день его отъезда.

Жена благодарит вас за память и кланяется. Очень рад, что мы опять вошли в сношения с вами.

Искренно преданный

гр. Лев Толстой.


Да, нет ли чего-нибудь мне неизвестного местного об азовских походах Петра?

12 генваря.4

5 Печатается по тексту, опубликованному в «Литературной газете» от 20 ноября 1935 г. Год определяется работой Толстого над романом из эпохи Петра I. Местонахождение автографа неизвестно.

Владимир Константинович Истомин (1847—1914) — приятель братьев С. А. Толстой. См. т. 83, стр. 224. С 1870 по 1876 г. жил в Новочеркасске и Таганроге, служа чиновником при атамане Войска Донского.

1 Сергеем Семеновичем Урусовым.

2 Александр Андреевич Берс, брат С. А. Толстой.

3. П. Д. Голохвастову.

1873 г. Января 24. Я. П.

Я становлюсь бессовестен. Не успел отказаться от вашего предложения, как мне уже понадобились 3 книги. Справился с вашим предпоследним письмом1 — две из них там есть: Корба2 и Есипова раскольничьи дела.3 Если я вам не надоел, пришлите их, пожалуйста. Третья книга — это Кирилова статистика,4 о которой упоминает Устрялов.5 Если она есть в продаже, то (простите ради бога), когда будете у Соловьева,6 возьмите у него на мой счет и пришлите мне, пожалуйста. Я уже дошел в своем изучении времени до той степени (вы верно это испытывали), что начинаешь вертеться в заколдованном кругу. С разных сторон повторяют одно и то же, и знаешь откуда. Неужели только?

Есть у меня еще надежда на родословные. Не знаете, нет ли чего в этом роде? В особенности Шереметевы7 и Апраксины.8 С другой стороны, я дошел до того периода, когда, начитавшись описаний того времени, всегда ложных, с пошлой европейской, героичной точки зрения, испытываешь озлобление9 на эту фальшь и, желая разорвать этот волшебный круг фальши, теряешь спокойствие и внимательность, которые так нужны.

Письмо ваше мне было очень приятно. В хорошие минуты я приблизительно то же думаю; но приятно со стороны получить подтверждение.

Я тоже хочу сказать вам от души совет; но мой не будет приятен, хотя вы, вероятно, знаете сами то, что я скажу. Не живите в Москве. Для людей, которым предстоит упорный умственный труд, есть две опасности: журналистика и разговоры. Против первой вы непромокаемы, как я думаю; но второе вам, кажется, опасно. Вы говорите хорошо, вас слушают охотно, потому что вам есть что говорить; но это беда. И чем умнее те люди, с которыми говоришь, тем хуже. Для умных людей достаешь5 6 самую начинку из пирога, а этого-то и не надобно, чтоб они не нанюхали, как собаки, кушанье, которое готовится к празднику.

Должно быть, скоро буду в Москве; и мне нужно напоминать ваш адрес, чтоб видеться с вами.

Мой адрес всегда: Тула.

Ваш Л. Толстой.

24 января.

О первой публикации см. стр. 3. Год определяется ответным письмом П. Д. Голохвастова от 27 января 1873 г.

1 Письмо неизвестно.

2 Иоганн Георг Корб — секретарь посольства, отправленного в 1698 г. Леопольдом I в Москву к Петру I. Был в Москве во время стрелецкого розыска и подробно описал его в своем дневнике, изданном в Вене в 1700 г. Русский перевод дневника Корба вышел в Москве в 1867 г.

3 Григорий Васильевич Есипов (1812—1899) — историк. Толстой просил его книгу «Раскольничьи дела XVIII столетия, извлеченные из дел Преображенского приказа и Тайной розыскных дел канцелярии», тт. 1—2, изд. Д. Е. Кожанчикова, Спб. 1861—1863.

4 Иван Кириллов (ум. 1738) — секретарь Сената, автор составленного в 1728 г. по подлинным документам первого статистического описания России (издано М. П. Погодиным под заглавием: «Цветущее состояние всего Российского государства», тт. 1—2, М. 1831).

5 Николай Герасимович Устрялов (1805—1870) — историк, автор «Истории царствования Петра Великого», тт. 1—4, 6, Спб. 1858—1864.

6 Иван Григорьевич Соловьев (ум. 1881) — московский книгопродавец, комиссионер Толстого по продаже его сочинений.

7 Шереметевы — дворянский род. Толстого интересовала личность Бориса Петровича Шереметева (1652—1719), ревностного сторонника реформ Петра I.

8 Апраксины Петр, Федор и Андрей Матвеевичи — братья второй жены царя Федора Алексеевича, занимавшие важные посты в царствование Петра I.

9 В печатном тексте: «одно биение» — вследствие неверного прочтения издательницей письма В. Н. Остроумовой.

4. А. А. Фету.

1873 г. Января 30. Я. П.

Уж несколько дней, как получил ваше милое и грустное письмо и только нынче собрался ответить.

Грустное потому, что вы пишете, Тютчев умирает,1 слух, что Тургенев умер,2 и про себя говорите, что машина стирается, и хотите спокойно думать о Нирване. Пожалуйста, известите поскорее, — фальшивая ли это была тревога. Надеюсь,6 7 что да и что вы без Марьи Петровны3 маленькие признаки приняли за возвращение вашей страшной болезни.

О Нирване смеяться нечего и тем более сердиться. Всем нам (мне по крайней мере, я чувствую) она интереснее гораздо, чем жизнь, но я согласен, что, сколько бы я о ней ни думал, я ничего не придумаю другого, как то, что эта Нирвана — ничто. Я стою только за одно — за религиозное уважение — ужас к этой Нирване.

Важнее этого все-таки ничего нет.

Что я разумею под религиозным уважением? — Вот что. Я недавно приехал к брату, а у него умер ребенок и хоронят.4 Пришли попы, и розовый гробик, и всё, что следует. Мы с братом так же, как и вы, смотрели на религиозные обряды и, сойдясь вместе, невольно выразили друг другу почти отвращение к обрядности. А потом я подумал: ну, а что бы брат сделал, чтобы вынести, наконец, из дома разлагающееся тело ребенка? Как его вынести? В мешке кучеру вынести? И куда деть, как закопать? Как вообще прилично кончить дело? Лучше нельзя (я, по крайней мере, не придумаю), как с панихидой, ладаном и т. д.? Как самому слабеть и умирать? Мочиться под себя, п....ть и больше ничего? Нехорошо.

Хочется внешне выразить значительность и важность, торжественность и религиозный ужас перед этим величайшим в жизни каждого человека событием. И я тоже ничего не могу придумать более приличного — и приличного для всех возрастов, всех степеней развития, — как обстановка религиозная. Для меня, по крайней мере, эти славянские слова отзываются совершенно тем самым метафизическим восторгом, [который ощущаешь,] когда задумаешься о Нирване. Религия уже тем удивительна, что она столько веков, стольким миллионам людей оказывала ту услугу, наибольшую услугу, которую может в этом деле оказать что-либо человеческое. С такой задачей как же ей быть логической? Она бессмыслица, но одна из миллиардов бессмыслиц, которая годится для этого дела. Что-то в ней есть.

Только вам я позволяю себе писать такие письма. А написать хотелось, и что-то грустно, особенно от вашего письма.

Напишите, пожалуйста, поскорее о своем здоровьи.

Ваш Лев Толстой.

30 января.7

8 Письмо мое дико, потому что я ужасно не в духе. Работа затеянная — страшно трудна.5 Подготовки изучения нет конца, план все увеличивается, а сил, чувствую, что всё меньше и меньше. День здоров, а 3 нет.

Впервые опубликовано в «Русском обозрении», 1901, № 1, стр. 70. Год определяется письмом А. А. Фета от 20 января 1873 г., на которое Толстой отвечает.

1 У Ф. И. Тютчева 1 января 1873 г., во время прогулки, произошел удар, после которого он в течение полугода оставался прикованным к постели и 15 июля скончался.

2 И. С. Тургенев страдал в конце 1872 и начале 1873 г. острыми приступами подагры, подавшими повод к слухам о его смерти.

3 Мария Петровна Фет, рожд. Боткина.

4 13 января 1873 г. умер сын Сергея Николаевича Толстого Александр, родившийся в начале декабря 1869 г.

5 Работа над романом из эпохи Петра I.

* 5. А. А. Толстой.

1873 г. Января конец... февраля начало. Я. П.

Очень, очень благодарю, дорогой друг Alexandrine, за письмо ваше и за ходатайство о Бибикове.1 Он был у меня, когда я получил ваше письмо, и вы бы порадовались, увидав покрасневшее от волнения и радости его доброе седое лицо, когда я сообщил ему то, что до него касалось.

Верно, я написал не то, что хотел, если вышло так глупо и смешно. А я хотел сказать серьезное и приятное вам, то, что ему сказали в Петербурге, что вы, именно вы, делаете много добра своим влиянием. Когда он мне сказал это, я был рад и хотелось вам сказать.

Письмо ваше о том, что вы читаете Войну и мир (хотелось бы притвориться, но не стану), было мне очень приятно, в особенности потому, что я теперь почти что пишу. И суждения ваших слушательниц я бы дорого дал, чтоб послушать. И вовсе не смеялся над тем суждением, которое вы мне передали, но очень радостно задумался над ним. О если б в том, что мне бог даст написать, только этих недостатков бы не было. Этих-то я, наверное, избегну; но не думайте, чтоб я неискренно говорил — мне Война и мир теперь отвратительна вся. Мне на днях пришлось заглянуть в нее для решения вопроса о том, исправить ли для нового издания,2 и не могу вам выразить8 9 чувство раскаянья, стыда, которое я испытал, переглядывая многие места! Чувство вроде того, которое испытывает человек, видя следы оргии, в которой он участвовал. — Одно утешает меня, что я увлекался этой оргией от всей души и думал, что кроме этого нет ничего.

Азбуку мою, пожалуй, не смотрите. Вы не учили маленьких детей, вы далеко стоите от народа и ничего не увидите в ней. Я же положил на нее труда и любви больше, чем на всё, что я делал, и знаю, что это одно дело моей жизни важное. Ее оценят лет через 10 те дети, которые по ней выучатся.

Я слышал уже про болезнь Тютчева, и вы не поверите, как это меня трогает. Я встречался с ним раз 10 в жизни; но я его люблю и считаю одним из тех несчастных людей, которые неизмеримо выше толпы, среди которой живут, и потому всегда одиноки. Как он примет смерть, которая во всяком случае близка ему?

Если ему лучше, передайте ему через кого-нибудь мою любовь. Целую вашу руку. Не думаю, чтобы судьба привела меня в Петербург, хотя знаю, какая бы это была для меня радость. Передайте мою искреннюю дружбу вашим.

Отрывок, с датой «1873», впервые опубликован в «Вестнике Европы», 1904, 6, стр. 451. Датируется упоминанием о болезни Тютчева и о новом издании «Войны и мира».

Об Александре Андреевне Толстой (1817—1904) см. т. 47, прим. 624.

1 См. т. 61, письмо № 425.

2 Толстой просматривал «Войну и мир» для нового (третьего) издания своих сочинений (в 8 томах, М. 1873), где «Война и мир» составляет томы V—VIII.

6. П. Д. Голохвастову.

1873 г. Февраля 15. Москва.

Я приехал вчера1 и целый день думал, что успею заехать к вам, но не успел. Нынче с трех часов я свободен. Застану ли вас дома или не приедете ли ко мне?.. Дюссо,2 28 №.

Ваш Л. Толстой.

О первой публикации см. стр. 3. Датируется содержанием (см. прим. 1).

1 Толстой ездил в Москву 13—16 февраля для переговоров с типографией М. Н. Каткова о печатании 3-го издания собрания своих сочинений.

2 Гостиница Дюссо в Театральном проезде в доме кн. Грузинского.

9 10

7. П. Д. Голохвастову.

1873 г. Марта 1. Я. П.

Уже середина 2-й недели,1 а от вас, Павел Дмитриевич, нет слуха и телеграммы. Боюсь, уже не уехали ли вы в деревню, наказав меня за то, что я не умел воспользоваться во-время вашей готовностью побывать у нас. Это было [бы] очень грустно. В деревне мы бы переговорили о многом, занимающем нас обоих, и успели бы узнать друг друга лучше.

Если вы в Москве и не оставили вашего намерения, то лучше всего сделать так: выехать с пассажирским (кажется) в 9 утра или около этого из Москвы, а со станции Москвы послать телеграмму в Козловку; тогда бы я вышел за вами в Козловку в 5 часу и вы бы приехали к нам к обеду. Если же вам рано выезжать в 9, то по курьерскому из Москвы в 12 (полдень), и за вами выедут в Тулу и вы приедете к нам в 8.

Надеюсь, что до свиданья.2

Ваш Л. Толстой.

1 марта.

О первой публикации см. стр. 3. Год определяется сопоставлением с письмом Толстого к П. Д. Голохвастову от 12 января 1873 г. и с письмом С. А. Толстой к Т. А. Кузминской от 20 марта 1873 г. (см. прим. 2).

1 Вторая неделя великого поста в 1873 г. была с 25 февраля по 3 марта.

2 20 марта 1873 г. С. А. Толстая писала Т. А. Кузминской: «Недавно гостил у нас Голохвастов, новый Левочкин знакомый из московского света».

* 8. Т. А. Кузминской.

1873 г. Марта 1. Я. П.

Тотчас же хотел тебе отвечать, любезный друг Таня, да поехал в Москву, потом собрались гости,1 потом поехал к брату, потом занемог. — Как хорошо, что ты соблюдаешь муаровый жилет.2 Так приятно получить поздравленье к имянинам и вообще всё по-божьему; но я, как ни сочувствую этому, сам не умею всё это исполнять, и, если бы не Соня, давно бы одичал. Описывать тебе ничего не буду — это специальность Сони, да и, кажется, нечего. Кроме Эмилии.3 Она мне очень нравится — полнокровная, тихая, степенная, сметливая, добрая, твердая; но грубоватая, не в смысле натуры, но в смысле10 11 воспитания и манер. Я надеюсь, что из нее выйдет прекрасная помощница Сони, особенно для маленьких детей. Большие же дети, особенно Таня, уже начинают требовать другого. В эту последнюю зиму уж начинает чувствоваться для Тани необходимость в утонченной гувернантке. Не успеешь оглянуться с детьми, как уж опять новая станция и перемена лошадей. Мы впереди вас едем по этой дороге и можем рассказывать, какие станции. Похвала твоя моей Азбуке меня очень порадовала, и критика о том, что рассказы без обозначения, кто рассказывает, для детей неясны — справедлива.4 А что н ен называть, потому что по-французски, это несправедливо. По-французски пускай учится, как принято, а по-русски зачем же путать, особенно для складов. Советую и очень прошу учить строго по моему руководству. Ведь я на сотнях детей испробовал. Слободина твоего я достал 3-ю часть и прочел и удивился, чтó ты нашла.5 Ничего нет, кроме вечных благородных юношей студентов, от которых избави нас, господи. Прочла ли ты l'homme-femme.6 Меня поразила эта книга. Нельзя ждать от француза такой высоты понимания брака и вообще отношения мужчины к женщине. Что это бедная Ханна.7 Мне ужасно жалко и тебя и ее. Одно, чем я утешаюсь, это то, что не прибавила ли она и ты. —

Напиши, как ты в глубине души на это смотришь. Не раскаиваешься ли, что взяла ее. — Прощай, милый друг Таня, целую тебя, Сашу8 и детей.

Л. Толстой.

1 март.

Год определяется сопоставлением с письмом Т. А. Кузминской к С. А. Толстой от 25 января 1873 г. (см. прим. 4). О Т. А. Кузминской см. т. 47, прим. 733. Ответ на неизвестное письмо Т. А. Кузминской, написанное к 18 февраля, дню именин Толстого.

1 В феврале 1873 г. в Ясную Поляну приезжали: H. Н. Страхов, А. А. и М. П. Феты, сын М. Н. Толстой — Н. В. Толстой и дядя С. А. Толстой — К. А. Иславин.

2 «Муаровый жилет» — метафора, обозначавшая в семье Толстых семейное торжество.

3 Эмили Табор — англичанка, поступившая гувернанткой в дом Толстых в феврале 1873 г.

4 В письме к С. А. Толстой от 25 января 1873 г. Т. А. Кузминская, рассказывая о том, каким успехом пользуется «Азбука» у няни ее детей и как легко пятилетняя Даша выучила половину алфавита, прибавляет:11 12 «...одно в «Азбуке» не так, по-моему, т. е. в рассказах. Там пропасть рассказов начинаются: «Когда я была маленькой» и т. д. Неопределенно. Они меня измучили вопросами: «кто? девочка? мальчик? кто говорит? кто был маленький? кого учили шить?» Надо бы для детей яснее начинать».

5 Речь идет о романе П. Альминского «Алексей Слободин (Хроника семейной жизни)», печатавшемся в «Вестнике Европы» с октября 1872 г. по март 1873 г. П. Альминский — псевдоним Александра Ивановича Пальма (1822—1885), выступившего на литературное поприще в 1840-х гг. В молодости Пальм привлекался по делу петрашевцев. Тема его произведений — дореформенная помещичья жизнь. Роман Пальма был переиздан в 1933 г. изд-вом «Молодая гвардия» под заглавием «Алексей Слободин. Повесть из жизни петрашевцев».

6 Книга Александра Дюма-сына «L’homme-femme» («Мужчина-женщина»), Париж, 1872. Содержит рассуждение о браке, написанное в ответ на статью Анри д’Идевилля (в газете «Le soir») по поводу нашумевшего в то время процесса об убийстве мужем изменившей ему жены.

7 Ханна Терсей. См. о ней т. 83, стр. 132.

8 Александр Михайлович Кузминский.

9. H. H. Страхову.

1873 г. Марта 1? Я. П.

Наше последнее свидание оставило во мне грустное впечатление, дорогой Николай Николаевич, точно раскаяние. Я имел вас и не воспользовался не только всем, чем мог, но почти ничем. Ужасно обидно. А теперь когда еще сведет судьба, да и сведет ли? — Пожалуйста, напишите о себе: как вы устроились? Как подействовал на вас Петербург? Каким вы себя нашли, примеривая старое платье, — успокоенным или раздраженным? Какой успех вашей книги?1 — Я после вас скоро поехал к брату, потом занемог и теперь еще не справился. Работа моя не двигается, да и опять нашло сомнение. У брата прочел в Вестн[ике] Евр[опы] об Азбуке2 и, признаюсь, как ни совестно, почувствовал оскорбление и уныние. Забытые вами вещи послал бы давно, но не знал вашего адреса, и теперь посылаю на имя Пети, который пишет, что вас видел.3 Прощайте, напишите, пожалуйста.

Ваш Л. Толстой.


Письма вашего из Крыма всё еще не получал и жду с нетерпением.412

13 Впервые опубликовано, с датой: «20 февраля — 15 марта 1873 г.», в альманахе Пушкинского дома «Радуга», П. 1922, стр. 242—243. Датируется: 1) сопоставлением слов письма: «поехал к брату, потом занемог» с аналогичной фразой в письмах к Т. А. Кузминской и А. А. Фету от 1 марта 1873 г.; 2) H. Н. Страхов был в Ясной Поляне 18—19 февраля.

1 Толстой имеет в виду книгу H. Н. Страхова «Мир как целое. Черты из науки о природе», Спб. 1872. О впечатлении от этой книги Толстой писал Страхову 12 ноября — 17 декабря 1872 г. См. т. 61, № 426.

2 Анонимная статья об «Азбуке», напечатанная в «Вестнике Европы», 1873, 1, стр. 450—456. Автор ее подверг «Азбуку» самой развязной критике. В конце февраля 1873 г. Толстой начал писать резкий ответ критикам «Азбуки», но не послал его. См. тт. 21—22 и письмо № 26.

3 О своем свидании с H. Н. Страховым Петр Андреевич Берс упоминал в письме к Толстому от 23 февраля.

4 Письмо H. Н. Страхова от 8 января 1873 г. (ПС, стр. 21—25). См. письмо № 20.

10. A. A. Толстой.

1873 г. Марта 1. Я. П.

Любезный друг Alexandrine. Очень вам благодарен за последнее письмо1 с выпиской от К. Долгорукова.2 Мой Бибиков был совершенно счастлив. Одно только меня огорчило, это то, что невольно вы мне показали тоном своего письма, que j’ai été indiscret.3 Что делать!

Пишу только с тем, чтоб благодарить вас и доказать, что я тверд в своем намерении писать вам не так редко, как прежде. — Пожалуйста, и вы напишите коротенькое словечко, чтоб я знал, чтó и где вы. —

Мы живем по-старому и нынче весною сбираемся в большое путешествие в Самару. Во всей семье только об этом и речи. В Самарской степи у меня построен домик и заведено маленькое хозяйство, и там мы проведем, если бог даст, лето.4

Работа моя5 идет дурно. Жизнь так хороша, легка и коротка, а изображение ее всегда выходит так уродливо, тяжело и длинно.

Прощайте, целую вашу руку и прошу не забывать.

Л. Толстой.

1 марта.

Впервые опубликовано в ПТ, стр. 245—246. Год определяется сопоставлением с письмом № 5.13

14 1 Письмо неизвестно*

2 Ср. в т. 61 письмо № 425.

3 [что я был нескромен.]

4 Лето 1873 г. семья Толстых провела в самарском имении, уехав туда из Ясной Поляны 2 июня и возвратившись в середине августа.

5 Работа над романом из эпохи Петра I.

* 11. A. A. Фету.

1873 г. Марта 1. Я. П.

Простите, что так долго не отвечал на ваши письма — был в Москве, потом у брата, потом был болен.

Пожалуйста, не изменяйте плана заехать к нам1 — летом уже не увидимся.

О серьге я спрашивал в Туле у началь[ника] станции и у девушки — ничего говорят, не находили. Но девушка показалась мне подозрительна. Она сконфузилась, мне показалось. Благодарю за предложение послать за кобылами вместе с вашими. Я так и сделаю.

Что вы не пишете о Петре Афанасьевиче, как кончилось дело с векселями.2

Тоже не знаем и очень интересуемся о том, послушались ли вы наших увещаний d’envoyer paître3 Шеншина молодого.4

Мы все по-старому, слава богу, здоровы и ждем вас. Наши поклоны Марье Петровне.

Ваш Л. Толстой.

1 марта.

Год определяется сопоставлением слов письма: «был в Москве, потом у брата, потом был болен» с аналогичной фразой в письме к Т. А. Кузминской от 1 марта 1873 г.

Ответ на письма А. А. Фета, написанные после посещения им с женой 4 февраля Ясной Поляны. Об этом посещении С. А. Толстая писала Т. А. Кузминской 5—6 февраля (приписка к письму от 4 февраля). Первое из писем Фета, от 7 февраля, хранится в ГМТ, другое — неизвестно.

1 7 февраля А. А. Фет писал: «Если в феврале поеду в Москву по делам, забегу в очарованный замок Ясной Поляны».

2 Петр Афанасьевич Шеншин (1827—1881?) — брат А. А. Фета. Полюбив дочь своего соседа, он выдал отцу ее на 200 тысяч векселей. Однако девушка отказала ему в руке, и он просил отца ее вернуть векселя, что тот и исполнил (см. А. А. Фет, «Мои воспоминания», II, М. 1890, стр. 245 и 292—294).14

15 3 [послать к чорту. Буквально: послать пастись]. Ср. след. письмо.

4 Владимир Александрович Шеншин (р. 1854) — племянник А. А. Фета, сын сестры его, Любови Афанасьевны Шеншиной.

* 12. А. А. Фету.

1873 г. Марта 17. Я. П.

Не сердитесь за лаконизм моих писем. Мне всегда так многое хочется сказать именно вам, что уж ничего не говорю, кроме практического.

Радуюсь тому, что вы послали пастись Шеншина, племянника, но насчет того, что Петя1 считается с вами письмами, не огорчаюсь, но огорчаюсь, что вы способны принять это слишком к сердцу и дать этому такое значение, какого оно не имеет. —

Он в том самом возрасте, в котором мальчики поджигают дома, а не поджигают, то отпускают ногти и воротнички и фразы и думают, что они от этого лучше будут, что еще бессмысленней поджогов.

Как мне жаль, что хотя я и умею наслаждаться чтением ваших писем, я не умею сам писать, а вы для меня, соды, — кислота: как только дотронусь до вас, так и зашиплю — столько хочется вам сказать.

Итак, до страстной,2 пожалуйста, пожалуйста, говорим мы оба. —

Работа моя не двигается. В хорошие минуты утешаю себя тем, что это потуги, а в дурные подумываю частенько — не ветры ли?

А хоть и ветры, я не огорчусь уж очень. Слава богу, есть чем жить — разумеется не в смысле денег.

Передайте наш поклон Марье Петровне.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано, с пропуском нескольких фраз, в «Русском обозрении», 1890, № 7, стр. 28—29. Год определяется упоминанием о молодом Шеншине (см. письмо № 11). Месяц и число проставлены на автографе рукой А. А. Фета.

Ответ на неизвестное письмо А. А. Фета, написанное в ответ на письмо Толстого от 1 марта.

1 Петр Иванович Борисов (1858—1888) — сын сестры Фета, Надежды Афанасьевны, и его приятеля Ивана Петровича Борисова; с 1871 г. круглый сирота, воспитание которого Фет взял на себя. П. И. Борисов учился в Москве в лицее.

2 В 1873 г. страстная неделя приходилась на 2—7 апреля.

15 16

13. H. H. Страхову. Неотправленное.

1873 г. Марта 25. Я. П.

25 марта.

Как грустно мне было читать ваше письмо, многоуважаемый Николай Николаевич! Если бы вы остались у нас, ничего бы этого1 не было, и я бы воспользовался вами дольше. Спасибо за обещание,2 я буду рассчитывать на него и напоминать вам. —

Вы мне не пишете, поступили ли вы на службу и ясно ли определено ваше положение? Пожалуйста, напишите.

Очень порадовало меня в вашем письме две вещи: 1) что вы так же хорошо ко мне расположены, как и прежде, и 2) что у вас много друзей (посещавшие вас) и друзей ваших духовных, что книга ваша имеет успех.

Только не вдавайтесь в литературную грязь, и всё будет хорошо.

Расскажу теперь про себя, но, пожалуйста, под великим секретом, потому что, может быть, ничего не выйдет из того, что я имею сказать вам. Всё почти рабочее время нынешней зимы я занимался Петром, т. е. вызывал духов из того времени, и вдруг — с неделю тому назад — Сережа, старший сын, стал читать Юр[ия] Милославского3 — с восторгом. Я нашел, что рано, прочел с ним, потом жена принесла с низу Повести Белкина, думая найти что-нибудь для Сережи, но, разумеется, нашла, что рано. Я как-то после работы взял этот том Пушкина4 и, как всегда (кажется 7-й раз) перечел всего, не в силах оторваться, и как будто вновь читал. Но мало того, он как будто разрешил все мои сомнения. Не только Пушкиным прежде, но ничем я, кажется, никогда я5 так не восхищался. Выстрел, Египет[ские] ночи, Капит[анская] доч[ка]!!! И там есть отрывок «Гости собирались на дачу».6 Я невольно, нечаянно, сам не зная зачем и что будет, задумал лица и события, стал продолжать, потом, разумеется, изменил, и вдруг завязалось так красиво и круто, что вышел роман,7 который я нынче кончил начерно, роман очень живой, горячий и законченный, которым я очень доволен и кот[орый] будет готов, если б[ог] даст здоровья, через 2 недели и который ничего общего не имеет со всем тем, над чем я бился целый год. Если я его кончу, я его напечатаю отдельной книжкой, но мне очень хочется,

16 17


2-я и 3-я страницы письма Л. Н. Толстого Н. H. Страхову от 25 марта 1873 г.



чтоб вы прочли его. Не возьмете ли вы на себя его коректуры с тем, чтобы печатать в Петербурге.8

Еще просьба: я начал приготовлять В[ойну] и мир ко второму изданию и вымарывать лишнее — что надо совсем вымарать, что надо вынести, напечатав отдельно. — Дайте мне совет, если вам будет время проглядеть 3 последние тома. Да если вы помните, чтó нехорошо, напомните. Я боюсь трогать потому, что столько нехорошего на мои глаза, что хочется как будто вновь писать по этой подмалевке. Если бы, вспомнив то, что надо изменить, и поглядев последние 3 тома рассуждения, написали бы мне, это и это надо изменить и рассуждения с стр[аницы] такой-то по страницу такую-то выкинуть, вы бы очень, очень обязали меня. Благодаря кому-то, заботящемуся о том, чтó я пишу, и извещающему о том публику, я на этих днях получил приглашения в журналы от Некрасова и Каткова, которым надо отвечать отказом и потому раздражать, что очень неприятно.9

Надеюсь, что письмо это застанет вас здоровым и что вы скоро ответите мне. —

Вы благодарите меня за то, что Петя10 отдал вам мой запоздалый долг, а я забыл сделать то, что хотел в Ясн[ой] Поляне: сказать вам то, что, несмотря на то, что печатание Азбуки есть уже давнишнее дело и что Азбука сделала фиаско (я от того ни на волос не стал о ней худшего мнения), я не перестаю в душе благодарить вас за вашу мне помощь. Если бы не вы, может быть, она бы еще теперь сидела мне поперек горла. — Не взыщите за бестолково написанное письмо — я нынче много радостно работал утром, кончил, и теперь, вечером, в голове похмелье.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 648—650. Год определяется сопоставлением с письмом Страхова от 15 марта 1873 г. (см. ПС, стр. 25— 28), на которое Толстой отвечает. Отослано не было.

1 По приезде из Ясной Поляны в Петербург Страхов заболел рожистым воспалением на ноге.

2 Обещание приехать в Ясную Поляну.

3 Исторический роман Михаила Николаевича Загоскина (1789—1852).

4 Пятый том Сочинений Пушкина в издании П. В. Анненкова (Спб. 1855). Сохранился в Ясной Поляне.17

18 5 Так в автографе.

6 Отрывок «Гости съезжались на дачу» помещен на стр. 502—506 указанного тома.

7 Речь идет о первом наброске романа «Анна Каренина», начатом 18— 19 марта 1873 г. О начале работы Толстого над романом см. в статье Н. К. Гудзия «История писания и печатания «Анны Карениной» (т. 20). Публикуемое письмо к Страхову документально устанавливает, что толчком к началу писания романа действительно послужил отрывок Пушкина «Гости съезжались на дачу».

8 Толстой начал печатание «Анны Карениной» отдельным изданием в Петербурге в первых числах марта 1874 г., но уже в начале июня издание было приостановлено, а затем и вовсе прекращено. С января 1875 г. роман начал печататься в «Русском вестнике»; над последующими же частями Толстой еще продолжал работать. Отдельное издание романа вышло в январе 1878 г. Страхов держал корректуры обоих отдельных изданий и эпилога романа в журнальном издании.

9 Письма Н. А. Некрасова и М. Н. Каткова неизвестны.

10 Петр Андреевич Берс, по поручению Толстого, передал Страхову 250 рублей, которые Толстой был ему должен за работу, связанную с изданием «Азбуки».

14. П. Д. Голохвастову. Неотправленное.

1873 г. Марта 30. Я. П.

30 марта.

Очень вам благодарен, Павел Дмитриевич, за вашу память обо мне и за присылку книг. Я их еще не получал и нынче посылаю объявленье. — Радуюсь вашей свободе и надеюсь, что вы ее употребите хорошо. Мои любимые для вас занятия это повесть в прозе и былину Ильи для Шатилова.1 Драма это ваше дело с самим собой, и я сужденья иметь себе не позволяю. —

Вы не поверите, что я с восторгом, давно уже мною не испытываемым, читал это последнее время, после вас — повести Белкина, в 7-й раз в моей жизни. Писателю надо не переставать изучать это сокровище. На меня это новое изучение произвело сильное действие. Я работаю, но совсем не то, что хотел.2

Прочел на днях Le petit chose, Daudet.8 Вероятно, Ольга Андреевна4 обмолвилась, назвав его рядом с Droz.5 Поэзия и дрова. Но очень хорошая вещь Prosper Randoce Gherbulier6 — советую прочесть. — Замечательная вещь, что у англичан и у французов не переводится поэзия, а у всех остальных европейцев, особенно у немцев — ничего. Как вы это подведете под свою теорию искусства?18

19 До свиданья, желаю от всей души вам плодотворной и удовлетворяющей деятельности и прошу не забывать, что я горячо сочувствую вам и вашим замыслам и стремлениям.

Ваш Л. Толстой.


На конверте рукой Толстого:

В Воскресенск. Московской губернии.

Его высокоблагородию

Павлу Дмитриевичу

Голохвастову

Впервые опубликовано в «Литературном наследстве», т. 37-38, М. 1939, стр. 148—149. Год определяется сопоставлением с письмом С. А. Толстой к Т. А. Кузминской от 20 марта 1873 г. На письме пометка С. А. Толстой: «Непосланное письмо». Ср. ниже письмо к П. Д. Голохвастову от 9...10? апреля 1873 г.

1 Имеется в виду работа П. Д. Голохвастова над переделкой былины об Илье Муромце для предпринятого Московским комитетом грамотности, председателем которого был И. Н. Шатилов (см. прим. 2 к письму № 63), издания книг для народного чтения.

2 См. письмо № 13.

3 «Малыш» — роман Альфонса Додэ (1840—1897).

4 Ольга Андреевна Голохвастова (ум. 1894), жена П. Д. Голохвастова, писательница. Перу ее принадлежит несколько драм и повестей, печатавшихся в «Беседе» и «Русском вестнике».

5 Гюстав Дроз (1832—1895) — французский писатель. В автобиографических записях С. А. Толстой, в части, относящейся к 1873 г., есть воспоминания о совместном с Толстым чтении вслух романа Дроза «Babolain» (Париж, 1872). Его, вероятно, и сравнивает Толстой с «Малышом» Додэ.

6 Виктор Шербюлье (1829—1899) — французский романист. В образе героя своего романа «Проспер Рандос» (Париж, 1868), бездарного, тщеславного поэта, Шербюлье высмеял отрицательные стороны литератора, мнящего себя гением.

* 15. А. А. Фету.

1873 г. Март... апрель. Я. П.

Хотел ехать встречать дорогую гостью; но боюсь стеснить. Федор Федорович1 сказал мне, что Марья Петровна предпочитает открытые сани, поэтому посылаю открытые; но советую воспользоваться полостью и поставить ее в защиту от ветра с правой стороны.


На четвертой странице: Е. в. Афанасью Афанасьевичу Фет.19

20 Год проставлен на автографе рукой А. А. Фета; месяц определяется сопоставлением с письмом С. А. Толстой к Т. А. Кузминской от 26 апреля 1873 г., в котором она сообщала о приезде в Ясную Поляну М. П. Фет.

1 Ф. Ф. Кауфман — с 1872 по 1874 г. гувернер сыновей Толстого, живший раньше у родственника Фета, И. П. Борисова.

16. H. H. Страхову.

1873 г. Апреля 6...7. Я. П.

Вы должны сердиться на меня, дорогой Николай Николаевич, за то, что я до сих пор не ответил на ваше столь мне приятное письмо, карандашом.1 Я всё это оценил и благодарил вас от души. И жалел, что вы уехали больной, и жалел вас, что вы больны одни сделались, и радовался, что в комнате у вас тесно было от людей в Петерб[урге], которые вас любят. И я отвечал вам тотчас же, но не послал письмо,2 а с тех пор прошло вот 2 недели. Не послал я письмо оттого, что писал о себе кое-что, что было преждевременно, и так и вышло. Когда-нибудь пошлю вам это письмо или покажу. Как это хорошо, что вы видите возможность бывать в Ясной. Вы, верно, не знаете, как я этому рад. —

О себе, т. е. о самом настоящем себе, не буду писать, чтобы опять не не послать письмо: исполняю возложенную на меня по какому-то высочайшему повелению обязанность — мучаюсь и нахожу в этом мучении всю, не радость, но цель жизни. — О себе же не самом скажу, что мы все здоровы, живем по-старому и сбираемся в мая половине в Самару.

Попался мне на днях год 72-й Русской старины, и я почти весь прочел его, а попался мне Вест[ник] Евр[опы], я ничего не мог прочесть. Узнаю, что Архив3 и Р[усская] старина расходятся в огромном количестве, и мне пришло в голову, что не оттого ли это просто, что в Арх[иве] и Р[усской] стар[ине] все вещи (письма, записки) людей, писавших но крайней мере 30 лет тому назад, и что встарину умели писать, а теперь не умеют и всё больше и больше разучиваются.

Пожалуйста, не забывайте меня и пишите хоть изредка, а теперь напишите поскорее, чтобы мне знать, здоровы ли вы? Устроилось ли ваше место, и как?4 и что вы сами делаете?20

21 Вы мне пишете, что благодарите за мой долг, отданный вам Петей, а я чувствую себя виноватым, что опоздал, а, главное, за то, что в Ясной не успел вам сказать того, что хотел, — что моя благодарность вам за ваш труд с моей Азбукой нисколько не уменьшилась от того, что это дело прошло. Я помню, что вы меня своей помощью из беды выручили. —

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 651—652. Датируется на основании пометки Страхова на автографе: «7 апреля 1873 г.».

1 От 15 марта 1873 г. См. ПС, стр. 25—28.

2 От 25 марта 1873 г. См. № 13.

3 «Русский архив» (1863—1917 гг.) — исторический журнал.

4 1 августа 1873 г. Н. Н. Страхов был зачислен заведующим Отделением юридических и социальных наук Публичной библиотеки (ныне Государственная Публичная библиотека им. М. Б. Салтыкова-Щедрина).

17. П. Д. Голохвастову.

1873 г. Апреля 9...10? Я. П.

Вы, верно, упрекаете меня, Павел Дмитриевич, просто в невежестве; на ваши два столь приятные мне письма и посылку книг я до сих пор не ответил. Я, по крайней мере, несмотря на уверенность, что наши хорошие и дружеские отношения упрочились теми славными днями, которые мы провели вместе, я ужаснулся, когда хватился, что я еще вам не ответил, не поблагодарил вас за книги и, главное, за ваш приезд к нам. Произошло это оттого, что дней 10 тому назад я написал вам длинное письмо; но написал в нем кое-что такое, что, обдумавши, решил лучше не писать, и не послал письмо, а другого до сих пор не написал.

То, что я написал и не послал, относилось до меня, и я не послал, потому что было преждевременно. Радуюсь от души, что вы вырвались из Москвы и засели (вероятно, теперь уже) за работу. За какую? Пожалуйста, известите, это меня очень интересует. Я больше всего, как вы знаете, сочувствую повести и в прозе, потом былинам для Шатилова и менее всего надеюсь на драму. Впрочем это ваше дело с своей душой. С вашей искренностью, чистотой любви к поэтической деятельности должно21 22 выдти хорошее. Давно ли вы перечитывали прозу Пушкина? Сделайте мне дружбу — прочтите сначала все повести Белкина. Их надо изучать и изучать каждому писателю. Я на днях это сделал и не могу вам передать того благодетельного влияния, которое имело на меня это чтение.

Изучение это чем важно? Область поэзии бесконечна, как жизнь; но все предметы поэзии предвечно распределены по известной иерархии и смешение низших с высшими, или принятие низшего за высший есть один из главных камней преткновения. У великих поэтов, у Пушкина, эта гармоническая правильность распределения предметов доведена до совершенства. Я знаю, что анализировать этого нельзя, но это чувствуется и усваивается. Чтение даровитых, но негармонических писателей (то же музыка, живопись) раздражает и как будто поощряет к работе и расширяет область; но это ошибочно; а чтение Гомера, Пушкина сжимает область и, если возбуждает к работе, то безошибочно.

Жена благодарит за память и посылает поклон. Прошу передать мой поклон Ольге Андреевне.

Ваш Л. Толстой.

О первой публикации см. стр. 3. Датируется сопоставлением с письмом Толстого к П. Д. Голохвастову от 30 марта 1873 г. и фразой в настоящем письме: «дней 10 тому назад я написал вам длинное письмо».

* 18. Т. А. Кузминской.

1873 г. Апреля 9...14. Я. П.

Соня оторвалась писать другое, необходимое письмо в Тулу, а Игнат ждет, и потому я взялся заключить ее письмо. Насчет Ханны я сам тебя вызвал на откровенность,1 за что благодарю и очень сочувствую твоему положению, но только прошу помнить, что ты ехала на Кавказ, не имея никого, и что Ханне как товар на Кавказе цена более 500 р. А что тебе тяжело, чтó делать? Бог даст, Ханна вернется к тебе здоровая и заслужит. Кнерцер2 как-то раз, заговорив о Ханне, заметил, что другой такой он не видывал, и все так о ней думают, кто ее знает и сравнивают с другими. Я очень занят работой, кот[орая] совсем не похожа на шерсть берлинскую.22

23 Вы хвастаетесь вашей весной и цветами, а я и нашей очень доволен. Вода огромная, весна медленная, потому обещающ[ая] урожай, и вальдшнепов столько, что мы уж набираем 3-е блюдо. Целую Сашу, детей и руку Любовь Александровны.—

Датируется содержанием письма С. А. Толстой, к которому является припиской.

1 См. письмо Толстого к Т. А. Кузминской от 1 марта (№ 8).

2 Николай Андреевич Кнерцер (р. 1833) — тульский врач, лечивший иногда Толстых.

19. В. А. Иславину.

1873 г. Мая 2.

2 мая.

Любезный друг!

Пишу тебе о неприятной вещи. Тем более неприятно, что давно мы не видались, не переписывались, и что мне бы хотелось только приятным напомнить о себе. Ты догадываешься, что дело о Костиньке!1

Дурного нового ничего нет; но старого дурного много. Живет он у нас и очень мил и добр, но положение его ужасно. Мы уезжаем в Самару, и куда он денется — не понимаю — с своими со всех сторон долгами и в изношенном до невозможного платье. Надо что-нибудь придумать. — Encore un dernier effort.2 Я знаю, что ты уже их делал много. Место ему сыскать не невозможно, тем более, что он скромен теперь в своих требованиях, и я бы давно нашел ему место, если бы его бумаги и одежда были в порядке. Бумаги его в Туле можно бы привести в порядок, но он сам никогда этого не сделает, а я не умею, да и некогда. — По-моему, сделайте вы, родные, еще попытку. Поручите в Туле адвокату выправить ему бумаги, обмундируйте его и найдите ему место рублей в 500, 700 и тогда уж умойте руки. Он ничего не знает, что я пишу, и, пожалуйста, не говори ему. Он очень и очень жалок, и я не отчаиваюсь, чтобы он мог еще устроиться такой жизнью, которая бы не тяготила его самого. Главное, ему надо место в провинции. Напиши мне, пожалуйста, чтó ты об этом думаешь, и, пожалуйста, не сердись на меня, если тебе неприятно то, что я пишу. Я точно так же, как и ты (вероятно), не могу судить его, зная его всю жизнь и весь характер, а испытываю к нему чувство досады, недовольства23 24 им и, главное, сожаления. И надо еще раз попробовать. Поцелуй от меня руку твоей жены3 и передай поцелуи моей жены, и обнимаю тебя. Твой старый и верный друг

Л. Толстой.

Впервые опубликовано в «Летописях Государственного Литературного музея», кн. 2, М. 1938, стр. 49—50. Год определяется сопоставлением с письмом № 24.

Владимир Александрович Иславин (1818—1895) — дядя С. А. Толстой. См. о нем т. 83, стр. 224.

1 Константин Александрович Иславин, младший брат В. А. Иcлавина. См. о нем т. 83, стр. 75—76.

2 [Еще одно последнее усилие.]

3 В. А. Иславин был женат на Юлии Михайловне Кирьяковой (1840—1914).

20. Н. Н. Страхову.

1873 г. Мая 11. Я. П.

11 мая.

Давно не писал вам, многоуважаемый Николай Николаевич. Я вдруг получил ваши два письма:1 одно славное, заживо задевшее меня, из Крыма, и другое, мрачное, из Петербурга. И, желая отвечать на оба; остался, как знаменитый осел между двумя связками сена. А на крымское письмо как мне хотелось отвечать! Поверите ли, ошибаюсь я или нет, но на вопрос, чтó такое добро — сущность жизни, мне так же легко отвечать, как на то, какое нынче число. Отвечать могу для себя ясно и понятно, но ясно и понятно ли это для другого? — Для того, чтобы это было ясно другому, надо, чтобы другой был со мной согласен в значении вопроса. Объективной сущности жизни человек понять и выразить не может — это первое. Сущность же жизни — то, что заставляет жить, есть потребность того, что мы называем неправильно добро. Добро есть только противоположность зла, как свет — тьмы, и как и света и тьмы абсолютных нет, так и нет добра и зла. А добро и зло суть только матерьялы, из которых образуется красота — т. е. то, что мы любим без причины, без пользы, без нужды. Поэтому, вместо понятия добра — понятия относительного — я прошу поставить понятие красоты. Все религии, имеющие задачею определить сущность жизни, имеют своей основой красоту 24 25 греки — плотскую, христиане — духовную. Подставить другую щеку, когда ударяют по одной, не умно, не добро, но бессмысленно и прекрасно, так же прекрасно, как и Зевс, бросающий стрелы с Олимпа. А пусть коснется рассудок того, что открыто только чувству красоты, пусть делает выводы логические из того, как должно жертвоприносить Зевсу, как служить, подражать ему, или как служить обедню и исповеды ваться — и красоты нет больше и нет руководителя в хаосе добра и зла. — Вы говорите, что вы поймете2 меня, как бы нескладно я ни писал, так вот, не говорите этого вперед. А очень бы желал бы я побеседовать об этом с вами. Я пишу роман,3 не имеющий ничего общего с Петром I. Пишу уже больше месяца и начерно кончил. Роман этот — именно роман, первый в моей жизни, очень взял меня за душу, я им увлечен весь и, несмотря на то, философские вопросы нынешнюю весну сильно занимают меня. В письме, к[оторое] я не послал вам,4 я писал об этом романе и о том, как он пришел мне невольно и благодаря божественному Пушкину, кот[орого] я случайно взял в руки и с новым восторгом перечел всего. Еще я занимаюсь поправкой «Войны и мир».5 Исключаю все рассуждения и французское и ужасно желал бы вашего совета. Можно ли прислать вам на просмотр, когда я кончу?6

Ваш. Л. Толстой.

Пожалуйста, не говорите никому, что я пишу.

Мы едем в Самару, вероятно, в конце мая.7

Мои все здоровы и вам кланяются.

После 20 адрес мой — в Самару. Пожалуйста, не забывайте. В самарской степи еще дороже мне и радостнее будет ваше письмо.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 652—653. Год определяется на основании пометки Страхова на автографе: «11 мая 1873 г. Ясная».

1 От 8 января и 15 апреля. См. ПС, стр. 21—25 и 29—32.

2 В автографе: помните

3 «Анна Каренина».

4 См. письмо № 13.

5 См. прим. 2 к письму № 5.

6 В ответном письме от 17 мая Страхов писал: «Вы спрашиваете, можно ли прислать мне па просмотр Войну и мир, когда исправите. Не только25 26 можно, но я Вас прошу об этом, я, наконец, требую во имя всех прав, какие только Вы согласны признать за мною. Это будет большое наслаждение» (ПС, стр. 32).

7 См. прим. 4 к письму № 10.

* 21. А. А. Фету.

1873 г. Мая 11. Я. П.

11 мая.

Стихотворение ваше крошечное прекрасно. Это новое, никогда не уловленное прежде чувство боли от красоты, выражено прелестно. У вас весной поднимаются поэтические дрожжи, а у меня восприимчивость к поэзии. Одно — не из двух ли разных периодов весны 1) соловей у розы и 2) плачет старый камень, в пруд роняя слезы. Это первая весна — апрель, а то — май конец.1 Впрочем, это, может быть, придирка.

Я был в Москве, купил 43 № покупок на 450 р. и уж не ехать после этого в Самару нельзя. Как жаль, что Дора2 занята! Как уживается в новом гнезде ваша пташка?3 Не забывайте нас. До 20 мы не уедем, а после 20-го адрес — Самара.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано, с пропусками, А. А. Фетом в «Моих воспоминаниях», М. 1890, т. II, стр. 269. Датируется упоминанием об отъезде 20 мая в Самару (ср. письмо № 20).

1 Письмо А. А. Фета от 30 апреля 1873 г. начинается стихами: «В дымке-невидимке...» «Придирка» Толстого относится к четверостишию:

Истерзался песней

Соловей у розы.

Плачет старый камень,

В пруд роняя слезы.

Фет принял во внимание замечание Толстого: в первой же публикации этого стихотворения вместо «Соловей у розы» — читаем: «...Соловей без розы» («Русский вестник», 1874, № 2, стр. 481). См. А. А. Фет, Полное собрание стихотворений («Биб-ка поэта» под ред. М. Горького), 1937, стр. 103—104.

2 Дора — англичанка, которую С. А. Толстая рекомендовала Фету к его племяннице О. В. Шеншиной.

3 Ольга Васильевна Шеншина (р. 1859) — дочь Василия Афанасьевича Шеншина, оставшаяся круглой сиротой нескольких месяцев от рождения. До 14 лет воспитывалась в пансионе в Москве. С 1873 г. воспитанница Фета.

26 27

* 22. T. A. Кузминской.

1873 г. Мая 18? Я. П.

Любезный друг Таня! Не могу тебе описать впечатление, которое произвело на меня известие о смерти прелестной моей милой (как мне приятно думать теперь), моей любимицы Даши!1 Я никогда бы не думал, чтобы эта смерть так могла поразить меня. Я почувствовал, как ты и твои дети близки мне. Целый день я не могу подумать о ней и о вас без слез. Я испытываю то чувство, кот[орое], вероятно, теперь мучает вас: забыть и потом вспомнить и с ужасом спрашивать себя — неужели это правда?

Долго еще вы будете просыпаться и спрашивать себя, неужели правда, что ее нет. Я был в Туле,2 в хлопотах, утром был у Мосоловых,3 и она (Мосолова) очень любит тебя и говорит: я вас не отпущу, расскажите мне все про Т. А., и я рассказывал, и так мне приятно было говорить о вашем счастливом житье и ваших девочках. Потом получил письма. Первое Сашино,4 и с одного слова понял, что что-то ужасное. Потом стал читать твое.5 И всё переживал с тобою и плакал; но впечатление осталось очень хорошее за тебя. Да, одна религия может утешить. И я уверен, что ты в первый раз поняла значение религии. И ради бога не забывай, не старайся забывать все тяжелые минуты, кот[орые] ты пережила, а живи всегда с ними. Смерть для себя ужасна, как ты говорила, я помню, но в смерти близкого существа, особенно такого прелестного существа, как ребенок, и как этот ребенок, есть удивительная, хотя и печальная прелесть. Зачем жить и умирать ребенку? Это страшная загадка. И для меня одно есть объяснение. Ей лучше. Как ни обыкновенны эти слова, они всегда новы и глубоки, если их понимать. И нам лучше, и мы должны делаться лучше после этих горестей. — Я прошел через это. И уверен по моему духовному родству с тобою, и по тону твоего письма, к[оторое] я понял вполне, что твое горе отозвалось в тебе так же, как во мне смерть брата6 (смерть ребенка еще величественнее и таинственнее); и ты, вероятно, перенесешь, как должно. Главное, без ропота, а с мыслью, что нам нельзя понять, чтó мы и зачем, и только смиряться надо. Пожалуйста, прочти 130 псалом и выучи его наизусть и читай каждый день. Возвращаясь домой, я встретил Мосолова и сказал ему, он был очень тронут, и я полюбил его за это. Прощай, милый друг, помогай вам бог, тебе и Саше7 (как мне27 28 его всей душой жалко и как бы я желал, чтобы он нашел религиозное утешение) перенести это страшное, нами еще не испытанное, но висящее над нами горе, главное, без ропота и легкомыслия. — И ведь это собственно не горе, а только одна из важных ступеней в жизни, через которую должны пройти все люди, живущие хорошей, честной жизнью. И какая судьба, что мама приехала к вам именно в это время; я понимаю, какое она для вас была облегчение — какое только могло быть.

Я приезжаю из Тулы с письмами. Соня весело встречает меня. А я говорю: Большое горе, большое, большое горе! Она говорит: «Ханна умерла». Я говорю: «из Кутаиса, но не Ханна». Ни минуты не задумавшись, она сказала, как будто прочла письмо, именно эти два слова: «Даша умерла».

Как это? Отчего она могла это знать?

Она ужасно огорчена, так что и не может говорить про это.

Сережа пожалел о тебе. А Таня лежала долго в постели и плакала.

Прощайте, милые друзья, помогай вам бог хорошо пройти эту тяжелую ступень в жизни. —

Отрывки впервые опубликованы в ПТС, II, № 311» и в Г, II, стр. 169—170. Датируется содержанием.

1 Дарья Александровна Кузминская (1868—1873) — старшая дочь Кузминских.

2 В Туле Толстой был 18 мая.

3 Федор Федорович Мосолов, член Тульской губернской земской управы.

4 Александр Александрович Берс. См. письмо № 23.

5 Письмо Т. А. Кузминской от 9 мая.

6 Николая Николаевича, старшего брата Толстого, умершего в Гиере от чахотки 20 сентября 1860 г. См. т. 60.

7 Александр Михайлович Кузминский.

* 23. А. А. Берсу.

1873 г. Мая 31. Я. П.

31 мая 1873.

Любезный друг Саша!

Только хотел отвечать на твое первое письмо, как получил другое с известием о кончине Даши.1 Письмо это пришло вместе с Таниным. — И грустно и жалко родителей и ее, и страшно, за что, зачем это на свете? Соня долго не могла опомниться, и теперь наши необходимые сборы в Самару помогли ей подняться. Нет28 29 лучшего спасения от горя, как забота. Вслед за известием о Даше, у нас случилось другое горе в своем роде, ужасно подействовавшее, особенно на меня. Можешь себе представить, что после прошлогодней истории быка, убившего человека,2 приняты все меры, и неделю тому назад молодой бычок на привязи убил человека, который, исполняя мое приказание, отвязывал его. Я трое суток ходил за этим человеком, и он умер, и, хочешь не хочешь, я чувствую на себе смерть этого человека и мучаюсь ужасно. Нынче мы пристально взялись за укладку и приготовления к отъезду. Половина вещей, и немец,3 и карета уж там, и мы едем 2-го. И я рад уехать. Радуюсь тому, как ты устроился, и предсказывал, что ты всегда, вспоминая, будешь хвалить себя и благодарить за то, что решился бросить Петербург и полк, как это ни казалось тебе трудно. Прощай, милый друг, целуй мама, Таню, Сашу и детей за нас.

Твой Л. Толстой.

Отрывок впервые опубликован в Г, II, стр. 170.

Ответ на письмо А. А. Берса, полученное Толстым 18 мая вместе с письмом Т. А. Кузминской от 9 мая.

1 Оба письма А. А. Берса неизвестны.

2 См. об этом в письмах к А. А. Толстой от 15 и 19 сентября и к H. Н. Страхову от 15 и 23 сентября 1872 г. (т. 61).

3 Федор Федорович Кауфман.

24. В. А. Иславину.

1873 г. Мая 31. Я. П.

Любезный друг Владимир!

Когда долго не видишь человека, верно, забываешь его: так я, верно, тебя забыл; потому что я, получив твое письмо,1 прослезился — так я был тронут этим письмом. Как будто я не ждал этого. — Костинька тоже был тронут, и твоя малая толика все-таки развязала ему руки; а то бы я не знаю, куда он делся после нашего отъезда. Мы с тобой уж пережили те года, когда скажешь: человек сам виноват — и успокоишься. Разумеется, Костинька сам кругом виноват, а все-таки ужасно жалко. Планов у него много; но я думаю, что он уедет к брату Сергею.2 Но там непрочно. Грустно мне было узнать, что твои дела стоят нетвердо. Поверь, что мало есть людей, которые бы так искренно желали тебе успеха и счастья. 29

30 Мы послезавтра едем в Самару. Половина вещей и людей уже уехали. Поцелуй за меня руку у твоей милой жены и за Соню поцелуй и детей. Как бы мне их хотелось посмотреть. Смерть Даши Кузминской отозвалась в нас, как потеря своего ребенка, и напомнила живо возможность своей потери. Прощай, милый друг, спасибо, что ты помнишь и любишь меня.

Твой Л. Толстой.

31 мая.

Впервые опубликовано в «Летописях Государственного Литературного музея», кн. 2, М. 1938, стр. 51. Год определяется содержанием.

1 Письмо неизвестно. Написано в ответ на письмо N 19.

2 К Сергею Николаевичу Толстому.

25. Н. Н. Страхову.

1873 г. Мая 31. Я. П.

Очень, очень вам благодарен за предложение просмотреть «Войну и мир». Вы не поверите, как это для меня дорого. Я начал просматривать и сделал главное, т. е. выкинул некоторые рассуждения совсем, а некоторые, как н[а]п[ример], о Бородинском сражении, о пожаре Москвы, рассуждение эпилога и др. вынес отдельно и хочу напечатать в виде отдельных статей.

Другое, что я сделал, переводил всё французское по-русски; но еще не кончил 4, 5 и 6 томы, и кое-где выкидывал плохое.1

Я бы сейчас послал вам мой исправленный экземпл[яр] тех частей, которые кончены; но уж эти книги уехали в Самару с половиной наших вещей. В Самаре я очень скоро поправлю остальное и пришлю вам, пользуясь вашим бесценным для меня предложением. —

Проездом в Москву я узнаю, к какому времени в типографии приступят к печатанию В[ойны] и м[ира], и тогда вам напишу.2 Во всяком случае, по условию они должны кончить в сентябре (верно опоздают3), и потому времени не очень много. —

С этой же почтой посылаю Пете Берсу разные наставления об Азбуке4. Азбука это для меня загадка недостижимая: кого ни встречу, особенно, у кого дети, — искренние похвалы и жалобы на то, что читать нечего, а Азбуку никто не покупает; стало30 31 быть, она никому не нужна. Теперь придумал ее разослать по земствам и расшить на 12 маленьких книжечек.5 Как вы видите из моего письма, я нахожусь в самом холодном, практическом настроении духа, что со мной всегда бывает летом; озабочен продажей книг, печатанием, урожаем и т. п. Но первое время весны как бы я дорого дал, чтобы видеться с вами. Так то, что занимало меня, было близко с вашими интересами. Роман мой6 тоже лежит, и уж теряю надежду кончить его к осени. Кроме того, у меня было два горя, которые вывели меня из моей зимней и весенней отвлеченной рабочей колеи. Одно горе была смерть старшей дочери Татьяны Андр[еевны] Кузьминской. Эта смерть отозвалась в нас почти как смерть своего, и другое ужасное событие это то, что с неделю тому назад бык (другой, не тот, что прошлого года) забодал насмерть пастуха. Человек этот, несмотря на все мои старания, уход, через три дня умер. Эта непонятная случайность ужасно поразила меня. Я 45 [лет] живу и никогда не слыхал случаев смерти от быков, и надо же, чтоб в одном году два человека были убиты. Не могу отделаться от чувства виновности и грусти. Теперь только, нынче, ожил, занявшись укладкой, отправкой, приказания[ми] и т. п. Одно, на что годна практическая деятельность, это — забыть жизнь, если она повернулась мрачной стороной. Мы едем послезавтра. От всей души обнимаю вас. Жена вам кланяется.

Ах, пожалуйста, дайте совет: что из Азбуки стоит и следует поместить в полные сочинения? Пожалуйста, скажите свое мнение.7

31 мая. Пишите в Самару.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 654—655. Год определяется на основании пометки Страхова на автографе: «31 мая 1873 г.». Ответ на письмо Страхова от 17 мая (ПС, стр. 32—33).

1 В издании 1873 г. «Война и мир» появилась с приложением (заключительные 190 стр. 4-го тома) «Статей о кампании двенадцатого года». Французский текст в этом издании полностью дан в русском переводе.

2 См. письмо № 27.

3 3-е издание «Сочинений Л. Н. Толстого», для которого производилась работа над «Войной и миром», вышло в свет между 11 и 17 ноября 1873 г.

4 Это письмо к ведавшему продажей «Азбуки» П. А. Берсу неизвестно.

5 Толстой осуществил переброшировку «Азбуки» лишь в августе — сентябре 1873 г.

6 «Анна Каренина».

7 Ответ Страхова неизвестен.

31 32

26. Издателям «Московских ведомостей».

1873 г. Июня 1. Я. П.

Прошу вас дать место в уважаемой вашей газете моему заявлению, относящемуся до изданных мною четырех книг под заглавием Азбука.

Я прочел и слышал с разных сторон упреки моей Азбуке за то, что я, будто бы не зная или не хотя знать вводимого нынче повсеместно звукового способа, предлагаю в своей книге старый и трудный способ азов и складов. В этом упреке есть очевидное недоразумение. Звуковой способ мне не только хорошо известен, но едва ли не я первый привез его и испытал в России 12 лет тому назад,1 после своей поездки по Европе с целью педагогического изучения.2 Испытывая тогда и несколько раз потом обучение грамоте по звуковому методу, я всякий раз приходил к одному выводу — что этот метод, кроме того, что противен духу русского языка и привычкам народа, кроме того, что требует особо составленных для него книг, и кроме огромной трудности его применения и многих других неудобств, о которых говорить здесь не место, не удобен для русских школ, что обучение по нем трудно и продолжительно и что метод этот легко может быть заменен другим. Этот-то другой метод, состоящий в том, чтобы называть все согласные с гласной буквой е и складывать на слух, без книги, и был мною придуман еще 12 лет тому назад, употребляем мною лично во всех моих школах и, по собственному их выбору, всеми учителями школ, находившимися под моим руководством, и всегда с одинаковым успехом.

Этот-то прием я и предлагаю в своей Азбуке. Он имеет только внешнее сходство со способом азов и складов, в чем легко убедится всякий, кто даст себе труд прочесть руководство для учителя в моей Азбуке. Способ этот отличается от всех других известных мне приемов обучения грамоте особенно тем, что по нем ученики выучиваются грамоте гораздо скорее, чем но всякому другому: способный ученик выучивается в 3, 4 урока, хотя медленно, но правильно читать, а неспособный — не более как в 10 уроков. Поэтому всех тех, кто утверждает, что звуковой способ есть самый лучший, быстрый и разумный, я прошу сделать только то, что я делал неоднократно, что я также предложил Московскому комитету грамотности сделать публично,332 33 то есть сделать опыт обучения нескольких учеников по тому и другому способу.

Дело обучения грамоте есть дело почти практическое и показать лучший и удобнейший прием обучения грамоте может только опыт, а не рассуждения, а потому всех тех, кого должно интересовать и интересует дело грамотности, прошу до произнесения решения сделать опыт.

Самый процесс обучения грамоте есть одно из ничтожнейших дел во всей области народного образования, как я это уже высказывал и в издаваемом мной журнале 12 лет тому назад, и в наставлении для учителя в изданной недавно «Азбуке», но и в этом ничтожном относительно деле для чего идти хитрым и трудным путем звукового способа, когда того же самого можно достигнуть проще и скорее?

Прошу принять, уверение и пр.

Гр. Лев Толстой.

С. Ясная Поляна.

1-го июня 1873 года.

Печатается по тексту, опубликованному в «Московских ведомостях», 1873, № 140 от 7 июня, стр. 3. Местонахождение подлинника неизвестно.

Было перепечатано в газете «Голос», 1873, № 233 от 24 августа, с «Разъяснениями», повторявшими отрицательный отзыв об «Азбуке», напечатанный в № 242 «Голоса» за 1872 г. Затем со всеми добавлениями «Голоса» было перепечатано в «Народной школе», 1873, № 10, стр. 92—94.

Письмо является ответом на многочисленные, большей частью отрицательные статьи и рецензии об «Азбуке», вышедшей в первых числах ноября 1872 г. Особенно резко критиковали рецензенты «Азбуки» предложенный Толстым метод обучения грамоте и письму. См. т. 8, стр. 587—588.

1 О звуковом методе обучения грамоте и о своем — слуховом Толстой писал в 1862 г. в статье «О методах обучения грамоте», причем называл звуковой метод «одним из самых комичных порождений немецкого ума» (т. 8, стр. 134—135).

2 Во время заграничного путешествия в 1860—1861 гг. Толстой побывал во многих городах Европы, уделяя всюду много внимания приемам обучения в начальных школах. Записи в его Дневниках этого периода свидетельствуют о безотрадном впечатлении, произведенном на него европейскими школами и беседами с представителями западноевропейской педагогической мысли. См. т. 48.

3 Московский комитет грамотности был основан в 1845 г. при Московском сельскохозяйственном обществе и ставил своей задачей содействие народному просвещению. Опыт сравнительного обучения грамоте по системе Толстого и по звуковому методу был произведен в 1874 г. Об этом см. в письмах № 60, 65 и 70.

33 34

27. Н. H. Страхову.

1873 г. Июня 22. Хутор на Тананыке.

Посылаю вам, дорогой и многоуважаемый Николай Николаевич, не знаю, исправленный ли, но наверное испачканный и изорванный экземпляр В[ойны] и м[ира], и умоляю вас просмотреть его и помочь мне словом и делом, т. е. просмотреть мои поправки и сказать ваше мнение — хорошо ли, дурно ли (если вы найдете, что дурно, даю вам право уничтожить поправку и поправить то, что вам известно и заметно за дурное). Уничтожение французского иногда мне было жалко, но в общем, мне кажется, лучше без французского. Рассуждения военные, исторические и философские, мне кажется, вынесенные из романа, облегчили его и не лишены интереса отдельно. Впрочем, если вы какие из них найдете излишними, выкиньте. Насчет того, что я соединил 6 частей в 4, я в нерешительности и прошу вас решить как лучше: с старым разделением или по-новому.1 Боюсь, что каллиграфическая сторона плоха и невозможна для типографии — я не мог с мухами самарскими и жарою сделать лучше. Если вы найдете, что нужно переписать, то наймите писца. Возьмите у Пети Берс денег. Если вам понадобится чистый экземпляр, то я на всякий случай велю Соловьеву прислать экземпляр. Оригинал нужен в типографию в половине и не позже конца июля. Если вы захотите и успеете сделать поправки и просмотреть, то сделайте и пошлите в Москву, в типографию Каткова на имя Михаила Николаевича Лаврова,1 если же нет, то просто отошлите к нему. Чувствую всю бессовестность моей просьбы к вам, но и надеюсь на вашу приязнь ко мне и пристрастие к «Войне и мир», которая мне очень редко нравилась, когда я перечитывал ее, а большей частью возбуждала досаду и стыд. Надеюсь, что из Самары мне привезут письмо от вас, и я узнаю ответ на мой вопрос, что из Азбуки вы присоветуете мне поместить в полн[ые] сочинения. Если вы не писали, напишите, пожалуйста.

Мы живем в самарской степи, слава богу, хорошо, несмотря на жар, засуху и болезни детей, несерьезные, которые только тревожат нас. Здешняя первобытность природы и народа, с которым мы близки здесь, действуют хорошо и на жену и детей.34

35 Жду с нетерпением вашего ответа и решения.

Вам неоплатно обязанный и искренно любящий вас —

Л. Толстой.

22 июня. —

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 655—656. Год определяется на основании пометки Страхова на автографе: «22 июня 1873 г.».

1 Роман вышел разделенным на 4 тома.

2 Михаил Николаевич Лавров — управляющий университетской типографией, находившейся в аренде у Каткова, где печаталось «Собрание сочинений» Толстого.

28. Т. А. Кузминской.

1873 г. Июля 8. Хутор на Тананыке.

Соня ушла кормить, я дописываю. Я только с приездом Ханны узнал предстоящую нам на будущее лето радость — ваш приезд в Ясную. Пока я не был женат, я не верил и не делал эти планы на год, а теперь верю и, как Соня говорит, мне кажется, что это будет завтра. Наша жизнь здесь в Самаре удалась как нельзя лучше во всем, что зависит от нас, в особенности, от Сони. Она поняла эту здешнюю, не такую, как ваша кавказская — блестящую, парадную, а степную, неопределимую, незаметную прелесть лучше, чем я ожидал. Прощайте, до свиданья. Целую вас и детей и мама. Да, пожалуйста, скажи Саше-брату, что я кругом виноват перед ним, не ответив на его два письма, за кот[орые] благодарен, и напишу на днях. Пожалуйста, чтоб он не сердился на меня.

Приписка к письму С. А. Толстой к Т. А. Кузминской от 8 июля 1873 г. Впервые опубликована в книге В. А. Жданова «Любовь в жизни Толстого», кн. I, М. 1928, стр. 182.

29. Издателям «Московских ведомостей».

1873 г. Июля 28. Хутор на Тананыке.

Прожив часть нынешнего лета в деревенской глуши Самарской губернии и будучи свидетелем страшного бедствия, постигшего народ, вследствие трех неурожайных годов, в особенности нынешнего, я считаю своим долгом описать, насколько сумею правдиво, бедственное положение сельского населения здешнего35 36 края и вызвать всех русских к поданию помощи пострадавшему народу.1

Надеюсь, что вы не откажете дать место моему письму в вашей газете.

О том, как собирать подписку и кому поручить распределение ее и выдачу, вы знаете лучше меня, и я уверен, что вы не откажете помочь этому делу своим содействием.

1871 год был в Самарской губернии неурожайный. Богатые крестьяне, делавшие большие посевы, уменьшили посевы, стали только достаточными людьми. Достаточные крестьяне, также уменьшившие посевы, стали только ненуждающимися. Прежде ненуждавшиеся крестьяне стали нуждаться и продали часть скотины. Нуждавшиеся прежде крестьяне вошли в долги, и явились нищие, которых прежде не было.

Второй неурожайный год, 1872, заставил достаточных крестьян еще уменьшить посев и продать излишнюю скотину, так что цена на лошадей и на рогатый скот упала вдвое. Ненуждавшиеся крестьяне стали продавать уже необходимую скотину и вошли в долги. Прежде нуждавшиеся крестьяне стали бобылями и кормились только заработками и пособием, которое было им выдаваемо. Количество нищих увеличилось.

Нынешний, уже не просто неурожайный, но голодный год, должен довести до нужды прежде бывших богатыми крестьян, и до нищеты и голода почти 9/10 всего населения.

Едва ли есть в России местность, где бы благосостояние или бедствие народа непосредственнее зависело от урожая или неурожая, как в Самарской губернии.

Заработки крестьян заключаются только в земледельческом труде: пахоте, бороньбе, покосах, жнитве, молотьбе и извозе.

В нынешний же год, вследствие трехлетнего неурожая, посевы уменьшились и, уменьшаясь, дошли до половины прежних, и на этой половине ничего не родилось, так что у крестьянина своего хлеба нет и заработков почти нет, а за те, какие есть, ему платят 1/10 прежней цены, как например, за жнитво, которого средняя цена была 10 руб. за десятину, нынешний год платили 1 р. 20 коп., так что крестьянин вырабатывает в день от 7 до 10 коп.

Вот причина, почему в этот третий неурожайный год бедствие народа должно дойти до крайней степени.

Бедствие это уже началось, и без ужаса нельзя видеть народ даже в настоящее время, летом, когда только начинается самый36 37 бедственный год и впереди еще 12 месяцев, до нового урожая, и когда еще есть кое-где заработки, хотя на время спасающие от голода.

Проехав по деревням от себя до Бузулука 70 верст, и в другую сторону от себя до Борска 70 верст, и еще до Богдановки 70 верст, и заезжая по деревням, я, всегда живший в деревне и знающий близко условия сельской жизни, был приведен в ужас тем, что я видел: поля голые там, где сеяны пшеница, овес, просо, ячмень, лен, так что нельзя узнать, что посеяно, и это в половине июля. Там, где рожь, поле убрано, или убирают пустую солому, которая не возвращает семян; где покосы, там стоят редкие стога, давно убранные, так как сена было в десять раз меньше против обычных урожаев, и желтые выгоревшие места. Такой вид имели поля. По дорогам везде народ, который едет или в Уфимскую губернию на новые места, или отыскивать работу, которой или вовсе нет, или плата за которую так мала, что работник не успевает вырабатывать на то, что у него съедают дома.

По деревням, во дворах, куда я заезжал, везде одно и то же: не совершенный голод, но положение близкое к нему, все признаки приближающегося голода. Крестьян нигде нет, все уехали искать работы, дома худые бабы, с худыми и больными детьми, и старики. Хлеб еще есть, но в обрез; собаки, кошки, телята, куры худые и голодные, и нищие, не переставая, подходят к окнам, и им подают крошечными ломтиками или отказывают.

Но это общее впечатление, на котором нельзя основываться. Вот расчеты крестьянских семей села Гавриловки, ближайшего ко мне. Я очень хорошо знаю, что можно, подобрав факты, составить жалостливое описание положения крестьянских семей, из которого будет казаться, что все они уж на волоске от голодной смерти, и можно, с другой стороны, подобрать факты так, что будет повод говорить то, что, к несчастью и стыду своему, так любят говорить многие из нас — что бедствия никакого особенного нет, что все происходит только оттого, что крестьяне не работают, а пьянствуют2 и т. д.; и потому я сделал опись каждого десятого двора в ближайшем ко мне селе Гавриловке, и верность этой описи подтверждается подписями старшин и священников.

В числе попавшихся под десятый нумер есть и менее бедные крестьяне, как вы увидите, но большинство в самом бедственном положении.37

38 Гавриловка, по зажиточности крестьян, есть одна из самых обыкновенных деревень здешнего уезда. Деревни Землянка, Патровка, Антоновка, Павловка, Грековка, Корнеевка, Кульмановка, Сергеевка, Шабаловка, Лаврентьевка, Богдановка, Дмитровка, Несмеяновка, Жемчужкино, Антоновка другая, Бобровка, Гришкино, Михайловка, Ивановка, Покровка одна и другая, Мясковка, Линовка, Гвардейцы, все деревни на пространстве пятидесяти верст в окружности, заключающие в себе тысяч двадцать жителей, находятся точно в таком же, если не в худшем, положении, как и Гавриловка, за исключением Патровки и Покровки на Тананыке.

Итак, вот опись и расчет каждого десятого двора села Гавриловки, начиная с края.

1. Саванкины. Старик 65 лет и старуха, 2 сына, один женатый, 2 девочки. Итого едоков 7, работников 2. Скотины ничего: ни лошади, ни коровы, ни овцы. Лошади последние украдены, корова пала в падеже прошлого года, овцы проданы. Посеву было 4 десятины. Ничего не родилось, так что сеять нечем. Старого хлеба нет. Долга подушного за две трети 30 руб.; за пособие прошлого года 101/2 руб.; частного долгу за занятый хлеб 13 руб.; итого 531/2 руб. Дома старик и старуха, две девочки. Два сына и сноха у казаков, то есть в Земле Уральского войска на жатве. В покос работали за прежний долг, так что денег ничего нет. В неделю выходит муки по два пуда, следовательно в год 104 пуда. Цена муки по 80 коп. сер. за пуд, следовательно на год, до нового урожая, нужно 83 руб. 20 коп. Сыновья могут выработать, при самых счастливых условиях, рублей 50. Кроме того нужно одеться, купить соли, попу.

— Что ж вы будете делать?

— И сами не знаем, как обдумать свои головы.

2. Кукановы. Едоков 9, работников 4. Скотины: 2 лошади, ценою за обе 15 рублей, 1 корова, 5 овец. Посеву было 8 десятин, собрали 2 воза, то есть недостает на семена одной десятины. Долгу подушного 40 руб.; пособия 15 руб.; частного долгу 60 руб.; итого 115 руб. Дома одна старуха, все на работе. В месяц надо 13 пудов муки, в год 156 пудов, по 80 копеек — 125 рублей. Нужно купить семян рублей на 30, нужно заплатить часть долга. Вся скотина не стоит 40 рублей.

— Что будете делать?

— И сами не знаем.38

39 Может, жнитвом заработают рублей 30.

— Где 30? Дай бог, 10 рублей. Слышно у казаков по 1 р. 50 коп. жнут.

— Так как же?

— Продадим остальную скотину — кормиться будем.

3. Двор Волжанкина. Вдова и сын с женой. Едоков 3, работник 1. Скотины: 1 лошадь, 3 овцы. Посеву было 2 десятины, ничего и не взошло. Долгу подушного 10 рублей, частного 12 р. Если найдут место в работники, то прокормятся; но старуху бросить нельзя, и баба беременна. Если оставаться дома, то в месяц надо 5 пудов муки — 4 рубля, а заработать негде, да и земля останется незасеянною, и на 1874 год будет то же.

4. Мироновы. Едоков 6, работников 3. Скотины: 3 лошади, 2 коровы, 10 овец. Посеву 8 десятин, ничего не родилось. Долгу подушного 30 р., частного 25 рублей. Никого дома, кроме старухи. Хлеба нужно 108 пудов на 86 рублей. Заработать могут рублей 60 при самых выгодных условиях. А земля останется незасеянная.

5. Шинкины. Относительно богатый двор, изба не землянка, а деревянная хорошая. Едоков 11 и двое грудных, работников 4. Скотины: лошадей 5, коров 2, овец 21. Посев — 10 десятин, не сберут 1/4 высеянных семян пшеницы, ржи набрали 5 пудов с десятины. Подушного долгу 50 рублей. Дом и хозяйство бросать не хотят, будут продавать последнюю скотину, чтобы прокормиться и посеять десятины три.

6. Егорцевы. Едоков 8 и один грудной, работников 3. Скотины: лошадей 2, овец 7. Посеву — 9 десятин — все пропало. Всего долгу 99 рублей.

7. Чапраковы. Едоков 5 и один грудной, работник один. Скотины: 2 лошади, 2 овцы и одна корова. Посеву 7 десятин, нечего убирать. Долгу 39 рублей.

8. Макаровы. Едоков 10 и трое детей, работник один. Скотины: 3 лошади, 1 корова, 4 овцы. Посеву 2 десятины, ничего не родилось, только ржи намолотили 4 меры. Долгу 80 рублей.

9. Фроловы. Едоков 6, работников один крестьянин и один мальчик. Скотины: 3 лошади, 1 корова, 3 овцы. Посеву 2 десятины, набрали 1/2 пуда ржи, пшеницы и овса ничего. Всего долгу 100 рублей.

10. Мамоновы, молокане. Относительно богатый двор. Едоков 6, работников 3. Скотины: 8 лошадей, 5 коров, 15 овец. Посеву39 40 20 десятин, надеются набрать на 5 десятин семян. Долгу всего 66 рублей. Надеются прокормиться продажею скотины.

11. Уваровы. Едоков 8, работников один. Скотины: 2 лошади, 1 корова, 5 овец. Посеву 5 десятин; намолотили 3 меры ржи, ярового и не выходило. Всего долгу 40 рублей.

12. Следковы. Едоков 7, работник один. Скотины: 3 лошади, 1 корова, 5 овец. Посеву: 3 десятины пшеницы, 1/2 дес. овса и 1/2 дес. ячменя. Надеются собрать пшеницы 20 пудов, ячменя 5 пудов, овес пропал. Всего долгу 50 рублей.

13. Чигановы. Едоков 12 и 2 грудных, работников 4. Скотины: лошадей 4, 1 корова, 8 овец. Посеву 21 десятина, надеются собрать 15 пудов. Всего долгу 80 рублей.

14. Синичкины. Едоков 11 и 2 грудных, работников 4. Скотины: 5 лошадей, 2 коровы, 8 овец. Посеву: 12 десятин ярового и 2 озимого. Предвидится получить озимого 50 пудов, ярового 30 пудов. Всего долгу 172 рубля 60 копеек.

15. Шариковы. Едоков 5, работников 3. Скотины: 2 лошади, 1 корова, 4 овцы. Посеву 61/3 десятин; надеются собрать ярового 10 пудов и озимого 10 пудов. Всего долгу 68 рублей 90 копеек.

16. Ивлиевы. Едоков 4, работников 2. Скотины ничего нет. Посеву 1 десятина, не соберут и одного пуда. Долгу 35 рублей 20 копеек.

17. Барашковы. Едоков 9, работников один. Скотины ничего нет. Посеву 3 десятины; ничего не родилось. Долгу 109 рублей 38 копеек.

18. Кулянины. Едоков 5, работников один и один ребенок. Скотины: 4 лошади, одна корова, 11 овец. Посеву: пшеницы 8 десятин, соберут 20 пудов; озимого же соберут 5 пудов. Долгу нет.

19. Храмовы. Едоков 6 и один ребенок, один работник. Скотины: 2 лошади, 3 коровы, 5 овец. Посеву: 31/2 десятины и ничего не родилось. Долгу 28 рублей 48 копеек.

20. Дубавовы. Едоков 8 и один младенец, 2 работника. Скотины: 3 лошади, 1 корова, 1 овца. Посеву: 4 десятины, собрали 1/2 пуда ржи, а более собрать ничего не предвидится. Долгу 68 р. 53 к.

21. Пичугины. Едоков 7, работника 2. Скотины: 2 лошади, 1 корова, 2 овцы. Посеву: 31/2 десятины, больше одного пуда не соберут. Долгу 48 р. 67 к.

22. Матерекины. Едоков 14 и двое детей, 3 работника. Скотины: 3 лошади, 2 коровы, 7 овец. Посеву: 10 десятин и40 41 соберут 10 пудов пшеницы, а ржи 3/4 дес. и собрали 1 пуд. Долгу 212 р. 41 к.

23. Дехтеревы. Едоков 7, работник один, и один младенец. Скотины: 2 лошади и одна корова. Посеву: 7 десятин, собрано 3 пуда ячменю, а более ничего не соберут. Долгу 70 р. 6 к.

Сие описание верно. Самарской епархии, Бузулукского уезда, села Гавриловки священник Михаил Соловьев.

Сельский староста Степан Бурдин по безграмотству приложил должностную печать. Сельский писарь Ф. Афанасьев.

Для каждого, кто потрудится вникнуть в эту вполне точную опись крестьянских семей и их средств, должно быть ясно, что большая: половина этих семей никак не может нынешний год прокормиться своими средствами; другая же половина, хотя, как кажется, и может прокормиться, отдав своих крестьян в работники, в сущности находится в точно том же положении, как и первая половина, так как 9/10 всех деревень должны итти в работники, а хозяева по неурожаю отпускают и тех работников, которых прежде держали.

Положение народа ужасно, когда вглядишься и подумаешь о предстоящей зиме; но народ как бы не чувствует и не понимает этого.

Только как разговоришься с крестьянином и заставишь его учесть себя и подумать о будущем, он скажет: «и сами не знаем, как свои головы обдумаем», но вообще кажется он спокоен, как и обыкновенно; так что для человека, который бы поверхностно взглянул теперь на народ, рассыпанный по степи дощипывать по колоску чуть видную от земли, кое-где взошедшую пшеницу, увидел бы здоровый, всегда веселый рабочий народ, услыхал бы песни и кое-когда и смех, тому бы странно даже показалось, что в среде этого народа совершается одно из ужаснейших бедствий. Но бедствие это существует, и признаки его слишком явны.

Крестьянин, несмотря на то, что сеет и жнет более всех других христиан, живет по евангельскому слову: «птицы небесные не сеют, не жнут, и отец небесный питает их»; крестьянин верит твердо в то, что при его вечном тяжком труде и самых малых потребностях отец его небесный пропитает его, и потому не учитывает себя, и когда придет такой, как нынешний, бедственный год, он только покорно нагибает голову и говорит: «прогневали бога, видно за грехи наши!»41

42 Из приложенного расчета видно, что в 9/10 семей недостанет хлеба. «Что ж делают крестьяне?» Во-первых, они будут мешать в хлеб пищу дешевую и потому не питательную и вредную: лебеду, мякину (как мне говорили, в некоторых местах это уже начинают делать); во-вторых, сильные члены семьи, крестьяне, уйдут осенью или зимой на заработки, и от голоду будут страдать старики, женщины, изнуренные родами и кормлением, и дети. Они будут умирать не прямо от голода, а от болезней, причиною которых будет дурная, недостаточно питательная пища, и особенно потому, что самарское население несколькими поколениями приучено к хорошему пшеничному хлебу.

Прошлого года еще встречался кое-где у крестьян пшеничный хлеб, матери берегли его для малых детей; нынешний год его уже нет, и дети болеют и мрут. Что же будет, когда недостанет и чистого черного хлеба, что уже и теперь начинается?

Страшно подумать о том бедствии, которое ожидает население большей части Самарской губернии, если не будет подана ему государственная или общественная помощь. Подписка, по моему мнению, может быть открыта двоякая: 1) подписка на пожертвования и 2) подписка на выдачу денег для продовольствия заимообразно, без процентовка два года. Подписка второго рода, т. е. выдача денег заимообразно, я полагаю, может скорее составить ту сумму, которая обеспечит пострадавшее население Самарской губернии, и, вероятно, земство Самарской губернии возьмет на себя труд раздачи хлеба, купленного на эти деньга, и сбора долга в первый урожайный год. Граф Лев Толстой.

28-го июля.

Хутор на Тананыке.

Печатается по тексту, опубликованному в «Московских ведомостях», 1873, № 207 от 17 августа. Местонахождение подлинника неизвестно.

1 Экономическое и политическое закабаление народа, хищнические формы землепользования, остававшиеся в значительной мере крепостническими и после реформы 1861 г., являлись причиной того, что в России в XIX в. почти каждый год бывал где-нибудь неурожаи. В среднем неурожай озимого охватывал ежегодно 17, а ярового 15 губерний. В 1859 г. голод захватил 33 губернии, а неурожай 1865 г. миновал только верхнее и среднее Поволжье. В 1873 г. пострадали все восточные, часть северных (Олонецкая) и южных (Херсонская, Область Войска Донского) губерний. Некоторые же уезды Самарской губернии постиг настоящий голод.

Уже с февраля этого года в газетах то и дело появлялись угрожающие сведения о состоянии озимых, перешедшие в предупреждение о том, что42 43 надвигается голод и необходимо принять меры для обеспечения населения Самарской губернии хлебом. Откликами на эти статьи были частные пожертвования, присылавшиеся в редакции газет, но они, все вместе взятые, давали очень незначительную сумму. Местные и центральные власти проявляли полное бездействие.

Появление письма Толстого было поворотным пунктом в организации помощи голодающим. Оно было буквально подхвачено общественным мнением, и редкая статья, написанная после 17 августа, не цитировала его и не ссылалась на него, как на неоспоримый документ первой важности и достоверности.

Петербургская газета «Новости» перепечатала письмо полностью в №№ 212 и 213 от 20 и 21 августа. «С. Петербургские ведомости» в № 230 от 22 августа посвятили передовую статью самарскому голоду, основываясь исключительно на письме Толстого. Газета «Голос» в № 234 от 25 августа, оперируя выдержками из письма Толстого, расценила его как явление большого общественного значения. Журнал «Дело», говоря во «Внутреннем обозрении» о голоде в Самарской губернии, перепечатал значительную часть письма Толстого («Дело», 1873, № 11, стр. 26—27).

Письмо Толстого вызвало усиленный приток пожертвований в пользу голодающих от частных лиц, но правительство еще долгое время оставалось глухо. Так, 25 августа министр внутренних дел предписал губернаторам производить принудительное взыскание недоимок, и только 19 сентября появилось распоряжение Министерства финансов о прекращении всех принудительных мер, а 1 ноября было опубликовано «высочайшее повеление» открыть повсеместную подписку для «сбора приношений» («Московские ведомости», 1873, № 275 от 1 ноября).

2 19 июля 1873 г. мировым посредникам Самарской губернии был опубликован циркуляр, в котором объявлялось, что причина голода — пьянство, леность и беспечность крестьян.

30. А. А. Толстой.

1873 г. Июля 30. Хутор на Тананыке.

Посылаю вам длинную копию1 с письма моего в газеты о Самарском голоде и приписку жены. Иногда мне приходит в голову, что среди совсем других — в другой сфере — интересов и очень близких вашему сердцу, вы, получив мой пакет, скажете в душе: Ах, что они не оставят меня в покое! Но, прочтя всё и не подумав, а почувствовав, вы, как добрая лошадь, вляжете в хомут и только скажете: «Ну, куда везти? сколько вас там? Я готова». Тогда-то на эту вашу готовность я так отвечаю вам, любезный и дорогой друг Alexandrine.

Я написал в газеты с свойственным мне неумением писать статьи, очень холодное, неуклюжее письмо и от страха полемики43 44 представил дело менее страшным, чем оно есть, и написал кое-кому своим друзьям,2 чтобы подвинуть дело, но боюсь, что оно не пойдет или пойдет туго, и прибегаю к вам. Если вы захотите и можете заинтересовать сильных и добрых мира сего, которые, к счастию, одни и те же, то дело пойдет, и тогда и моя и ваша радость в успехе будут такими ничтожными песчинками в том огромном добре, которое сделается для тысяч людей, что мы об нем и не подумаем. Я не люблю писать жалостливо, но я 45 лет живу на свете и ничего подобного не видал и не думал, чтобы могло быть. Когда же живо представишь, себе, что будет зимою, то волос дыбом становится. Сейчас — уже письмо написано было — мы узнали, что заболел холериной молодой мужик — жнец. Есть нечего, кроме дурного черного хлеба, и если бы это не было около нас, то очень может быть, что этот человек бы умер от недостатка хорошей пищи для ослабевшего желудка. Особенно поразительно и жалко для того, кто умеет понимать эту терпеливость и скромность страдания русского человека — спокойствие, покорность. Нет хорошей пищи, так и нечего жаловаться. Умрет — воля божия. Точно не овцы, но добрые, сильные волы выпахивают свою борозду. Упадут — их оттащут, другие потянут.

Едва ли вы меня поймете и, вероятно, вам оскорбительно покажется это сравнение. Вы всегда жили в таком мире, где есть уродства, безобразия физические и нравственные, страдания, преимущественно духовные, но где нет места просто лишению физическому. Ваши магдалины3 очень жалки, я знаю; но жалость к ним, как и ко всем страданиям души, более умственная, сердечная, если хотите; но людей простых, хороших, здоровых физически и нравственно, когда они страдают от лишений, жалко всем существом, совестно и больно быть человеком, глядя на их страдания. Так вот, в ваши руки это важное и близкое нашему сердцу дело. — Вперед благодарю вас за всё, что вы сделаете. —

Благодарю вас за последнее письмо.4 Сочувствую всей душой вашим волнениям и желаю вам счастия.

Ваш истинный и старый друг Л. Толстой.

30 июля.

Впервые опубликовано в ПТ, стр. 246—247. Год определяется упоминанием о письме в газеты (см. письмо № 29).

1 Копия неизвестна.

2 Письма эти неизвестны.44

45 3 Толстой имеет в виду питомиц «Дома милосердия», устроенного для «несовершеннолетних девушек, имевших несчастье впасть в порок». А. А. Толстая состояла попечительницей этого «Дома».

4 Письмо неизвестно.

31. H. Н. Страхову.

1873 г. Августа 24. Я. П.

Вчера только вернулся из Самары и спешу отвечать вам, дорогой Николай Николаевич, на последнее письмо ваше, полученное еще в Самаре перед отъездом.1 Не знаю, как благодарить вас за ваши тяжелые, скучные труды над Войной и миром. Притом вы ничего не делаете слегка и кое-как, и я по письму вашему вижу, что это взяло у вас много времени. В Москве же я узнал, что вы уже всё переслали, кроме 4-го тома; стало быть, вы, кроме того, что трудились, еще спешили.2 Очень, очень благодарю вас. — Вы пишете, что ждете от меня теперь чего-нибудь в более строгом стиле — как мои попытки в Азбуке; а я, к стыду, должен признаться, что переправляю и отделываю теперь тот роман, про кот[орый] писал вам, и в самом легком, нестрогом стиле. Я хотел пошалить этим романом и теперь не могу не окончить его и боюсь, что он выйдет нехорош, т. е. вам не понравится. Буду ждать вашего суда, когда кончу; но хоть бы вы были тут или я в Петербурге, я не прочел бы вам. Вся наша огромная семья счастливо съездила и вернулась из Самары, набравшись физического и душевного здоровья. Про себя и говорить нечего: я здоров, как бык, и, как запертая мельница, набрал воды. Только бы бог дал в дело употребить набранные силы. Куда вы предпринимаете поездку? Уж не в нашу ли сторону? То-то бы была для меня радость. Не смею и мечтать об этом. —

Что ваше библиотекарство? Жалко, ужасно жалко, что вы опять пишете в газетах. Что делать! — видно бог по-своему делает, и никак не догадаешься зачем.

Искренно любящий вас

Л. Толстой.

24 августа.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 657. Год определяется на основании пометки Страхова на автографе: «24 авг. 1873 г.».45

46 1 Толстой выехал из Самары 14 августа. Полученное перед отъездом письмо Страхова неизвестно.

2 Страхов получил экземпляр романа в конце июня (см. письмо № 27), так что вся работа была им проделана месяца за полтора.

32. А. А. Фету.

1873 г. Августа 24...25. Я. П.

22 мы благополучно приехали из Самары и сгораем желанием вас видеть. Спасибо, что не забываете нас. По-настоящему нет времени нынче писать вам; но так боюсь, чтобы вы не проехали мимо нас, что пишу хоть два слова. — Несмотря на засуху, убытки, неудобства, мы все, даже жена, довольны поездкой и еще больше довольны старой рамкой жизни и принимаемся за труды респективные. Наш поклон Марье Петровне и Оленьке.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в «Русском обозрении», 1890, № 8, стр. 453— 454. Год определяется первой фразой письма: всей семьей Толстые ездили в Самарскую губ. и вернулись оттуда 22 августа в 1873 г. Месяц и число «25 августа» проставлены на автографе рукой Фета.

33. Н. Н. Страхову.

1873 г. Сентября З... 4. Я. П.

Сейчас получил ответное письмо ваше,1 дорогой Николай Николаевич, и не знаю, как благодарить вас за вашу работу и ту, кот[орую] хотите еще делать. Делайте, что хотите, именно в смысле уничтожения всего, что вам покажется лишним, противуречивым, неясным.2 Даю вам это полномочие и благодарю за предпринимаемый труд, но, признаюсь, жалею. Мне кажется (я наверно заблуждаюсь), что там нет ничего лишнего. Мне много стоило это труда, поэтому я и жалею. Но вы, пожалуйста, марайте, и посмелее. Вам я верю вполне. Нынче я говорил жене, что одно из счастий, за кот[орое] я благодарен судьбе, это то, что есть Н[иколай] Н[иколаевич] Страхов. И не потому, что вы помогаете мне, а приятнее думать и писать, зная, что есть человек, кот[орый] хочет понять не то, что ему нравится, а все то, что хочется выразить тому, кто выражает. Вы мне так хорошо описали ваше место в библиотеке, что я вижу вас там и мечтаю о том, как этот солдат введет когда-нибудь меня к вам. Я очень рад за вас, что вы сидите на этом кресле и не принуждены писать46 47 в газеты. Нынче прелестный осенний день, я проездил весь день один на охоте и несколько раз вспоминал о вас — то о том, что знания есть плод всего мироздания на боковой ветке, то о Пушкине и вашем понимании его, и всякий раз мне досадно было думать, что вы журналист. И вот ваше письмо, кот[орое] меня очень, очень за вас порадовало.

Вы пишете, что в моих письмах немало противоречий;3 боюсь, что вы находите и противоречие в том, что я пустился вдруг писать письма в Моск[овские] вед[омости]. Это нужно было. Первое — об Азбуке, 4 чтобы сказать себе, что я всё сделал для распространения ее, и потом уж забыть, чего я все-таки не могу; и то, что я верно знаю, что это — лучшая книга, по которой в 10 раз легче и лучше учиться, чем по другим, а все русские дети продолжают учиться по дурным, меня злит всякий раз, когда я бываю натощак не в духе. Письмо же о голоде5 было вызвано, с одной стороны, женою, которая порадовала меня живым и искренним сочувствием к народу, с другой, тем, что там глупый губернатор6 только принял губернию и нашел, что голод в народе есть неприличное явление для губернатора, принявшего губернию, и не только не хлопотал о пособии, но с азартом требовал в нынешнем году сбора всех недоимок. Письмо достигло цели, если наделало немного шума. —

Жена благодарит за память и посылает поклон, а я от всей души вас обнимаю.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 658. Датируется на основании пометки Страхова на автографе: «4 сент. 1873 г. Ясная».

1 Письмо неизвестно.

2 Речь идет о «Войне и мире». В ответном письме Страхов писал: «Сколько я ни думал и ни перечитывал, я не решился почти ничего вычеркнуть... Сделавши множество мелких исправлений..., я вычеркнул всего в двух местах по две, по три строчки — там, где надобность была совершенно очевидна» (ПС, стр. 33).

3 В ответном письме Страхов разъяснил, чтó именно он имел в виду, когда писал о противоречиях Толстого: «Противоречие, которое я нашел в Ваших письмах, состоит в том, что Вы сперва писали, что отдались роману всею душою, а потом, что он в легком роде» (ПС, стр. 35).

4 См. письмо № 26.

5 См. письмо № 29.

6 Самарским губернатором в середине 1873 г. был назначен Ф. Д. Климов.

47 48

* 34. А. A. Фету.

1873 г. Сентября 23. Я. П.

Я так избалован вами, дорогой Афанасий Афанасьевич, что, давно не имея1 от вас известий, не только мне чего-то недостает, но беспокоюсь и я, [и] жена, все ли у вас по-старому, по-хорошему. Сколько мне помнится, вы писали мне в Самару2 и говорили, что заедете ко мне, если будете знать, дома ли я. Я сейчас же по приезде отвечал вам, и с тех пор месяц ни слуха, ни духа. Пожалуйста, напишите, чтò бы у вас ни было. Ведь мы, право, оба с женой, не так только знакомы, а мы любим вас. Если всё благополучно, то напишите, что ваши птенцы,3 дела, планы. Судья ли вы? 4 едете ли за границу? Мы все по-старому, засели крепко опять лет на 11 (нынче 11 лет, что мы женаты). Я начинаю писать, т. е. скорее кончаю начатой роман, дети учатся, жена хлопочет, учит и носит5 и от этого хворает. У меня каждый день, вот уже с неделю, живописец Крамской6 делает мой портрет в Третьяковскую галлерею, и я сижу и болтаю с ним и из Петербургской стараюсь обращать его в крещеную веру.7 Я согласился на это, потому что сам Крамской приехал, согласился сделать другой портрет очень дешево для нас, и жена уговорила.

Скажите же, если вы, т. е. вы и Марья Петровна, которой передайте наш поклон — живы и здоровы, есть ли надежда вас увидать и когда. Если вы не заедете ко мне по дороге в Москву, я рассержусь и приеду к вам. Брюхом хочется вас видеть. —

Ваш всей душой

Л. Толстой.

23 сентября.

Впервые опубликовано, без последнего абзаца, в «Русском обозрении», 1890, № 8, стр. 455. Год определяется сопоставлением с письмом № 35.

1 В подлиннике: не имею

2 Это письмо Фета неизвестно.

3 Воспитанники Фета — П. И. Борисов и О. В. Шеншина.

4 С 1867 г. Фет состоял мировым судьей 3-го участка Мценского уезда и оставался в этой должности до 1877 г.

5 22 апреля 1874 г. родился пятый сын Толстых, Николай.

6 Иван Николаевич Крамской (1837—1887), художник, организатор «передвижных выставок». Фет, по поручению П. М. Третьякова, дважды обращался к Толстому с просьбой разрешить Крамскому написать его портрет, но оба раза Толстой решительно отказывал48 49 ему (см. т. 61, письма к Фету от 10 мая и 21 октября 1869 г.). В 1873 г. Крамской проводил лето близ Ясной Поляны на ст. Козлова-Засека, в усадьбе Ваныкино. Он лично обратился к Толстому с той же просьбой и, хотя не без труда, добился разрешения. О подробностях переговоров и об обстановке писания портрета см. письма Крамского к П. М. Третьякову («Иван Николаевич Крамской. Его жизнь, переписка и художественно-критические статьи», Спб. 1888, стр. 160—167).

Крамской написал одновременно два портрета, из которых один в настоящее время хранится в Государственной Третьяковской галлерее, а другой — в Музее-усадьбе Ясная Поляна.

О писании И. Н. Крамским портрета Толстого см.: И. Гинцбург, «Художники в гостях у Л. Н. Толстого» — «Голос минувшего», 1916, 11, стр. 191—197; А. Греч, «Образ Толстого в русской живописи» — «Печать и революция», 1928, 6, стр. 147—150; И. Р. Эйгес, «Материалы из архива П. М. Третьякова о Л. Толстом» — «Искусство», 1929, 4—5, стр. 36—45, и «Переписка П. М. Третьякова» — «Искусство», 1929, 4—5, стр. 46—52.

7 О впечатлении, которое произвели на Крамского эти беседы, см. в его письмах к И. Е. Репину от 30 января 1874 г. и к Толстому от 29 января 1885 г. («Иван Николаевич Крамской. Его жизнь, переписка и художественно-критические статьи», стр. 207 и 513).

35. H. Н. Страхову.

1873 г. Сентября 23...24. Я. П.

Очень благодарю вас, дорогой Николай Николаевич, за всё, что вы сделали с В[ойной] и м[иром], только жалею, что вы не выкинули или не сократили того, что вы, совершенно справедливо, нашли растянутым и неточным — о власти. Я помню, что это место было длинно и нескладно. XII параграф выкинуть — я нынче напишу.1 И тоже благодарен за указание.2 Деньги — я нынче пишу Соловьеву, чтобы он вам выслал. И как я ни минуты не сомневаюсь в том, что вам хотелось бы сделать это даром, так и вы не сомневайтесь, что я тысячу раз переворачивал вопрос, как мне вознаградить вас за потерянное время, которое, к несчастью, для вас и деньги. Статью вашу о развитии организмов, по-моему, лучше всего напечатайте отдельно. А в какую-то Природу3 засунуть, это — похоронить. — Или вовсе не печатайте, а подождите.

Я в своей работе очень подвинулся, но едва ли кончу раньше зимы — декабря или около того.4 Как живописцу нужно света для окончательной отделки, так и мне нужно внутреннего света, которого всегда чувствую недостаток осенью. При том же49 50 всё сговорилось, чтобы меня отвлекать: знакомства, охота,5 заседание суда в октябре, и я присяжным; и еще живописец Крамской, который пишет мой портрет по поручению Третьякова. Уж давно Тр[етьяков] подсылал ко мне, но мне не хотелось, а нынче приехал этот Крамской и уговорил меня, особенно тем, что говорит: всё равно ваш портрет будет, но скверный. Это бы еще меня не убедило, но убедила жена сделать не копию, а другой портрет для нее. И теперь он пишет, и отлично, по мнению жены и знакомых. Для меня же он интересен, как чистейший тип петербургского новейшего направления, как оно могло отразиться на очень хорошей и художнической натуре. Он теперь кончает оба портрета и ездит каждый день, и мешает мне заниматься. Я же во время сидений обращаю его из петербургской в христианскую веру и, кажется, успешно. Нынче он мне рассказывал про убийство Сувориной.6 Какое знаменательное событие!

Вертер7 застрелился, и Комаров, и гимназист, которому труден латинский урок. Одно значительно и величественно, другое мерзко и жалко. Напишите, если узнаете подробности этого убийства.

До свидания. Искренно любящий вас Л. Толстой.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 659—660. Датируется на основании пометки Страхова на автографе: «24 сентября 1873 г.». Ответ на письмо Страхова от 4...20 сентября (ПС, стр. 33—36).

1 В типографию Каткова, где печатался роман. Письмо Толстого неизвестно. Вероятно, оно не было написано, так как упоминаемые изменения сделаны не были.

2 См. письмо Страхова от 4...20 сентября (ПС, стр. 34).

3 «Природа» — популярный естественнонаучный журнал, выходивший в Москве в 1873—1877 гг. Статья Страхова «О развитии организмов. Попытка точно поставить вопрос» впервые была напечатана в журнале «Природа», 1874, кн. 1, стр. 1—58.

4 Имеется в виду роман «Анна Каренина».

5 В сентябре Толстой ездил охотиться в имение Д. Д. Оболенского Шаховское Тульской губ., Богородицкого уезда.

6 Анна Ивановна Суворина, рожденная Баранова (1840—1873) — первая жена издателя и журналиста Алексея Сергеевича Суворина, писательница для детей и переводчица ряда популярных французских и немецких книг.

7 Герой романа Гёте «Страдания молодого Вертера».

50 51

36. H. M. Нагорнову.

1873 г. Сентябрь?

Любезный Николай Михайлович!

Пользуюсь вашим позволением обращаться к вам с просьбой о гувернантке и гувернерах. Вот в чем моя просьба. Зайти на Пречистенском бульваре в дом Небольсина в контору гувернанток и спросить, нет ли у них с хорошей рекомендацией француженки или швейцарки, не столь старой, как m-me Raoux, кот[орую] они мне рекомендовали, и если есть, то мне сейчас написать, какая и какая цена. Обязанности ее смотреть за Таней и давать уроки мальчикам. Если же нет, то сейчас же съездите, пожалуйста, к m-me Raoux на углу Неопалимой Купины и Трубного переулка, дом Шнейдера у г-на Арнольди. Впрочем, в конторе гувернанток вы можете взять и адрес и узнать, всё ли еще без места эта m-me Raoux. Если m-me R[aoux] без места, то тотчас же посылайте ее к нам и дайте ей за два месяца вперед, как она просила. — Теперь, если вы хотите очень меня одолжить, то съездите еще в воспитательный дом и в Николаевском институте, у смотрителя Шеншина, найдите г-на Бёке, которого я подговорил себе, и узнайте у него, решился ли у него вопрос о том, может ли он принять мое место. Если да, то узнайте его цену (он мне сказал неопределенно) и берите его и посылайте ко мне, хоть за 800 рублей. Я предлагал ему 600, и лучше за 600, но за ценой я не постою. Вперед очень благодарю вас за ваши хлопоты. Целуем Варю и Волю.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 197. Датируется сопоставлением с письмом № 37.

Николай Михайлович Нагорнов (1845—1896) — с 1872 г. муж старшей дочери М. Н. Толстой, Варвары Валериановны. См. о нем т. 83, стр. 215.

* 37. С. Н. Толстому.

1873 г. Октябрь. Я. П.

Что ты и все твои, живы ли, здоровы и благополучны. Машенька недавно присылала телеграмму1 — ответ заплачен — Répondez si Serge vient je pars2,.. что-то такое. Я отвечал: Serge ne vient pas.3 Кажется, я не ошибся. Да и вообще, ты разве обещал? У нас нового француженка m-me Raoux, кот[орая]51 52 до сих пор очень хороша. Охота тебя, я думаю, я не дразнит. Такая сушь, что ни одного охотничьего дня не было. Я затравил 3-х русаков во все время. Не нужно ли тебе денег? Вообще меня мучает мысль, что мы не условились с тобой, в какие сроки платить проценты.

Если бы ты это обдумал и написал, то это было бы хорошо. Я бы сам к тебе приехал, если бы не дорожил так временем, которое у нас пошло в правильной жизни. А может, ты заедешь, тогда переговорим.

Л. Толстой.

Год определяется сопоставлением содержания с рассказом С. А. Толстой в ее автобиографии «Моя жизнь» о том, что осенью 1873 г. Толстой привез из Москвы пожилую степенную гувернантку m-me Raoux, которая жила у них недолго. 22 августа Толстые приехали из Самарской губ. и до конца сентября Толстой не ездил в Москву, так как в это время Крамской писал его портрет. С 15 по 21 сентября, приблизительно, он был на охоте, как писал об этом Крамской П. М. Третьякову. В начале же ноября С. Н. Толстой был в Ясной Поляне. Следовательно, письмо могло быть написано только в октябре.

1 Телеграмма М. Н. Толстой, жившей с 1872 г. за границей, и ответная телеграмма Толстого неизвестны.

2 [Отвечайте, приедет ли Сергей, я уезжаю]

3 [Сергей не приедет.]

* 38. С. Н. Толстому.

1873 г. Ноября 10. Я. П.

На другой день после твоего отъезда, т. е. вчера утром, Петя умер,1 и нынче его похоронили. Его задушило горло, то, что они называют круп. Нам это внове и очень тяжело, главное Соне. — Вчера же получил письмо из типографии, что 12-го выйдет издание.2 А нынче приехали Дьяковы. Дьяков3 едет нынче в Москву и оставляет Машу4 и Софеш5 у нас. — Мне лучше всего бы было ехать в Москву теперь. Соня не останется одна. Если можешь, поедем теперь, т. е. послезавтра, 12-го. Ты ли заедешь к нам, или съедемся на поезде? Отвечай, как и что?6

Твой Л. Толстой.

Две фразы впервые опубликованы в Г, II, стр. 175. Датируется содержанием.52

53 1 Младший сын Толстых (род. 13 июня 1872 г., ум. 9 ноября 1873 г.).

2 Из типографии Каткова, где печаталось 3-е издание «Сочинений Л. Н. Толстого», вышедшее между 11 и 17 ноября 1873 г. (Первым изданием вошедших в состав его произведений Толстого считалась публикация их в журналах. Второе (фактически первое) отдельное издание вышло в 1864 г. в двух томах в изд. Ф. Т. Стелловского.)

3 Дмитрий Алексеевич Дьяков (1823—1891). См. о нем т. 46, прим. 83.

4 Мария Дмитриевна Дьякова (1850—1903) —дочь Д. А. Дьякова.

5 Софья Робертовна Войткевич (1844—1880) — гувернантка М. Д. Дьяковой.

6 Толстой, уехав из Ясной Поляны 12 ноября, вернулся числа 16-го. См. письмо С. А. Толстой к Т. А. Кузминской от 14 ноября 1873 г. (ГМТ).

39. H. Н. Страхову.

1873 г. Ноября 17. Я. П.

За мной два письма, дорогой Николай Николаевич. Я не считаюсь, но помню, что на оба мне хотелось отвечать и пропустил время;1 но не забыл, что хотел отвечать. На первое мне хотелось вам написать откровенно мой разговор с женой о вас и мои сомнения. Всякий раз, как я вспомню о Страхове, я думаю: да, это — один из замечательнейших людей, и вспоминаю его разговоры, его книгу2 и свое впечатление и потом сомненье: «не оттого ли я так думаю, что он меня любит и хвалит, т. е., мне кажется, ценит». И это сомненье меня тревожит. На второе письмо, где вы описываете первое представление драмы Писемского3 и эту серьезную озабоченность и определенность суждений о том, что они знают только по имени, я хотел только сказать вам, как верно вы выразили то, что 1000 раз поражало меня.

Я не отвечал вам долго, сначала по небрежности, а потом на неко[торое] время вся жизнь наша расстроилась. У нас умер меньшой ребенок — Петя. Эта была первая смерть за 11 лет. Значение этой смерти несемейный человек понять не может.

Работа моя до этого шла хорошо, даже очень хорошо. Могу сказать, что листов 7 готовы к печати, и остальное все перемято в тесто, так что окончание — только вопрос времени. Я уже начинал подумывать о процессе печатания, и вся надежда на вас. И если вы согласитесь держать коректуры, то буду печатать в Петербурге и буду печатать 1-ый том, не дожидаясь 2-го.53

54 Он может быть готов в декабре, может и не быть готов. Пожалуйста, ответьте, как всегда, просто и прямо, возьметесь ли вы за эту работу и на каких условиях.4

Теперь хочется сказать вам то, что, вероятно, удивит вас, и неприятно — некот[орые] физико-философские соображения, кот[орые] всегда занимали меня и теперь особенно захватили меня. Я вам не рассказывал, кажется, мою гипотезу о замене понятия тяготения понятием тепла. Я страстно был занят этим 3-го года5 и оставил; нынче, читая детям J. Verne. Voyage autour de la lune,6 меня поразило то место, где они, вступив в нейтральный пункт между луной и землей, находятся вне закона тяжести, но все-таки двигаются.7 Как они это делают? Допустив все те условия, в к[оторых] они находятся (что нет ни пустоты, ни холода, что организм цел), как они двигаются? Ни ноги, ни руки, ни крылья, ни поплавки, ни змеиные позвонки не произведут движенья.

Если они двинутся, то только непосредственным действием воли движения, т. е. чудом — тем самым, про кот[орое] мы говорили, когда говорили о движении вообще. Рассуждая же вообще, очевидно, что без тяготения невозможно движение — сила. А сила = тепло, стало быть, без тяготения нет тепла, нет движения. А тяготение есть движение, и известная воля движения — чудо.8

Вот какой вздор мне приходит в голову. Пожалуйста, если вы меня поняли, напишите мне, согласны ли вы с моими рассуждениями и не приходило ли вам или известным вам ученым уже что-нибудь подобное в голову.9

Пожалуйста, пишите мне почаще. Ваши письма для меня всегда такое радостное событие.

Ваш Л. Толстой.

17 ноября.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 661—662. Год определяется на основании пометки Страхова на автографе: «17 ноября 1873 г.».

1 Письма Страхова неизвестны.

2 «Мир как целое. Черты из науки о природе», Спб. 1872.

3 Алексей Феофилактович Писемский (1820—1881) — романист и драматург. См. т. 47, стр. 101 и прим. 1169. Драма, о которой писал Страхов, — вероятно, поставленный в Петербурге 12 октября 1873 г. на сцене Александринского театра «Ваал».

4 Страхов ответил 26 ноября: «Как я рад... что так скоро представился54 55 случай поработать для Вас... Предлагаю Вам отдать мне корректуру и все, что только пожелаете, на следующих условиях: Вы мне дадите 1) два экземпляра Вашего нового романа, 2) два экземпляра собрания Ваших сочинений, 3) два экземпляра Азбуки» (ПС, стр. 36).

5 То есть во время работы над естественнонаучными статьями для «Азбуки». См. т. 48.

6 Жюль Верн (Jules Verne, 1828—1905) французский писатель, автор научно-фантастических романов. Роман Верна «Путешествие вокруг луны» вышел впервые в Париже в 1870 г. Экземпляр этого издания сохранился в яснополянской библиотеке.

7 Толстой имеет в виду гл. VIII — «В 78114 милях от земли» (стр. 118—122 в издании 1870 г.). Это место настолько поразило Толстого, что он вспомнил о нем почти через 6 лет, в письме к А. А. Фету от 1 февраля 1879 г.

8 Более подробно об этом см. в Дневнике Толстого в записях от 17 и 18 ноября 1873 г. (т. 48).

9 Ответ Страхова см. в ПС, стр. 36—39.

* 40. А. А. Фету.

1873 г. Ноября 18. Я. П.

У нас горе: Петя меньшой заболел крупом и в два дня умер 9-го. Это первая смерть за 11 лет в нашей семье, и для жены очень тяжелая. Утешаться можно, что если бы выбирать одного из нас 8-рых, эта смерть легче всех и для всех; но сердце, и особенно материнское — это удивительное высшее проявление божества на земле — не рассуждает, и жена очень горюет. —

Я на днях был в Москве по делам, воспользовавшись присутствием у нас Дьяковых, чтобы не оставить Соню одну, и теперь мы понемножку привыкаем к пустоте, кот[орую] оставил Петя.

Благодарю вас, что не забываете меня письмами. Как бы хорошо было, если бы не забыли и проезжая в Москву.

Порадовался я успеху ваших занятий с Оленькой. Я так и ждал. У меня одно из лучших, радостнейших занятий — это уроки с детьми математики и греческого, к[оторые] мы начали,1 Передайте наш душевный привет Марье Петровне.

Ваш Л. Толстой.

18 Nоября.

Отчего Nоября пишут всегда N латинское?

Впервые опубликовано, с пропусками, в «Русском обозрении», 1890, № 8, стр. 451. Год определяется упоминанием о смерти сына Петра. Письмо Фета, на которое отвечает Толстой, неизвестно.55

56 1 О занятиях Толстого с сыновьями математикой и греческим языком см. И. Л. Толстой, «Мои воспоминания», изд. 2-е, М. 1933, стр. 50, 51 и 76, и С. Л. Толстой, «Очерки былого», М. 1949, стр. 23 и 24.

* 41. А. М. Кузминскому.

1873 г. Ноября 18...25. Я. П.

Редко мы переписываемся с тобой, любезный друг, и всякий раз только о горестном. Твое письмо пришло без меня, и Соня прочла его. Я был в Москве. И в записочке, которую мне написала Соня с лошадьми, встречавшими меня, написала про ваше горе.1 Не могу тебе сказать, как оно мне было больно. Сколько раз я замечал этот странный закон вен2 счастливых и несчастных, не в одной игре, но и в самых важных делах жизни. Кажется, мы с вами — а мы так близки по женам и дружбе — вступили в эту несчастную вену. Будем крепиться. Авось доживем опять до счастливой вены, которая для меня состоит только в том, чтобы ничто не изменялось. Один Петя, крикливый ребенок, для отца еще не имеющий никакой прелести, и тот, кроме грусти, что нет именно его, оставил такую пустоту в доме, кот[орой] я не ожидал. Сколько раз мы вспоминали о том, каково было вам! Надеюсь, что теперь уж идет твое письмо — другое с известиями, хоть не хорошими, но не дурными о Тане. Пожалуйста, напиши, если не писал еще. Хоть и далеко мы друг от друга, но как и я чувствую, и вы, верно, тоже, что в самом дорогом, в семейных радостях и горестях, никто не принимает такого участия, как мы друг в друге.

Твой Л. Толстой.

Датируется на основании слов: «Я был в Москве» (см. прим. 6 к письму № 38).

Об Александре Михайловиче Кузминском (1845—1917) см. т. 83, стр. 108—109.

1 Записка С. А. Толстой неизвестна. Толстые были встревожены известием о неудачных родах Т. А. Кузминской.

2 Французское veine — полоса счастья, удач или неудач.

42. H. Н. Страхову.

1873 г. Ноября 29...30. Я. П.

Или я слишком невежествен и глуп, чтобы понять вас, или вы неправы, дорогой Николай Николаевич, и неправы потому,56 57 что из-за увлечения какими-нибудь соображениями естественнонаучными вы упустили из виду всю философскую portée1 вопроса о возможности движения вне тяготения. Кошка летит по параболе и перевернется так, чтобы стать на ноги — это несомненно. По ее воле центр тяжести будет переходить в различные части ее тела, или, вернее, различные части ее тела будут по ее воле совпадать с центром тяжести, но центр тяжести, движущийся по линии параболы, не отступит от этой линии. Что же это значит? Значит, по-моему, что движения возможны для кошки только потому, что центр ее тяжести (хотя и подвижный по отношению других тел), неподвижный для нее, служит точкой опоры. Чтó ж это точка опоры? Тяжесть. Для кошки (в данном случае) есть еще точка опоры воздуха. Я не понимаю движения без точки опоры. А точки опоры кроме тяжести не знаю. Я сгибаю палец потому, что одна сторона рычага тяжелее, но если нет тяжести, то, как бы я ни удлинял и ни укорачивал плечи рычага, обе стороны равны. Вы мне скажете — мускулы, упругость. И действия упругости мой ум не в силах понять без тяжести. Натянули резинку на два столбика и, поставив ее вне тяготения, перерезали резинку в середине. Будет движенье каждой половины резинки к своему столбику? По-моему, не будет. Столько же причины есть для резинки сократиться, сколько столбику сдвинуться с места, и потому ничто не сдвинется. И связанные растянутой резинкой тысяча пудов свинцу и перо не сдвинутся одинаково. И одна резинка, растянутая и пущенная, вне тяготения не сократится, потому что нет причины или одной частице резинки притянуть к себе другую, или быть притянутой к другой. Если резинка сокращается при тяготении, то она сокращается к своему центру тяжести. —

Химическое соединение тоже, как я понимаю, не произойдет никакое без тяжести, т. к. газ никогда не будет в той плотности, какая нужна. И еще по другим причинам.

Если вы хотите и можете, не тратя слишком много времени, объяснить, в чем я ошибаюсь, пожалуйста объясните мне. Вы очень, очень меня обяжете. Очень благодарен вам за вашу готовность.2 Желание ваше будет исполнено. Что же касается до цены, которую вы приписываете своим критическим трудам, то в этом я только вижу подтверждение того, что человек никогда не знает себе цену и в чем состоит его сила. То, что вы говорите, что никто, кроме вас, не высказывал ясно значения выступающих57 58 явлений в науке и искусстве, совершенно справедливо, но в этом не может быть цель деятельности вашей, т. к. дураков не научишь, как черного кобеля не отмоешь добела, а умным, точно умным, не нужно объяснений, так как именно для них писано то, что вы объясняете. В ваших же критических трудах я вижу только Vorspiel,3 опыт силы — выразить ясно, кратко, точно самые сложные выводы и сочетания мысли. И в этом вы такой мастер, какого я нигде не видал, и в этом я не вижу цель, а только практику, выработку того орудия мысли, чтобы выразить те мысли, которыми вы полны и которые, с радостью узнал, теперь занимают вас.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 663—664. Датируется на основании пометки Страхова на автографе: «30 но. 1873 г.». Ответ на письмо Страхова от 26 ноября (ПС, стр. 36—39).

1 [значение, важность]

2 Взять на себя хлопоты, связанные с печатанием «Анны Карениной».

3 [прелюдия, пролог,]

* 43. А. М. Быкову.

1873 г. Декабря 3. Я. П.

Милостивый государь Александр Михайлович!

Боюсь, что я надоел Вам своим посредничеством о различных обиженных и злоупотребляю Вашей добротой; но принужден опять утруждать Вас. — Покорнейшая просьба моя состоит в том, чтобы выслушать жалобы этого мужика на Сергиевского станового. Если Вы выслушаете этого хорошего и толкового мужика, Вы, вероятно, сами захотите помочь ему. — Я несколько раз выспрашивал на все лады этого человека, боясь вступиться за выдумщика; но, по моему убеждению, он говорит правду. Если же это правда, то это одно из возмутительнейших дел, в возможность которых я бы не поверил. Надеясь на Ваше великодушие, чтобы помочь этому человеку и меня извинить за мою назойливость, имею честь быть с искренним уважением покорный слуга

граф Лев Толстой.

3 декабря 1873.

Александр Михайлович Быков (1812—1878) — тульский вице-губернатор с 1866 по 1877 г.

58 59

* 44. H. H. Страхову.

1873 г. Декабря 12...1З. Я. П.

О дорогой Николай Николаевич, как бы я дорого сейчас (получив ваше письмо) дал за час беседы изустной с вами, вместо того чтобы писать. — Я недавно перечитывал Montaigne’a,1 и он говорит в одном месте: «à moins qu’ils ne me donnent une explication plus embrouillée, que la chose même».2 И вспомнил это, когда читал ваше объяснение и доказательство необходимости понятия массы и инерции. Эти оба понятия с детства моего не укладывались в мою голову, помимо вопросов специально астрономических. И вот почему: Понятие массы нам необходимо для объяснения силы. Самое же понятие массы включает в себя понятие силы, связующей все частицы массы. Понятие инерции основано на понятии массы и есть только отрицательное понятие движения. — Но я не говорю, чтобы эти отвлечения не были полезны для объяснения астрономических законов, я говорю, что для общих физических законов они ничего не объясняют и только путают и лишают всякой возможности открытия лучшего объяснения. Мне кажется, что для каждого объяснения должен быть составлен баланс, более ли оно объясняет, чем затемняет, и только; когда оно более объясняет, оно может быть принято. Человек с здоровым и, допустим, до высшей степени образованным математически и словесно умом желает понять законы силы — тoй силы, которую он сознает в себе, и сил, которых действия он чувствует на себе беспрестанно, и ему говорят: инерция, масса и, виноват, всю ту путаницу по отношению к физическим явлениям, кот[орую] вы выписываете из Ньютона.3 Этот человек выслушает и скажет: «для чего мне вся эта на веру принятая путаница, когда у меня есть другие несомненные понятия о силе, заключающейся во мне самом, и о сопротивлениях этой силе — стало быть, других силах, воздействие которых на меня и составляет мою жизнь. Законы отношений масс к силам я вижу в самых грубых проявлениях механической силы; но я не о том спрашиваю. Закона же инерции я не вижу и не могу понять, для чего он мне нужен. Я вижу другие два закона коренные, кот[орые] мне нужно объяснять, п[отому] ч[то] они сознаны мной. Это закон силы жизни во мне и, по посылке, кот[орую] я делаю во всем, что воздействует на меня, я вижу эту такую же силу в гниении (химическом процессе) и59 60 в махании хвостом собаки, и другой закон тяготения, которому подчинены все эти другие силы, подчинены или связаны, переплетены, я не знаю; но вот две основы, с которых может начинаться всякое физическое объяснение. Если физическая философия найдет отношение этих сил, сведет их в одну, я буду очень рад. Если физ[ическая] фил[ософия] отбросит обе эти мне кажущиеся только основы и найдет одну более простую и неизвестную мне, я буду очень рад. Но если физическая философия наговорит мне всяческой чепухи, вследствие которой эти две сознаваемые мною простые основы всего физического мира распадутся на бесчисленное количество выдуманных понятий массы, инерции, химического сродства, притяжения, отталкивания, упругости и мн[огие] др[угие], а вместе не объяснит мне отношение этих двух основ, то я могу только подивиться и подумать о том, каким путем могли дойти умные люди до такой бессмыслицы. И это объяснение я нахожу в том, что Ньютоновская гениальная мысль для объяснения видимого движения небесных тел, весьма удобная для астрономии, перенесена в физику. И тот же прием, естественный для объяснения небесных тел, рассматривая их отдельно (Сатурн нельзя смешать с Сириусом, пот[ому] ч[то] они на мильоны верст; но не атом даже, а видимую крупинку железа нельзя рассматривать отдельно по ее массе), перенесен в физику; и всё изучение посвящено на бесконечно малые, т. е. на такие, где можно врать, что угодно, и утешаться тем, что логически правильно построенная формула, пропущенная через ряд математических вычислений или физических соображений, выйдет опять, хотя и в другой форме, но логически правильно построенной. —

Знать сущность вещей мы не можем. Весь успех наук состоит только в том, чтобы находить такую точку зрения, с которой легче обнимать наибольшее количество явлений (поэтому Линеева классификация4 —в самом низком роде — но успех науки), и вся астрономия есть только классификация весьма искусная. Таблица этой классификации очень хитрая, искусная и потому легко много обнимающая. Я нисколько не верю в то, что земля вертится и круглая et cet., но я знаю, что это лучшая точка зрения, и потому благодарен за ее приобретение. Точно того же я ищу в физике и нахожу совершенно противоположное. Мало того, я вижу, что они вовсе потеряли из вида то, что одно есть на потребу, т. е. объяснение видимых60 61 и сознаваемых явлений, и что они, приняв годное для астрономии предположение Ньютона, гнут на то же объяснение физических явлений.

Смейтесь надо мной, браните меня, но будьте снисходительны во внимание того, что я такое к вам имею доверие, что выкладываю вам мысли сверху, к[оторые] и не следовало бы так говорить необдуманно. —

Моя работа с романом на днях только пошла хорошо в ход. A то всё был нездоров и не в духе.

Отвечайте, пожалуйста.5

Ваш Л. Толстой.

Датируется на основании пометки Страхова на автографе: «13 декабря 1873 г.». Ответ на письмо Страхова от 7 декабря 1873 г. (ПС, стр. 39—41).

1 Монтень (Michel de Montaigne, 1533—1592) — французский философ. Толстой читал его «Essais» («Опыты») в издании Шарля Луандра. См. т. 58, прим. 643.

2 [только бы они не дали мне объяснения еще более запутанного, чем сам предмет.]

3 H. Н. Страхов прислал Толстому выписку из книги Ньютона «Математические начала натуральной философии» (Определение III). См. ПС, стр. 40.

4 Карл Линней (1707—1778) — шведский естествоиспытатель, создатель системы классификации растений на основании их морфологических признаков.

5 Ответ H. Н. Страхова неизвестен.

45. H. Н. Страхову.

1873 г. Декабря 16...17. Я. П.

Вы угадали, дорогой Николай Николаич, что я не в состоянии понять всей прелести составления букета из имен, я — больше— даже не понимаю, как можно играть в то, чем живешь. Я, по крайней мере, поэтому должен отказать.1 Я ждал целый год, мучительно ждал расположения духа для писанья — оно пришло — я им пользуюсь для того, чтобы кончить любимое мною дело.2 Теперь что же я могу сделать, чтобы удовлетворить желанию к[нязя] Мещерского,3 и для того, чтобы содействовать доброму делу? 1) Или оторваться от работы, чтобы написать une bluette,4 Я одну минуту даже думал это сделать. Но это61 62 было бы преступлением относительно своего настоящего долга. — 2) Напечатать главу из этого романа; но я их постоянно переделываю, и я ими еще недоволен, и опять это отрывка.5 3) Из своего портфеля дать кое-что — не могу выпустить мерзость с своим именем. Для каких бы целей это ни было, это само по себе подло. Объявить в концерте Пати,6 собрать деньги и заставить петь козу какую-нибудь. —

Так что простите, что вам отказываю, и поучтивее за меня извинитесь.

Ваш Л. Толстой.

Имени объявлять моего нельзя; но свое расположение духа знаешь меньше всего и, если бы случилась возможность написать или поправить что-нибудь до 25 января, я пришлю.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 665. Датируется на основании пометки Страхова на автографе: «17 декабря 1873 г.».

1 Речь идет о сделанном Толстому (повидимому, через Страхова) предложении участвовать в сборнике «Складчина (Литературный сборник, составленный из трудов русских литераторов в пользу пострадавших от голода в Самарской губернии)». Сборник этот, в котором участвовало около сорока писателей самых различных направлений, был выпущен в Петербурге в 1874 г. комитетом литераторов, в состав которого входили Краевский, Гончаров, Некрасов и Никитенко. Толстой в сборнике не участвовал.

2 Роман «Анна Каренина».

3 Владимир Петрович Мещерский (1839—1914). См. т. 61, письмо № 348. Повидимому, приглашение участвовать в «Складчине» и просьба о разрешении заранее объявить Толстого в числе участников сборника были переданы Толстому Страховым от лица Мещерского.

4 [пустячок, литературная безделка.]

5 Так в автографе.

6 Аделина Патти (1843—1919) — знаменитая певица.

* 45а. И. И. Орлову.

1873 г. Мая 7. Тула.

Телеграмма

Мценск. Алексею Золотарёву передать Орлову.

Отдайте по 2.50 копеек. Деньги привезите или пришлите все немедленно.

Граф Толстой.

62 63

1874

* 46. A. A. Фету.

1874 г. Января 14. Я. П.

Очень удивился я, получив ваше письмо, дорогой Афанасий Афанасьевич, хотя я и слышал от Борисова1 давно уж историю всей этой путаницы; и радуюсь вашему мужеству распутать когда бы то ни было. Я всегда замечал, что это мучило вас, и, хотя сам не мог понять, чем тут мучиться, чувствовал, что это должно было иметь огромное влияние на всю вашу жизнь.

Одно только, что мы не знали, хорошее или дурное, потому что не знали, чтò бы было, если бы этого не было. Для меня, наверно, хорошо, потому что того Шеншина я не знаю, а Фета-Шеншина знаю и люблю. Тороплюсь писать, потому что сейчас еду в Москву,2 а не хочу оставить письмо ваше неотвеченным.

Пожалуйста, напишите, как ваше здоровье. Надеюсь, что вы больше скучаете без Мар[ьи] Петр[овны], чем хвораете.

Я очень рад, что вы ничего не дали в этот литературн[ый], т. е. сукино-сынский сборник.3 Это не столько глупо, но даже нагло и скверно. Я так рад, что мы с вами вместе abs.4

Жена благодарит за память.

Ваш всей душой

Л. Толстой.

Впервые опубликовано, с заменой отдельных слов и неверной датой: «15 сентября 1874 г.», в «Русском обозрении», 1890, № 8, стр. 456. Год определяется сопоставлением с письмом А. А. Фета к брату П. А. Шеншину от 31 декабря 1873 г., в котором он писал: «Получил телеграмму из Петербурга, что дело кончено благополучно, и с меня свалилась шелуха, которую протаскал 37 лет. В частных отношениях я, по старой привычке, останусь для знакомых и в литературе Фетом...»; месяц и число — на основании слов письма: «Сейчас еду в Москву».63

64 Ответ на неизвестное письмо Фета, в котором он делился своей радостью по поводу полученного им разрешения носить фамилию своего отца А. Н. Шеншина (А. Н. Шеншин женился за границей на лютеранке Foeth, и старший сын, родившийся до совершения православного обряда, считался внебрачным ребенком).

1 Иван Петрович Борисов (ум. 1871). О нем см. т. 83, стр. 44.

2 Выехав из Ясной Поляны 14 января, Толстой числа 18—19 вернулся обратно. В Москву он ездил на заседание Комитета грамотности, где 15 января должен был дать пробный урок обучения чтению по своей системе. См. т. 83, письмо № 105.

3 Имеется в виду сборник «Складчина». О нем см. прим. 1 к письму № 45.

4 [отсутствуем.] От латинского abscedere.

47. С. А. Толстой от 15 января 1874 г.

48. П. И. Бартеневу.

1874 г. Января конец. Я. П.

О акуратные люди!

Я уж отпетый, поэтому мне простительно забыть передать вам через Сол[овьева] 10 р., так как я Род[ословную] книгу1 желаю удержать; но какие вы книги у меня спрашиваете, это задача, которую вы ни за что не разрешите. Никаких нет, кроме 2-х брошюр, к[оторые] вы мне отдали.2 Архив3 я получал один год и из учтивости не скажу, что я устал его получать; хотя это справедливо, так как я его не читаю. Воспоминания свои о Горч[акове]4 и т. п. я начну писать, когда у меня начнет сыпаться песок; до сих пор процесс этот еще не начинался. Когда же посыплется, не упускайте сотрудника.

Что делают ваши славные дети? Я часто о них вспоминаю.

Жму вам руку.

Л. Толстой.


На четвертой странице письма рукой Толстого: Е. В. Петру Ивановичу Бартеньеву.

Впервые опубликовано, с датой: «1874 г. Январь», в ТТ, 4, стр. 10. Датируется на основании слов: «...простительно забыть передать вам через Соловьева 10 р....» В счете книжного магазина И. Г. Соловьева от 4 февраля 1874 г. значится: «Выдано по назначению вашему П. И. Бартеневу 10 р.». Возможно, что Толстой, одновременно с настоящим письмом, распорядился, чтобы Соловьев выдал Бартеневу 10 руб., забыв, очевидно,64 65 сделать это 15 января, когда он сам был в Москве и когда получил, как это значится в том же счете Соловьева, «лично под расписку 1600 руб.».

О Петре Ивановиче Бартеневе (1829—1912) см. т. 61, стр. 61—62.

1 «Российская родословная книга, издаваемая князем Петром Долгоруковым», 4 тома, Спб. 1854—1857.

2 Письмо П. И. Бартенева к Толстому неизвестно, а потому нельзя установить, о каких книгах и брошюрах шла речь.

3 Журнал «Русский архив», издававшийся Бартеневым.

4 Михаил Дмитриевич Горчаков (1793—1861) — генерал-от-артиллерии, главнокомандующий во время осады Севастополя, троюродный дядя Толстого.

* 49. Д. А. Дьякову.

1874 г. Января конец. Я. П.

Любезный друг!

Если бы я был женщина, то, после моего возвращения от вас домой, я бы написал тебе пречувствительное письмо о том приятном впечатлении, с к[оторым] я уехал от тебя. А теперь всё забыл, как хотел сказать, да и о вас думать всегда боишься — не сосватали ли,1 и тогда ни до чего нет дела. — Письмо это передаст тебе Морозов.2 Ему и мне от тебя ничего не нужно, а только знать, что ты знаешь, что он3 тут, и в случае какой беды, посоветуешь, поможешь.

Заезжай же, пожалуйста, когда поедешь в Чермошню.4 Хоть тебе и тяжело, но нас пожалей. А то мы ничего не знаем о вас. Целуй Машу и кланяйся Софеш.

Я доволен Морозовым. Он и выдержан хорошо и сила есть, только бы не отравили его, а то он придет вперед и оставит за флагом. Я ему дал подробную инструкцию, посмотри ее и внуши, чтоб он строго ее держался. —

Датируется содержанием; письмо написано, несомненно, вскоре после возвращения Толстого из Москвы, т. е. после 17 января.

1 Имеется в виду дочь Д. А. Дьякова, Мария Дмитриевна, и возможность выхода ее замуж за Г. А. Колокольцова. Д. А. Дьяков был против этого брака.

2 О П. В. Морозове см. прим. к письму № 60.

3 В подлиннике: они

4 Имение Д. А. Дьякова в Новосильском уезде Тульской губ.

65 66

50. A. A. Фету.

1874 г. Января конец. Я. П.

Отвечаю тотчас же на ваше письмо,1 но голова целый день трещит, и потому только посылаю то, что желает иметь Тургенев.2 Напрасно он это делает, но отвечать иначе нельзя, как посылая требуемое.

Я было обрадовался тому, что ваше письмо, и начал по привычке его читать с конца: мне показалось, что вы обещаетесь приехать. Мы еще надеемся в нынешнюю зиму, что вы по-старому подарите нас деньком или двумя.

Si jeunesse savait, si vieillesse pouvait.3 Я к тому говорю, что, получив ваше письмо с поразившим вас известием, я задумался, чтó отвечать, можно ли всё сказать, что думаешь. Потом подумал, на что ж мы чуть ли не 20-тилетние приятели, если не говорить, что думаешь, и написал только то, что думал про себя. И оказалось, что мои мысли вам не неприятны.4 В молодости никогда этого не сделаешь, и сколько от того ошибок. А может быть, в молодости не знаешь, чтó думать.

Радуюсь, что ваше здоровье хорошо; мое нехорошо, а работы столько нужной. До свиданья. Наш поклон Марье Петровне.

Л. Толстой.

Впервые опубликовано в «Литературном наследстве», т. 37-38, М. 1939, стр. 212. Основание датировки см. в прим. 2.

1 Письмо Фета неизвестно.

2 Тургенев в письме из Парижа от начала января 1874 г. просил Фета получить от Толстого разрешение на право перевода его повестей на французский язык. Обратиться к Толстому лично, после ссоры с ним в 1861 г., Тургенев считал неудобным. См. ниже письмо № 145.

3 [Если бы молодость знала, если бы старость могла.]

4 См. письмо № 46.

51. H. Н. Страхову.

1874 г. Февраля 13. Я. П.

Благодарю вас, дорогой Николай Николаевич, за присылку статьи о Дарвине;1 я проглотил ее и почувствовал, что это хорошая и сытная пища. Для меня это было подтверждение моих неясных мечтаний о том же предмете и выражение того, что как будто хотелось выразить. Одно удивительно. Напечатана66 67 статья, прочтут ее. Отнестись к ней презрительно нельзя и не согласиться нельзя. Что ж, изменит ли она хоть на волос общее ходячее мнение о каком-то новом слове Дарвина? Нисколько. Это мне всегда удивительно и обидно и в особенности обидно за статьи. Большое и, главное, не критическое сочинение, а положительное, найдет себе рано ли поздно оценку, ядро долетит и ударит, может быть, там, где мы не узнаем, но ударит. Но критика ваша любимая — это ужасное дело. Одно ее значение и оправдание, это — руководить общественным мнением, но тут и выходит каламбур — когда критика мелет околесную, она руководит общественным мнением, но как только критика, как ваша, исходит из искренней и (ernst) серьезной мысли, она не действует, и как будто ее не было.

Вы угадали, что я очень занят и много работаю. Очень рад, что давно, когда писал вам, не начал печатать.2 Я не могу иначе нарисовать круга, как сведя его и потом поправляя неправильности при начале. И теперь я только что свожу круг и поправляю, поправляю... Никогда еще со мною не бывало, чтобы я написал так много, никому ничего не читая, и даже не рассказывая, и ужасно хочется прочесть. Что бы я дал за вас! Но я знаю, что это подлость, и сам себя надуваешь. Устал работать — переделывать, отделывать дочиста, и хочется, чтобы кто-нибудь похвалил и можно бы не работать больше. Не знаю, будет ли хорошо. Редко вижу в таком свете, чтобы всё мне нравилось. Но написано уж так много и отделано, и круг почти сведен, и так уж устал переделывать, что в 20 числах хочу ехать в Москву3 и сдать в катковскую типографию. Я раздумал утруждать вас. Очень благодарю вас, но надо самому держать коректуры.4

Ваш всей душой Л. Толстой.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 666. Датируется на основании проставленных Страховым и С. А. Толстой на автографе и совпадающих между собой пометок: «13 февраля 1874 г.».

1 Статья «О развитии организмов». В этой статье H. Н. Страхов с идеалистических позиций критиковал теорию Ч. Дарвина.

2 См. письмо № 39.

3 Толстой выехал в Москву для сдачи в печать первой части романа «Анна Каренина» 2 марта.

4 Толстой сам держал корректуры, так как роман печатался не в Петербурге, где жил Страхов, а в Москве. Помогал Толстому Ю. Ф. Самарин.

67 68

* 52. C. H. Толстому.

1874 г. Февраля 7...15? Я. П.

Я отговорил Соню ехать к тебе к 5-му, хотя она непременно хотела: во-первых, погода была нехороша, а второе, у нее спина всё болит, и на 7-м месяце трястись по ухабам было бы неблагоразумно. — Теперь погода так хороша, что мне хочется съездить к тебе, взяв кого-нибудь из детей. Напиши, всё ли у вас живо, здорово и благополучно. — Слышали мы через письмо Софеш1 из Москвы о твоих придворных подвигах2 и ужасно ахали и удивлялись, и хочется тебя увидать. У нас всё пока слава богу. Посылаю с этим посланным письмо от Машиньки, вероятно, к мельнику.3 Оно было вложено в конверте на мое имя, а письма не было. Передай его. —

Датируется содержанием.

1 Письмо С. Р. Войткевич неизвестно.

2 «Двор» в связи со свадьбой в. кж. Марии Александровны в январе 1874 г. приезжал в Москву.

3 Арендатору мельницы в имении М. Н. Толстой Пирогове.

* 53. С. Н. Толстому.

1874 г. Февраля 15...23? Я. П.

Не приехал я к тебе тогда, когда писал, потому что в тот же день Соня сделалась больна лихорадкой, а на другой день Сережа. Теперь — у нас был и доктор — ей после хины лучше и Сереже тоже; но ехать нельзя. Таня с завязанным горлом — кашляет. А я кончаю поправлять первую часть и думаю на будущей неделе ехать в Москву печатать. Спасибо тебе, что прислал. Как вижу, у вас всё благополучно. И особенно хорошо, что гувернантка есть. Ужасно бы хотелось съездить к тебе, да не следует; я и сам, как выеду, так простужусь. Дьяков был у нас, и от него мы узнали, что Гришу1 ты перевел в гусары, но как? не знаю. —

Можешь себе представить, Володя умер.2

Не заедешь ли, как поедешь в Москву? А то мы, верно, там съедемся. Во всяком случае до свиданья. Кланяемся всем вашим.

Л. Т.68

69 Датируется сопоставлением с письмами С. А. Толстой к Т. А. Кузминской от 27 февраля и 2 марта 1874 г.

1 Григорий Сергеевич Толстой, сын С. Н. Толстого.

2 Владимир Андреевич Берс (1853—10 февраля 1874), брат С. А. Толстой.

54. Н. А. Некрасову.

1874 г. Январь — февраль.

Милостивый государь

Николай Алексеевич!

Не думаю, чтобы я стал печатать в журналах, и поэтому очень сожалею, что не могу исполнить Вашего желания.1 Очень благодарю Вас за добрые воспоминания обо мне и прошу верить в совершенную искренность уважения, с которым имею честь быть

Ваш покорнейший слуга

гр. Лев Толстой.

Печатается по тексту, опубликованному с датой: «апрель 1874 г.», в «Литературном наследстве», т. 51-52, М. 1949, стр. 526.

Датируется сопоставлением с письмами к H. Н. Страхову от 13 февраля и к М. Н. Каткову от 1 марта 1874 г. (в части, касающейся печатания «Анны Карениной»).

1 Очевидно, Н. А. Некрасов предлагал печатать в «Отечественных записках» роман «Анна Каренина».

55. М. Н. Каткову.

1874 г. Марта 1. Я. П.

Марта 1.

М[илостивый] г[осударь], Михаил Никифорович! Очень рад содействовать Мефодию1 Никифоровичу в покупке имения в Уфимском крае и думаю, что вот как это надо сделать. В городе Бирске есть мировой посредник Ермаков (забыл его имя, отчество), который обещал мне приискать для меня там землю и помочь мне в этом деле. Я бы советовал М. Н. обратиться к нему моим именем и просить у него сведений о продающихся там землях, ценах и вообще всех подробностях. Я уверен, что он тотчас же ответит. Вообще же Бирск есть тот центр,69 70 около которого более всего продажных земель, и туда надо ехать или послать. В июне месяце я надеюсь быть там и тогда с особенным удовольствием сообщу М. Н. все нужные сведения.

Что касается до предложения печатания в Русском вест[нике], то, если я решусь печатать в журнале вообще, то весьма охотно отдам в Русск[ий] в[естник]. Условия мои 500 р. за лист. С совершенным почтением и искренностью имею честь быть ваш покорный слуга

гр. Л. Толстой.

Печатается по рукописной копии, хранящейся в ЛБ (Архив Каткова, тетрадь № 21). Местонахождение автографа неизвестно. Опубликовано впервые в «Литературном наследстве», т. 37-38, М. 1939, стр. 202. Год определяется сообщением о согласии печатать «Анну Каренину» в «Русском вестнике».

1 В копии по ошибке копииста написано: Михаилу

Мефодий Никифорович Катков (ум. в январе 1875 г.) — брат Михаила Никифоровича, служил в Катковском лицее.

56. С. А. Толстой от 2...4 марта 1874 г.

57. H. Н. Страхову.

1874 г. Марта 6. Я. П.

Очень радуюсь, дорогой Николай Николаевич, тому, что ваши дела устроились так, что вам развязаны руки для работы по сердцу, и очень благодарен вам, что вы мне написали об этом.1 Я очень бестолковый и переменчивый человек, но не в привязанностях, и всё, что вас касается, как человека, живо интересует меня, не говоря о том, что я теперь радуюсь вашей свободе, пот[ому] ч[то] вы не будете размениваться на мелкую монету. —

Я вчера приехал из Москвы и отдал в типографию часть рукописи, листов на 7. Всего будет листов 40. Надеюсь всё напечатать до мая. В Москве же я в первый раз прочел несколько глав дочери Тютчева2 и Ю. Самарину.3 Я выбрал их обоих,4 как людей очень холодных, умных и тонких, и мне показалось, что впечатления произвело мало; но я от этого не только не разлюбил, но еще с бòльшим рвением принялся доделывать и переделывать70 71 Я думаю, что будет хорошо, но не понравится и успеха не будет иметь, п[отому] ч[то] очень просто. Ю. Самарин взялся держать коректуру. Этому я очень рад, но я и сам буду держать. —

Получил я с месяц тому назад диплом из Академии Наук на избрание меня членом.5 Признаюсь, что это польстило мне, несмотря на то, что Пушкин не был членом,6 а Пыпин7 — член. Надо, кажется, написать благодарность и послать сочинения, тем более, что я вижу по Запискам А[кадемии] и Bulletins,8 к[оторые] мне присылают, что это делают. Будьте так добры, напишите мне черновое такое письмо,9 если это нужно; а то я не знаю. —

Что ваши планы на лето? Можно ли надеяться увидать вас в Ясной?

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 667. Датируется на основании пометки Страхова на автографе: «7 мар. 1874 г.» и слов письма: «Я вчера приехал из Москвы». Толстой вернулся из Москвы 5 марта. Ответ на письмо Страхова от 22 февраля (ПС, стр. 41—44).

1 Страхов писал, что его назначили членом Ученого комитета Министерства народного просвещения и что при одновременной работе в Публичной библиотеке он поправит свои материальные дела.

2 Екатерине Федоровне Тютчевой. См. о ней т. 47, прим. 1461.

3 Юрию Федоровичу Самарину. См. о нем т. 47, прим. 712.

4 В автографе: обеих.

5.Об избрании Толстого см. письмо № 64.

6 А. С. Пушкин хотя и не был членом Академии наук, но был членом Российской академии, вошедшей в 1841 г. в состав Академии наук в качестве Отделения русского языка и словесности.

7 Об Александре Николаевиче Пыпине см. т. 63, стр. 150—151.

8 Имеются в виду «Известия Академии наук по Отделению русского языка и словесности».

9 См. письмо № 64. Об участии Страхова в составлении письма ничего неизвестно.

58. А. А. Толстой.

1874 г. Марта 6. Я. П.

Любезный друг! Если я и так давно не писал вам, и не приехал в Москву, чтобы повидаться с вами,1 то все-таки я так же, еще более искренно, чем всегда, по своему чувству называю вас71 72 дорогим и любезным другом. Дня не проходило, чтобы это последнее столь важное и тяжелое для вас время2 я не думал и мы с женой не говорили про вас. Я не стану в письме говорить вам про ваши чувства, какими я их предполагаю, но я уверен, что верно угадываю их, иначе бы я не любил вас, но все-таки я бы дорого дал, чтобы услыхать от вас подтверждение в том, что я не ошибаюсь, и понять новые оттенки, кот[орые], может быть, ускользнули от меня. Давно уж, очень давно, я собирался писать вам только за тем, чтобы вы знали, что не горе (не знаю как назвать) — тяжелое пережитое и переживаемое вами время жизни отозвалось в моей душе, несмотря на то, что мы так редко видимся и пишем. Ваше положение мне представляется так: есть машина — очень хорошая, полезная и т. д., но машина, с которой обращаются все и всегда посредством длинных стальных ручек так, чтобы не повредить себе пальцы; но к этой машине нужны еще такие работники, кот[орые] бы действовали около нее и руками: и вы взялись быть таким работником и, разумеется, вы, как вас бог создал, стали ворочаться в машине не руками, а сердцем, и вам размозжило сердце или кусочек его. И я знаю, что это так, и мне всей душой жалко вас; если бы я сомневался, что моя дружба к вам изменилась, я бы уверился в ней по тому, как мне больно за вас. Если вам приятно это, напишите мне, если нет, ничего не пишите. Я вчера вернулся из Москвы и говорил о вас с К. Тютчевой, которая мне всегда особенно мила за то, что она вас понимает и любит.

Я не приехал в Москву особенно потому, что перед вашим приездом только что был там, а вы не можете себе представить, как мне всё тяжелее и тяжелее уезжать из дома, т. е. выбрасывать из жизни те дни, к[оторые] я вне дома; и тем тяжелее, чем меньше их остается. У нас нынешний год было горе. Мы потеряли меньшого сына, 6-го. Теперь 5, и ждем около Святой.3 Из всех близких потерь, которые мы могли понести, эта была самая легкая, мизинец, но все-таки больно, для жены особенно. На меня смерть никогда не действует очень больно (я испытал это на потере любимого брата). Если потерей любимого существа сам не приближаешься к своей смерти, не разочаровываешься в жизни, не перестаешь ее любить и ждать от нее хорошего, то эти потери должны быть невыносимы; но если подаешься на это приближенье к своему концу, то не больно, а только важно, значительно и прекрасно. Так на меня, да и на всех, я думаю,72 73 действует смерть. Маленький пример. Хороня Петю, я в первый раз озаботился о том, где меня положить. И на Соню, кроме той особенной, почти физическ[ой] материнской боли, это подействовало так же, несмотря на ее молодость.

Мы живем по-старому, заняты так, что всегда недостает времени. Дети и их воспитание всё больше и больше забирают нас, и идет хорошо. Я стараюсь и не могу не гордиться своими детьми. Кроме того, я пишу и начал печатать роман,4 который мне нравится, но едва ли понравится другим, потому что слишком прост.

Видите, какие подробности я пишу вам о себе; напишите, пожалуйста, о себе, о своей жизни и о своих хороших больших радостях и горестях и глупых маленьких радостях и горестях. Что делают ваши? Ваша матушка и сестра? — Где? И здоровье Пр[асковьи] Вас[ильевны] как?

Какую прелестную представительницу русских женщин вы выбрали — кн. Вяземскую,5 и какой жалкий экземпляр р[усских] мущин — Калошин.6 Как я вспомню про него между англ[ийскими], олимпийски-самодовольными именно своей тугой односторонней глупостью лордами, мне совестно, и я краснею. Он именно тот несуществующий русский человек, вертлявый (умом) без цели, от слабости подделывающийся под европейскую внешность, без правил, убеждений, без характера, тот самый несуществующий русский человек, каким в своем презрении иностранцы представляют себе русских. —

Я боюсь, что наделал вам неприятностей голодом Самарским. Всегда, смолоду, и чем старше, тем больше, ценю одно качество отрицательное выше всего — простоту. Надо наше уродство, чтобы понять только ту путаницу, которая происходит, по какому же случаю? по тому, что голодным людям не голодные, а роскошествующие люди хотят дать кусок хлеба. Хочешь дать — дай, не хочешь, пройди мимо. Казалось бы, чего еще. Нет, оказывается, что если ты дашь, то ты этим покажешь, что ты враг кого-то, и желаешь кого-то огорчить или убедить, а не дашь, то ты этим...7

Боже мой! Что это? Я только приехал из Москвы, и хотя я избегаю слушать все рассказы о делающих, невольно я приезжаю с таким запасом презрения и отвращения, что долго не могу успокоиться. Особенно с подрастающими детьми, так73 74 хочется с ними одинаково серьезно смотреть на жизнь, и так это трудно, когда дело коснется людских дел.

Прощайте, целую вашу руку.

Ваш старый и верный друг Л. Толстой.

Впервые опубликовано, с датой: «март 1874 г.», в ПТ, стр. 248—250. Год определяется содержанием, месяц и число — сопоставлением слов письма: «Я вчера вернулся из Москвы» и «...Я пишу и начал печатать роман» с письмом к H. Н. Страхову от 6 марта.

1 А. А. Толстая приезжала в Москву со всем двором в конце января. См. прим. 2 к письму № 52.

2 А. А. Толстая тяжело переживала разлуку со своей воспитанницей, в. кж. Марией Александровной, вышедшей в феврале 1874 г. замуж за герцога Эдинбургского.

3 22 апреля у Толстых родился сын Николай.

4 «Анну Каренину».

5 Александра Павловна Вяземская, фрейлина двора, сопровождала в. кж. Марию Александровну в Лондон.

6 Толстой ошибся: в. кж. Марию Александровну сопровождал в Лондон причисленный к Министерству иностранных дел Александр Петрович Озеров, а не Дмитрий Павлович Колошин, камергер, бывший русский поверенный в делах в герцогстве Баденском, друг детства Толстого.

7 О придворных дрязгах, окружавших помощь голодающим в 1873 г., см. «Воспоминания» бывшего товарища министра путей сообщения А. И. Дельвига, т. IV, М. 1913, стр. 404—405.

* 59. Т. А. Кузминской.

1874 г. Марта 15...25. Я. П.

Таня, милый друг, сделай мне одолжение. Спроси у Саши брата, можно ли мне в романе, к[оторый] я пишу, поместить историю, к[оторую] он мне рассказывал об офицерах, разлетевшихся к мужней жене вместо мамзели, и как муж вытолкнул и потом они извинялись. Дело у меня происходит в кавалер[йском] гвард[ейском] полку, имена, разумеется, непохожие, да я и не знаю, кто были настоящие, но все дело так, как было.1

История эта прелестна сама по себе, да и мне необходима. — Пожалуйста, напиши. Еще, пожалуйста, напиши мне, любезный друг Саша, это я обращаюсь к Але[сандру] Михайловичу. Какие твои планы и виды и надежды по службе? Пожалуйста,74 75 напиши мне. Это очень меня интересует, и, верно, у тебя есть что-нибудь определенное, если ты так решительно бросаешь прелестный Кавказ (как Таня ни ругай его).

Ждем с великой радостью вашего приезда.

Приписка к письму С. А. Толстой.

Первая половина письма впервые опубликована в Г, II, стр. 219, с датой: «март 1874 г.». Год определяется работой Толстого над второй частью «Анны Карениной», месяц и число — письмом С. А. Толстой, где она поздравляла сестру с предстоящей пасхой, которая в 1874 г. была 31 марта.

1 Эпизод с офицерами см. в пятой главе второй части «Анны Карениной».

* 60. П. В. Морозову.

1874 г. Февраль...март. Я. П.

Петр Васильевич!

Во-первых, пишите как можно чаще.1 Я каждый день посылаю в Ясенки и получаю в неделю раз. Вы мне не пишете о славянском. Прошли ли старшие славянский отдел 1-й книги и как прошли? Легко ли? В состоянии ли рассказывать летопись и писание. — Займитесь этим непременно.

Также заставьте их выучить молитвы в 1-й книге. «Отче» и «Верую» и заповеди.

На черной доске графить и писать арифмет[ику] самое лучшее. И тут же можно показать, стерев графы, что места разрядов те же и без графов.

Если меньшие могут читать каждый отдельно и рассказывать, то это самое лучшее. И потому, если они это делают, то продолжайте это как можно дольше. —

Вы не пишете мне, как идет диктовка. Присылайте мне каждую неделю по образцу сочинений и диктовки старших и младших, не выбирая лучших. —

Меньшие пускай пишут под диктовку печатными, а на доске, как вы мне писали, задавайте им уроки писать с прописей, так чтобы в школе они писали под диктовку и читали только, а механическое занятие делали бы дома. —

Взяли ли вы маленький задачник по Грубе.2 Изредка, хоть раз в неделю, упражняйте старших в постановке задач, т. е.75

76 чтобы находили, что надо сделать — разделить, помножить, сложить, вычесть — что с чем и на что. —

Пожалуйста, славянское не пропускайте и не запускайте. Первая статья славянская — летопись, где вставлены буквы — скучна,3 и ее надо рассказывать, но читайте подряд, а рассказывайте, выбирая то, что занятнее.

Возьмите у Соловьева славянскую грамматику и научите их местоимениям и склонению их, употребляя русские фразы, а местоимения славянские. Н[а]п[ример]: Он ущипнул меня по-русски, а по-славянски мя; Я читаю по-русски, а по-славянски Аз читаю. То же сделайте и с спряжениями, если нетрудно пойдет. Руководясь теми выносками, которые вы найдете в Азбуке.4

Не пишете мне тоже, заставляете ли старших замечать упражнения правописания по Iй и II книге. Раз в неделю надо упражнять старших так: 1) заставлять писать фразы из головы с употреблением предлогов. 2) заставлять писать фразы с употреблением ѣ в предложном и дат[ельном] падежах, и так далее по руководству для учителя.5

———————————————————————————————————

Самое же понятие о грамматических формах, т. е. о падежах и спряжениях, ученики должны узнать из славянского. Славянский урок должен быть урок грамматики. Попробуйте это и напишите, что будет. —

Грамматические уроки все должны состоять из следующего:

1) Местоимения личные. И их склонения в единств[енном] и множественном. Учить фразами русскими, вставляя славянские местоимения в разных падежах и числах.

2) Склонение существительных опять фразами русскими; одно склоняемое существительное по-славянски.

3) Спряжение глагола в настоящем времени (фраза по-р[усски], глагол по-сл[авянски]). Спряжение в прошедшем времени (также) и неокончательное и причастие прошедшее и настоящее.

———————————————————————————————————

Эти грамматические сведения будут потом необходимы для русского правописания.

———————————————————————————————————

76 77

Забыл напомнить о знаках препинания. Заставьте старших вновь прочесть 1 книгу с 72 до 90 [стр.], и6 заставьте писать из головы фразы с употреблением знаков. ————

Всё это можно, Петр Васильевич, и вы будете молодец, если всё это сделаете.


Гр. Л. Толстой.


Книги Азбуки не давайте из школы.

Очень важное. Когда старшие ученики пишут и делают ошибки в њ в корнях слов, то заставляйте их на дому или в школе написать слово, в котором сделана ошибка, раз 10, красивым почерком в роде прописей.

Не забудьте еще и то, что я вам писал в последнем письме.7 Упражняйте старших учеников в чтении рукописей. Спишите сами для них какую-нибудь басню из Азб[уки] и заставьте прочесть, а потом другого кого-нибудь почерк дайте. Заплатите писцу за списывание.

Датируется содержанием: П. В. Морозов вел занятия по методу Толстого в Москве в школе при фабрике С. В. Ганешина с конца января до середины апреля 1874 г.

Петр Васильевич Морозов (ум. 1906) — один из учителей, занимавшихся в основанных Толстым в 1860—1862 гг. школах. См. о нем т. 8, стр. 510—511, а также: П. В. Морозов, «Воспоминания учителя толстовской школы» — «Русское слово», 1912, № 257 от 7 ноября. О «московской школе» Толстого и занятиях в ней Морозова см. т. 17, стр. 593—606.

Во все время занятий Морозова в школе Толстой руководил его работой, переписываясь с ним. Несколько раз в течение этих двух месяцев занятий в школе Морозов приезжал в Ясную Поляну.

1 Письма П. В. Морозова к Толстому неизвестны.

2 Август Вильгельм Грубе (1816—1884) — немецкий педагог. Имеется в виду его книга «Руководство к начальной арифметике в элементарной школе на основаниях эвристического метода». В России до 1874 г. вышло пять изданий этой книги, в переводе Ф. Эвальда: первое — в 1842 г., пятое — в 1873 г.

3 См. «Азбука», кн. I, ч. III, стр. 105—118 — «Несторова летопись».

4 Славянский отдел в «Азбуке» Толстого снабжен подстрочными примечаниями, дающими спряжение различных форм глаголов и перевод со старославянского на русский язык.

5 Упражнение на ѣ в предложном и дательном падежах — см. «Азбуку», кн. II, часть «Для учителя», стр. 155.

6 На стр. 72—90 второй части первой книги «Азбуки» помещены короткие рассказы — знаки препинания в них выделены жирным шрифтом.

7 Письмо неизвестно.

77 78

* 61. С. Н. Толстому.

1874 г. Апреля 3. Я. П.

Спасибо тебе, что ты прислал и о себе и твоих известия.1 Уж верно ты не чаще нас об тебе думаешь и говорить об нас. И как жалко, что ты не заехал или Гришу не прислал! Мы в сжатых самых обстоятельствах. Ждем каждый день родов. Вчера даже была фальшивая тревога, и привозили акушерку; а я ждал каждый день известия, когда будет экзамен в моей московской школе, на который мне необходимо ехать, и нынче получил телеграмму,2 что в субботу. И в субботу буду в Москве. И так и дрожу, что без меня родит, и чтó и как будет. А не ехать нельзя. Весь смысл в том, чтó будет на экзамене. —

Как бы хотелось знать разные подробности о Грише, где он и чтó, и о Верочке3 с гувернанткой.

Эмили4 была очень счастлива подарком и очень благодарит. Кроме моей школы, у меня и печатание идет в Москве.

Год определяется упоминанием об экзамене в московской школе, месяц и число — письмом С. А. Толстой к Т. А. Кузминской от 3 апреля 1874 г. о «фальшивой тревоге».

1 Письмо С. Н. Толстого неизвестно.

2 3 апреля И. Н. Шатилов телеграфировал Толстому о том, что экзамен решено произвести в субботу 6 апреля, и приглашал приехать. Об экзамене и результатах его см. письмо № 65 и т. 17, стр. 600—606.

3 Вера Сергеевна Толстая, дочь С. Н. Толстого.

4 Эмили Табор, гувернантка детей Толстых.

* 62. С. Н. Толстому.

1874 г. Апреля 7...8. Я. П.

Несколько дней тому назад мы получили через жену Сергея1 известие о несчастных родах Марьи Михайловны, и я хотел послать узнать подробности. Самому ехать нельзя было. У нас кроме родов, которые непонятно затянулись, и Московских поездок двух2 необходимых, все нездоровы. Ужасно жалко нам было вас; но теперь (я сейчас только приехал из Москвы) Соня рассказала мне, что ей рассказывала акушерка Сказина3 о болезни Марьи Михайловны. Она узнала через Кнерцера. Напиши, пожалуйста, как ее здоровье и подробности о ее болезни. Надеюсь, что всё не так страшно, как она рассказывала Соне.78

79 Мне необходимо было съездить в Москву на один день. Стыдно бы было, если бы я не поехал. И я возвращался с страхом ужасным, что с ней случилось что-нибудь, тем более, что она переносила все сроки. Марьи Ивановны4 нет. Сказина неизвестная нам, и в доме у нас никого нет надежного человека. Непременно бы приехал к тебе, если бы не это ожидание всякую минуту. Пожалуйста же, напиши про себя всё, т. е. про Марью Михайловну и ее здоровье. —

Датируется содержанием и на основании слов письма: «Я сейчас только приехал из Москвы». Уехав числа 5 апреля, Толстой 7-го вернулся обратно.

1 Евдокию Николаевну Орехову («Душку», ум. 1879), жену Сергея Петровича Орехова, слуги Толстого.

2 Первая поездка — 2—5 марта, вторая — 5—7 апреля.

3 Александра Петровна Сказина — повивальная бабка, работавшая в лечебнице Общества тульских врачей.

4 Мария Ивановна Абрамович — акушерка.

63. П. Д. Голохвастову.

1874 г. Апреля 11. Я. П.

Очень, очень рад был вашему письму,1 дорогой Павел Дмитрич, и всему тому, что вы мне пишете. Буду ждать вас непременно, но напишите мне за недельку, чтобы я мог вам ответить и известить, что у нас всё благополучно. До сих пор всё хорошо, но я жду родов жены и почему-то боюсь очень этот раз. Пожалуйста, и молодого Шатилова2 привезите с собой; он мне очень нравится. То, что вы пишете о своей работе, волнует меня. Вы не поверите, как я желаю вам успеха (не внешнего, — но вы понимаете меня) и почему-то боюсь эпопеи русским стихом. Но посмотрим и подумаем и будем говорить друг другу правду — то, что думаем. Только отчаиваться вам никак и никогда не следует. В вас всё есть, чтобы сделать что-нибудь замечательное. Но что — не знаю. Мы никуда нынешний год не намерены уезжать. И поэтому летом, верно, еще увидимся.

Пожалуйста, когда поедете ко мне, захватите с собой ваши бумаги, — всё то, что вы сделали или пытались сделать по переделке былин. — Уже по тому, чтó вы мне пишете, я вижу, что вы многое сделали и расчистили много в этом лесу. Я и прежде признавал, что никто больше вас не имеет чутья к79 80 этому делу. И как я ни далек по теперешним своим занятиям от этого мира, я ни на минуту не забываю его значительности.

Прошу передать мой душевный поклон вашей жене. Урусов3 мне говорит, что у нее был почти написан роман. Напечатан ли? и где?

Ваш всей душой Л. Толстой.

11 апреля.

О первой публикации см. стр. 3. Год определяется содержанием.

1 Письмо П. Д. Голохвастова неизвестно.

2 Николай Иосифович Шатилов — старший сын знакомого Толстого, тульского помещика И. Н. Шатилова. Н. И. Шатилов написал воспоминания, в которых рассказывает, что он трижды был в Ясной Поляне и все три визита совпали с периодом работы Толстого над «Анной Карениной». См. Н. Шатилов, «Из недавнего прошлого» — «Голос минувшего», 1916, № 9, стр. 21—39.

3 Сергей Семенович Урусов.

64. К. С. Веселовскому.

1874 г. Апреля 11. Я. П.

Милостивый государь, Константин Степанович! Я получил от вас извещение об избрании меня в члены-корреспонденты Академии Наук и диплом на это звание. Прошу покорно передать высокоуважаемому собранию, удостоившему меня этой чести, мою глубокую признательность.

Примите, милостивый государь, уверение в совершенном почтении и преданности.

Граф Лев Толстой.

11 апреля 1874 г.

Печатается по тексту, опубликованному в вечернем выпуске «Красной газеты», 1926, № 59 (1063) от 9 марта.

Константин Степанович Веселовский (1819—1901) — академик по разряду экономических наук. В 1857—1890 гг. был непременным секретарем Академии наук.

Избрание Толстого произошло 7 декабря 1873 г. и тогда же было утверждено на Общем собрании Академии наук. 29 декабря оно было оглашено на торжественном годовом собрании Академии наук.

Уведомление об избрании Толстого в члены-корреспондепты Академии наук по Отделению русского языка и словесности, посланное К. С. Веселовским, помечено 6 февраля 1874 г.

80 81

* 65. Д. А. Толстому.

1874 г. Апреля 18. Я. П.

Милостивый государь,

граф Дмитрий Андреевич.

Дело народного образования, на которое я посвятил лучшие года своей жизни, которое я люблю и потому смело говорю, что знаю, есть дело такой огромной важности, что я решаюсь обратить Ваше внимание на некоторые важные обстоятельства, касающиеся этого дела. —

Нынешней зимой Московский комитет грамотности втянул меня в разъяснения моего приема школьного обучения и устроил две школы: одну по звуковому, другую по моему способу. Устройство двух школ в малых размерах с очень маленькими детьми оказалось неосновательно.

После испытания Комитет не пришел ни к какому заключению: одни предпочитали звуковой, другие мой метод. — Но это испытание дало некоторые положительные выводы, на которые я и позволю себе обратить Ваше внимание. Во-первых, что учителем, не только не прошедшим курс учительской семинарии, но и не кончившим 20 лет назад курса в семинарии духовной, достигнуты — по моему мнению и многих — значительно лучшие результаты, во всяком же случае не худшие против наилучшего и дорогого учителя по звуковому способу. Во-вторых, что по моему способу учебных пособий нужно в 10 раз меньше. В-третьих, что мой способ народен и скорей усвоивается учениками. Для меня же лично испытание это доказало, что звуковой способ обучения грамоте не есть один из безразличных способов обучения читать и писать, но что он неразрывно связан с целой системой, целиком взятой не из Европы, но исключительно из Германии, и что система эта, и вообще построенная на бесцельно усложненных и ложных началах, совершенно чужда и даже противна духу русского языка и народа. — Многие видят в этой системе известное направление, совершенно чуждое педагогических целей; я не разделяю этого мнения, хотя действительно известный характер направления и просвечивает во всех руководствах этой системы; но я полагаю, что ошибочность приемов происходит от недостатка как теоретического, так и практического знания народа и потому от необходимости рабского заимствования.81

82 Во всяком случае я убежден, что при немецких педантических основах дело народного образования не может идти успешно. —

Вместо этой искусственной системы, по которой так продолжительно и сложно выучиваются учителя и так сложно и неуспешно, и с помощью дорогих пособий учат детей, я предлагаю простой, народный и понятный прием обучения и предлагаю его не потому, что он дешевле, а потому, что он лучше. Боюсь, что моя репутация «сочинителя» подаст Вам повод думать, что мой способ есть только критика существующего и смутное представление о чем-то возможном. Смею Вас уверить, что долгий и добросовестный опыт показал мне всеобщую удобоприменимость того очищенного от его недостатков народного способа, который я только для краткости называю своим; и что если бы Министерство нашло это дело заслуживающим внимания, я бы мог представить подробную программу и план преподавания в народной школе и план образования народных учителей в самых школах. Не беру на себя указывать, чтò нужно сделать для исследования выгод и невыгод того и другого метода, будучи вполне уверен, что, если Вы признаете важность этого дела, Вы сделаете наилучшее; но заявляю, что я, с своей стороны, готов на всякое посильное содействие разъяснением ли неясного, доставлением ли учителей по моему способу, наблюдением, руководством их.

С совершенным почтением и преданн[стью]

имею честь быть покорный слуга

граф Лев Толстой.

18 апреля 1874 г.

Печатается по фотокопии с автографа, хранящейся в ГМТ. Автограф хранится в Главном архивном управлении.

О Дмитрии Андреевиче Толстом (1823—1889) см. т. 61, стр. 340.

Письмо Толстого было передано на рассмотрение в Ученый комитет при Министерстве народного просвещения. О длительных перипетиях и результатах этого рассмотрения см. в письме Страхова к Толстому от 22 сентября 1874 г. (ПС, стр. 50—52).

В ответном письме от 22 декабря Д. А. Толстой сообщал Толстому, что Министерство народного просвещения, рассмотрев «Азбуку» издания 1874 г., нашло «полезным рекомендовать для употребления в начальных народных училищах: а) четыре книги для чтения по-русски (книги: II, IV, VI и VIII) и б) три книги для чтения по-славянски (книги: III, V и VII), как заключающие отличный выбор материала для чтения в классе и упражнения в рассказе, о чем и будет напечатано в журнале Министерства; остальные же книги Азбуки найдено неудобным вводить в употребление82 83 для училищ», и что Министерство готово рассмотреть программу и план преподавания в народных школах и план подготовки учителей для народных школ, если они будут присланы Толстым.

Очевидно поняв, что осуществить свои планы при сложившихся в Министерстве бюрократических порядках окажется невозможным, Толстой решил обратиться за поддержкой к общественному мнению, и в написанную в мае 1874 г. статью «О народном образовании» включил подробно разработанный проект устройства народных школ. Летом же 1875 г. он составил «Правила для педагогических курсов», которые послал на утверждение в управление Московского учебного округа. См. т. 17, стр. 331—335 и 710—713. См. также письмо № 82.

66. H. Н. Страхову.

1874 г. Апреля 18...19. Я. П.

Я получил ваше письмо в Москве,1 дорогой Николай Николаевич. Я приезжаю туда, как всегда, раз в месяц и два, и никакие коректуры в мире не заставят меня жить там. Кроме того, коректуры печатаются и присылаются мне чрезвычайно медленно, так что я не знаю, когда кончится печатание и кончится ли до лета. Да и последнее время меня занимало совсем другое — школы грамотности. Меня втянул в это дело Москов[ский] комит[ет] грамотности и расшевелил во мне старые педагогическ[ие] дрожжи. Вероятно вы прочтете в газетах, как меня будут ругать, перевирая мои слова, и вас это не заинтересует; а я не прочту, хотя это и очень интересует меня. Я закинул на гольца, а попалась щука. Зашла речь о грамотности, и я натолкнулся на такую грандиозную стачку тупоумия, что не мог спокойно пройти мимо. Если у вас есть связи в литературном мире, дайте мне un coup d’épaule,2 чтобы хоть не успокоились тем, что гр. Л. Толстой — ретроград, славянофил, а хоть пошумели бы немного об этом. Люди, ничего не знающие, бездарные, не знающие даже того народа, который они взялись образовывать, забрали в руки всё дело народного образования и что делают — волос дыбом становится. Не забудьте же обещанье — приезжайте летом. В тоне вашего последнего письма есть что-то ироническое. Пожалуйста, не позволяйте этого в отношении меня, потому что я вас очень люблю. —

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 668—669. Датируется на основании пометки Страхова на автографе: «19 апреля 1874 г.».83

84 1 Очевидно, около 13 апреля, когда Толстой приезжал в Москву на заседание Московского комитета грамотности. Письмо это неизвестно.

2 [помощь, подмога,]

* 67. А. А. Фету.

1874 г. Апреля 1...21. Я. П.

Наше положение всё то же. Мы каждый день ждем и всё больше и больше тревожимся. Каждый день до получения от вас письма1 сбирался вам писать, чтобы узнать, как вы поживаете и есть ли и когда надежда увидать вас. Когда всё кончится, я напишу вам, потому что с всегдашней радостью знаю, что наши горести и радости вам близки.

Ваш Л. Толстой.

Датируется на основании пометки А. А. Фета: «30 апреля 1874 г.», которая исправляется сопоставлением с письмом № 68.

1 Письмо А. А. Фета неизвестно.

* 68. Т. А. Кузминской.

1874 г. Апреля 23. Я. П.


Любезный друг Таня!

23 А.

Вчера 22 Соня родила благополучно сына. Решили назвать Николаем. Марья Ивановна занята Арсеньевой, и у нас была подряжена другая — Сказина. Она не жила у нас. И так как Соня раза два напрасно посылала, она теперь послала очень поздно, т. е. когда начались сильные и частые схватки — в половине 11-го. Акушерка приехала в 1/2-е 2-го, и уж роды кончились, только был не повит ребенок. Была старуха Марья Федоровна, которая теперь ходит за тетинькой,1 вместо умирающей от водянки Максимовны. И эта Мар[ья] Фед[оровна] право ничем не хуже всех акушерок. Ребенок переношенный и большой и очень хороший. — Нынче 3-и сутки, и Соня пока очень хороша. Я сейчас получил твое письмо2 и сейчас же написал Фанни,3 и Соня велела тебе сказать, что она, кроме того, напишет в Англию к Mrs Pegott, которая опять недавно предлагала (эта та, которая прислала Эмили). Прости, что больше не пишу. Благодарю Сашу за ответ.4 Это всё очень меня интересовало. Ждем вас [с] нетерпением.

Дата определяется содержанием.84

85 1 Татьяной Александровной Ергольской.

2 Письмо неизвестно.

3 Речь идет о приглашении гувернантки для детей Т. А. Кузминской. Письмо Толстого к Фанни неизвестно.

4 Письмо А. М. Кузминского неизвестно. Вопрос Толстого к нему см. в письме № 59.

* 69. С. Н. Толстому.

1874 г. Апреля 25...27? Я. П.

У нас 22-го родился благополучно сын. До сих пор всё идет хорошо. —

Ты обещал крестить; поэтому приезжай, пожалуйста, во вторник. Кумой будет Маша Дьякова. Они приедут в понедельник. А я радуюсь, что, по случаю крестин, ты уже непременно приедешь, потому что, если у тебя всё благополучно, как я надеюсь, то ты, верно, приедешь. А мы не видались давно, и говорить есть много.

Датируется содержанием.

70. А. С. Суворину.

1874 г. Апреля 15?...30? Я. П.

Милостивый государь Алексей Сергеевич,

Вы мне как-то писали, и я вам отвечал. Помню, что письма ваши оставили мне очень хорошее впечатление и что я жалел, что не мог исполнить вашего желания.1 Теперь я особенно жалею об этом, так как у меня до вас просьба. И несмотря, что я не исполнил вашей просьбы, судя по вашим письмам, в особенности по вашему Никону и по тому участию, которое вы принимали когда-то в «Ясной Поляне»,2 я уверен, что вы исполните мою просьбу, если это только возможно. Дело в том, что Моск[овский] комит[ет] грамотности втянул меня в разъяснение моего приема обучения грамоте и, занявшись этим делом, я, к удивлению и ужасу своему, увидал, что то педантически-тупоумное немецкое отношение к делу народного образования, с которым я боролся в «Ясной Поляне», за последние 15 лет пустило корни и спокойно процветает, и что дело это не только не пошло вперед, но значительно стало хуже, чем было. В последнем заседании Комитета я, насколько умел, высказал,85 86 как я смотрю на это, и надеюсь, что расковырял немного этот муравейник тупоумия. Но я уверен, что слова мои неполные, спешные, переврут и почерком пера решат, что я ретроград, хочу воротиться к Псалтырю и т. д., и преспокойно опять наладят свою машину. Мне не нужно вам объяснять, как я смотрю на дело. Мне кажется, вы сочувствовали направлению «Ясн[ой] Пол[яны]», и вам легко будет, пробежав протоколы заседаний,3 освежить в своей памяти мои выраженные в педагог[ических] статьях 1860-х годов4 положения, от которых я ни на шаг не отступил. Просьба моя к вам состоит в том, чтобы в газете, в которой вы участвуете,5 противодействовать легкомысленному отношению к этому делу и, если есть человек, интересующийся и понимающий дело (я думаю, что вы такой человек), то отнестись к делу серьезно. Серьезный разбор дела не может не быть мне благоприятным.

Сочту себя много обязанным, если вы окажете помощь этому столь близкому моему сердцу делу, и буду рад случаю отплатить вам всем от меня зависящим.

Примите уверение совершенного уважения и преданности Вашего покорного слуги

гр. Л. Толстого.

Печатается по тексту, опубликованному, без даты, в «Письмах русских писателей к А. С. Суворину», Л. 1927, стр. 178—179. Местонахождение автографа неизвестно. Датируется упоминанием о выступлении в Московском комитете грамотности 13 апреля 1874 г., а также предположением, что письмо написано одновременно с письмами к Д. А. Толстому (см. письмо № 65) и к Н. А. Некрасову, о котором известно по воспоминаниям Н. К. Михайловского (см. его «Литературные воспоминания и современная смута», т. I, Спб. 1900, стр. 199—201).

Об Алексее Сергеевиче Суворине см. в т. 61, стр. 272—273.

1 См. письмо к А. С. Суворину от 1 марта 1872 г. в т. 61, стр. 272.

2 В восьмом выпуске книжек «Ясной Поляны» был напечатан очерк А. С. Суворина «Патриарх Никон».

3 Протокол заседания Московского комитета грамотности 15 января напечатан в № 10 «Московских епархиальных ведомостей» от 3 марта, протокол же заседания 13 апреля был выпущен особыми приложениями к № 39 от 22 сентября и № 46 от 10 ноября этого журнала. Предлагая Суворину «пробежать их», Толстой не предполагал, что произойдет такая задержка в печатании протоколов второго заседания.

4 Педагогические статьи Толстого 1860—1862 гг. печатались в журнале «Ясная Поляна» за 1862 г. (см. т. 8).86

87 5 «С.-Петербургские ведомости».

Ответ Суворина неизвестен. Просьбу Толстого он не исполнил, и в «С.-Петербургских ведомостях» ничего о педагогических взглядах Толстого и о заседаниях Московского комитета грамотности напечатано не было. Но в вышедшей в начале 1875 г. книге Суворина «Очерки и картинки», кн. 1, есть статья «Граф Лев Николаевич Толстой (литературный портрет)», в которой Суворин сочувственно отзывается о педагогических взглядах Толстого.

* 71. П. В. Морозову.

1874 г. Апрель, вторая половина. Я. П.

Петр Васильевич.

Пожалуйста, пишите свое возражение поскорее, не дожидаясь ответа Рахманинова.1 Очень вас прошу это сделать.

Гр. Л. Толстой.

Датируется содержанием (ср. письмо № 60), а также тем, что письмо написано на листке бумаги, на оборотной стороне которого Толстым сделаны записи, относящиеся к начатой им в апреле 1874 г. «Грамматике для сельских школ».

1 Федор Иванович Рахманинов — цензор Московского цензурного комитета, состоял членом Московского комитета грамотности и был председателем испытательной комиссии, которая производила 6 апреля экзамен в обеих группах. Будучи несогласен с большей частью высказываний комиссии, Рахманинов представил в комитет особое мнение, считая, что метод обучения грамоте Толстого «выше и ни в каком случае не ниже метода звукового», но что в успехах по арифметике ученики Протопопова стоят выше учеников Морозова.

72. Н. М. Нагорнову.

1874 г. Мая 1...10. Я. П.

Любезный Николай Михайлович.

Соня писала Варе недавно и, верно, написала все подробности нашего житья-бытья, я же пишу вам несколько слов о деле, тем более, что надеюсь скоро вас увидать у нас. Вы были так добры, взяли на себя обузу моих портретов у Аванцо.1 Если вам есть времячко, и вы хотите меня очень одолжить, то, пожалуйста, возьмите их и пришлите ко мне. Деньги на уплату за них87 88 возьмите у Соловьева. Я сказал ему, чтобы он уплатил счет. — Соня сейчас говорит мне, что она писала еще до родов; поэтому прибавляю в особенности тебе, любезный друг Варя, разные подробности. Роды прошли очень благополучно, несмотря на то, что акушерка опоздала и принимала старуха, кот[орая] ходит за тетенькой. Мальчик здоровенький — переношенный. Кормление идет еще хорошо; но уж угрожают известные боли. Мы сидим почти всё в комнатах. Холода и дожди. Авось вы нам привезете хорошую погоду. До скорого свиданья.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 193—194. Датируется сопоставлением с письмом

В. В. Нагорновой к С. А. Толстой от 14 мая 1874 г., в котором она писала: «Коля получил Левочкино письмо... Я была у Аванцо».

1 Аванцо — владелец художественного магазина на углу Петровки и Кузнецкого моста в Москве.

73. П Д. Голохвастову.

1874 г. Мая 2. Я. П.

Пишу вам два слова, любезный Павел Дмитрич, только чтобы сказать, что мы живы и здоровы — сам-восемь, вместо сам-семь, и если вы и Шатилов не раздумали побывать у нас, то очень рады будем вам, как и всегда.

Ваш Л. Толстой.

2 мая.

О первой публикации см. стр. 3. Год определяется упоминанием об увеличении семьи: рождении 22 апреля сына Николая.

74. H. Н. Страхову.


1874 г. Мая 10. Я. П.

10 мая.

Истинная правда, что вы всё умеете понимать, дорогой Николай Николаевич. Это я подумал, и это сказала жена, прочтя ваше последнее письмо, «Они тупы и рьяны».1 Правда, что это страшно, но le vin est tire, il faut le boire.2 Теперь даже пишу статью,3 в виде своей педагогической profession de foi.4 В заседании Комитета грам[отности] стенографистка обиделась88 89 на что-то и не даст отчета, и Шатилов просил меня написать ему то, что я говорил, и я стал писать и, разумеется, написал другое. Пожалуйста, не ждите чего-нибудь хорошего и умного. Тут настоящего ума и поместить некуда. Всё это так низменно и мелко, но меня это забрало заживо. Ошибаюсь я или нет, но я твердо убежден, что я могу дело народного образования поставить на такую ногу, на кот[орой] оно не стоит и не стояло нигде в Европе, и что для этого ничего не нужно, кроме того, чтобы кто не любит и не знает этого дела, не брался за него. — Я пошел здесь в двух уездах — Чернском и Крапивенском — в члены училищн[ого] совета и надеюсь повести это дело в больших размерах.5 Последнее время занимался — чем бы вы думали? — Грамматикой,6 и составил, как мне кажется, для народных школ такое, какое нужно, руководство этимологии и синтаксиса. Т. е. составил в голове и кратких записках для себя; но уже испытываю это в своей школе, и, кажется, что хорошо. —

Роман мой лежит. Типограф[ия] Каткова медлит — по месяцу один лист; а я и рад. Очень интересно мне будет прочесть из него вам что-нибудь и узнать ваше мнение. Откровенно скажу, мне он теперь совсем не нравится.

Не читал вашей статьи о Пушкине в Складчине,7 но прочту. Я слышал о ней с разных сторон. Самое приятное было от петерб[ургского] господина в вагоне. Не зная ни меня, ни моих отношений с вами, он, хваля «Складчину», сказал: интересно то, что все тут есть: например, Страхова все бранят (я понял, что он читает), а, право, — как бы извиняясь — его статья о Пушкине — прекрасная. Не разобрал в вашем письме, в июне или июле вы обещаете приехать. Как бы хорошо было, если бы в июне. Мне так хочется вас видеть, говорить с вами.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 669—670. Год определяется на основании пометки Страхова на автографе: «10 мая 1874 г.». Ответ на письмо Страхова от 19 апреля...начала мая (ПС, стр. 44—46).

1 Слова Страхова о педагогах, с которыми Толстой готовился вступить в борьбу. См. ПС, стр. 46.

2 [вино откупорено, надо его пить.] (Французская поговорка.)

3 «О народном образовании».

4 [исповедание веры.]89

90 5 Судя по сохранившемуся в ГМТ началу отчета за 1875 г. (см. т. 17, стр. 337), а также другим документам, Толстой был членом училищного совета от земства и помощником предводителя дворянства Крапивенского уезда, то есть фактически нес обязанности председателя Крапивенского училищного совета.

В вышеупомянутом отчете Толстой пишет, что деятельность совета осуществлялась в направлениях, высказанных им в статье «О народном образовании». Хотя отчет не был дописан, но деятельность совета за 1874 г. нашла довольно полное отражение в письме Толстого к А. С. Гацисскому (см. № 162). О работе Толстого в Чернском уезде до настоящего письма не было никаких сведений.

Когда закончилась деятельность Толстого как члена училищного совета, точно неизвестно. В письмах 1876 г. нет упоминаний о школах, но в конце этого года он был озабочен устройством в Ясной Поляне учительской семинарии, о которой писал еще в марте 1874 г. H. Н. Страхову. Вероятно, окончание педагогической деятельности Толстого в этот период и нужно отнести к концу 1876 г.

6 На первом наброске «Грамматики для сельских школ» авторская дата — 20 апреля 1874 г. К этой работе Толстой возвращался в течение года неоднократно, но закончена она не была.

7 В сборнике «Складчина» была помещена статья Страхова «Заметки о Пушкине» (стр. 561—587).

75. П. Д. Голохвастову.

1874 г. Мая 18. Я. П.

Я писал вам в Славянский базар,1 любезный Павел Дмитриевич, но, вероятно, вы не получите этого письма.

Как же не желать вашего приезда? Всегда и во всякое время. Пожалуйста, присылайте вашу рукопись. Вы не поверите, как мне тяжело ваше доверие к моему суду, именно потому, что я скажу наверное правду своего впечатления, но не обещаюсь сказать только правду, скажу и сверх того. Так, пожалуйста, приезжайте. У нас нынче полно народа, но для вас я найду не только удобный приют, но и главное — досуг воспользоваться вами, сколько возможно. Жена родила сына благополучно, благодарю вас за желания; но теперь не совсем здорова.

Ваш всей душой гр. Л. Толстой.

18 мая.

О первой публикации см. стр. 3. Год определяется упоминанием о рождении сына (см. письмо № 68).

1 Толстой имеет в виду свое письмо от 2 мая, адресованное в Москву в гостиницу «Славянский базар».

90 91

76. H. H. Страхову.

1874 г. Мая 20. Я. П.

Написал я довольно длинную статью о народном образовании в форме письма председателю Комитета грамотности. По объему своему эту статью неудобно поместить в протоколах заседаний. Научите меня и посоветуйте мне, куда мне ее напечатать и печатать ли. Вы мне скажете правду и добро. Пожалуйста, скажите. Писал я к Некрасову и предлагал свою статью.1 Он очень просит напечатать у него. Вы это лучше знаете. Следует ли мне напечатать в От[ечественных] зап[исках]. Мне это приятно, пот[ому] ч[то] самый распространенный журнал, но может быть это неприлично. Скажите, пожалуйста, и посоветуйте.2

Ваш Л. Толстой.

20 мая.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 671. Год определяется на основании пометки Страхова на автографе: «20 мая 1874 г. Ясная».

1 Письмо Толстого неизвестно. О печатании статьи «О народном образовании» см. письма №№ 97 и 101.

2 Ответ Страхова неизвестен.

* 77. С. Н. Толстому.

1874 г. Мая конец. Я. П.

Давно ничего не знаем о тебе и твоих. Напиши при случае, что у вас новенького. У нас нового только, что полон дом постоянных и временных гостей; но для вас всегда место будет, если бы ты вздумал приехать и с Верочкой и с гувернанткой.

Еще плохое то, что тетинька совсем плоха. Ничего не ест, и мы ждем каждую минуту конца.

У сестры Машеньки вошла иголка в cuisse,1 и она очень страдает, не может ходить и живет в Гиере. Quatrelles2 очень смешон. Посылаю ее расписку к мельнику.

Л. Т.

Год определяется упоминанием о близкой кончине Т. А. Ергольской, месяц и число — сопоставлением с письмами 75 и 78.

1 [бедро,]

2 Quatrelles — псевдоним французского писателя-романиста Эрнеста Лепина (Ernest L’Epine, 1826—1893).

91 92

78. H. H. Страхову.

1874 г. Мая 25...июня начало. Я. П.

Не могу вам сказать, вам,1 дорогой Николай Николаевич, как ваше письмо2 было мне приятно и даже тронуло меня. Вы как истинный друг поняли мое самое чувствительное место и хотите мне помочь. Пожалуйста, помогите, сколько можете. Я в чрезвычайно странном положении относительно своей педагогической деятельности. Я знаю, что это останется одно из всего моего, но мне хочется порадоваться самому на результаты. Я теперь кончил свою статью, и мне кажется, что кое-что удалось сказать ясно и верно. Полон дом гостей, и мешают писать. Посылаю письмо Буняковского.3 С этой же почтой высылаю письмо в типографию — остановить печатание.4 Не могу думать о том писаньи теперь и радуюсь мысли вам прочесть. Вы не поверите, с какой я радостью жду вас, и вовсе не для того, чтобы читать вам. —

Ваш всей душой Л. Толстой.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 671—672. Датируется содержанием: очевидно, что письмо написано вскоре после окончания статьи «О народном образовании» (авторская дата: 20 мая), т. к. она оценивается здесь положительно, между тем как в следующем письме к Страхову (от 19...20 июня) уже чувствуется колебание в оценке ее.

1 Так в автографе.

2 Письмо неизвестно.

3 О Викторе Яковлевиче Буняковском и о его письме см. т. 61, письмо № 426.

4 Речь идет о приостановке печатания «Анны Карениной» отдельным изданием. Решение прекратить печатание созрело у Толстого окончательно лишь в конце июля (см. письмо № 87), выполнено же оно было гораздо позднее, так как 5-й лист романа (на котором печатание было оборвано) был послан Толстым в типографию в сентябре (см. письмо № 102). Окончательно издание было ликвидировано в ноябре: счет катковской типографии о ликвидации помечен 12 ноября 1874 г.

* 79. М. Н. Толстой.

1874 г. Июня 10...15. Я. П.

Так давно уже мы получили печальное известие о твоем несчастии,1 дорогой друг Машенька, что я всё утешаюсь мыслью, что теперь уже тебе лучше или совсем ты опять [стала] человеком.92

93 Пожалуйста, напиши нам хоть словечко, чтоб сказать: попрежнему или лучше. Я стар и весь поглощен и своей семьей и работами; но чувства мои к тебе те же, как всегда, как это и всегда бывает между братьями: я это почувствовал по тому, что я испытал, прочтя твое письмо тетиньке. И постоянно мысль о тебе меня мучает. Но всё мне кажется, вот ты сама приедешь и здоровая, как, бывало, в эту же пору ты приезжала к нам. Тетинька тебе пишет про нас. У нас всё по-старому, слава богу, кроме смерти Пети и ожидаемой смерти тетиньки. —

Твоих я почти не видал. Кроме Вариньки, кот[орая] прогостила у нас недели две с сыном.2 Ей я рассказ[ал] и показал письмо, и она очень (по ее характеру) огорчена была.

Прощай, целую тебя. Напиши словечко.

Твой друг и бр[ат]

Л. Толстой.

Сережа живет в Пирого[ве] хорошо, всё сбирается и не сберется за границу.

Датируется на основании слов письма П. И. Юшковой, к которому является припиской, о том, что Николаю (сыну Л. Н. и С. А. Толстых) уже семь недель.

1 См. письмо № 77.

2 В. В. Нагорнова гостила в Ясной Поляне со своим годовалым сыном Валерианом с 20 мая по 2—3 июня.

80. Н. Н. Страхову.

1874 г. Июня 19...20. Я. П.

Вы мне позволили обращаться к вам с просьбами и надоедать вам, и я пользуюсь. Пожалуйста, скажите прямо, если вам уж очень надоем. Это не фраза; а я почему-то уверен, что вы теперь заняты серьезным хорошим делом, т. е. философским, и вдруг я к вам обращаюсь с своей дребеденью, прося ее прочесть, обсудить, вымарать, что не годится, и пристроить ее. Я кончил статью; она вышла большая, и мне очень хотелось ее напечатать, когда я ее писал, а теперь сам не знаю, насколько в ней есть толку, так как занялся другим.1 Просьба в том, прочтите с карандашом в руках и употребляя его для маранья и скажите мне, стоит ли ее печатать где? (Современнику2 я почти обещал.) Когда? Не помешает ли ее влиянию (если она93 94 будет иметь такое) появление в летних месяцах? Бесплатно ее отдать или за деньги? И за сколько? И не возьмете ли вы на себя через ваших знакомых устроить это? Само собой разумеется, что всё, что вы сделаете, я буду доволен. Даже если сожжете статью или ничего не сделаете. — Чем ближе приближается время свиданья с вами, тем более радуюсь и ожидаю, как очень важного для меня и для моего писания, которое есть и которое будет.

Я в конце июня буду вне дома, но со 2-го июля буду дома. Пожалуйста, устройте, чтобы пробыть у нас подольше.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 673. Датируется на основании пометки Страхова на автографе: «20 июня 1874 г.».

1 Речь, видимо, идет о задуманном художественном произведении, начинающемся словами: «Николай Николаевич был позван к соседу...» (см. т. 17, стр. 139—141), или о педагогических проектах.

2 Вместо «Отечественных записок», которые редактировал Некрасов с 1868 г., Толстой называет здесь закрытый царским правительством в 1866 г. некрасовский «Современник», так как явственно ощущал преемственность идейного направления журналов. Кроме того, «Современник» был более памятен Толстому по его участию в нем в 1850-е годы. См. письмо № 101.

* 81. С. Н. Толстому.

1874 г. Июня 20. Я. П.

Сейчас скончалась тетинька. Я думаю, что ты захочешь приехать на похороны. Во всяком случае извещаю тебя. —

Остальные здоровы. Если вздумаешь приехать по железн[ой] дороге, напиши, чтобы за тобой выслать.

Л. Толстой.

5 часов вечера 20-е.

Похороны будут 22-го.


На последней странице письма:

Е. с. графу Сергею Николаевичу Толстому

В Пирагово.

Дата определяется сообщением о смерти Т. А. Ергольской.

94 95

82. А. А. Толстой.

1874 г. Июня 23. Я. П.

Если я тотчас же не отвечал вам на ваше длинное, доброе, тронувшее меня письмо, то не от того, чтобы я не думал беспрестанно о вас. Теперь пишу и задираю вас только для того, чтобы продолжать чувствовать близость с вами. Вчера я похоронил тетушку Татьяну Александровну. Вы не знали ее, но ваша maman знала, и от меня вы про нее много слышали. Она умерла почти старостью, т. е. угасала понемногу и уже года три тому назад перестала для нас существовать, так что (дурное или хорошее это было чувство, я не знаю), но я избегал ее и не мог без мучительного чувства видеть ее; но теперь, когда она умерла (она умирала медленно, тяжело — точно роды), всё мое чувство к ней вернулось еще с большей силой. Она была чудесное существо. Вчера, когда мы несли ее через деревню, нас у каждого двора останавливали. Мужик или баба подходили к попу, давали деньги и просили отслужить литию, и прощались с ней. И я знал, что каждая остановка это было воспоминание о многих добрых делах, ею сделанных... Она 50 лет жила тут и не только зла, но неприятного не сделала никому. А боялась смерти. Не говорила, что боится, но я видел, что боялась. Что это значит? Я думаю, что это смирение. Я с ней жил всю свою жизнь. И мне жутко без нее. У нас всё хорошо в семье. Вы предсказывали мне девочку, но родился мальчик, точно такой же, как тот, которого мы потеряли, и, хотя его зовут Николаем, мы невольно зовем его Петей, как прежнего. Я нахожусь в своем летнем расположении духа, — т. е. не занят поэзией и перестал печатать свой роман1 и хочу бросить его, так он мне не нравится; а занят практическими делами, а именно педагогией: устраиваю школы, пишу проекты и борюсь с Петербургской педагогией вашего protégé Дм[итрия] Андр[еевича],2 который делает ужасные глупости в самой важной отрасли своего управления, в народном образовании.3 — Целую вашу руку, любезный, дорогой друг; когда-нибудь напишите мне так же, как я вам, всё, что вам близко к сердцу. Всё отзовется верно, без одной фальшивой ноты.

Ваш Л. Толстой.

23 июня.95

96 Впервые опубликовано в ПТ, стр. 250—251. Год определяется содержанием. Письмо А. А. Толстой; на которое Толстой отвечает, неизвестно.

1 «Анна Каренина».

2 Д. А. Толстого, министра народного просвещения.

3 Д. А. Толстой проводил крайне реакционную политику. 25 мая 1874 г., например, было издано «Положение о начальных народных училищах», в котором главное место в управлении школами отводилось дворянству, роль же земства и сельских обществ должна была ограничиваться лишь снабжением школ материальными средствами.

83. А. А. Фету.

1874 г. Июня 24. Я. П.

С тех пор, как вы уехали, дорогой Афанасий Афанасьевич, каждый день собирался писать вам, собирался и выехать к вам навстречу в Козловку, по не удалось, а всё затем, что от проклятого Голохвастова я в последний приезд ваш как будто и не видал вас. И то же несколько раз повторяла жена. Даже боюсь, что от того же проклятого народного поэта между нами как будто холодность пробежала. Избави бог! Вы не поверите, как я дорожу вашей дружбой. Пожалуйста, напишите словечко, что всё это вздор и было, но прошло, или мне только показалось, и исполните обещание заехать к нам с Петей.1

Вернулись ли ваши с вод? Дома ли вы, и всё ли у вас по-старому, по-хорошему?

Мы третьего дня похоронили тетушку Тат[ьяну] Александровну. Она медленно и равномерно умирала, и я привык к умиранию ее, но смерть ее была, как и всегда смерть близкого и дорогого человека, совершенно новым, единственным и неожиданно поразительным событием. Остальные здоровы, и дом наш так же полон. Я 28 еду к Самарину на скачку, из которой ничего не выйдет, потому что лошадь стала закидываться. Чудесная жара, купанье, ягоды привели меня в любимое мною состояние праздности умственной, и только настолько и остается духовной жизни, чтобы помнить друзей и думать о них. И вот теперь ужасно сильно и часто хочется с вами поговорить совсем свободно и во весь ум, что так с редкими можно делать. В начале июля приедет, наверное, Страхов, и я очень радуюсь ему. Передайте наш поклон Марье Петровне.

Ваш Л. Толстой.

24 июня.96

97 Впервые опубликовано, с пропуском нескольких слов, в «Русском обозрении», 1890, № 3, стр. 451. Датируется содержанием.

1 Петром Ивановичем Борисовым, племянником А. А. Фета.

* 84. С. Н. Толстому.

1874 г. Июня конец? Я. П.

Посылаю тебе 300 р. Мог бы послать и больше (деньги у меня есть), но собираю и никак не могу собрать до 3-х тысяч, котор[ые] нужно отдать Мар[ье] Ивановне,1 кот[орой] я должен по 10%. И с тобой, чтобы уяснить счеты, всё дожидаюсь получений, кот[орые] вот-вот должны поступить и не поступают.

Надеюсь, что ты побываешь у нас, и очень прошу тебя об этом. Когда тебе будет можно и здоровье не помешает. Очень хочется повидаться. Если деньги понадобятся, то пришли за ними.

У нас правда, что грустно. Я не думал, чтобы мне так жалко было тетиньку.

Научиться умирать у нее нельзя. Она жила, как ребенок, и так и умерла — для нас, по крайней мере. Что она про себя думала последние минуты, никто не узнает. Она только говорила, когда ее просили позволить себя переложить — «погодите, погодите, скоро переложите, как хотите, и все будете довольны».

Кланяйся от меня и Сони Марье Михайловне, да приезжай как-нибудь к нам в хорошую минуту.

Л. Т.

Датируется содержанием (ср. письмо № 81).

1 Возможно, Марии Ивановне Абрамович.

85. П. Д. Голохвастову.

1874 г. Июля 8?...12? Я. П.

Очень рад был узнать о вас, дорогой Павел Дмитриевич, еще более рад тому (и в особенности жена), что вы не раздумали заехать к нам в августе. К 15-му мне очень, очень хочется приехать к Шатиловым и непременно приеду, если что-нибудь97 98 особенное не задержит. У нас на днях случилось очень важное для нашей семейной жизни событие: нашего немца при детях1 сманили в управляющие, и на нас с женой, и так очень занятых, навалилось много новой заботы; и мы ищем со всех сторон помощника или помощницу. Я вступил в переговоры о чехе, которого мы хотим выписать, но хотим тоже и швейцарку к девочке. И взяли бы и швейцарца-гувернера, вместо чеха. Я хотел писать Петрову2 в Женеву, но не знаю его адреса, имени, отчества. Вы меня очень обяжете, если напишете ему, как, помните, вы были так добры, хотели, или пришлете мне его адрес. У нас теперь нет никого, кроме няни-англичанки, и нужны и гувернер к мальчикам и гувернантка к девочкам. Я верю, что не только помощник в воспитании детей, но кучер, который наймется, — предопределен, и потому не знаю, кого именно мне нужно. Попадись отличная — само собою разумеется, что качество одно — главное, чтоб был хороший человек, — отличная гувернантка, мы менее требовательны будем на учителя, и наоборот. Я пишу это к тому, что, кто знает, у ваших друзей, знакомых есть такой человек, тогда, пожалуйста, вспомните обо мне.

Во всяком случае до скорого свиданья. Напрасно вы не работаете над переделкой былин. Я этого жду и требую от вас. Впрочем: Faites ce que je dis, ne faites pas ce que je fais.3 Мое печатание стоит, и не могу себя заставить заниматься им летом.4

Прошу передать мой поклон Ольге Андреевне.

Ваш

Л. Толстой.

О первой публикации см. стр. 3. Год определяется сопоставлением с письмом к А. А. Толстой от 27 июля 1874 г., в котором Толстой также просит помочь в поисках гувернера и гувернантки; число месяца предположительно — упоминанием о недавнем уходе Ф. Ф. Кауфмана.

1 Федор Федорович Кауфман, служивший у Толстых с осени 1871 г.

2 Петров — русский священник в Женеве, с которым Толстой познакомился во время своего заграничного путешествия в 1857 г.

3 [Делайте то, что я говорю, но не делайте того, что я делаю.]

4 Речь идет об «Анне Карениной».

98 99

86. A. A. Фету.

1874 г. Июля 12...18. Я. П.

Удивляюсь, что вы не получили моего письма, дорогой Афанасий Афанасьич. Я давно писал. Фраза о лучших умах Европы, признавших, что дарвинизм u т. д., прелестна. Ужасно грустно, когда войдешь в настоящий возраст, как мы с Вами, чувствовать себя всё более и более одиноким и видеть, как разоблачаются те фигуры, которые нам казались так значительны. Это не упадок. А уяснение нашего взгляда. Я много подобного испытывал и испытываю.

На днях прогостил у меня Страхов дней 5, и, несмотря на его неловкость говорить, я наслаждался им и беспрестанно, я думаю, надоел ему, поминая Вас. Он будет у меня опять с 24-го на обратном пути. Вы пишете, что решили удалить божественную дуру-гувернантку и взять швейцарку. Ради бога, если вы выписываете через хороших людей (как я уверен), выпишите и на мою долю одну. После того как Фед[ор] Фед[орович] покинул нас (и он это сделал напрасно), нам с женой очень тяжело, и нужнее чем когда-нибудь помощь. Гувернера к детям я ищу (если знаете такового, рекомендуйте, пожалуйста), но француженку или швейцарку к девочке, да и для мальчиков, мы бы взяли сейчас и всякого сорта, только бы была хорошая по натуре — т. е. возьмем и дешевую и дорогую, т. е. и в 300 и в 600 р., если бы такая попалась. Я пишу на всякий случай, если случится, сообщите. Пожалуйста, пишите изредка, да позовите меня к себе. Мне ужасно иногда хочется вас видеть.

Ваш Лев Толстой.

Впервые опубликовано в «Литературном наследстве», т. 37-38, М. 1939, стр. 213. Год определяется сопоставлением с письмом № 85; месяц и число — упоминанием о H. Н. Страхове, который в 1874 г. гостил в Ясной Поляне приблизительно с 4 по 9 июля. Ответ на неизвестное письмо Фета.

87. H. Н. Страхову.

1874 г. Июля 27. Я. П.

Мне страшно обидно и грустно будет, если не увижусь с вами при обратном вашем проезде в П[ете]рб[ур]г, дорогой Николай Николаевич. Сообразив всё, я решил ехать немедленно99 100 в Самару и выеду, вероятно, около 30 и буду дома, если бог даст, не раньше 12-го.1 Если вы еще будете в Полтаве, то заезжайте, пожалуйста, пожалуйста. Мне столько еще нужно и хочется вам сказать и так хочется вас еще видеть. — Еще прежде получения вашего письма, я исполнил ваш совет, т. е. взялся за работу над романом; но то, что напечатано и набрано, мне так не понравилось, что я окончательно решил уничтожить напечатанные листы и переделать всё начало, относящееся до Левина и Вронского. И они будут те же, но будут лучше. Надеюсь с осени взяться за эту работу и кончить.2 — Очень радуюсь вашему счастливому времени, проведенному у ваших родных, и только жалею, что не подробно вы пишете, и я не могу себе живо представить вашу жизнь. Может быть, до свидания, а нет — до следующего письма.

Ваш Л. Толстой.

27 июля.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов»; М. 1951, стр. 674. Год определяется на основании пометки Страхова на автографе: «27 июля 1874 г.». Ответ на письмо Страхова от 23 июля 1874 г. (ПС, стр. 48—50).

1 Толстой выехал в Самару из Москвы 30 июля и вернулся в Ясную Поляну около 12 августа.

2 По сохранившимся корректурам видно, что «напечатано и набрано» было тридцать глав первой части. Толстой «взялся за эту работу» в декабре 1874 г., после заключения договора о печатании романа в «Русском вестнике». См. письма №№ 120 и 121.

88. А. А. Толстой.

1874 г. Июля 27. Я. П.

27 июля.

Пишу вам другое письмо, любезный друг Alexandrine, не получив ответа на первое. Дай бог, чтобы это произошло только от столь мне знакомого: «некогда», т. е. чтобы вы были здоровы и не несчастливы и продолжали иметь ко мне старую дружбу. Пишу в этот раз с просьбой, касающейся моих детей. Они растут и растут, никого не спрашиваясь и не дожидаясь. Переезжать в город, т. е. испортить всю свою жизнь и их тоже, под предлогом100 101 их воспитания, я не хочу до последней возможности; поэтому для меня вопрос о помощнике и помощнице для воспитания — гувернеры, гувернантки, — вопрос, в последнее время поглотивший меня всего. Был у меня немец-дядька и англичанка-нянька, но старшие дети переросли их, и мы ищем гувернера и гувернантку. — Мне пришло в голову попросить вас (вспомнив ваши связи в Швейцарии, да и в Англии, я думаю), нет ли у вас кого-нибудь в виду, нет ли у вас путей, через которые можно войти в сношения с такими людьми. Пожалуйста, если вам странно покажется, что я к вам обращаюсь с этим делом, посмейтесь и напишите словечко, только чтобы сказать, что вы не сердитесь. Но если точно у вас есть такие связи, то помогите. Мои желания вот что: хорошая нравственность, сколь возможно, высокое душевное настроение, без педантизма и фарисейства. И лучше всего муж с женою, бездетные или с ребенком от 6 до 11-ти лет. Остальных условий никаких. Национальность всё равно: немец, француз, англичанин, русской — только бы европеец и христианин. Жалованье — всё, что я могу дать, т. е. от 1000 р. двум до 2000. Знания — всё равно — чем больше, тем лучше — особенно языки, но если они не знают ничего, кроме своих языков правильно, я и тем доволен. Я могу, — как я делаю до сих пор, — учить сам математике и древним — языкам. —

Возраст — тоже всё равно, от 20 до 70 лет.

Мне кажется, что у вас есть или были связи в Швейцарии, в самом гнезде педагогов, и в Англии; если есть, помогите, пожалуйста. Это теперь дело для меня такой огромной важности, что я только об одном думаю. Если бы нужно было, я бы поехал в Швейцарию или куда нужно, чтобы увидать тех, которые подходили бы к моим требованиям, но только бы знать, что есть за чем ехать.

Мальчику старшему 11 лет, девочке 10. И с рождения их и до нынешнего года всё шло равномерно, по одному течению; но нынешний год мы вдруг почувствовали совсем новые требования, и всё дело воспитанья вдруг изменилось — как будто поднялось на новую ступень. Особенно девочка показала это. Они раньше развиваются. — Сколько я над ними передумал и перечувствовал, и столько усилий — для чего? Для того, чтобы в лучшем случае вышли не очень дурные и глупые люди! — Странно всё устроено на свете. И, как говорит мой приятель101 102 Фет: чем больше живу на свете, тем больше ничего не понимаю. Целую вашу руку и прошу на меня не сердиться, что я вам надоедаю. А главное, напишите о себе, что вы и как вы?

Л. Толстой.

Впервые опубликовано в ПТ, стр. 251—253. Год определяется содержанием и ответным письмом А. А. Толстой от 6 августа 1874 г. (ПТ, стр. 253).

89. П. Д. Голохвастову.

1874 г. Июля 29. Я. П.

Всё время, пока я читал жене ваше последнее письмо,1 она прерывала меня благодарственными акафистами вам и Ольге Андреевне, к которым и я присоединился. «Вот это понимают, вот добрые, вот хорошие люди»... и т. д. Я написал вам так, на всякий случай, чтобы душу излить, никак не ожидая, что вы так поможете мне. Очень, очень вам благодарны. Однако жалко, что я не точно написал условия гувернантки. С тех пор, как мы с вами говорили, мы убедились, что девочке уже нужна не нянька, а гувернантка, т. е. женщина более высшего умственного строя, чем те бонны, которых берут только для языка и в числе которых попадаются очень плохие. Одним словом, мы возьмем и такую в 300 р., если хорошая девушка; но больше желаем такую, которая могла [бы] у нас остаться при девочке лет 6 до ее полного возраста, т. е. гувернантку рублей в 600. Впрочем, всё — судьба, и мы будем ее ждать в письме m-еlle Elfrot. К Бочинскому2 я написал по вашему совету. Я писал в разные стороны, но то, что вы пишете о том, которого выписывали для вашей сестры, мне очень нравится. Идеал мой — это муж с женой бездетные — профессор, учитель, такие, я знаю, бывают. Но кто предназначен, угадать нельзя, тем более, что условия мои очень широки. Только бы были нравственные люди, а жалованье двум от 1000 до 2000. Во всяком случае от всей души благодарим вас и Ольгу Андреевну за вашу помощь.

Я завтра еду в Самару посмотреть, чтó родилось, и свести счеты. Я буду домой 14 августа, если бог даст, и тогда поеду к вам, к Шатиловым. Если бы почему-нибудь не удалось, то я напишу. Одно, пожалуйста, во всяком случае: не лишите нас102 103 обещанного — увидеть вас у себя. Что вы не пишете о своей работе? На днях у меня был Страхов, пристрастил меня было к моему роману,3 но я взял и бросил. Ужасно противно и гадко.

Ваш Лев Толстой.

О первой публикации см. стр. 3. Год определяется содержанием, месяц и число — на основании слов: «завтра еду в Самару».

1 Письмо П. Д. Голохвастова неизвестно.

2 Письмо к Бочинскому неизвестно.

3 «Анне Карениной».

90. С. А. Толстой от 30...31 июля 1874 г.

* 91. С. Н. Толстому.

1874 г. Июнь... июль? Я. П.

Всё ли у тебя благополучно и дома ли ты? Теперь уж, наверно, я приеду к тебе. Напиши словечко, сколько я тебе остался должен? Машинька грустит и, кажется, ждет только денег, чтобы приехать в Россию.

Соня тоже собирается к вам. У нас кроме Кузминских полон дом1 гостей, что для меня скучно. Перешли, пожалуйста, эту записку Егору Иванову.2

Л. Т.

Датируется упоминанием о М. Н. Толстой, которая «ждет... денег, чтобы приехать в Россию», и о Кузминских. Кузминские гостили в Ясной Поляне в 1874 г. с 26 мая до конца августа. Письмо было написано не позднее конца июля, так как с 30 июля по 12 августа Толстой уезжал в Самарскую губернию, а в письме к М. Н. Толстой от 15 августа он упоминает о настоящем письме, как об уже отосланном.

1 В подлиннике: домой

2 Арендатор мельницы М. Н. Толстой в ее имении Пирогово. Записка к нему Толстого неизвестна.

* 92. С. Н. Толстому.

1874 г. Июнь…июль? Я. П.

Посылаю тебе 280 р. — Посланному заплати рубль, за что он нанят. Так что проценты за год [с] 16 тыс. заплачены. И еще за тобой 40 р., так как в первый раз я тебе отдал 640 (с журналами).103

104 За остальные два билета 1940 р. мы сочтем особо. И так как 40 лишние, то я должен тебе 17.900. Кажется, верно. А впрочем, сочтем и перепишем, когда приедешь. Привези расписки мои. Если понять, что ты пишешь,1 что ты можешь меня расстроить своим приездом, то этого не может быть. Я завтра еду на день в Крапивну в Учил[ищный] совет.2 Ты над этим смеешься, и я тоже, но еду.

Л. Т.

Основания датировки: членом Крапивенского училищного совета Толстой был назначен крапивенским уездным предводителем дворянства А. В. Хомяковым, избранным на эту должность в июне 1874 г. См. «Тульские губернские ведомости», 1874, 20 июля.

1 Письмо неизвестно.

2 О деятельности Толстого в Крапивенском уезде см. письмо № 74, прим. 5.

93 и 94. С. А. Толстой от 1 и 3 августа 1874 г.

* 95. С. Н. Толстому.

1874 г. Августа 14? Я. П.

Посылаю тебе письмо Машеньки,1 из кот[орого] ты узнаешь подробности о ней и, главное, ее адрес и требования денег от мельника. Пожалуйста, тотчас же это передай, чтобы на мне не была вина. Мы с тобой, надеюсь, что увидимся еще на этом свете и в Пирагове, куда мне каждый день ужасно хочется поехать, но 46 годов и 6 детей своих и 4 чужих.2 Особенно мне хочется тебя видеть и об тебе узнать всё хорошо, потому что я тебя дней 5 тому назад видел так странно и живо во сне, что не могу забыть. Когда увидимся, расскажу. Мне большой свет ужасно был противен, а теперь уже езжу на охоту.

Год определяется упоминанием о 46 годах и о шести детях; месяц и число —на основании слов: «посылаю тебе письмо Машеньки» — ср. письмо № 99.

1 Письмо неизвестно.

2 «4 чужих» — дети Т. А. Кузминской, гостившей в это время в Ясной Поляне.

104 105

96. П. Д. Голохвастову.

1874 г. Августа 15. Я. П.

Случилось то, чего я боялся, любезный Павел Дмитрич, т. е. что мне не удалось приехать к Шатиловым к 15-му и воспользоваться вашим обществом там. Моя самарская поездка задержала меня, и я приеду в Маховое1 после. Жена просит передать Ольге Андреевне свою великую благодарность за ее хлопоты о гувернантке и надежду на то, что вы не раздумали сделать нам это великое удовольствие побывать у нас. Говоря по-французски, мы делаем себе из этого праздник и рассчитываем увидеть вас в 20 числах. Телеграфировать нам, если вы не успеете написать, чтобы выслать коляску, можно в Ясенки. Приезд к нам может быть по курьерскому в Тулу в 12 часов дня и по почтовому, который приходит в Ясенки в 11 часов вечера. Для нас оба одинаково удобны. Выбирайте, какой для вас удобнее.

Коректуры мои,2 как они мне ни постылы, теперь к вашим услугам.

Передайте наш поклон Ольге Андреевне и благодарность.

Ваш Л. Толстой.

15 августа.

О первой публикации см. стр. 3. Год определяется сопоставлением с письмом № 85.

1 Имение И. Н. Шатилова Новосильского уезда Тульской губ. Летом 1874 г. Толстой в Моховое не ездил.

2 Корректуры «Анны Карениной». См. прим. 4 к письму № 78.

97. Н. А. Некрасову.

1874 г. Августа 15. Я. П.

Милостивый государь

Николай Алексеевич!

Педагогическая статья, о которой я писал вам,1 у меня готова и я желаю напечатать ее в От[ечественных] зап[исках]. Если вы желаете поместить ее в своем журнале, то она к вашим услугам. Условия мои 150 р. за лист и помещение ее в осенних N-ax (в сентябре или октябре). Листов будет 5 или 6. Если вы согласны, то напишите мне, и я пришлю ее в Петербург, где коректуры ее мне обещал держать H. Н. Страхов.2105

106 Очень благодарен вам за вашу готовность помочь мне в моей борьбе с педагогами. Я получил письма от Михайловского3 с требованиями материалов для его статьи, но не мог ему послать то, что нужно. Педагоги борются за существование, и нет гадости, которой бы они побрезгали для достижения своей цели. Они лгали, выдумывали и теперь тот протокол заседания К[омитета] г[рамотности], печатание которого было бы для них очень невыгодно, они умели так затянуть, что он до сих пор не вышел и едва ли выйдет.4

Мне очень жалко только то, что если теперь От[ечественные] зап[иски] возьмут мою сторону в этом споре, то это будет представляться поддержкою взглядов сотрудника, а не мнением, ничем не вызванным, редакции. Хотя я твердо уверен, что если бы редакция обратила серьезное внимание на этот вопрос, то она стала бы на совершенно сходную со мной точку зрения.

В ожидании вашего ответа остаюсь ваш покорный слуга

граф Лев Толстой.

15 августа.

Впервые опубликовано в «Литературном наследстве», т. 51-52, М. 1949, стр. 527.

Год определяется содержанием.

1 Письмо неизвестно. Упоминание о нем см. в письме к H. Н. Страхову, № 76. Статья — «О народном образовании».

2 Около 25 августа Некрасов писал Толстому: «Потрудитесь прислать Вашу статью, я напечатаю ее (может быть, если успеется) в 9 № «Отечественных записок», а не то в 10-м, не позже. По 150 р. платить согласен (и при этом замечу, что за роман Ваш или повесть редакция может заплатить и дороже). Корректуры пошлю, к кому укажете» (Н. А. Некрасов, Полное собрание сочинений и писем, т. XI, М. 1952, стр. 331—332).

3 Н. К. Михайловский. См. его «Литературные воспоминания и современная смута», I, Спб. 1900, стр. 199—200.

4 См. письма к Ф. Н. Королеву, №№ 104 и 107 и прим. к ним.

98. А. А. Толстой.

1874 г. Августа 15. Я. П.

15 августа.

Очень вам благодарен, дорогой друг Alexandrine, за вашу готовность помочь мне в деле гувернантки. Швейцарское мне более нравится, и потому, если вы всё хотите мне сделать доброе дело, то напишите, пожалуйста, в Швейцарию. Повторяю свои106 107 требования и условия. И гувернера и гувернантку мне нужно. Или того, или другую. Не говоря о том, чтобы был хороший человек — для гувернантки желательно хорошее знание французского языка, для гувернера более желательно знание классических языков. — Жалованье от 500 до 1000 каждому.

Очень рад, нет, точно, именно рад был узнать про вас и узнать хорошее: то, что вы провели хорошие два месяца с в[еликой] к[нягиней]1 и что вам всё так же радостно и есть за что любить ее.

Я на днях приехал из Самары, куда я ездил смотреть хозяйство в моем купленном там имении. Вы можете быть совершенно спокойны совестью в том участии, которое вы принимали в помощи тамошнему народу. Бедствие было бы ужасное, если бы тогда так дружно не помогли тамошнему народу. И я видел и узнал, что хотя и не без греха прошло это дело раздачи, все-таки помощь была действительная и в большей части случаев умная. —

Со мной же в этом деле случилось одно из тех, несколько раз повторявшихся в моей жизни странных, прямых вмешательств в мою жизнь чьей-то таинственной руки. Я три года тому назад купил там землю — сделал очень большой посев и два первые года понес очень большой по моим средствам убыток — тысяч 20. В прошлом году, вы писали мне, да и все мне говорят, что я поднял всё это дело о голоде и был видимой причиной помощи, которая была дана. Нынешний год урожай огромный во всей Самарской губернии, и во всей Самарской губернии, сколько я знаю, одно место, которое обошли дожди — это мое именье, и у меня большой посев и большой опять убыток. Я приехал туда и не верил своим глазам, и чувствовал себя обиженным и безвинно поставленным в угол. Но потом опомнился и понял, что это хорошо и лестно.

Я вам пишу это, потому что уверен, что вы или поймете это так же, как я, или, если это гордость и дерзость, то извините меня. Прощайте, целую ваши руки.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в ПТ, стр. 254—255. Год определяется содержанием. Ответ на письмо А. А. Толстой от 6 августа 1874 г. (ПТ, стр. 253—254).

1 Марией Александровной.

107 108

99. М. Н. Толстой.

1874 г. Августа 15. Я. П.

15 августа.

Любезный друг Машинька.

Первое письмо твое я тотчас отослал Сереже с запиской,1 и он тотчас же исполнил твое поручение. Через неделю после этого мы сами были в Пирагове, и Сережа говорил, что мельник тотчас же послал деньги. Второе письмо твое к Сереже, полученное за два дня, вчера я уже отсылал к нему, когда получил твое последнее письмо и вчера же послал к нему. Егор Иванов, кажется, акуратный и денежный человек и, вероятно, тотчас же исполнит твое желание. Я, впрочем, наведаюсь у Сережи на днях и потороплю его. —

Последнее письмо твое очень тронуло нас, и я чувствую за тебя всей душой. Соня и не успела прочесть твоего письма, так как посланный в Пирагово по машине уж уезжал, а она кормила. Но я ей рассказал, и она напишет тебе на днях. У нас всё по-старому, но без тетиньки, и ты поймешь это: когда она была живым трупом — последние годы, мы невольно удалялись ее; но когда пришла смерть, как лицо ее мертвой просветлилось и просияло, так и воспоминание о ней, и ее недостает — а для меня это разорвалась одна из важных связей с прошедшим. Осталась ты и Сережа. Умирала она мучительно на вид, но не для себя. Она дня три была без чувств и не узнавала никого. В бумагах ее видна ее чистая милая душа и любовь, особенно к тебе. — Кузминского болезнь страшна, особенно по слухам. У него заткнута дырка в небе, и ничего незаметно; и доктора объясняют это костоедом, а не той болезнью, которая всем невольно при этом представляется. —

У нас новое то, что Федор Федоровича, если ты помнишь его, переманили в управляющие, да и потеря это небольшая, так как Сережа уже перерос его, да и Илюша учил его делению. Но дело в том, что его отход сошелся с тем периодом для детей, когда мы чувствуем необходимость хороших помощников и гувернера и гувернантку для Тани. Я уже писал во все концы, и узнав, что ты будешь в Веве,2 и тебя очень прошу, если бы тебе случилось найти что-нибудь хорошее, написать мне или свести меня с тем, кому нужно писать. Условия мои от 300 до 600 гувернантке, от которой требуется хорошие нравы, манеры и108 109 франц[узский] язык, и от 500 до 1000 гувернеру, от к[оторого] требуются нравы и манеры и франц[узский] или нем[ецкий] язык и классическое образование, если есть, а то и без этого. — Если поможешь мне, очень одолжишь. Целую тебя за себя и Соню. —

Твой Л. Толстой.

Впервые опубликовано в юбилейном сборнике «Лев Николаевич Толстой», М. 1928, стр. 53—54. Год определяется содержанием (см. письмо № 81).

1 См. письма №№ 77 и 91.

2 Веве — город в Швейцарии на берегу Женевского озера.

100. H. Н. Страхову.

1874 г. Августа 30. Я. П.

Вы, я думаю, удивляетесь, пожалуй и сердитесь, дорогой Николай Николаевич, на то, что я так долго не отвечал вам.1 Поверите ли, до сего дня ни минуты не было свободной. Только что приехал из Самары, где удивительный случай: везде урожай, кроме у меня; я должен был ехать в Новосильский уезд,2 потом, вернувшись, застал полон дом гостей,3 и только вчера проводил трудных гостей и почувствовал свободу мысли. Ужасно обидно, что пропустил случай видеть вас. Постараюсь поправить это приездом в Петербург зимою, что по разным обстоятельствам может быть мне нужно.4 Как вы добры, что всякий раз напоминаете мне, что вы готовы помогать мне. Вы знаете, как мне это дорого и как это мне облегчает путь. — Некрасов просит прислать статью,5 соглашаясь на мои условия, и я нынче посылаю ее ему, прося его коректуры посылать вам. Итак, если у вас есть великодушное желание уделить мне свое время на это, то вы сделаете мне это одолжение; если нет, то поскорее напишите. Роман мой еще не двигается, но благодаря вам я верю, что его стоит окончить, и надеюсь это сделать нынешним годом.

Мне многое вам нужно писать, а времени теперь нет, и потому я ограничиваюсь делом, а то откладываю.

Ваш Л. Толстой.

30 августа.109

110 Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 675. Год определяется на основании пометки Страхова на автографе: «30 авг. 1874 г.».

1 Письмо Страхова, на которое Толстой отвечает, неизвестно.

2 На юге Тульской губернии, где Толстой собирался покупать землю.

3 В Ясной Поляне в это время гостили семьи Кузминских и Голохвастовых.

4 Предполагаемая поездка Толстого в Петербург не состоялась.

5 См. прим. 2 к письму № 97.

101. Н. А. Некрасову.

1874 г. Августа 30. Я. П.

Милостивый государь

Николай Алексеевич!

Посылаю вам мою статью1 и очень прошу вас коректуры ее приказать пересылать Никол[аю] Николаевичу Страхову (Публичная библиотека) и всякое изменение, сделанное им, принимать как бы мое. Я вставил в начале статьи, в выноску, краткое объяснение того обстоятельства, которое послужило ее поводом. Оно необходимо для понимания полемической части статьи. И я очень жалею, что мне не удалось сообщить г. Михайловскому протоколы заседаний. Я написал в Москву, чтобы эти протоколы выслали в редакцию От[ечественных] зап[исок], как скоро они выйдут. Может быть, они понадобятся, и г-н Михайловский сделает из них употребление, чего бы я очень, очень желал. Я уверен, что редакция От[ечественных] зап[исок] не разойдется со мной во взгляде, который я излагаю в своей статье, и только желаю, чтобы публика хоть в самой малой доле признала ту важность, которую я приписываю этому делу. Боюсь тоже, чтобы вследствие того, как я слышал, царствующего теперь цензурного террора, статья моя не подверглась бы гонению, и потому разрешаю редакции вымарывать, не списавшись со мной, то, что может показаться опасным.2

Несмотря на то, что я так давно разошелся с «Современником», мне очень приятно теперь посылать в него свою статью, потому что связано с ним и с вами очень много хороших молодых воспоминаний.3

Ваш Л. Толстой.

30 августа.110

111 Впервые опубликовано в «Литературном наследстве», т. 51-52, М. 1949, стр. 528.

1 «О народном образовании». См. письмо № 97.

2 Статья была напечатана в IX номере журнала за 1874 г. без всяких изменений.

3 См. прим. 2 к письму № 80.

102. H. Н. Страхову.

1874 г. Сентября 10. Я. П.

10 сентября.

Не успел я еще получить ответа от вас, дорогой Николай Николаевич, на последнее письмо и, главное, на то, что согласны ли вы исполнить мою просьбу о коректурах статьи, как я уж опять к вам с просьбой о коректуре листа романа. Я сдал один лист в Москве1 в типографию и велел послать к вам.2 Жду с нетерпением и волнением вашего ответа. Как вы приняли эту мою бессовестность? Или же — утешаю себя — как ни велика моя бессовестность, ваше расположение ко мне превышает ее.

Не смею просить вас назначить вознаграждение, но если бы вы назначили его, я бы еще больше считал себя обязанным вам. Вы и поощряли меня печатать и кончать этот роман, вы и избавьте его от безобразий. Погода так хороша, и всяких хлопот у меня так много, что я и не смею думать о работе. Попробовал приняться, но так напутал, что должен был бросить. Что вы поделываете? И как действует на вас эта чудная погода? Меня она и радует и волнует.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 676. Год определяется на основании пометки Страхова на автографе: «10 сент. 1874 г. Ясная».

1 Около 9 сентября Толстой ездил в Москву в поисках гувернера.

2 Речь идет о пятом — последнем набранном листе приостановленного отдельного издания «Анны Карениной». Корректурная правка его помечена Страховым 17 сентября.

* 103. А. А. Фету.

1874 г. Сентября 12...13. Я. П.

Ваше письмо1 произвело на меня очень грустное впечатление, дорогой Афанасий Афанасьевич. — Смерть Толстого,2 очень, очень милый был человек — и ваша болезнь, о которой вы111 112 коротко, но сильно упоминаете. Напишите подробно, что вы и в каком положении ваше здоровье. Я бы непременно приехал сам, чтобы вас увидать и узнать, в каком вы положении, но должен отложить это до октября около 15. До того времени у меня всё занято. Завтра мы едем в Никольское и в Чермошню к Дьяковым,3 а там охота с Оболенским и т. п.

Насчет кобылы. Если вы хотите отдать ее соседу вашему, то отдайте. Видно, не судьба, а мне надо экономить. Урожай плохой, и что-то я последнее время в долги лезу4. Тот Толстой, который пишет романы, еще не приезжал, и я его ожидаю не с особенным нетерпением. Тоже тяжелый человек. Жена кланяется и просит успокоить нас о вашем здоровье. На днях в Москве катался на лодке с Катк[овым] и Петю видел.

Ваш5

Небольшой отрывок, с датой: «начало октября 1875 г.», опубликован в Г, II, стр. 207. На подлиннике рукой А. А. Фета проставлена дата: «13 сентября 1874 г.», подтверждаемая содержанием.

1 Письмо неизвестно.

2 О каком Толстом идет речь, выяснить не удалось.

3 У Дьяковых семья Толстых гостила с 17 по 24 сентября.

4 8 ноября 1874 г. С. А. Толстая писала сестре, что они в стесненных обстоятельствах, что надо долги платить и потому решили рубить «Заказ» и продавать его.

5 Край письма оборван.

104. Ф. Н. Королеву.

1874 г. Сентября 25. Я. П.

Милостивый государь

Филип Николаевич!

Я решительно не могу исправить мою речь по стенографическому отчету.1 Если бы было только наврано, я бы вспомнил и догадался; но тут многое пропущено, многое прибавлено, и во многих местах сказано совершенно обратное того, что я говорил. Тут, видно, кто-нибудь поправлял ее по-своему. Вследствие этого моя покорнейшая просьба к Вам следующая: или выпустить мою речь, прибавив объяснение, что гр. Толстой говорил так несвязно и невнятно, что речь его в стенограф[ическом] отчете вышла совершенно бессмысленна и он отказался112 113 ее поправить, или найти стенографический отчет и напечатать его, каким он вышел из рук стенографа, без поправок, в которых я заподазриваю Кашина,2 или напечатать в этом месте выдержку из моей статьи, теперь, вероятно, уже напечатанной в Отеч[ественных] записках, и которая есть не что иное, как частью восстановление того, что было сказано мною, и частью новые соображения, которые надо выпустить. Если, как я полагаю, последнее есть самое удобное, и Вы признаете это возможным, то, будьте так добры, напишите мне о том поскорее, и я по печатному — отмечу и пришлю вам. Я бы и сейчас это сделал и прислал бы Вам с протоколом, но не получил еще оттисков, которых ожидаю с каждой почтой.

С совершенным уважением и преданностью имею честь быть Ваш покорный слуга

гр. Лев Толстой.

25 сентября 1874 г.

Впервые опубликовано в «Летописях Государственного Литературного музея», кн. 2, М. 1938, стр. 46—47.

Филипп Николаевич Королев (1821—1894) — педагог, писатель и общественный деятель, почетный член Московского комитета грамотности. Сын крестьянина Харьковской губ., Королев окончил в 1841 г. физико-математический факультет Харьковского университета, в 1855 г. получил кафедру практической механики в Горы-Горецком сельскохозяйственном институте, в 1864 г. был назначен директором 2-й мужской гимназии, а в 1869 г. стал одним из основателей Московских женских, так называемых Лубянских курсов и их первым заведующим. В 1870—1876 гг. Королев был директором Петровско-Разумовской сельскохозяйственной академии.

Королев присутствовал на заседаниях Комитета грамотности 15 января и 13 апреля 1874 г., когда выступал Толстой. Не сомневаясь в теоретических достоинствах звукового метода, Королев тем не менее в своей речи 13 апреля отдавал предпочтение методу Толстого как более пригодному в условиях русской жизни того времени.

1 Заменяя временно председателя Комитета грамотности И. Н. Шатилова, Королев прислал Толстому для исправления стенограмму той части протокола заседания 13 апреля, где была записана его речь.

2 Владимир Северьянович Кашин — преподаватель Елисаветинского училища в Москве, секретарь Московского комитета грамотности.

На это письмо 29 сентября Королев отвечал Толстому: «Милостивый государь граф Лев Николаевич, то, что Вы имеете из протокола Комитета грамотности, 13 апреля, списано буквально со стенографического отчета, представленного г-жею Соц, стенографировавшей всё про113 114 исходившее в заседании. Чьи-то посторонние поправки, вставки и извращения замечены не одним Вами; то же самое говорил мне Ф. И. Рахманинов относительно своей речи и речи Д. Ф. Самарина. Пришлите мне то, что Вы хотели бы, чтобы перепечатали в этом протоколе из Вашей статьи, которая должна появиться в «Отечественных записках», и я постараюсь сделать как можно лучше».

Отправив первое письмо Королеву, Толстой снова пересмотрел стенограмму, нашел возможным исправить ее и 28 сентября послал Королеву, написав ему второе письмо. См. письмо № 107.

105. П. Д. Голохвастову.

1874 г. Сентября 25...26. Я. П.

Очень благодарен вам, дорогой Павел Дмитрич, за ваши оба письма,1 на которые я не успел ответить. Мы были у Дьяковых, и я там получил последнее письмо. Не могу сказать, чтобы я был рад известию о положении ваших дел. Это только отсрочка, а неопределенность так мучительна. О Новосильском имении2 я навел справки и видел Мяснова3 и отослал ему вопросные пункты. Когда получу ответ, пришлю вам.4 Он говорил о цене так, что, я полагаю, за 45 тыс. отдадут. И по всему, что я узнал, я вам очень советую купить. Шатилов писал вам (он мне говорил), что не советует купить, не слушайте его.

Получили ли вы книги ваши, за которые еще раз очень благодарю, и все ли они целы. Некрасова я забыл уложить, пришлю после. Мы вчера вернулись от Дьяковых и принимаемся за свою постоянную трудовую жизнь, и с большой радостью. Гувернера и гувернантки всё еще у нас нет. Данилович мне не нравится, несмотря на то, что вы его покровительствуете, но письмо ваше о нем и всех отношениях его с семейством Васильчикова5 — прелесть. Так я и вижу всё это и переживаю. Был я у Леонтьева6 за гувернером и говорил о вашей статье о русском стихе.7 Он очень желает напечатать ее. Если вы найдете лучше, то хорошо, но не зарывайте ее в какие-то древности. Что делать, журнала негадкого нет, и «От[ечественные] зап[иски]» гадки своей гадостью, и «Р[усский] в[естник]» своей, противоположной той гадости, а середины нет. Очень надеемся на гувернантку через посредство m-lle Elfrot и очень благодарим. Передайте наш поклон Ольге Андреевне и пишите былины; я этим, вместо покорного слуги, заключаю и буду заключать мои к вам письма, пока вы не напишете.

Лев Толстой.114

115 О первой публикации см. стр. 3. Год определяется сопоставлением с письмом № 85, месяц и число — на основании слов: «Мы вчера вернулись от Дьяковых». (Ср. письмо С. А. Толстой к Т. А. Кузминской от 29 сентября 1874 г.)

1 Известно только одно письмо П. Д. Голохвастова (без начала), где он пишет о своем желании купить землю.

2 Имение Петра Петровича Новосильцева «Воин», Мценского уезда Орловской губ.

3 Аристион Васильевич Мяснов — тульский помещик. В 1874 г. он одновременно с Толстым был почетным мировым судьей г. Крапивны. Письмо Толстого с «вопросными пунктами» неизвестно.

4 См. письмо № 108.

5 А. И. Васильчиков (1818—1881) — знакомый, И. Н. Шатилова и П. Д. Голохвастова.

6 Павел Михайлович Леонтьев — директор Катковского лицея и редактор «Русского вестника». См. о нем т. 83, стр. 175. Толстой был у него около 9 сентября.

7 Речь идет о работе П. Д. Голохвастова «Законы стиха русского народного и нашего литературного». В предисловии к этому исследованию, изданному только в 1883 г., говорится, что оно вызвано к жизни Толстым и было задумано в форме писем к нему.

106. H. Н. Страхову.

1874 г. Сентября 25...26. Я. П.

Очень благодарен за оба письма ваши,1 дорогой Николай Николаевич. Я не успел ответить потому, что на неделю уезжал из дома.

Главное, благодарю, что вы так просто, как будто и не может быть иначе, беретесь помогать мне. Нынче пишу Михаилу Николаевичу Лаврову, чтобы он выслал вам первые 4 листа. А 5 экземпл[яров] не знаю когда придется послать вам.2 Я расстроен и хлопотами и детьми, при которых у меня нет теперь учителя, и здоровьем, что как на чужое чье-то дело смотрю на этот роман. Впрочем, себя не знаешь, да и погода очень хороша. Об Азбуке всё, что вы пишете,3 для меня поразительно и злит меня по утрам натощак. Разумеется, что я заниматься полемикой не буду и с бою класть голодным людям в рот корм, а буду ждать и злиться про себя. —

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 677. Датируется на основании пометки Страхова на автографе: «26 сентября 1874 г. Ясная».115

116 1 Одно из них неизвестно, другое — от 22 сентября 1874 г. (ПС, стр. 50—52).

2 Страхов, согласившись держать корректуры «Анны Карениной», просил прислать ему по окончании печатания пять экземпляров романа.

3 Страхов писал 22 сентября, что хотя статьи для чтения Ученый комитет при Министерстве народного просвещения признал «мастерскими и образцовыми», общее заключение об «Азбуке» неблагоприятно. См. прим. к письму № 65.

107. Ф. Н. Королеву.

1874 г. Сентября 28. Я. П.

Милостивый государь

Филип Николаевич!

Не получая еще оттисков статьи своей, я еще раз перечел протокол и стал добираться и добрался, насколько мог, смысла в своей речи и поправил ее. Не пугайтесь, что так много измарано и приписано. Это произошло от того, что очень многое пропущено, переиначено, и цитаты поставлены не те и не на месте. Я старался быть вполне добросовестен и не прибавлял ничего, хотя во многих местах и знаю, что выпущено то, что было сказано, и хотя хотелось бы прибавить. Надеюсь, что почерк мой разберут наборщики и что коректуры продержутся хорошим коректором. Остальных речей я и не пытался поправлять и не могу догадаться, что значит многое. —

С совершенным уважением и преданностью имею честь быть

Ваш покорный слуга

гр. Л. Толстой.

28 сентября.

P. S. Будьте так добры, уведомьте мне, чтó Вы решите и когда можно ожидать выхода из печати протокола.1

Впервые опубликовано в «Летописях Государственного Литературного музея», кн. 2, М. 1938, стр. 47.

1 Эта часть протокола заседания 13 апреля (исправленная Толстым) вышла 10 ноября приложением к № 46 «Московских епархиальных ведомостей». См. письмо № 70, прим. 3.

116 117

108. П. Д. Голохвастову.

1874 г. Октября 2. Я. П.

Посылаю вам, любезный Павел Дмитриевич, то, что мне написал Мяснов, на ваши вопросы; он не бывал там и не знает более. Мое мнение, все-таки покупайте.

Ваш Л. Толстой.

2 октября.

О первой публикации см. стр. 3. Год определяется содержанием (ср. письмо № 105).

* 109. А. А. Фету.

1874 г. Октября 22. Я. П.

22 октября.

Дорогой Афанасий Афанасьевич! У меня затеялась необходимая покупка земли в Никольском, для которой мне нужно на год занять 10 тысяч под залог земли. Может случиться, что у вас есть деньги, которые вам нужно поместить (эту мысль подал Нестор Лаврентьич). Если так, то напишите Ивану Ивановичу Орлову1 в Чернь, в с[ело] Никольское, и он приедет к вам для переговоров о подробностях и будет вести это дело с вами, независимо от наших отношений.2

Я еще не отвечал вам на ваше последнее письмо,3 хотя очень благодарен вам за него. Оно успокоило нас об вас. Как бы я охотно приехал к вам, но завален так делами школьными, семейными и хозяйственными, что даже на охоту не успеваю ездить. Надеюсь быть свободнее, как зима станет, и на то, что вы по прежней привычке не проедете в Москву, не подарив нам денек. Наши поклоны Марье Петровне.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано, с пропуском трех фраз, в «Русском обозрении», 1890, № 8, стр. 460—461. Год определяется по письму Т. А. Кузминской к А. М. Кузминскому от 24 августа 1874 г.

1 Иван Иванович Орлов — управляющий Никольским-Вяземским. См. о нем т. 8, стр. 511.

2 Фет в займе отказал. См. письмо № 114

3 Письмо неизвестно.

117 118

* 110. A. A. Толстой.

1874 г. Октября 29...31. Я. П.

Очень вам благодарен, дорогой друг, за ваше письмо к г-ну Перо и за присылку его ко мне. Я пишу ему с этой почтой,1 благодарю, прибавляю разные подробности и вообще вхожу в прямые сношения. Я так долго не отвечал ни вам, ни ему, потому что, чем больше живу, тем больше чувствую, что верчусь, как белка в колесе, и времени всё меньше и меньше. Столько хлопот, забот, дел, занятий, которые требуются от вас.

Вы, верно, то же чувствуете и без семьи.

Роман мой, действительно, начат печатанием. Но вот уж месяца 4 стоит, и я не имею времени продолжать исправлять. Кроме воспитания, ученья детей, которыми я сам занят (и с жалостью думаю, когда передам в руки наемников); кроме работы (я пишу — вы удивитесь — грамматику2); кроме школьного дела, которым я занимаюсь и в своей школе и в уезде, и борьбы с чиновничеством, денежные дела (покупка земли, которая необходима), кроме всего этого семейные невзгоды. То жена была больна лихорадкой при кормлении, измучившей ее и ребенка, то теперь на днях старшая дочь при мне бегала по паркету, раскатываясь, и упала навзничь и сломала ключицу. Но мы нынче только стали думать и заботиться о переломе. Удар головой был так силен, что мы и доктор боялись за жизнь и рассудок. — Правда, осень всегда бывает для меня тяжелым временем. Надеюсь, что когда засыпет нас снегами, я приду опять в то счастливое состояние спокойного, трудового роста жизни, которое я так люблю. —

Что вы делаете? Как и чем наполнилась та пустота жизни, которую оставила разлука с в[еликой] к[нягиней]. Верно, уж наполнилась. Природа не допускает пустоты, но вопрос, чем? Мелочью наполнилось ли то большое место вашего сердца, или большим же? Или вы бережете его таким, какое оно было. Очень, очень желал бы видеть вас; и как-то надеюсь, что скоро придется мне быть в Петербурге. И всякий раз, когда думаю об этом, первая, главная побуждающая причина это вы. Надеюсь, что вы верите этому. Пожалуйста, верьте.

Ваш всей душой гр. Л. Толстой.

Датируется упоминанием о несчастном случае с Татьяной Львовной, происшедшем 27 октября 1874 г.118

119 1 О Перро см. в прим. при письме к нему от 1—3? мая 1875 г. (№ 173) Упоминаемое здесь письмо к нему неизвестно. 3 декабря нов. ст. Перро ответил Толстому, что получил его письмо от 1/13 ноября.

2 «Грамматику для сельских школ».

* 111. И. И. Орлову.

1874 г. Октябрь. Я. П.

Иван Иванович!

Пусть будет по-вашему. Решаюсь на эту покупку, как ни трудно мне будет входить в долги и их выплачивать. Надеюсь на вас, что вы поможете мне в этом, т. е. в выплачивании долга. Итак, действуйте следующим образом: поезжайте к Алферовой с прилагаемым письмом и кончайте с ней дело. Она говорила мне, что 5 тысяч она охотно отсрочит, а что ей нужны 10 т[ысяч] для разделки с невесткой, так и предлагайте ей 10 т[ысяч] при совершении купчей, а остальные через год. О времени совершения купчей я прошу предуведомить меня, если можно, за две недели. — Постарайтесь узнать, как скоро может быть совершена купчая. Никольский хлеб на 5000 я полагаю употребить на эту уплату. Поэтому узнайте у купцов, можно ли и когда рассчитывать на деньги за хлеб. Если нужно взять вперед под хлеб, т. е. что хлеб не поспеет к тому времени, то можно сделать уступку в цене хлеба. С Алферовой постарайтесь кончить так, чтобы обязать ее. Если нужен задаток, то я пришлю, или вы сами займете, если нужно и можно тотчас же, а я пришлю через 3 дня после вашей телеграм[м]ы 1000 рублей.

Неустойку с обеих сторон можно поставить в 3000. Нечего вам говорить, что чем более выгодные условия, тем лучше. —

Граф Лев Толстой.

Датируется сопоставлением с письмами №№ 109 и 114.

Покупка земли не состоялась.

112. П. Д. Голохвастову.

1874 г. Ноября 1...2. Я. П.

Давно не писал вам, Павел Дмитрич, и теперь собираюсь написать только несколько слов. Замучили хлопоты, заботы, а главное, болезни в семье: то жена, то дети. Таня дочь неделю119 120 тому назад упала затылком на паркет и была при смерти. Теперь вне опасности, но ключица сломана, и я завтра везу ее в Москву.1 Жена в лихорадке, и маленький в сыпи. Сам не знаю, корь или оспа. Хлопоты же всё больше педагогические, — и теория и практика. За роман я не берусь. У меня к вам две, три просьбы: 1) Вы говорили как-то, что Леонид2 знаток житий и готов помочь составлению чтения для народа. Не будет ли он так милостив составить список наилучших, наинароднейших житий из Макарьевских,3 Дмитр[ия] Рост[овского]4 и из Патерика.5 Я хочу попытаться не переделать, а выбрать для народного чтения и издать.6

2) М-llе Elfrot что сделала? У нас есть старушка, но ненадежна.

3) Составьте мне к новому изданию Азбуки7 сколько можете и хочете былин. Хоть бы краткого или главную часть Ильи, которая бы составляла отдельное.

Ваш всей душой Л. Толстой.


Наш поклон Ольге Андреевне.

О первой публикации см. стр. 3. Датируется содержанием.

1 Толстой ездил с Татьяной Львовной в Москву около 4—7 ноября.

2 Об архимандрите Леониде см. в прим. к письму № 118. В ответном письме от 12 ноября Голохвастов писал о согласии архимандрита Леонида помочь Толстому в выборе материала, но при условии личного свидания и беседы об этой работе.

3 Макарий (1428—1563) — «митрополит всея Руси». При нем была открыта первая типография в Москве для печатания церковных книг и составлено собрание житий святых, получившее название «Макарьевских Четьих Миней».

4 Димитрий, митрополит Ростовский (1651—1709) — составитель сборника житий святых, так называемых «Четьих Миней».

5 «Патерик», или «Отечник» — распространенный в древней русской письменности сборник назидательных рассказов.

6 Намерение это не было осуществлено. См. письмо № 156, прим. 1.

7 См. прим. 5 к письму № 113.

113. Н. Н. Страхову.

1874 г. Ноября 3...4. Я. П.

Давно нет от вас писем,1 дорогой Николай Николаевич, и каждый раз с почты жду вашего четкого, мелкого, мне особенно приятного почерка. Кажется, я не виноват перед вами и отвечал120 121 на ваши последние письма. Виноват я только тем, что вы так много для меня делаете. Но эту вину вы можете простить, потому что я так высоко ценю вашу помощь. А еще виноват, что не посылаю коректур романа. Не могу и не могу за него взяться. Die Sorge2 одолела меня. Помните во второй части Фауста.3 Забота, не зависящая от дела, от внешнего мира, а болезнь внутренняя — слабость порыва. Мои заботы теперь и семья — все один за другим, дети, жена болеют, и денежные дела. Необходимо надо купить землю, округляющую именье, и надо занимать деньги, и хлопотать по судам, и воспитанье детей (6-й месяц не можем найти гувернантку и учителя), и школы Крапивенского уезда, где я, как член учил[ищного] совета от земства, в больших размерах хочу осуществить свою мысль, и педагогическое школьное дело: хочу устроить и начать семинарию мужицкую у себя в Ясной Поляне,4 и исправление Азбуки для нового издания,5 и составление грамматики и задачника к арифметике. Вы будете бранить меня за это, но, поверьте, что наш брат не может владеть собой. Я знаю, что если я сделал что-нибудь путное, то, что вы находите хорошего, то только тем, что я так устроен, что не могу задавать себе работы, а всегда работа, какая бы то ни было, охватывает меня и влечет куда-то. Иногда, как и теперь, мне кажется, рассуждая, что совсем не туда, куда надо, меня несет, но я опытом знаю, что это только река загнулась, и мне кажется, что назад поехал, я знаю, что она вынесет, куда надо. Завтра я еду в Москву с дочерью. Везу ее к хирургам. Она упала на паркете на голову и сломала ключицу. Опасность миновалась, но надо советы компетентных судей. Кроме того, в Москве хочу предложить в Русский вестник свой роман по 500 р. за лист и с тем, чтобы мне дали 10 т[ысяч] вперед, которые мне нужны для покупки. А кроме того, хочу себя этим связать, чтобы кончить его.

Я всё поджидал от вас присылки оттисков статьи. Если они есть, пришлите, пожалуйста.6 Да, сейчас перечел последнее письмо ваше. Вы пишете, согласен ли я уменьшить цену Азбуки? Согласен. А на сколько? Будьте так добры, определите сами. Хоть на половину. Пожалуйста, пишите изредка. Я так дорожу вами. —

Ваш Л. Толстой.121

122 Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 677—678. Датируется на основании пометки Страхова на автографе: «4 ноября 1874 г. Ясная».

1 Последнее письмо Страхова помечено 22 сентября (ПС, стр. 50—52).

2 [Забота]

3 Имеется в виду место из пятого действия второй части «Фауста» Гёте, сцена «Полночь», где выведены аллегорические фигуры Нужды, Вины, Бедности и Заботы.

4 Осенью 1874 г. Толстой был очень увлечен проектом учительской семинарии, которая должна была готовить народных учителей из числа наиболее способных учеников народных школ. Об истории яснополянских «Педагогических курсов» и написанных Толстым «Правилах» для них см. т. 17, стр. 331—335 и 709—712.

5 В ноябре 1874 г. Толстой начал работу по составлению «Новой азбуки», которая вышла в свет в конце мая 1875 г. Сравнительно со старой «Азбукой» «Новая азбука» имела значительные отличия. В нее был введен отдел постепенного чтения; материал подвергся сокращениям; отдел «Арифметики» отсутствовал вовсе; статьи для чтения были выделены в особые книги — 4 русские (вышли в свет в конце 1875 г.) и 4 славянские (вышли в свет в 1877 г.). В предисловии Толстой писал, что составил азбуку так, чтобы она годилась для обучения по всем способам.

6 Получил ли Толстой оттиски статьи «О народном образовании», неизвестно. Отвечая Толстому, Страхов писал 8 ноября, что оттиски из типографии «Отечественных записок» им все еще не получены (ПС, стр. 53).

* 114. А. А. Фету.

1874 г. Ноября 3...4. Я. П.

Деньги я уже достал1 и очень рад, что у вас не случилось. Лучше не иметь денежных дел. Но что это вы затеваете? Не знаю, почему и как; но вперед уверен, что когда увижусь с вами и вы растолкуете, зачем, я пойму, что это так надо. Вашу статью еще не нашел, но завтра еду в Москву и найду.2 Знаете, зачем я еду? Дочь Таня бегала по паркету, а я, приехав с охоты, сидел один и обедал. Вдруг удар, Таня лежит навзничь без чувств. Я понес ее на постель. Голова, т. е. мозг был в опасности целые сутки. — Теперь опасность прошла, но пиявки и сотрясение из здоровой девочки сделали слабого ребенка. Но, кроме того, ключица сломана, как говорит один доктор, и надломлена, как говорит другой. Плечо не на месте, и я везу завтра в Москву.122

123 Жена в лихорадке, грудной в кори или в оспе. Я сам всё время нездоров. И вообще у нас грустно и мрачно. Авось еще до смерти прояснится. Жду этого. — Я все-таки мечтаю, что вы по старой хорошей привычке заедете к нам. Наш поклон Марье Петровне. Перешли[те] брату это письмо.3

Ваш Л. Толстой.


На конверте: На Московско-Курской железной дороге, на полустанцию Еропкино. Его высокоблагородию Афанасью Афанасьевичу Шеншину.

Датируется почтовым штемпелем на конверте: «Тула 4 ноября 1874 г.». Ответ на неизвестное письмо Фета, являющееся, в свою очередь, ответом на письмо Толстого от 22 октября.

1 Деньги Толстой достал позднее, так как 8 ноября, т. е. спустя пять дней после этого письма, он писал Некрасову о «нужде в 10 тысячах».

2 В 1874 г. в четвертой книге «Русского вестника» были напечатаны две статьи Фета: «Голос сельского судьи» и автобиографический рассказ «Не те».

3 Письмо к брату А. А. Фета — П. А. Шеншину. Оно неизвестно.

115. Н. А. Некрасову.

1874 г. Ноября 4. Я. П.

Милостивый государь

Николай Алексеевич!

Очень рад, что статья моя понравилась вам и вообще редакции О[течественных] з[аписок]. Соглашаясь с нею, я надеюсь, что редакция захочет и сумеет защитить этот взгляд на народное образование от тех нападений, которые будут на него направлены со стороны тупоумия и чиновничества. И радуюсь тому, что Н. К. Михайловский не оставил своего намерения высказаться по этому случаю.1 Если я могу быть ему полезен для справок и разъяснений, то я к его услугам. —

С совершенным уважением и преданностью вам

гр. Л. Толстой.

4 ноября.

Впервые опубликовано в «Литературном наследстве», т. 51-52, М. 1949, стр. 530—531.

Год определяется письмом Некрасова от 12 октября 1874 г., в котором он сообщал: «Статью Вашу я напечатал и, выждав несколько времени, пишу Вам, что все наши сотрудники отзываются о ней с сочувствием и единодушными123 124 похвалами. Публика петербургская не читает, а если читает, то молчит. Мне Ваша статья очень по душе, и я думаю, что дело народного образования, которым Вы занимаетесь, есть главное русское дело настоящего времени. Н. К. Михайловский еще не покинул желания высказаться в «Отечественных записках» по вопросам педагогическим и сделает это, как только представится случай. Я очень доволен, что украсил журнал и хорошею статьею и Вашим именем» (Н. А. Некрасов, Полное собрание сочинений и писем, т. XI, М. 1952, стр. 338).

1 См. статьи Михайловского в «Отечественных записках», 1875, №№ I и V—VII.

116. H. А. Некрасову. Неотправленное.

1874 г. Ноября 8. Я. П.

Милостивый государь

Николай Алексеевич!

Нужда в 10 тысячах заставила меня отступить от моего намерения печатать мой роман отдельной книгой. Я считал себя связанным случайно данным обещанием Русскому вестнику печатать у них, если бы я вздумал печатать в журнале,1 и потому сделал им предложение отдать 20 листов моего романа в их журнал, с платою по 500 р. за лист и выдачею мне 10 тысяч вперед, с обязательством в случае, если бы я не выдал в продолжение определенного срока рукописи, уплатить эти деньги; и с правом печатать роман отдельно по выходе последних частей в журнале. Они стали торговаться,2 и я очень рад был, что этим освободили меня от моего обещания. Делаю теперь то же предложение вам, предуведомляя, что я не отступлю от предлагаемых условий, и вместе с тем — зная, что предлагаемые мною условия тяжелы для журнала, я нисколько не удивлюсь, если вы их не примете, и что ваш отказ нисколько, надеюсь, не изменит тех хороших отношений, в которые мы вновь вступили с вами. — Роман, вероятно, будет состоять из 40 листов. Печатание окончания в вашем журнале или отдельно будет зависеть от нашего дальнейшего соглашения.

В ожидании вашего ответа, остаюсь с совершенным уважением ваш покорный слуга

гр. Лев Толстой.

8 Nоября.

Впервые опубликовано в «Литературном наследстве», т. 51-52, М. 1949, стр. 530. Год определяется содержанием.124

125 1 См. письмо № 55.

2 См. письмо № 119 и комментарий к нему.

Хотя Толстой и не послал этого письма, Некрасов, очевидно, знал о разрыве его переговоров с «Русским вестником» и в письме от 1 декабря 1874 г. к А. Н. Островскому, перечисляя материал для «Отечественных записок» на 1875 г., назвал «Анну Каренину», говоря, что Толстой «поманил... этою надеждою» (см. Н. А. Некрасов, Полное собрание сочинений и писем, т. XI, М. 1952, стр. 345). Печатание «Анны Карениной» в «Отечественных записках» не состоялось. См. письма №№ 119 и 121.

* 117. С. Н. Толстому.

1874 г. Ноября 8...10. Я. П.

Страданий больших, даже никаких нет теперь; и Московский доктор Гак1 уверил меня, что через 3 недели срастется, и следов не будет.

Я был с Таней в Москве день после тебя, и Леонид2 мне рассказывал про твои похождения с Горч[аковым]3 и Васинькой.4 Он мне тоже говорил, что ты спрашивал, чтó мне сказать, что ты не приедешь к нам? Право, я занятее тебя. А то бы я приехал. А то помрем скоро, а на том свете бог знает увидимся ли. Да и если увидимся, будет ли там приятно.

Дата определяется содержанием.

1 Федор Егорович Гаак (1836—1875) — врач-хирург, которому Толстой показывал свою дочь Татьяну (см. письмо № 114). В 1864 г. Гаак вправлял руку Толстому. См. т. 61.

2 Леонид Дмитриевич Оболенский. См. о нем т. 61, стр. 260.

3 Речь идет об одном из сыновей троюродного дяди Толстого, Сергея Дмитриевича Горчакова, с семьей которого он был близок. См. т. 46.

4 Василием Степановичем Перфильевым, приятелем Толстого. О нем см. т. 46, прим. 67.

118. Архимандриту Леониду.

1874 г. Ноября 22. Тула.

1874. Ноября 22. Тула.

Ваше высокопреподобие!

П. Д. Голохвастов сообщил мне радостное известие,1 что дело составления для народа книги чтения, составленной из избранных житий, не только одобрено Вами, но что Вы не отказываете даже в своем личном содействии этому делу. Постараюсь125 126 при первом досуге воспользоваться Вашим разрешением побывать у Вас и переговорить подробно обо всем, теперь же мне хочется, как сумею, изложить мой взгляд на это дело и вызвать Ваше, так высоко ценимое мною мнение о нем. В предполагаемой мною книге (или ряде книг) я разделяю две стороны: форму — язык, размер (т. е. краткость или длину) и содержание — внутреннее, т. е. нравственно-религиозные основы, и внешнее, т. е. описываемые события. По всем четырем отделам я мечтаю о том, чтобы найти последовательность, т. е. постепенный переход от простого к более сложному. — 1) По языку, я думаю, что надо начать с Макарьевских житий вроде2 тех, которые напечатаны в моей Азбуке,3 и 2) по размеру самые краткие, переходя постепенно к более трудным по языку до языка Димитрия Ростовского, и по размеру до жития хоть Николая Чудотворца, 3) по внутреннему содержанию, от более доступных простых подвигов, как мученичество, до более сложных, как подвиги архипастырей церкви, действующих не для одного своего спасения, но и для блага общего, и 4) по внешнему содержанию, от событий более живых и рельефных до общественной и духовной деятельности. Вообще по языку я предпочитаю простоту и удобопонятность и сложный язык допускал бы только тогда, когда он живописен и красив, каким он бывает часто у Дмитрия Ростовского. По содержанию я предпочитаю для народного чтения, без сомнения, русских святых и таких, жизнь которых содержит более событий. Я очень мало начитан в этой отрасли литературы, но по тому, что знаю, мне кажется, что осуществление этого плана возможно.

Не могу выразить Вам, до какой степени Ваши указания мне будут драгоценны. Искренно радуюсь еще тому, что это дело дает мне, может быть, случай исполнить мое давнишнее желание представиться Вам и засвидетельствовать Вам то искреннее высокое уважение, с которым имею честь быть Ваш покорный слуга

граф Лев Толстой.

Впервые опубликовано в «Церковных ведомостях», 1915, № 4, стр. 93—94.

Архимандрит Леонид (Лев Александрович Кавелин, 1822—1891) — настоятель Воскресенского монастыря, известного под названием «Новый Иерусалим», а позднее — наместник Троице-Сергиевой лавры, двоюродный брат профессора и публициста К. Д. Кавелина. До пострижения в монашество — офицер лейб-гвардии Волынского полка. Автор многочисленных работ по археологии и истории древней русской письменности.126

127 Толстой познакомился с ним лично в октябре 1879 г., когда ездил в Троице-Сергиеву лавру.

1 См. письмо № 112, прим. 2.

2 Зачеркнуто: Евлогия

3 Из Макарьевских житий в «Азбуке» напечатаны: в первой книге — «О Филагрии монахе» и «О дровосеке Мурине», в третьей — «Чудо Симеона Столпника с разбойником».

* 119. П. М. Леонтьеву.

1874 г. Ноября 23...25. Я. П.

Милостивый государь Павел Михайлович!

Разрыв наших переговоров не может изменить наших отношений: они слишком старые и всегда были хорошие. Но между нами произошло недоразумение. Я предложил вам условия sine qua non1 и в разговоре с вами только придумывал, как бы сделать их для вас более удобными, но не изменяя сущности их. Я предлагал 20 листов по 500 р., деньги вперед, и с правом по своему усмотрению печатать окончание романа с будущей зимы отдельно или в вашем журнале в нынешнем или будущем году. Теперь я занял уже нужные мне деньги и жалею о том, что мы не сошлись только потому, что, если бы я продал вам роман, я бы напечатал его в нынешнем году, а то мои занятия школами так отвлекают меня,2 что не могу себя заставить доработать ту небольшую работу, которая мне в нем остается.

С совершенным уважением и преданностью имею честь быть Ваш покорный слуга

гр. Лев Толстой.

Датируется на основании письма П. М. Леонтьева от 20 ноября, на которое Толстой отвечает.

Толстой виделся с Леонтьевым в Москве между 5 и 7 ноября и говорил о передаче в «Русский вестник» романа «Анна Каренина». В Москве же он получил от Леонтьева письмо (оно неизвестно), которое, повидимому, понял как «торговлю» и не счел нужным на него отвечать. Догадавшись о причине молчания, Леонтьев 20 ноября написал Толстому объяснительное письмо.

1 [без принятия которых не может быть достигнуто соглашение]

2 8 ноября С. А. Толстая писала Т. А. Кузминской, что Толстой «не занимается, а очень пристрастился к школам и занят весь этим делом... он или в школе, или на охоте, или внизу в кабинете с учителями, которых он обучает, как надо учить».

127 128

120. М. Н. Каткову.

1874 г. Декабря 21. Я. П.

М[илостивый] г[осударь] Михаил Никифорович! Вероятно, племянник мой,1 которому я передал 1-й лист с поручением передать вам и просить, чтобы вы приказали набирать его, не исполнил моего поручения. Если так, то прикажите набирать 1-й лист. Следующие листы я вышлю завтра и самое позднее послезавтра.2 Без радости не могу вспомнить о том, что вы будете держать коректуры. С совершенным уважением и преданностью

ваш гр. Л. Толстой.

Впервые опубликовано по рукописной копии, хранящейся в Л.Б (архив Каткова, тетрадь № 21), в «Литературном наследстве», т. 37-38, М. 1939, стр. 202. Местонахождение автографа неизвестно. На копии дата: «Декабря 21—1874», подтверждаемая содержанием.

1 Николай Валерианович Толстой.

2 Первые главы «Анны Карениной» (I—XIV) появились в январской книжке «Русского вестника» за 1875 г.

121. H. Н. Страхову.

1874 г. Декабря 23. Я. П.

Что вы поделываете, дорогой Николай Николаевич? По последнему письму судя, вы в дурном состоянии. Впрочем, вероятно, у вас, как и у меня, скука и апатия предшествуют наплыву умственной энергии. Надеюсь и желаю, чтобы это так было и чтобы письмо это застало вас в азарте работы.

Я отдал (на словах) роман Каткову, и ваш совет отдать заставил меня решиться.1 А то я колебался. Всё занимаюсь Азбукой, Грамматикой и школами в уезде и не имею духа приняться за роман. Однако теперь уже необходимо, так как я обещал. Я прочел философскую статью Соловьева, и она мне очень понравилась.2 Это еще один человек прибыл к тому малому полку русских людей, которые позволяют себе думать своим умом. Я уже насчитываю теперь 5-рых таких. В нем есть, т. е. в статье, один недостаток — гегелевская зловредная фразеология. Вдруг с бух да барахты является в конце статьи какой-то дух, мне очень противный и давно знакомый. — Порадуйте меня как-нибудь128 129 вашим бисером3 — он не перед свиньями, когда обращен ко мне. — У меня теперь всё очень хорошо. Я весел и здоров, и хорошо работается. Хорошо бы, если бы вы были так же.

Ваш Л. Толстой.

23 декабря.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 679—680. Год определяется на основании пометки Страхова на автографе: «24 дек. 1874 г. Ясн.». Ответ на письмо Страхова от 8 ноября (ПС, стр. 52—55).

1 В письме от 8 ноября 1874 г. Страхов сообщал, что Некрасов просил его предложить Толстому печатать «Анну Каренину» в «Отечественных записках». Однако из-за своих реакционных убеждений Страхов «не мог желать усиливать то направление, которому служит» Некрасов, и заявил о своем предпочтении «Русскому вестнику».

2 О Владимире Сергеевиче Соловьеве см. в т. 49. Речь идет о магистерской диссертации Соловьева «Кризис западной философии. Против позитивистов. По поводу «Философии бессознательного» Гартмана», М. 1874.

3 У Страхова был мелкий, бисерный почерк.

122. А. А. Фету.

1874 г. Декабря 28. Я. П.

Только что говорили с женой о том, что соскучились без вас и без известий об вас, как получили ваше письмо1 и обещание побывать у нас, да еще с Петром Афанасьичем, что еще лучше. Получив ваше письмо, жена тотчас же ответила вам в Москву, в дом Боткина. А я еще прежде писал вам со вложением письмеца к П[етру] А[фанасьевичу].2 Вообще, как бы то ни было, мы не виноваты, а главное, мы не виноваты в том, чтобы не любить вас и не ценить ваше участие.

У нас с начала зимы всё были невзгоды; но теперь, слава богу, наладилась опять наша нормальная жизнь, и потому тем более будем рады вам и Петру Афанасьичу. Напишите, на какой поезд выслать за вами. До свиданья.

Ваш Л. Толстой.

28 декабря.

Впервые опубликовано, с незначительным изменением, в «Русском обозрении», 1890, VIII, стр. 464. Год определяется припиской С. А. Толстой, которая упоминает о несчастном случае с Т. Л. Толстой.

1 Письмо неизвестно.

2 См. письмо № 114.

129 130

123. A. A. Толстой.

1874 г. Декабря 15...30? Я. П.

Получив ваше последнее милое письмо, которое я ждал, я тотчас же ответил вам, но написал в письме глупость, что так часто со мной бывает, и должен был разорвать письмо. Радуюсь всей душой, что вы беретесь за оставленное дело, и как оно ни чуждо мне, все-таки сочувствую, как и всегда сочувствовал вашему отношению к нему.1 Вы говорите, что мы, как белка в колесе. Разумеется. Но этого не надо говорить и думать. Я по крайней мере, что бы я ни делал, всегда убеждаюсь, что du haut de ces pyramides 40 siècles me contemplent,2 и что весь мир погибнет, если я остановлюсь. Правда, там сидит бесенок, который подмигивает и говорит, что всё это толчение воды, но я ему не даю, и вы не давайте ходу. Впрочем, как только дело коснется живой души человеческой, и можно полюбить тех, для кого трудишься, то уже бесенку не убедить нас, что любовь пустяки. Я теперь весь из отвлеченной педагогики перескочил в практическое, с одной стороны, и в самое отвлеченное, с другой стороны, дело школ в нашем уезде. И полюбил опять, как 14 лет тому назад, эти тысячи ребятишек, с которыми я имею дело. Я у всех спрашиваю, зачем мы хотим дать образование народу; и есть 5 ответов. Скажите при случае ваш ответ. А мой вот какой. Я не рассуждаю, но когда я вхожу в школу и вижу эту толпу оборванных, грязных, худых детей, с их светлыми глазами и так часто ангельскими выражениями, на меня находит тревога, ужас, вроде того, который испытывал бы при виде тонущих людей. Ах, батюшки, как бы вытащить, и кого прежде, кого после вытащить. И тонет тут самое дорогое, именно то духовное, которое так очевидно бросается в глаза в детях. Я хочу образования для народа только для того, чтобы спасти тех тонущих там Пушкиных, Остроградских,3 Филаретов,4 Ломоносовых. А они кишат в каждой школе. И дело у меня идет хорошо, очень хорошо. Я вижу, что делаю дело, и двигаюсь вперед гораздо быстрее, чем я ожидал. Желаю от всей души, чтобы и ваше дело так же спорилось, как мое это последнее время. В Петербург мне очень хочется, и вы знаете, что видеть вас для меня большая заманка, но теперь я больше занят еще, чем прежде, особенно потому, что в хорошем духе работать. Роман130 131 свой я обещал напечатать в «Русском вестнике», но никак не могу оторваться до сих пор от живых людей, чтобы заняться воображаемыми.

Ваш Л. Толстой.


Перро5 очень мил, и я надеюсь, что он мне устроит. Я чрезвычайно благодарен вам и ему. Что он за человек? И чем можно отблагодарить его?

Впервые опубликовано, с датой: «декабрь 1874», в ПТ, стр. 257—259. Датируется по письму А. А. Толстой от 4 декабря, (П. Т. стр. 255—257), на которое данное письмо служит ответом.

1 А. А. Толстая писала, что решила снова стать попечительницей «Дома милосердия». Об отношении Толстого к ее попечительству см. письма к ней 1865 г. в т. 61 и письмо № 30 настоящего тома.

2 [Сорок веков смотрят на меня с вершин этих пирамид,] — фраза, сказанная Наполеоном в речи к солдатам во время Египетского похода.

3 Михаил Васильевич Остроградский (1801—1861) — математик. Заподозренный в политической неблагонадежности, не получил аттестата об окончании университета и уехал во Францию. В 1828 г. вернулся в Россию и вскоре был избран в члены Академии наук.

4 Филарет (Василий Михайлович Дроздов, 1783—1867) — митрополит московский, сын сельского дьячка.

5 См. прим. к письму № 173.

* 123а. А. П. Самариной.

1874 г. Декабрь? Я. П.

Очень благодарен вам, любезнейшая Александра Павловна, за то, что вспомнили о моих детях. Я бы непременно приехал, да они не совсем здоровы — меньшие. Была сильная ветреная оспа и теперь остатки ее. Жены здоровье попрежнему. Вчера был в Туле и хотел и не успел заехать к вам. Жена благодарит за память и просит передать свой поклон.

Ваш Л. Толстой.

Датируется упоминанием о болезни младших детей (см. письмо № 112) и на основании слов: «благодарю за детей», которых, повидимому, приглашали на елку (24 декабря).

Александра Павловна Самарина — жена тульского помещика П. Ф. Самарина.

1875

124. М. Н. Каткову.

1875 г. Января 4. Я. П.

В тот самый день, как я хотел посылать вам листы, многоуважаемый М[ихаил] Н[икифорович], я сделался болен и нынче только успел перечесть и окончить 3 листа. Следующий надеюсь выслать дня через три. Вся моя надежда на вашу коректуру.

Листы эти передаст вам мой шурин, правовед Берс,1 который уезжал в тот самый день, как [я] получил вашу телеграмму.2

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано по рукописной копии, хранящейся в ЛБ (архив Каткова, тетрадь № 21), в «Литературном наследстве», т. 37-38, М. 1939, стр. 204. На копии дата: «Янв. 4 — 1875», подтверждаемая содержанием.

1 Степан Андреевич Берс, гостивший в конце 1874 — начале 1875 г. в Ясной Поляне.

2 Телеграмма неизвестна.

125. С. А. Толстой от 14... 16 января 1875 г.

* 126. А. А. Фету.

1875 г. Января 16...19. Я. П.

Благодарю вас, дорогой Афанасий Афанасьевич, за хорошие о нас речи. Всё веселей, как похвалят. У нас, слава богу, теперь повеселей стало, т. е. я перестал бояться за здоровье жены, кот[орое] очень было начало пугать меня. Халат, рубашка и запонки ваши зашиты в клеенку и надписанные лежат давно под зеркалом; но в Змеевку боюсь, в Орел боюсь и кондуктору боюсь. Сделаю, как вы велели — отдать в вагон132 133 Марье Петровне, если не пришлете нового распоряжения. За кобыл низко кланяюсь обоим братцам, в особенности Петру Афанасьевичу. Они мои.1 Когда прикажете прислать деньги? Если бы Петр Афанасьевич сообщил некот[орые] подробности о их породе, то я бы был очень благодарен. А что план деятельности по народному образованию? Как бы я счастлив был, если бы он состоялся, и я бы мог быть чем-нибудь полезен Петру Афанасьичу.

Был я в Москве, и в тот вечер, как сидел у Каткова,2 ему пришли объявить, что брат его вырвался из полицейской больницы, пришел в Лицей и опять стрелял и опять никого не застрелил.3

Как вы поступили относительно того, о чем спрашивали моего мнения и не согласились?

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано, с значительными пропусками и неверной датой: «12 января 1875 г.», в «Русском обозрении», 1890, № 8, стр. 464. Датируется на основании письма Фета от 11 января 1875 г., на которое служит ответом, и ответного письма Фета от 21...23 января.

1 В письме от 11 января Фет писал о продаже Толстому за 600 р. восьми кобыл.

2 Толстой был в Москве и виделся с Катковым по делам печатания «Анны Карениной» 14 января.

3 Мефодий Никифорович Катков служил в Катковском лицее, директором которого был П. М. Леонтьев. В сентябре 1874 г. он стрелял в Леонтьева из револьвера, был признан ненормальным и помещен в больницу. В январе 1875 г. он вторично пытался убить Леонтьева, но снова неудачно, и был отвезен в больницу, где кончил жизнь самоубийством.

*127. А. А. Берсу.

1875 г. Января 22...26. Я. П.

Любезный друг Саша.

Я слышал уж от Степы о приготовлявшемся важном событии в твоей жизни и ждал твоего письма и, хотя и не следовало бы мне, старому человеку, одобрять безрассудство молодежи (как назовет большинство твой поступок), я радовался всей душой за тебя. Мы теперь находимся в положении людей, у которых отняли роман в самом важном месте. Да какой роман и как близкий нашему сердцу. Пожалуйста, напиши тотчас и подробнее.133

134 Я всей душой уже люблю твою невесту, вероятно жену теперь. Мне в ней привлекательны и красота, и молодость, и порода — важное дело, и Кавказ, и твоя любовь к ней. Я плохо тебе помог тогда, когда ты выходил из полка;1 но это так случилось, и теперь, ради бога, если бы тебе для устройства твоей жизни в каком бы ни было отношении показалось, что я могу тебе помочь чем-нибудь, прямо высказывай, как скажется. Ты не ошибаешься, говоря, что знаешь, что я тебя люблю. И потому мне очень хочется, чтобы ты был счастлив. —

Ты спрашиваешь, чем я занят?2 Школами — народным образованием. Но это так сухо и скучно тебе теперь, что лучше не говорить. Одно, что плохо у нас, это то, что мы оба с Соней с нынешнего года хвораем. Прекрасно ты сделал, что Соне прямо сказал, за что ты на нее сердит. Ей ужасно совестно, но она никогда этого и не думала, и едва ли кто тебя из родных любит и ценит больше ее.

Прощай, пиши поскорей и поподробнее и поцелуй от меня руку у твоей милой Пати и представь меня ей так, чтобы она меня полюбила.

Поподробнее опиши семейные отношения...3

Твой Л. Толстой.

Датируется сопоставлением с письмом С. А. Толстой к А. А. Берсу от 22 января 1875 г., в котором она также поздравляет его с предстоящей женитьбой на кж. Патти (Матроне) Дмитриевне Эристовой.

Об Александре Андреевиче Берсе (1845—1915), старшем брате С. А. Толстой, см. т. 83, стр. 29—30.

1 В 1873 г. А. А. Берс вышел из Преображенского полка, в котором он служил, и уехал на Кавказ.

2 Письмо А. А. Берса неизвестно.

3 22 марта 1875 г. С. А. Толстая писала А. А. Берсу: «Ты в письме Левочки не понял вопроса о семейных отношениях. Он... спрашивал... о том, помирились ли родные с тем, что Пати вышла замуж за тебя».

128. Н. М. Нагорнову.

1875 г. Января 26...28. Я. П.

Насчет а и б всё правильно. На 1-х страницах такое А Б, а на следующих такое а б. Ижица, разумеется, нужно. Азы маленькое А.1

Ваш Л. Толстой.134

135 Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 194. Датируется на основании письма Н. М. Нагорнова от 24 января 1875 г., на которое Толстой отвечает.

1 Речь идет о первых страницах печатавшейся в Москве в типографии А. Торлецкого и М. Терехова, под наблюдением Нагорнова, «Новой азбуки» Толстого.

*129. Н. М. Нагорнову.

1875 г. Января 27...29. Я. П.

Нынче утром увидал в оставшемся у меня листе ошибку. На 4-й стр. во всех словах поставлены такое а и такое б, тогда как в записке для типографии1 сказано, чтобы везде в начале было такое А и такое Б. Только с начала двойных муха мала ставить такое а, и только с начала тройных Мука была сыра ставить такое б.

Также на 6 стр. в словах: небо, рѣпа ставить через одно такое Е и такое е. —

Пожалуйста, велите это исправить.

Ваш Л. Толстой.

Датируется предположением, что настоящее письмо написано непосредственно вслед за письмом от 26...28 января, где идет речь о тех же буквах а и б.

1 Записка не сохранилась. Упоминая о ней в письме от 24 января, Нагорнов пишет, что передал ее Клейну — вероятно, метранпажу в типографии.

130. М. Н. Каткову.

1875 г. Января конец. Я. П.

Сейчас только узнал, многоуважаемый М[ихаил] Н[икифорович], о постигшем вас несчастии.1 Верьте, что от всей души сочувствую вашему горю и понимаю всю тяжесть вашей потери. Как ни редко я встречался с покойным, я понял ясно, как я высоко ценил его, когда получил это грустное известие. От всей души желаю вам силы душевной для перенесения вашего горя и прошу верить в искренность моего к вам сочувствия.

Гр. Л. Толстой.

Впервые опубликовано по рукописной копии, хранящейся в ЛБ (архив Каткова, тетрадь № 21), в «Литературном наследстве», т. 37—38,135 136 стр. 205, с редакторской датой: «Апрель 1875 г.». Датируется содержанием (см. прим. 1).

1 Речь идет о самоубийстве брата Каткова, Мефодия Никифоровича. См. письмо № 126, прим. 3.

131. Н. М. и В. В. Нагорновым.

1875 г. Февраля начало. Я. П.

От всей души радуюсь, любезный Николай Михайлович, тому, что вы получили обещанное вам место,1 и поздравляю вас.

За ваши хлопоты очень благодарю и не сомневаюсь нисколько, что вы сделаете это дело превосходно, но боюсь одного — чтобы вы из деликатности не персеверировали2 делать это дело, тогда как вам при новом назначении много новых и старых хлопот. Пожалуйста, скажите прямо. Я обойдусь как-нибудь. Только скажите вперед, а я приму меры. —

Благодарю уже очень и за то, что вы подбодрили Соковнина.3

Жду вашего ответа.

Если попадется вам в рукописи или коректуре в отделе упражнений на Ь, в главе упражнений БЬ. ВЬ. СЬ и т. д., то вычеркните это. А отдел должен начинаться прямо с слов День Пень и т. д.4 Во всяком случае очень благодарю и радуюсь вашему успеху по службе.

Ваш Л. Толстой.

Спасибо, милый друг Варя, что известила нас.5 Ты знаешь, что мне всегда близко к сердцу всё, что тебя касается, а это, если я не ошибаюсь, есть важный шаг, и на самом хорошем пути службы. —

У нас, слава богу, теперь посветлей, т. е. Сонино здоровье значительно лучше. Поцелуй от меня Валерьяна6 и Валерьяныча.7

Твой Л. Т.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 195 — 196. Дата определяется сопоставлением с письмами №№ 128 и 129.

1 В начале 1875 г. H. М. Нагорнов получил должность чиновника особых поручений в Московской казенной палате.

2 От французского persévérer — продолжать, упорствовать.

3 Николай Александрович Соковнин (1841—1893) — педагог, позднее основатель магазина учебных пособий и издательства «Сотрудник136 137 школ» и управляющий типографией Терехова, где печаталась «Новая азбука» Толстого.

4 Отдел этот см. на стр. 27-й первой части «Новой азбуки» (М. 1875).

5 Письмо В. В. Нагорновой неизвестно.

6 Сын Н. М. и В. В. Нагорновых.

7 Николай Валерианович, брат В. В. Нагорновой.

132. Н. М. Нагорнову.

1875 г. Февраля начало. Я. П.

Не имея первой половины 2-го листа, с трудом мог сообразить нужные поправки. На 27-й стр. вымарал нь, ть, ль и вставил в пустые места слова;1 а то много было пустого места.

На 29 стр. и далее поставил ×, где слишком расставлено. Если уже нельзя иначе сделать, то на 27 стр. поставить мышка вместо мышь.2

На 30 стр. вставил несколько слов, чтобы не было пустого места. На 30 стр.этот знак означает, что надо соединить в одну строку.3 На этой же стр. вымарал лк, бр и т. д. и вставил слово в пустое место.

На 31 стр. вставил слова в пустые места и слово чтобы,4 где слитком расставлено.

На 32 стр. вставил бы и онъ,5 где слишком расставлено. —

Жду с_нетерпением 1-ю половину 2-го листа.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 196. Основания датировки те же, что и в предыдущем письме.

1 Слова, вставленные Толстым: Ась. Ель. Ось. Ерь. Ешь.

2 В печатном тексте оставлено слово: мышь.

3 Повидимому, соединить в одну строку, по условиям набора, уже нельзя было, и поэтому на месте, указанном Толстым, поставлена черта.

4 На стр. 31 слова чтобы нет.

5 Толстой имеет в виду следующие предложения на стр. 31 первой части: «Нужно бы траву гресть, к стогу сено везть» и «Есть червь, он желт, он ест лист....»

133. М. Н. Каткову.

1875 г. Февраля начало. Я. П.

Многоуважаемый М[ихаил] Н[икифорович]! Боясь задержки печатания 2-го №, при сем посылаю две главы из середины.137

138 Предшествующие две главы и последующие будут высланы дня через два. Я бы и теперь мог выслать остальные, но очень измараны. Будьте уверены, что я не задержу этот номер.

Совершенно преданный и уважающий вас гр. Л. Толстой.

Впервые опубликовано по рукописной копии, хранящейся в ЛБ (архив Каткова, тетрадь № 21), в «Литературном наследстве», т. 37-38, М. 1939, стр. 204, с редакторской датой: «февраль 1875 г.?». Датируется содержанием (ср. письмо № 134).

134. М. Н. Каткову.

1875 г. Февраля первая половина. Я. П.

Посылаю вам, многоуважаемый М[ихаил] Н[икифорович], рукопись для 2-ой книжки Р[усского] в[естника]. Две последние главы, которые считал бы нужным поместить в этом же 2-ом нумере, я не успел отделать окончательно, но вышлю очень скоро.1 Большая часть рукописи написана четко; в тех же местах, где будет очень неясно, в коректуре, я надеюсь, что будете так добры прислать мне. Если бы возможно было прислать всю коректуру 2-го номера так же, как прислали 1-го, было бы очень хорошо.

23 листочка рукописи предшествуют тем гранкам, которые посланы мною прежде. Остальные идут по порядку. Не сетуйте, пожалуйста, на меня, если есть от меня задержка. У меня в семье горе за горем. Один за другим больные, и опасно больные.2 Посылаю эту рукопись с нарочным, чтобы выиграть время. Если есть коректуры, прикажите прислать с ним.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано по рукописной копии, хранящейся в ЛБ (архив Каткова, тетрадь № 21), в «Литературном наследстве», т. 37-38, М. 1939, стр. 204, с датой: «февраль 1875 г.?». Так как 16 февраля Толстой писал Страхову, что он «послал уже всё на 2-ю книжку», то настоящее письмо можно датировать первой половиной февраля.

1 Во второй книжке «Русского вестника», вышедшей в свет 23 февраля, были напечатаны главы XV—XXVII первой части и I—X второй части «Анны Карениной».

2 Опасно был болен сын Николай. См. письмо № 138.

138 139

135. М. Н. Каткову.

1875 г. Февраля середина. Я. П.

Посылаю, многоуважаемый М[ихаил] Н[икифорович], последние листы для 2-ой книжки. Так как я посылал в три раза, то решительно не имею понятия, достаточно или слишком мало или много того, что я выслал. Будьте так добры меня уведомить. Надеюсь, что так же, как и при печатании 1-ой книжки, вы пришлете мне на денек коректуры. Изменять я, вероятно, ничего не буду, но боюсь неясностей, вместе с тем нечеткости рукописи. А в одной части есть листы, которыми я очень дорожу.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано по рукописной копии, хранящейся в ЛБ (архив Каткова, тетрадь № 21), в «Литературном наследстве», т. 37-38, стр. 204, с редакторской датой: «февраль 1875 г.?». Датируется содержанием.

136. М. Н. Каткову.

1875 г. Февраля середина. Я. П.

Посылаю коректуру, многоуважаемый М[ихаил] Н[икифорович]. Очень жалею, что вышло мало, тем более что следующее листов на 5 несомненно готово, и я вам пришлю на днях.

2-я часть есть одна из 6-ти частей. Мне нужно это деление по прошедшему промежутку времени и внутреннему делению.

В последней главе1 не могу ничего тронуть. Яркий реализм, как вы говорите, есть единственное орудие, так как ни пафос, ни рассуждения я не могу употреблять. И это одно из мест, на котором стоит весь роман. Если оно ложно, то всё ложно. Я старался поправлять так, чтобы не было переверстки; не знаю, достиг ли цели, но все поправки необходимы.

Весь ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано по рукописной копии, хранящейся в ЛБ (архив Каткова, тетрадь № 21), в «Литературном наследстве», т. 37-38, стр. 205, с редакторской датой: «февраль 1875 г.?». Датируется содержанием.

1 Глава X второй части, где изображено сближение Анны с Вронским (гл. XI последующих изданий).

139 140

*137. H. M. Нагорнову.

1875 г. Февраля середина. Я. П.

Первый лист очень хорош; но жалко, что слова, закл[ючающие] звук, стеснены. Лучше бы было взять мельче шрифт. Да две ошибки я заметил в 2-й стр.: ерь пропущено е и в скобках мягкий знак, но очень хорошо, очень.1

Вторая часть.

На 1-й стр. Заглавия Часть вторая не нужно и начать набор с верха страницы.

На 3-й стр. Я заметил несколько слов в двух фразах и переставил выше пословиц то, что отчеркнуто.

Вообще пословицы, повторяющиеся курсивом, я на 2-й странице оставил последний раз.2 Везде же после надо пословицы набирать только курсивом по одному разу. На 4-й, 5-й, 6-й страницах я кое-что поправил и поставил курсивом слова волка,3 на 5 стр. Тпру, которое вам не понравилось, вычеркните. На 9 стр. я означил кавычки, чтобы отделить речь одного от речи другого.

Я не знаю, сколько всего выйдет набора 2-й части. Желательно, чтобы вышло два листа. И сообразно с этим нужно растягивать или сжимать. Я это говорю к тому, что в этой сказке и в следующей, н[а]п[ример], в басне о царе и мужике, лучше бы было всякий раз, как говорит другой, ставить с новой строки.4 Но я этого не сделал, не зная, что нужно — стеснять или растягивать. Поступите, соображаясь с этим.

На следующих страницах я вычеркнул повторение печатными пословиц. Оставить ли их или вычеркнуть, тоже будет зависеть от количества набора на 2-ю часть.

Всё, что я поправил во всем остальном, кажется, ясно.

Орфографию я не везде поправил, например, слово копейка я оставил где с е, где с ѣ. Справьтесь, как больше пишется, так и поставьте, но главное везде. Помогайте мне и помогай вам бог.

Ваш благодарный Л. Толстой.


Вы, верно, знаете наше горе — наш Николинька уж 3-ю неделю умирает от воспаления в мозгу. Надежды нет никакой, и жена страдает ужасно.

Датируется на основании фразы письма: «наш Николинька уж 3-ю неделю умирает» (ср. письмо № 139).140

141 1 Толстой имеет в виду вторую страницу присланного ему корректурного листа «Новой азбуки». Замечание относится к односложным словам на стр. 27.

2 Пословицы курсивом — см. там же, стр. 41.

3 «Слова волка» — см. там же, стр. 42.

4 Басню «О царе и мужике» см. на стр. 58 — 54. Ни в этой басне, ни в других красных строк нет.

* 138. С. Н. Толстому.

1875 г. Февраля середина. Я. П.

Мы узнали от Ариши, что у вас всё благополучно. У нас же очень плохо. Николинька, т. е. грудной, вот уже 3-ю неделю болен мозговой болезнью, и нет никакой надежды на выздоровление. Сначала рвало, потом стали делаться припадки — глаза остановятся, и икота — и теперь продолжается всё то же; только равномерно и медленно слабеет. Соне очень тяжело: кормить, ходить за ним и ждать смерти. И мне тяжело, особенно за нее. Да кроме того я уже 3 или 4 недели не выхожу из дома и сижу весь в фланели и мучаюсь от боли в остатках зубов. —

Вообще у нас очень грустно. Ты терял детей этой самой болезнью, поэтому знаешь это. — Если бы тебе пришла мысль приехать теперь к нам, то пусть не приходит тебе другая мысль, что теперь не время. Самое для тебя, разумеется, худшее, а для нас лучшее время.

Посылаю телеграмму от Машиньки.1 Сделай, что надобно и что ты поймешь из этого.

Л. Т.

Датируется содержанием.

1 Телеграмма неизвестна.

139. H. Н. Страхову.

1875 г. Февраля 16. Я. П.

Очень вам благодарен, дорогой Николай Николаевич, за ваше коротенькое, но очень радостное для меня письмо. Я не только не ожидал успеха, но, признаюсь, боялся совершенного падения своей известности вследствие этого романа. Искренно141 142 говорю, что это падение — я готовился к нему — не очень бы тронуло меня месяц тому назад. Я был весь — и теперь продолжаю быть — поглощен школьными делами, Новой азбукой, к[оторая] печатается, грамматикой и задачником, но теперь, очень недавно, я задумал новую поэтическую работу,1 к[оторая] сильно радует, волнует меня и к[оторая] наверно будет написана, если бог даст жизни и здоровья, и для которой мне нужна моя известность. И я очень, очень рад, что роман мой не уронил меня. В успех большой я не верю. Знаю, как вам хочется, чтоб был большой успех, и он вам кажется. Да и я совершенно согласен с теми, которые не понимают, о чем тут говорить.2 Всё так не просто (просто — это огромное и трудно достигаемое достоинство, если оно есть3), но низменно. Замысел такой частный. И успеха большого не может и не должно быть. Особенно первые главы, к[оторые] решительно слабы. Кроме того и плохо отделано. Это я с болью вижу. Я послал уже всё на 2-ю книжку и 3-ю не задержу. Но, сколько я знаю, редакция Русск[ого] вест[ника] не будет печатать в нынешнем году больше 3-х и потому перерыв будет. И я рад этому. У меня столько дела, что я бы не успел исправить и приготовить к печати всё подряд.

Я странно, страшно возбужденно живу нынешнюю зиму. Во-первых, я всё время хвораю простудой — зубная боль, лихорадочное состояние — и сижу дома. Потом у меня практическая деятельность: руководство 70 школ[ами], которые открылись в нашем уезде и идут удивительно. Потом — педагогические работы, о кот[орых] я говорил. Потом — старшие дети, кот[орых] надо учить самому, так как гувернера всё еще не нашел. Печатание романа, коректуры его и Азбуки, срочные, и теперь еще вместе — семейное горе и новый план. Семейное горе это — страшная мозговая болезнь грудного 9-ти месячного ребенка. Вот 4-я неделя, что он переходит все фазы этой безнадежной болезни. Жена сама кормит и то отчаивается, что он умрет, то отчаивается, что он останется жив идиотом. И странно: чувствую такую потребность и радость в работе, как никогда. Прощайте, что вы не пишете ничего про себя?

Вспоминаю я, три года тому назад вы всё это время были у нас.4 Как мне с вами хорошо было.

Ваш Л. Толстой.

16 февраля.142

143 Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов»; М.. 1951, стр. 680—681. Год определяется содержанием. Ответ на письмо Страхова от 13 февраля с отзывами о главах I — XIV «Анны Карениной», напечатанных в первой книжке «Русского вестника» (ПС, стр. 58—59).

1 Об этой новой работе Толстой писал также Фету (см. письмо № 145). Можно предполагать, что это — задуманная обработка избранных мест из древней русской литературы. См. письма №№ 112 и 118.

2 Отмечая успех романа, Страхов писал, что все же «находятся скептики и серьезные люди, которые недоумевают и угрюмо допрашивают: «Да что же тут важного, особенного? Все самое обыкновенное. Тут описывается любовь, бал — то, что тысячу раз описано. И никакой идеи!» и пр. и пр.».

3 Мнение о простоте художественного произведения, как о «трудно достигаемом достоинстве», Толстой сохранил до конца жизни. Секретарь Толстого H. Н. Гусев записал 10 сентября 1908 г. его слова: «Надо стараться довести свою мысль до такой степени простоты, точности и ясности, чтобы всякий, кто прочтет, сказал бы: «Только-то? Да ведь это так просто!» А для этого нужно огромное напряжение и труд» (H. Н. Гусев, «Два года с Толстым», М. 1912, стр. 195).

4 Толстой ошибся: «три года назад» (в 1872 г.) Страхов не приезжал в Ясную Поляну; приезд его в «это время» (18—19 февраля) относится к 1873 г.

* 140. Е. И. Менгден.

1875 г. Февраля 10...19. Я. П.

Отвечаю за жену, многоуважаемая Лизавета Ивановна, потому что у нас очень опасно болен меньшой ребенок, и она ни о чем другом думать не в состоянии.

Отвечаю на два пункта, мне очень интересные: народный журнал1 и перевод моих сочинений по-английски.2 Я потому только мало сочувствую народ[ному] журналу, что я слишком ему сочувствую и убежден, что те, которые за него возьмутся, будут à cent mille lieues3 от того, что нужно для народа. Мои требования, льщу себя надеждой, одинакие с требованиями народа, те, чтобы журнал был понятен, а этого-то и не будет. Понятность, доступность есть не только необходимое условие для того, что[бы] народ читал охотно, но это есть, по моему убеждению, узда для того, чтобы не было в журнале глупого, неуместного и бездарного. Если бы я был издатель нар[одного] журнала, я бы сказал своим сотрудникам: пишите, что хотите, проповедуйте коммунизм, хлыстовскую веру, протестантизм, что хотите, но только так, чтобы каждое слово было понятно тому ломовому извозчику, который будет везти экземпляры из143 144 типографии; и я уверен, что кроме честного, здравого и хорошего ничего не было бы в журнале. Я не шучу и не желаю говорить парадоксы, а твердо знаю это из опыта. Совершенно простым и понятным языком ничего дурного нельзя будет написать. Всё безнравственное представится столь безобразным, что сейчас будет отброшено; всё сектаторское, протестантское ли, хлыстовское ли, явится столь ложным, если будет высказано без непонятных фраз, всё мнимо-поучительное, популярно-научное, но не серьезное и большей частью4 ложное, чем всегда переполняются народные журналы, тоже без фраз, а выраженное понятным языком, покажется столь глупо и бедно, что тоже откинется. Если народный журнал серьезно хочет быть народн[ым] журналом, то ему надо только стараться быть понятным, и достигнуть этого нетрудно: с одной стороны, стоит только пропускать все статьи через цензуру дворников, извозчиков, черных кухарок. Если ни на одном слове чтецы не остановятся, не поняв, то статья прекрасна. Если же, прочтя статью, никто из них не может рассказать, про чтó прочли, статья никуда не годится.

Я истинно сочувствую народному журналу и надеюсь, что вы отчасти согласитесь со мною, и потому говорю всё это. Но знаю тоже, что 999/1000 сочтут слова или просто глупостью, или желанием оригинальничать; тогда как я, напротив, в издании дамами журнала для народа, дамами и думающими и говорящими не по-русски и без желания справиться с тем, понимает ли их народ, вижу самую странную и забавную шутку. Я сказал, понятности достигнуть очень легко, с одной стороны — стоит только в рукописях читать или давать читать народу; но, с другой стороны, издавать журнал понятный очень трудно. Трудно потому, что окажется очень мало материалу. Будет беспрестанно оказываться то, что статья, признанная charmant5 в кругу редакции, как скоро она прочтется в кухне, будет признана никуда не годной; или что из 30 листов слов окажется дела 10 строчек.

Я настолько уважаю вас, что позволил себе быть искренним. Надеюсь, что вы не осудите меня за это.

О праве перевода прилагаю при этом записку,6 оставив пробел [для] имени.

Истинно преданный и уважающий

гр. Л. Толстой.144

145 Впервые опубликовано, почти полностью, как письмо «Г-же Пейкер», с датой: «1873 г.», в «Тобольских губернских ведомостях», 1893, № 26 от 30 июня, часть неофициальная, стр. 391—392. Датируется: 1) по письму Е. И. Менгден к С. А. Толстой от 5 февраля 1875 г., на которое и отвечает Толстой; 2) по упоминанию о болезни сына Николая, умершего 20 февраля 1875 г.

О Елизавете Ивановне Менгден (1822—1902) см. т. 47, прим. 1459.

1 В письме к С. А. Толстой от 5 февраля 1875 г. Менгден сообщала, что знакомая Льва Николаевича, М. Г. Пейкер, собирается издавать журнал для народа. «Эта госпожа совершенно поддалась влиянию английских пасторов и действует только по их словам. Журнал будет называться «Русский рабочий», хотя о русском рабочем там ни слова не будет говориться».

Журнал, о котором идет речь в письме Менгден, — это «Русский рабочий. Духовно-нравственный журнал». Издавался в Петербурге в 1875— 1880 гг. М. Г. Пейкер, а после ее смерти с 1882 по 1886 г. — ее дочерью, А. И. Пейкер. В 1875—1880 гг. в нем печатались преимущественно статейки евангелического направления, переведенные с английского. В 1884 г. в «Русском рабочем» был напечатан переведенный с французского рассказ «Дядя Мартын», который Толстой переработал, назвав «Где любовь, там и бог».

2 В том же письме к С. А. Толстой Менгден писала: «В Англии берут переводы только с разрешения автора; княжны Урусовы прекрасно владеют английским языком и, желая перевести романы графа, просят прислать им позволение переводить все его сочинения. Попросите графа прислать это позволение на английском или французском языке, на мое имя, а я передам его к Урусовым».

3 [за сто тысяч миль]

4 В подлиннике: части

5 [прелестной]

6 На полях письма Е. И. Менгден к С. А. Толстой рукой Толстого: «J’autorise la baronne à traduire en Anglais toutes. J’autorise à traduire du russe». [«Я разрешаю баронессе переводить на английский язык всё. Я разрешаю переводить с русского]. Беловой автограф хранится в ГМТ.

141. H. М. Нагорнову.

1875 г. Февраля 18...19? Я. П.

Любезный Николай Михайлович,

С нетерпением ожидаю коректуру 2-го и дальнейших листов; но и не получив еще их, пишу о разных мелочах, для меня кажущихся важными.

1) В скольких экземплярах отпечатан 1-й лист?.145

146 2) разобран ли набор?1

3) Отпечатаны ли 1000 экз. на хорошей бумаге, как я просил Н. А. Соковнина.

4) Ошибок в первом листе много, в особенности в знаках препинания.

Пожалуйста, обратите внимание на знаки препинания и не стесняйтесь рукописью. Я плохо просмотрел ее с этой стороны. Вообще следуйте тому правилу, что точку ставить везде, где сомнительный знак и где только можно.

————————————————————————————————————

Наш Николинька всё в том же положении, и мы ждем каждый день и час его смерти.

Целую Варю и Волю и дружески жму вам руку.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 194—195. Датируется содержанием: предполагается, что письмо написано после письма № 137.

1 По напечатании листа набор разбирался, чтобы освободить шрифт для набора следующего листа.

* 142. П. А. Бессонову.

1875 г. Февраля 19. Я. П.

Милостивый государь

Петр Алексеевич!

Я получил телеграмму1 слишком поздно для того, чтобы ответ мой мог застать заседание Общества; поэтому письмом покорно прошу Вас передать Обществу мою глубокую благодарность за столь лестно выраженное в полученной мною телеграмме сочувствие к моему писанию.

С совершенным уважением и преданностью

имею честь быть Ваш покорный слуга

гр. Лев Толстой.

19 февраля 1875

Часть письма опубликована в «Московских ведомостях», 1875, № 49 от 21 февраля.

О П. А. Бессонове (1828—1896) см. т. 61, стр. 311.146

147 В письме от 8 февраля 1875 г. Бессонов просил Толстого присутствовать 16 февраля на публичном заседании Общества любителей российской словесности и разрешить чтение на этом заседании отрывка из «Анны Карениной» (по корректуре февральской книжки «Русского вестника»).

Ответ Толстого П. А. Бессонову неизвестен, но очевидно, что он был положительный. Член Общества, поэт Б. Н. Алмазов, читал отрывок — встреча Карениной с Вронским на железной дороге («Анна Каренина», ч. 1, гл. XXX). Чтению предшествовала речь историка Д. И. Иловайского о современной русской литературе, в которой он особо выделил «дарование автора «Войны и мира» (см. отчет о заседании в «Московских ведомостях», 1875, № 49 от 21 февраля).

1 Текст телеграммы:

«Действительному члену Общества

графу Льву Николаевичу Толстому

Общество любителей российской словесности в заседании 16 февраля 1875 г., при чтении вашего нового романа, поздравляет вас от лица сочленов и присутствующих посетителей, почитателей вашего таланта, с новым прекрасным плодом вашего высокого дарования, желая, чтобы оно долго и долго еще приносило честь Обществу словесности, коего состоите членом, изящное наслаждение всему обществу русскому и славу отчизне». Следуют подписи.

* 143. П. В. Анненкову.

1875 г. Февраля 21. Я. П.

Милостивый государь

Павел Васильевич!

Сообразно выраженному при посылке желанию, имею честь уведомить вас, что превосходный перевод повести «Два гусара»1 мною получен.

С совершенным уважением и преданностью имею честь быть

Ваш покорный слуга

гр. Лев Толстой.

21 февраля.

Год определяется содержанием.

О Павле Васильевиче Анненкове (1813—1887) см. т. 47, прим. 1104.147

148 1 10 февраля н. с. 1875 г. в газете «Temps» был напечатан перевод повести Толстого «Два гусара», сделанный Шарлем Роллина (Charles Rollinat). Переводу предпослана в виде предисловия статья Тургенева, дающая краткие сведения о жизни и литературной деятельности Толстого. Перевод этой статьи был напечатан в «Московских ведомостях», 1875, № 34 от 5 февраля. См. ниже, письмо № 145.

144. С. А. Рачинскому.

1875 г. Февраля 21. Я. П.

Любезный Сергей Александрович!

Я очень благодарен А. А. Карениной за то, что она отыскала вас и присоветывала написать мне. Сначала, получив ваше письмо,1 я не разобрал подписи и стал ужасно рад и горд, вообразив, что это письмо от незнакомого и что как много однако есть умных и тонко и верно чувствующих людей (всё это мне подсказало тщеславие), но потом, когда жена разобрала ваше имя, я, с одной стороны, огорчился, убедившись, что умных и тонких людей не так много, и что вы всегда меня слишком хвалили, а с другой стороны, обрадовался тому, что узнал, где вы и что вы всё такой же, каким я вас знал. Пожалуйста, напиш[ите], чтó вы? что делаете? Есть ли возможность когда-нибудь увидать вас? Верьте, что эти вопросы не от праздного любопытства.

Ваш Л. Толстой.

21 февраля.

Впервые опубликовано в «Иллюстрированном приложении к «Новому времени», 1913, № 13529 от 9 ноября, стр. 5. Год определяется тем, что письмо С. А. Рачинского, на которое отвечает Толстой, было написано им по прочтении первых глав «Анны Карениной», напечатанных в январской книжке «Русского вестника» за 1875 г., а также на основании слов следующего за этим письма Рачинского от 20 марта 1877 г.: «Вам суждено получать от меня через годика два-три ни с того ни с сего длинные послания... На этот раз не буду говорить об «Анне Карениной».

С. А. Рачинский (1833—1902) — профессор Московского университета по кафедре ботаники; в 1868 г. оставил университет и поселился в имении своего брата, где посвятил жизнь занятиям в сельской школе. О С. А. Рачинском и знакомстве с ним Толстого см. т. 48.

1 Письмо неизвестно.

148 149

* 145. A. A. Фету.

1875 г. Февраля 22. Я. П.

У нас горе за горем. Вы с Марьей Петровной, верно, пожалеете нас, — главное Соню. Меньшой сын 10 месяцев заболел недели три тому назад той страшной болезнью, которую называют головной водянкой, и после страшных 3-х недельных мучений третьего дня умер, а нынче мы его схоронили. Мне это тяжело через жену, но ей, кормившей самой, было очень трудно. Вы хвалите Каренину,1 мне это очень приятно, да и как я слышу, ее хвалят; но, наверное, никогда не было писателя, столь равнодушного к своему успеху, si succés il у а,2 как я.

С одной стороны, школьные дела, с другой — странное дело — сюжет нового писанья,3 овладевший мною именно в самое тяжелое время болезни ребенка, и самая эта болезнь и смерть. —

Ваше стихотворение мне кажется эмбрионом прекрасного стихотворения; оно, как поэтическая мысль, мне совершенно ясно, но совершенно неясно как произведение слова.4

От Тургенева получил перевод, напечатанный в Temps, Двух гусаров5 и письмо в 3-м лице,6 просящее известить, что я получил и что г-ном Виардо7 и Тургеневым переводятся другие повести, чтó ни то, ни другое совсем не нужно было.

Очень рады будем с женой, если, как мы поняли, вы с Марьей Петровной хотите заехать к нам и подарить нас деньком.

Деньги будут высланы к 1-му апреля. Очень благодарю Петра Афанасьевича за генеалогию лошадей. — Я боюсь только, не слишком ли тяжел и рысист молодой жеребец. Старый жеребец мне больше бы нравился.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано, с датой: «март 1874 г.» и с пропуском двух фраз, в «Русском обозрении», 1890, № 8, стр. 457. Датируется упоминанием о смерти и похоронах сына Николая.

Ответ на письмо А. А. Фета от 15...20 февраля 1875 г., являющееся в свою очередь ответом на неизвестное письмо Толстого от начала февраля.

1 Фет писал: «Но какое спасибо могу сказать за Каренину... Что сказать про художественное мастерство целого. Про простую столярную работу. Какое мастерство вводить новые лица, какое прелестное описание бала. Какой великолепный замысел сюжета. Герой Левин это Лев Николаевич человек (не поэт), тут и В. Перфильев, и рассудительный Сухотин, и все и вся, но возведенное в перл созданья. Я хохотал как дурак, когда Левин, с отчаяния, побежал соскакивать в коньках с лестницы — и149 150 почему-то вспомнил: «погубил я свою молодость». Радуюсь, что отчасти предвижу дальнейший ход романа, но тем более жду его с нетерпением».

2 [если действительно есть успех,]

3 См. письмо № 139, прим. 1.

4 В своем письме Фет приводил только что написанное им стихотворение, начинающееся словами: «Что ты, голубчик, задумчив сидишь». 3-я и 4-я строки первой строфы в этом варианте отличаются от окончательного текста:

То потускнеешь, как в ветер река,

То улыбнешься, как в люльке дитя.

См. А. А. Фет, Полное собр. стихотворений («Биб-ка поэта» под ред. М. Горького), изд. «Советский писатель», 1937, стр. 103.

5 Тургенев еще в 1872 г. хотел познакомить французских читателей с произведениями Толстого. См. «Письма И. С. Тургенева к г-же Полине Виардо и его французским друзьям, собранные и изданные Гальпериным-Каминским. Перевод с французского», М. 1900, стр. 340.

6 Письмо неизвестно.

7 Луи Виардо (Louis Viardot, 1800—1883) — французский искусствовед, художественный критик и переводчик, муж певицы Полины Виардо-Гарсиа. Кроме произведений Толстого, переводил Пушкина, Гоголя и Тургенева.

146. H. Н. Страхову.

1875 г. Февраля 23...24. Я. П.

Сейчас послал коректуры на 2-й выпуск1 и многим недоволен. Вы разбередили мое авторское самолюбие относите[льно] этого романа, дорогой Николай Николаевич, и потому, если вам будет время и охота, пожалуйста сообщите мне, чтó вы услышите или прочтете умного во осуждение этих глав. Много есть слабых мест. Я вам их назову: приезд Анны домой и дома.2 Разговор в семье Щербацких после доктора до объяснения сестер.3 Салон в Петербурге4 и др. — Если попадут на эти места осуждения, то сообщите, пожалуйста. — В присланной мне коректуре есть конец драмы Аверкьева, и, прочтя этот конец, я понял, почему мое писанье, исполненное недостатков, имеет успех. Там какой-то русский князь убил любовницу и в ужасе от своего поступка в первую минуту восклицает: О, я несчастный! В летописях будет написано, что я убийца!5 Ведь это ужасно! Читая эту мерзость, я понял, для чего белые стихи. Островский раз на мой вопрос, для чего он Минина написал стихами, отвечал: надо стать в отдаление.6 Когда человеку нет никакого дела до того, о чем он пишет, он пишет белыми стихами, и тогда ложь не так грубо заметна.150

151 У меня до вас великая просьба. Шурин Петя Берс женился и весь поглощен своим медовым месяцем, и ему некогда заниматься моей Азбукой. Не будете ли вы так добры, взять ее под свое покровительство. Я прошу вот чего: передать какому-нибудь платящему книгопродавцу на комиссию оставшиеся у Берса экземпл[яры] Азбуки и Полн[ых] сочин[ений] и взять от Берса счеты его с Надеиным7 и счесться с ним.

Если вам это неприятно, затруднительно, то прямо напишите. Я понимаю всю свою бессовестность, прося вас об этом одолжении, но если вы захотите сделать это, то очень, очень буду благодарен. Это письмо может вам служить и документом, чтобы взять дела от П. Берса, которому я и прежде писал, что я избавляю его от своих дел.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 682—683. Датируется на основании пометки Страхова на автографе: «24 февр. 1875 г. Ясн.».

1 Корректуры «Анны Карениной» для февральской книжки «Русского вестника».

2 Гл. XXII—XXIII первой части окончательной редакции романа.

3 Гл. I—II второй части окончательной редакции романа.

4 Гл. VI второй части окончательной редакции романа.

5 Дмитрий Васильевич Аверкиев (1836—1905) — драматург, романист и критик. Упоминаемая Толстым драма — «Княгиня Ульяна Вяземская» — напечатана в № 2 «Русского вестника» за 1875 г. Соответствующее место см. в 4-м действии, явлении 10-м.

6 Имеется в виду историческая хроника А. Н. Островского «Козьма Захарьич Минин-Сухорук», написанная в 1862 г.

7 Надеин — владелец петербургского книжного магазина для иногородних. У него на комиссии были многие произведения Толстого: «Азбука», «Новая азбука», «О народном образовании» и др.

* 147. С. А. Берсу.

1875 г. Февраля 28. Я. П.

Степа!

Месяц тому назад я писал Пете,1 прося прислать мне хотя счет числа оставшихся книг — Азбуки и Полн[ых] соч[инений] и векселя Надеина или хотя цифру того, что он должен.

Он мне отвечал на 3-х листах и прислал счет оставшихся книг Азбуки, но счета оставшихся Полн[ых] соч[инений] и151 152 цифры долга Надеина не прислал. Я тотчас же 13-го числа написал,2 прося прислать мне счет оставшихся Полн[ых] соч[инений] и того, что должен Надеин, и вот 3-я неделя — нет ответа. Потрудись прислать мне эти сведения. Затруднения в исполнении моей просьбы быть не может, ибо Полн[ые] соч[инения] легко счесть оставшиеся и еще легче взглянуть на векселя Надеина, если они есть, или, если их нет, то спросить в магазине Надеина полный счет за всё время ведения дел. У всех торговцев есть счетные книги, по которым всякий счет можно выписать в 10 минут, а не в три дня.

Мне всё это очень нужно знать поскорее, так как я передал оставшиеся книги и счеты другому лицу, и мне кажется лучше сделать счеты со мной, а не с посторонним лицом. — Найдешь ли ты, вспомнив всё то, что мне и Соне писал, себя3 обязанным сделать это, или нет, во всяком случае прошу тебя мне ответить; ибо не отвечать на письма вопросные близких и старших людей очень нехорошо.

Твой Л. Толстой.

28 февраля 1875.

О Степане Андреевиче Берсе см. т. 83, стр. 65—66.

1 Петру Андреевичу Берсу, который жил постоянно в Петербурге и с 1872 г. был представителем Толстого по делам продажи его сочинений. Письмо Толстого неизвестно, но, повидимому, оно было написано в середине января 1875 г., так как сохранилось письмо С. А. Берса к С. А. Толстой от 30 января 1875 г., в котором он выступает на защиту брата от обвинений в неряшливом отношении к взятым на себя обязательствам.

2 Письмо неизвестно.

3 В автографе: себе

148. Н. М. Нагорнову.

1875 г. Февраля конец? Я. П.

К 1-му листу 2-й части.

1) Нумерация страниц должна быть одна — общая для всей Азбуки.

2) Курсив желательно бы было мельче.

3) На 4-й стр. (и в других местах) начинается новая история одной линейкой с низа страницы. Желательно бы было этого избежать.

4) Кресты × поставлены на 6-й стр. и др., где безобразно расставлены слова. Нужно соединить.152

153 5) на 9-й стр. вымарать слово сказка и перестановить с 2-й половины 10-й стр. историю: Шли по дороге прежде Красной шапочки, а Красн[ая] Шап[очка] после.

6) На 11 стр. вставлены 3 слова, чтобы заместить пустое место.

7) На стр. 13 — тире и перенести начало истории с конца страницы.

8) На 16 стр. курсив крупен и слова: оставь избушку — слишком отставлены.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 196—197. Датируется предположительно сопоставлением с письмом № 137.

* 149. Н. М. Нагорнову.

1875 г. Февраля конец. Я. П.

Любезный Николай Михайлович,

3-ю страницу надо переменить так, как подробно показано на обороте. Я просмотрел это, а это очень важно, как первое впечатление. Слова Арбуз и т. д. обыкновенным мелким шрифтом. Это только для учителя. Азбуку скорописью, всё равно какою, только бы не очень вычурною.1

Слова: слова начинающиеся и слова заключающие и т. д. самым мелким шрифтом, петитом (кажется, так называется). —

Слова Баня и т. д. тем самым шрифтом, если он поместится.

И порядок — как показано на обороте, т. е. 1) вверху скорописная Азбука, 2) слова начинаю[щиеся] и 3) слова заключающие.

1. А а — Скоропись

Аа Бб Вв Гг Дд Ее Жж Зз Ии Іі Кк Лл Мм Нн Оо Пп Рр Сс Тт Уу Фф Хх Цц Чч Шш Щщ Ъъ Ыы Ьь Ѣѣ Ээ Юю Яя Ѳѳ Vv

Самым мелким шрифтом слова, начинающиеся с букв Азбуки.

Обыкновенным мелким шрифтом Арбуз

Арбуз Бѣлка Ведро Генерал Дерево Ели Желѣзо Зерно Иголка Кегли Лебедь Медвѣдь Невод Обруч Перо Рѣпа Сѣно Телѣга Утка Ферт Хор Церковь Червяк Шест Щепка Ѣда Юла Ягоды

153 154

Самым мелким шрифтом слова, заключающие буквы Азбуки

Самым крупным, каким поместится

БАНЯ ВОЛЯ ПОЛЕ СѢТИ ЛЮДИ ЛУЖА МУХА ГАША ЩЁКИ КОЗЫ ЦАРИ ФИЛЯ ѲЕДЯ ЭТИ

Датируется содержанием. Ср. письмо № 148.

1 В автографе: какую... вычурную.

150. П. Д. Голохвастову.

1875 г. Марта начало. Я. П.

Наконец получил от вас весточку, любезный Павел Дмитриевич, и очень этому рад. Еще более радуюсь тому полуобещанию, которое вы делаете в письме, — побывать у нас. Я нынешний год очень плох здоровьем. Простудился и почти всю зиму не выходил из дома; кроме того, у нас заболел страшной мозговой болезнью меньшой грудной ребенок и умер. Жене было очень тяжело. Работы же у меня эту зиму было и есть очень много, — роман, новая азбука, которая теперь печатается, другие еще работы и особенное дело, практическое, которое я веду в нашем уезде и результаты которого очень хороши.

Я писал архимандриту Леониду очень уж давно1 и не получил ответа. При случае спросите, пожалуйста, у него. Я уж боюсь, не написал ли я что-нибудь неловко, не оскорбил ли невольно чем.

Именье продается в Мценском уезде, Орловской губернии, у самой полустанции Бастыево, 8 часов езды от Москвы. Сколько мне помнится, десятин 250. Знаю, что вы не хотите земли; но, если вы желаете, купите это. Просят, кажется, рублей 90 за дес. Дом, сад, вода, мебель, лошади, скот. Обжитое, хорошенькое место. Продает г-жа Алферова. Я у нее покупаю другое ее именье, прилегающее к моему чернскому. Я купил по 80 руб. Земля хуже, и никакой усадьбы и постройки.2

Очень сожалеем о нездоровьи Ольги Андреевны. Надеюсь, что теперь она уж совершенно здорова и работает в уединении над продолжением прекрасного начала романа. Пожалуйста, кончайте и, главное, печатайте свою статью о русском стихе;3 кроме154 155 успеха — быстрого или медленного — этого я не знаю, ничего быть не может. А вам надо ее сбыть, а нам, литературе нужно ее иметь. Страхов мне писал о вас и вашей семье.4

И то, и другое произвело на него такое же впечатление, как и на меня, т. е. самое приятное и серьезное. Я этому очень порадовался.

Ваш Л. Толстой.

О первой публикации см. стр. 8. Датируется на основании письма архимандрита Леонида Толстому от 14 марта 1875 г., вызванного, повидимому, напоминанием Голохвастова в результате комментируемого письма.

Ответ на неизвестное письмо П. Д. Голохвастова.

1 См. письмо Толстого к архимандриту Леониду от 22 ноября 1874 г.

2 Покупка эта не состоялась. См. письмо № 185.

3 В печатном тексте ошибочно: списке

4 См. письмо Страхова от 1 января 1875 г. (ПС, стр. 55—56).

151. H. Н. Страхову.

1875 г. Марта 5...6. Я. П.

Очень благодарен вам, дорогой Николай Николаевич, за вашу готовность помочь мне в деле Азбуки. Недоволен я Берсом, а не Надеиным. От Берса я уже 2-й год не могу добиться никакого счета. Книги сдать можно Надеину. Книги — Азбуки (кажется около 800 экз.) и Полн[ые] соч[инения] (остаток от 100, кот[орые] я послал Берсу. Сколько осталось, я тоже не знаю). Прошу я делать вот что: попросить Берса дать счет; но так как ему так некогда, что по моей неоднократной просьбе он счета не дает, то, по всей вероятности, он и вам его не даст. В таком случае попросите его передать вам или вашему поверенному все расписки или векселя, которые у него есть за отданные книгопродавцам книги и остальные книги — Азбуки и П[олные] с[очинения]. Потом сдать всё, кому хотите, и вести счет того, что принято от Берса. Кроме того, если это не затруднит Надеина, я просил бы его выписать и прислать мне весь его счет по моим книгам с начала и поныне. Видите, как я бессовестно определяю, что вам для меня делать. Вы сами меня избаловали. О статье О нар[одном] обр[азовании] вот что я знаю. В Москве два знакомых моих видели эту статью, списанною в рукописи. — Я же взошел, к сожалению, по печатанию Новой азбуки в дела с г-м Соковниным1 Детск[ой] педаг[огической] библиотеки155 156 и предлагал и даже просил его напечатать эту статью отдельной брошюрой, но он меня отговорил. Теперь письмо ваше подтвердило меня в том, что ее нужно напечатать. Но, признаюсь вам, фирма Гражданина мне не нравится. Впрочем, если вы находите, что ничего, то отдайте ее. Вообще относительно этой статьи предоставляю вам сделать, как вы хотите, и спорить и прекословить не буду. Я желаю относительно ее только то, чтобы было напечатано ее как можно больше, но так, чтобы она окупилась или ничего не стоила.2

Статья эта для меня нужна будет еще и потому, что теперь, к весне, мне придется написать отчет о деятельности Крапивенского училищ[ного] совета на основании мыслей, выраженных в статье, и отчет этот составит как бы 2-ю часть этой статьи.3 Вас же буду просить указать, где его напечатать. Всё это письмо пишу не к H. Н. Страхову, с которым так много нужно бы поговорить, но к тому доброму человеку, к[оторый] взялся быть моим литературным и книгопродавческим опекуном.

Ваш Л. Толстой.


Прилагаю при этом письмо к Берсу,4 кот[орое] вы, может быть, найдете нужным передать или переслать ему.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 683—684. Датируется на основании пометки Страхова на автографе: «6 марта 1875 г.».

1 О Николае Александровиче Соковнине см. прим. 3 к письму № 131.

2 Весной 1875 г. статья «О народном образовании» была перепечатана во 2-м приложении к журналу «Гражданин», 1875, №№ 12—14, а вскоре выпущена отдельной брошюрой.

3 См. прим. 5 к письму № 74.

4 Письмо неизвестно.

* 152. Н. М. Нагорнову.

1875 г. Марта 8. Я. П.

Ну-с, дорогой Николай Михайлович, позвольте мне вам излить всю мою душу насчет Азбуки. — Печатание или набор идут убийственно медленно, и с этими перебивками я ничего не пойму, и нет возможности что-нибудь сообразить.

Я имею один 1-ый отпечатанный лист. 2-го не видал и не знаю, набран ли он; потом видел 3-й лист и тоже не знаю,156 157 отпечатан ли он и сколько выйдет его продолжений. Пожалуйста напишите мне поподробнее, в каком всё положении. Теперь дела. 1) В 1-м листе на 5 стр. есть очень дурные 3 ошибки, именно дядѣ, тетѣ и Машѣ вместо и, тогда как в этом отделе ѣ еще должно быть неизвестно. Будьте так добры, узнайте и напишите мне, что будет стоить наклейка.1 Если не дорого, то я заплачу за эту свою вину. 2) Весь шрифт 5 листа мелок; но так как это были бы новые задержки, надо оставить так, потом, для чего не в рамке и не в 2 столбца?2 Это красивее. Перемены сделаны мною следующие: 1) вместо замаранных фраз на 57 стр. вставлены пословицы, 2) последовательность историй изменена и поставлены номера.

С 16 № до 24 включительно все истории с заглавиями.

Заглавия небольшим, но толстым шрифтом,3 не тратя много места.

3) Прилагается еще сказка Три медведя, которую вставить между 21 и 22 №.

4) Цифры набирать прописью.4

5) Славянская Азбука шрифт слишком вычурный. Нет ли попроще? Но если нет, нечего делать.

Ваши поправки совершенно правильны. Царь писать большой буквой. Пожалуйста, известите о Варе. Соня ей будет писать.

Ваш Л. Толстой.

8 марта.


Перечел письмо. Боюсь, что неясно о пословицах на 57 стр. Все набрать печатными и только две пословицы: Сказанное слово серебрян[ое]... и Материнская мол[итва]... курсивом и поставить их рядом после других. —

Насчет того, что в один столбец набрано, а не в два, можно оставить и так, как есть. —

В сказке Три медведя, которую непременно вставить, написанное крупным, средним и мелким шрифтом так и набрать разными шрифтами. Самый крупный — как в первом листе, только чернее, а самый мелкий петитом.

Буренушка лучше Б большое.

Истории с заглавиями не так далеко отделять друг от друга, как это сделано в коректуре.

Год определяется содержанием.157

158 1 В печатном издании ошибка исправлена без наклейки.

2 Текст каждой страницы «Новой азбуки» окаймлен рамкой и дан в два столбца.

3 Заглавия набраны не только жирным, но и более крупным, чем весь текст, шрифтом.

4 Цифры набраны прямым шрифтом.

* 153. А. А. Фету.

1875 г. Марта 11...12. Я. П.

Я, кажется, нечаянно написал вам ужасную глупость. Вы мне пишете, что хотите к нам приехать. А я, вообразив себе, что мы — подразумевается вы и Марья Петровна, пишу, что мы очень рады1. Как ни справедливо это, когда я рассказал жене, что я отвечал, она говорит: «Да мы значит — братья». Если это так, наверное так, то, пожалуйста, передайте Петру Афанасьевичу, что кроме всегдашнего моего желания поближе сойтись с ним, мне особенно нужно по разным делам — видеть его — кое о чем посоветоваться и кое о чем попросить совета. Пожалуйста, ответьте поскорее и чтобы в конце письма было указано, когда вас встречать на Козловке. —

Ваш всей душой

Л. Толстой.

Я писал вам, кажется, что мы потеряли меньшого сына. Очень было и есть больно, в особенности для жены.

Впервые опубликовано, без приписки, с датой: «12 марта 1875 г.», в «Русском обозрении», 1890, № 8, стр. 465. Дата, проставленная на автографе Фетом, может означать дату как отправления, так и получения письма.

1 Имеется в виду письмо к Фету от 23 февраля 1875 г. Недоразумение заключалось, повидимому, в том, что М. П. Фет не могла приехать, так как в это время была в Москве.

* 154. Н. М. Нагорнову.

1875 г. Марта 16. Я. П.

Что дальше в лес, то больше дров, дорогой Николай Михайлович. Дело, вижу с радостью, приближается к концу, но боюсь, чтобы оно уже слишком не надокучило вам. Я сделал кое-какие ничтожные перемены, но знаю, что хлопотно следить за всем158 159 этим. Утешаюсь мыслью, что вам весело, положив столько труда, довести дело до совершенства, а теперь оно приближается к нему. —

Все поправки, которые я сделал, предоставляю вам исполнить или не исполнить. С поправками этими будет лучше, но и так будет хорошо. —

Расстановки очень неприятны; велите им исправить это.

Вы мне не пишете, что будет стоить перепечатка 1-го листа?

2-й лист велите печатать, поправив. Я боюсь, что пропустил ошибки. 3-й лист наверно печатать, исправив то, что я означил.

Всякий день получаю телеграммы от Каткова — торопят меня с Карениной,1 кот[орая] мне противна, а я все жду, что это известие от Вари.2 Целуем ее с Соней. Верно теперь уже около нее пищит девочка. —

Ваш Л. Толстой.

Если 1-ый лист будет перепечатываться, то, пожалуйста, пришлите мне все напечатанные экземпляры. Они мне необходимы для школ.3 Пожалуйста, сделайте это. Это очень мне нужно.

Отрывок впервые опубликован в Г, II, стр. 206. На подлиннике дата: «16 марта», поставленная неизвестной рукой и подтверждаемая содержанием.

1 22 марта С. А. Толстая писала А. А. Берсу: «Левочка тебе не пишет, потому что страшно спешит к 3-му № «Русского вестника» окончить свою работу романа». 31 марта в № 82 «Московских ведомостей» появилось объявление о выходе № 3 «Русского вестника» с XI—XXVII главами второй части «Анны Карениной».

2 25 марта у В. В. Нагорновой родилась дочь Елизавета.

3 В подведомственных Толстому школах Крапивенского уезда учились читать по еще не законченной печатанием «Новой азбуке», и таким образом проверялся на практике ее материал.

155. М. Н. Каткову.

1875 г. Марта 1...20? Я. П.

Никогда не буду вперед обещаться относительно своего писания, многоуважаемый М[ихаил] Н[икифорович], То, что следовало, казалось так готово, а как взялся отсылать, пришла необходимость исправить, и я задержал. Теперь всё готово, и я хотел уже посылать нынче по почте, хотя и не переписанное, но приехал из Москвы племянник и завтра по ночному поезду159 160 едет назад. Он привезет вам рукопись в 9 часов утра, в понедельник, а мне это даст время переписать и пересмотреть. Опять прошу и надеюсь на ваш просмотр и присылку мне коректур на один день.

В присылаемых теперь главах речь идет о [Петергофе?]1 и местностях под Петербургом, которые я плохо помню. Я боюсь, что там географические ошибки. Будьте так добры, поправьте, если они есть.

Извините, пожалуйста, если немного задержал, право, делаю всё, что могу, чтобы не задерживать.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано по рукописной копии, хранящейся в ЛБ (архив Каткова, тетрадь № 21), в «Литературном наследстве», т. 37-38, М. 1939, стр. 205, с редакторской датой: «Март 1875 г.».

Дата определяется сообщением о посылке глав XVIII—XXVII второй части «Анны Карениной», появившихся в мартовской книжке «Русского вестника».

1 Пропуск переписчика.

156. Архимандриту Леониду.

1875 г. Марта 16...20. Я. П.

Ваше высокопреподобие!

Получив Ваше письмо, я испытал большое духовное наслаждение. Я читал выражение сочувствия дорогим для меня взглядам на дорогое мне дело, и выражение гораздо более высокое и глубокое тех самых мыслей, которые смутно представлялись мне. Издание для народа избранных мест из нашей древней литературы и именно в тех больших размерах, как Вы предполагаете, представляется мне таким важным и хорошим делом, что я непременно намереваюсь посвятить на это дело те силы, знания и средства, которые могу. Я сам дам свой пай денежный на это дело, и начал, и буду собирать по Вашему указанию людей для общества с целью такого издания. Самая большая трудность есть выбор и издание, т. е. сокращения и объяснения, если они нужны. Вопрос в том, угодно ли Вам будет взять этот труд? Если да, и бог даст нам жизни и силы, то дело это будет сделано.

Само собою разумеется, что всё это дело подлежит многостороннему обсуждению, для которого я постараюсь быть у Вас;160 161 теперь же я высказываю только те чувства и намерения, которые вызвало во мне Ваше письмо.1

Очень много благодарен Вам за столь любопытное и прекрасное исследование о Сильвестре.2 Судя по нем, я догадываюсь, какие сокровища — подобных которым не имеет ни один народ — таятся в нашей древней литературе. И как верно чутье народа, тянущее его к древнерусскому и отталкивающее его от нового.

Прося принять мою глубокую благодарность за Ваше доброе ко мне расположение и уверение в моем глубоком и искреннем уважении, имею честь быть Ваш покорный слуга

гр. Лев Толстой.

Печатается по тексту, опубликованному в «Церковных ведомостях», 1915, № 4, стр. 94. Местонахождение автографа неизвестно. Датируется на основании письма Леонида от 14 марта 1875 г., на которое Толстой отвечает. Архимандрит Леонид писал, что «разделяет» взгляды Толстого «на дело народного образования» (истолковывая их, однако, в чуждом Толстому узко религиозном направлении).

1 Проект издания для народа избранных мест из древней русской литературы не был осуществлен Толстым. Попыткой начать такого рода работу можно считать отрывок «Житие и страдание мученика Юстина философа». См. т. 17, стр. 137—138.

2 Сильвестр (ум. ок. 1566) — священник Благовещенского собора в Москве, автор «Домостроя». Леонид прислал Толстому свое исследование «Благовещенский иерей Сильвестр и его писания» («Чтения в Обществе любителей истории и древностей российских», 1874, кн. 1).

* 157. Демóну (Démont).

1875 г. Марта 18...20? Я. П.

1Jе serais très [1 неразобр.] s’il voulait bien avoir l’obligence d’apporter avec lui les livres plus nécessaires pour l’enseignement des langues [1 неразобр.] et des mathématiques, car ne connaissant pas le russe, il ne pourra pas [1 неразобр.]. J’ajoute à cet effet 10 roubles aux [1 неразобр.] 125.

1 Я буду очень [1 неразобр.] если он будет так добр привезти с собой необходимые книги для преподавания языков [1 неразобр.] и математики, так как, не зная русского, он не сможет [1 неразобр.]. Для этой цели я прибавляю 10 рублей к [1 неразобр.] 125.161

162 Датируется письмом Демóна от 25 марта (нов. ст.) 1875 г., на которое Толстой отвечает.

Черновой набросок ответа на первой странице письма Демóна.

Демóн (Démont) — владелец конторы в Женеве по рекомендации гувернеров и гувернанток. Рекомендовал, по просьбе Перро, несколько человек Толстому.

1 Зачеркнуто: Мг Rey m’obligera beaucoup [Г-н Рей меня очень обяжет].

* 158. Епископу Никандру.

1875 г. Марта 28. Я. П.

Ваше высокопреосвященство!

Податель сего — тот самый Влад[имир] Успенский, о котором я имел честь просить Вас и которого я позволил себе обнадежить в Вашем высоком к нему внимании.

Смею уверить Ваше высокопреосвященство, что он вполне этого достоин и что я буду высоко ценить оказанную ему милость, позволяя себе предполагать, что тому содействовало отчасти и столь дорогое для меня Ваше расположение.

Поручая себя молитвам Вашим, имею честь быть Вашего высокопреосвященства с чувствами глубокого уважения и преданности

покорнейший слуга

граф Лев Толстой.

28 марта

1875.

Никандр (Николай Иванович Покровский, 1816—1893) — с 1860 г. архиепископ Тульский. См.: А. В. Богданович, «Три последних самодержца», М. 1924, стр. 248; С. Л. Толстой, «Юмор в разговорах Л. Н. Толстого» — «Толстой. Памятники творчества и жизни», вып. 3, М. 1923, стр. 18—19. В Ясной Поляне епископ Никандр никогда не бывал, но Толстой несколько раз виделся с ним в Туле.

* 159. Т. А. Кузминской.

1875 г. Марта 29? Я. П.

Как досадно, милый друг Таня, что нельзя писать без письма, без бумаги и чернил, а то бы вы от меня получали каждый день длинные письма, особенно нынешнюю зиму. Так часто162 163 я вспоминаю о вас и так хочется видеть вас и в хорошие [и] в дурные минуты. — Я ужасно занят нынешний год, но, кроме горя и теперь другого — какого-то сомнительного состояния здоровья Сони, очень бы был доволен своей зимой. Я получил твое длинное письмо, Таня, в самое тяжелое время болезни Николиньки, но оценил. Не то бы было с Анной Карениной, если бы я имел твой талант описывать. Запятые я бы уже нанял кого-нибудь ставить. А Саша позволяет себе подтрунивать. Если бы ему судебн[ые] след[ователи] составляли такие следствия и пр[очие] обвинительные акты, он бы был доволен. Нет, без шуток, ты не поверишь, как я читаю, как большую радость, твои именно описательные письма. — Я радуюсь, что вы сошлись с Оголиной.1 Я не могу себе представить, какая она. Она мне представляется, как сестра Маша немного. — Как, Саша, смотришь ты на Танин отказ от двора?2 На чьей ты был стороне? Судя по молчанию о твоем здоровье, предполагаю и радуюсь, что оно хорошо. Соня не писала вам, я одно время делал планы ехать жить в Тифлис и устроить себе занятия школами в Грузии. Не могу себе представить хорошенько ваших отношений в Тифлисе. Если бы Таня посвятила бы одно письмо описанию ваших светских отношений, я бы всё понял.

Так не думайте, чего вы, верно, и не думаете, что если я не пишу, то не люблю вас. Я вас очень люблю и совсем не эгоист, как вы меня, я знаю, ругаете.

Год определяется упоминанием «о тяжелом времени болезни Николиньки», месяц и число — сопоставлением с письмом С. А. Толстой к Т. А. Кузминской от 29 марта 1875 г., написанным также в ответ на письмо, полученное во время болезни сына.

1 Софья Николаевна Оголина (рожд. Загоскина) — жена знакомого Толстого, Александра Степановича Оголина (1821—1911), служившего в Тифлисе председателем судебной палаты. См. т. 46, прим. 312, и т. 59, стр. 102.

2 Речь идет о дворе наместника Кавказа в. кн. Михаила Николаевича.

160. H. Н. Страхову.

1875 г. Марта 30...31. Я. П.

Очень, очень вам благодарен, дорогой Николай Николаевич, за все ваши хлопоты по моим делам.1 Всё прекрасно. Только вы меня очень заинтересовали тем, что нужно бы что-то сообщить. Что?163

164 Радуюсь вашей поездке, желаю извержения и уверен, что оно будет.2 Вы в письме скрываете свое волнение, а я чувствую, что вы волнуетесь, как юноша, и радуюсь этому.

Еще упоминание ваше о монахах3 много и длинно заставило меня думать и искать филиацию мысли, которая вас привела к ним. Очень, очень хотелось бы повидать вас. Вы думаете, что я о себе одном думаю. Напрасно. Я чувствую людей, которых я люблю, и я чувствую вас и знаю, что в вас в эти два (кажется) года, в кот[орые] мы с вами не видались4 и в кот[орые] вы ничего не печатаете (кажется),5 многое выросло внутри, и я догадываюсь, но мне хочется подробно узнать, ощупать, что и куда?

Давно хотел вам сказать, между прочим. Помните, вы писали мне: прочтите в Иллюстр[ации] статью о Кавк[азском] пл[еннике],6 я узнаю, кто это писал и т. д. Я давно угадал, что это вы. Ведь правда?

О романе, что вы писали, одно меня порадовало — это суждение Данилевского.7 Мне говорил Самарин:8 «Там, где две линейки точек, я догадывался, что должны быть две главы, и жалко, что их нет». Я отвечал: «Жалко, что пропущена вся пакость. Если бы и9 100 раз сначала писать, я бы в этом месте ничего не изменил». Я думал, что это мое только мнение, и не поверите, как радостно узнать, что есть люди, как Даниле[вский], понимающие чистоту. (Про вас я не говорю.) Последний выпуск я задержал тем, что пришли мне несколько глав, к[оторые] я вставил и над к[оторыми] очень бился. Скажите, что вы о них думаете. Угостите меня как-нибудь письмом из Рима, когда захочется. Я любил Рим.10 Прощайте, будьте сильны и здоровы.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 685—686. Датируется на основании пометки Страхова на автографе: «31 мр. 75». Ответ на письмо Страхова от 21 марта (ПС, стр. 59—61).

1 Принятие книгопродавческих дел Толстого от П. А. Берса.

2 Уезжая в Италию, Страхов писал, что его друг И. Я. Данилевский пожелал ему наблюдать извержение Везувия.

3 Страхов писал, что ему интересно посмотреть в Риме на католических монахов.164

165 4 Толстой имеет в виду посещение Ясной Поляны Страховым 18—19 февраля 1873 г., забыв, что в начале июля 1874 г. Страхов опять приезжал в Ясную Поляну.

5 В течение 1873—1874 гг. Страховым было напечатано около 10 статей в журнале «Гражданин» (в том числе и о статье Толстого «О народном образовании») и большая статья «О развитии организмов» в журнале «Природа».

6 В журнале «Всемирная иллюстрация», 1872, № 181 от 17 июля, в анонимной статье под заглавием «Литературное обозрение», был помещен восторженный отзыв о языке «Кавказского пленника». Письмо, в котором Страхов рекомендовал прочесть эту статью, неизвестно. В письме из Рима от 5 мая Страхов писал: «Насчет статьи в Иллюстрации вы ошиблись; не я ее писал, и до сих пор не знаю кто. Должно быть, поэт Случевский, заправляющий Иллюстрациею уже несколько лет» (ПС, стр. 64).

7 О Н. Я. Данилевском см. т. 63, стр. 221—222. О «суждении Данилевского» см. письмо Страхова от 21 марта (ПС, стр. 60).

8 Юрий Федорович или Петр Федорович Самарин. См. о них т. 47, прим. 712, и т. 63, стр. 259.

9 В автографе: не

10 Толстой был в Риме в январе 1861 г. См. т. 48.

161. А. А. Фету.

1875 г. Марта 30...31. Я. П.

Дорогой Афанасий Афанасьевич.

Что-то мне представилось по последнему письму вашему1 и по тому, что вы хотели приехать и не приехали, что как будто вы имеете, хоть не зуб, но холодность ко мне. Я так дорожу вашей дружбой, что это меня мучает. Напишите, если неправда, и если правда: heraus damit.2 Я не мог дать повода вам разлюбить меня, потому что я, слава богу, не меняюсь к друзьям. Допущу, что это вздор.

Каково Леонтьев! Когда я узнал, мне стало так грустно, что я не ожидал, что я так ценил его.

Смерть всё покажет. Издохни нигилист — никто и не подумает, а тут чувствуется событие общественное. —

Мы пока живем без новых несчастий; да и то не совсем, Соня всё больна — какой-то дурной, непонятной лихорадкой.

Сейчас пишу, чтобы Соловьев деньги 700 р., которые у него, я знаю, есть, передал в контору Боткина.3 Какой будет жеребец? Я, пожалуй, обоих возьму. Да когда посылать за лошадьми, и сколько верст оттуда до Самары?165

166 Да нельзя ли будет купить там телегу и лошадь для проводу лошадей, чтобы послать туда людей по машине. Отвечайте поскорее, не о лошадях, а о своем ко мне духе.

Ваш Л. Толстой.

Марье Петровне наш с женою душевный поклон.

Впервые опубликовано в «Литературном наследстве», т. 37-38, М. 1939, стр. 216.

Датируется на основании упоминания о смерти П. М. Леонтьева (24 марта 1875 г.) и ответного письма Фета от 4 апреля. О Леонтьеве Толстой узнал лишь 29 марта из письма Н. М. Нагорнова.

1 От 8 марта.

2 [выкладывайте наружу.]

3 Письмо И. Г. Соловьеву неизвестно,

* 162. А. С. Гацисскому?

1875 г. Март? Я. П.

Милостивый государь!

Чтение отчетов Общества распространения грамотности в Нижегородской губернии, полученных мною при лестном письме вашем,1 доставило мне очень радостное чувство: я увидал, что существует кружок людей, пришедший, вероятно, иными путями к тому же самому воззрению на дело народного образования в России, к которому пришел и я.

Взгляд этот в сущности так прост и естественен, что, казалось бы, нечего бы было и радоваться, если бы к несчастью большинство официальное и не официальное не смотрело на это дело так искусственно, что простой и здравый взгляд Общества распространения грамотности в Нижегородской губернии поразил меня, как что-то необыкновенное и возбуждающее восхищение.

Если я не ошибаюсь, то взгляд Общества отличается от царствующего воззрения тем, что Общество не считает Россию и образование в ней начавшеюся со вчерашнего дня, а признает историю и совершающийся факт образования народа и потому считает необходимым (для того, чтобы содействовать этому образованию) изучить народ в этом отношении, т. е. количество школьного населения, средства, необходимые для учреждения школ, и требования народа относительно как содержания, так и формы образования. Я считал всегда такой взгляд166 167 и самым либеральным (в широком смысле этого слова) и самым разумным и — главное, самым плодотворным. В последнее время я имел случай убедиться в особенности в плодотворности такого отношения к делу, и потому, несмотря на те малые размеры, в которых действует Крапивенский училищный совет на этих основаниях, я считаю не лишним сообщить Вам полученные результаты.

Крапивенский училищный совет с половины ноября 1874 г. разослал через волостные правления и приходы предложение о том, чтобы: 1) все лица, занимающиеся обучением, сообщили о количестве обучаемых детей, на каких бы то ни было условиях, и о получаемом вознаграждении с тем, что училищный совет прибавит, по мере своих средств, вознаграждение за учение и снабдит учащего училищными пособиями, — если лица эти захотят подчиниться наблюдению училищного совета;

2) чтобы лица, желающие обучать, устраивали школы и заявляли о том совету для получения прибавки; 3) что училищный совет доставит учителей в те школы, которые будут открыты обществами, как бы ни мала была мера вознаграждения, полагаемая обществом. Следствием этой меры было то, что число школ в 3 месяца от 18-ти возросло до 64-х, и число учащихся — от 956 до 2017-ти. Мера эта очевидно только вызвала выражение потребности народа; но предстояло другое, главное затруднение — контроля над этими школами и приискания вообще учителей и лучших учителей взамен тех плохих, которые заявили себя.

С целью контроля все новые — возникшие школы подчинены прежним более или менее надежным учителям, получающим по 25 р. в год за каждую подведомственную школу и обязанным раз в неделю посещать школу после 2-х часов.

С целью же приобретения учителей, так как на семинаристов духовных семинарий нельзя рассчитывать (их кончает курс в губернии 20 ч.), было разослано через волостные правления предложение всем хорошо грамотным молодым крестьянам, желающим занять место учителя, заявлять себя училищному совету. — Мера эта превзошла все ожидания совета. В настоящее время большое число вновь открытых школ замещено учителями из молодых крестьян, оказавшимися в высшей степени ревностными, понятливыми, нравственными и постоянно совершенствующимися учителями. Если еще остаются в школах167 168 (около 10) мелкие учителя из дворовых, дьячков и солдат плохих, то только потому, что общества крестьян не хотят переменить их. Но если бы открылось еще вновь вдвое школ, то все они могут быть замещены постоянно заявляющимися учителями из молодых крестьян, получающих и довольствующихся жалованьем от 4 до 8 р. в месяц на своих харчах. Учителя эти из крестьян являются ко мне. Знания их почти всегда одинаковы — беглое чтение русское и славянское более или менее, но всегда безграмотное письмо под диктовку и механическое знание 4-х правил арифметики. Если он молод — до 25 лет, хорошей семьи и поведения, то мы удовлетворяемся этими знаниями и даже меньшими, и, внушив ему, что он пишет безграмотно, что ему надо поучиться — писать с книги и под диктовку и арифметике, оставляем его при Ясно-Полянской школе, где по утрам он практикуется в приемах обучения грамоте, а по вечерам занимается с учителем арифметикой и письмом, — отчасти, смотря по его способностям и желанию, и грамматикой. Иногда такого рода учителя готовящиеся пробывают в школе неделю, две, три, — иногда и несколько дней. Школ с такими учителями теперь, в нашем уезде, около 20-ти и результаты их — некоторые существуют 21/2 месяца — необычайны. Приписать это близости учителя к ученику, добросовестности и серьезности отношения к делу учителя, — но результаты учения в этих школах не хуже и иногда лучше, чем в школах учителей в 300 рублей жалованья, учащих по усовершенствованным способам.

В 4-х таких школах, открытых 21/2 месяца, все ученики (до 30) пишут, читают и знают сложение и вычитание. Несмотря на незначительность размеров, в которых действует Крапивенский училищный совет, я считаю это явление столь важным, что не побоялся утрудить ваше внимание этим длинным письмом, тем более что Общество распространения грамотности в Нижегородской губернии в отчете своем прямо указало на ту громадную разницу, которая существует между тем, что необходимо (11/2 миллиона), и тем, что есть (50 000).

Мне кажется, что образование учителей из крестьян домохозяев и не в учительских семинариях, где крестьяне утрачивают и простоту привычек и простоту приемов и язык,2 а в хороших школах, где бы они могли заниматься практически и получать указания для своего дальнейшего самообразования,168 169 есть единственный и самый светлый и радостный выход из того тупого переулка, в который несоответственные требования от школы и незнание и нежелание знать народ завели дело народного образования.

Если Общество распространения грамотности в Нижегородской губернии пожелает избрать этот путь, то я был бы счастлив содействовать ему, по мере сил своих, разъяснениями, подробностями, которые могут быть желательны, в особенности же указаниями того, что существует в Крапивенском уезде.

С совершенным уважением и преданностью имею честь быть,

милостивый государь,

Ваш покорный слуга.

Печатается по копии, хранящейся в ГМТ. Местонахождение автографа неизвестно. Два отрывка впервые опубликованы, как письмо к «деятелю Общества распространения грамотности в Нижегородской губ.», в Г, II, стр. 196, с датой: «первые месяцы 1875 г.». Датируется предположительно: 1) временем выхода в свет «Отчетов Общества распространения грамотности в Нижегородской губ.», за присылку которых Толстой благодарит (были разосланы при «Нижегородских губернских ведомостях», 1874, №47 от 20 ноября и в отдельную продажу не поступали); 2) упоминанием Толстого о мерах Крапивенского училищного совета, принятых в половине ноября 1874 г., и о результатах, полученных вследствие этих мероприятий через 3 месяца, т. е. в феврале 1875 г.

Адресат устанавливается предположительно на основании той роли, которую играл А. С. Гацисский в деле распространения грамотности в Нижегородской губ. «Отчеты» Толстому вероятнее всего могли прислать или автор их, председатель Общества П. И. Носович, или член Совета и главный организатор общества А. С. Гацисский. В пользу последнего говорит то обстоятельство, что в печати представителем Общества, его пропагандистом и защитником от нападок выступал всегда А. С. Гацисский. Будучи членом Нижегородского уездного училищного совета, он мог знать о совсем еще недавних выступлениях Толстого в Московском комитете грамотности и, сочувствуя им, послать ему отчеты Нижегородского общества.

Александр Серафимович Гацисский (1838—1893) — писатель и исследователь нижегородского Поволжья. Окончив Нижегородскую гимназию и Казанский университет, жил некоторое время в Петербурге, где выступил в 1859 г. в качестве беллетриста, напечатав в «Искре» свое первое произведение «Записки офицера». В 1861 г. возвратился в Нижний-Новгород и взял на себя редактирование «Нижегородских губернских ведомостей», поставив себе задачей создать живую областную прессу. Одновременно Гацисский организовал Нижегородскую ученую архивную комиссию. С 1872 г. Гацисский был членом Нижегородского уездного училищного совета и в этом же году основал Общество распространения грамотности в Нижегородской губернии. Придавая вопросу народного169 170 просвещения огромную важность, Гацисский изучил положение его в Нижегородской губернии и наметил план работ в этой области. Полученные им данные и свои мысли по этому поводу он изложил в 1872 г. в письмах в редакцию «Волжско-Камской газеты», вышедших затем отдельной брошюрой под заглавием: «Школьное дело в Нижегородском Поволжье (Девять писем к редактору «Волжско-Камской газеты»)», Казань, 1873. См. о нем «Сборник памяти А. С. Гацисского», изд. Нижегородской ученой архивной комиссии, Н.-Новгород, 1897.

1 Письмо неизвестно.

2 Нижегородское Общество в отчете за первый год своего существования выражало большие надежды на учительские семинарии, в отчете же за второй год, который и был послан Толстому, высказывалось неодобрение этим семинариям, так как окончившие их «заражены гонором» и плохо мирятся с условиями, в которых приходится работать и жить народному учителю.

163. Н. А. Некрасову.

1875 г. Апреля 2. Я. П.

Милостивый государь

Николай Алексеевич!

Я составляю отчет о ходе школьного дела за нынешнюю зиму в нашем Крапивенском уезде1 на тех основаниях, которые были изложены мною в напечатанной в вашем журнале статье о Н[ародном] о[бразовании]. Некоторые соображения, наблюдения и выводы о ходе этого дела составят статью,2 по содержанию и величине подобную той, которая была у вас напечатана.

Угодно ли вам будет напечатать и эту статью на тех же условиях, как и первую?

Статья может быть готова к майской книжке От[ечественных] зап[исок]. Относительно этой статьи, как относительно первой, — в случае Вашего согласия напечатать ее — я просил бы редакцию высказаться — не говорю благоприятно (это зависит от убеждений и взглядов), но сколь возможно серьезнее по вопросу, поднимаемому статьей3. На днях выйдет тоже новая, составленная мною для народных школ Азбука. Не говорю о том труде, который положен мною на эту 12-ти копеечную книжку; до отношения автора к своему делу никому нет дела. Но книжечка эта, по моему убеждению, составляет необходимость для дела народного образования и должна много помочь ему; и потому я бы был вам очень обязан, если [бы] вы содействовали тому, чтобы Азбука эта была рассмотрена компетентными и беспристрастными170 171 людьми, и о ней бы было сказано серьезное слово, которого она заслуживает уж по тому значению, которое она может иметь, если она хороша.

В ожидании вашего ответа с совершенным уважением и преданностью остаюсь ваш покорный слуга

гр. Лев Толстой.

2 апреля 1875 г.

Впервые опубликовано в «Литературном наследстве», т. 51-52, М. 1949, стр. 530—531.

1, 2 От работы Толстого над отчетом и новой статьей по вопросам народного образования сохранились два наброска. См. т. 17, стр. 336—337.

3 8 апреля 1875 г. Некрасов отвечал: «Место для Вашей новой педагогической статьи будет отведено в майской книжке «Отечественных записок». В свое время постараемся исполнить и то, что Вы желаете относительно изготовляемой Вами азбуки. Статью для майской книжки доставьте не позже 25—27 апреля» (Н. А. Некрасов, Полное собрание сочинений и писем, т. XI, М. 1952, стр. 358).

* 164. Н. М. Нагорнову.

1875 г. Апреля 1...3? Я. П.

Предисловие и как учить по слух[овому] спос[обу] нельзя сократить и надо печатать на внутренней стороне первой половины обертки и на обеих сторонах 2-й половины, отделив одно от другого чертой и отставив. Как учить по сл[уховому] способу] мною было поправлено, и я это не поправлял. Я думаю, что там, где говорится ба — бе — а, ма — ме — а и т. д., лучше печатать так: ба = беа, ма = меа и т. д.

Опечатки ѣ вместо и надо оговорить где-нибудь в конце.1

Заглавие выберите сами, какое вам лучше нравится. Или так:


ДЕТСКАЯ АЗБУКА

ГРАФА Л. Н. ТОЛСТОГО,

составленная так, что по ней можно обучать грамоте и по буквослагательным и по звуковым способам.

Или:

НОВАЯ или ДЕТСКАЯ АЗБУКА

ГРАФА Л. Н. ТОЛСТОГО

для обучения грамоте по

всем существующим способам.171

172 или:

НОВАЯ АЗБУКА

ГРАФА Л. Н. ТОЛСТОГО

и больше ничего.

Пожалуйста, посоветуйтесь с кем-нибудь, или сами на свой вкус решите. Мне кажется, что второе хорошо, а последнее проще и лучше всего. —

Подгоняйте, пожалуйста, этих проклятых чертей в типографии.

Когда выйдет 1-я часть, пришлите мне 100 экз.

Можно ли разделить 1-ю часть на две? До ъ и после ъ. Если бы так вышло, было бы еще лучше.

————————————————————————————————————

Надеюсь, что у милой Вари была только нормальная лихорадка родов[ая] и что она теперь хороша. Поцелуйте ее от меня. И, пожалуйста, известите, если бы что-нибудь было. Я буду знать, что — нет известий, значит все хорошо.

Если вы сказали, что надеетесь, что Азбука будет хороша, чтобы сделать мне приятное, то достигли своей цели. Очень, очень вам благодарен и дружески жму вам руку.

Датируется на основании писем Н. М. Нагорнова от 29 и 30 марта 1875 г., на которые Толстой отвечает.


На 3-й странице письма Нагорнова от 30 марта рукой Толстого:

Новая азбука

графа Л. Н. Толстого

Детская азбука гр. Л. Н. Толстого,

составленная так, что по ней одинаково удобно обучать грамоте по звуковому, церковному, слуховому или словесному способу.

1 См. письмо № 152.

* 165. А. А. Фету.

1875 г. Апреля 5...6. Я. П.

Очень рад был получить ваше успокоительное письмо, дорогой Афанасий Афанасьич. Тем лучше. Надеюсь, что вы справились теперь и радуетесь на Петю Борисова. Его встретили172 173 мои племянники.1 Когда он к нам заедет? Очень бы хотелось его видеть.

В мае жду вас.

Теория ваша насчет лошадей мне не нравится. По-моему, одной телеги довольно, и я все-таки просил бы о следующем: Позволить мне прислать к вам пешего человека, с тем чтобы вы отправили — направили его в Грайворонку, где ему будет поручено купить лошадь и телегу и нанять работника и привести лошадей в Ясную. Всякое содействие вашего управления в Грайворонке ему в покупке и найме рабочего я приму за большое одолжение. Человек будет и умеющий обращаться с лошадьми и вполне верный. Этот план мне в особенности потому удобнее, что у меня в Ясной две молодые кобылы, которые должны быть отправлены в Самару. Лишнего же пути вашим кобылам через Тулу будет не более 200 верст. А моим кобылам через Грайворонку верст 500.

О том же, что на одной телеге можно хорошо довести, я знаю, потому что прошлого года довели на одной 5 кобыл в Самару.

Датируется на основании письма Фета от 4 апреля, на которое Толстой отвечает, и сопоставления с письмом № 169.

1 Григорий Сергеевич, сын С. Н. Толстого, и Николай Валерианович, сын М. Н. Толстой.

* 166. В редакцию «Русского вестника».

1875 г. Апреля 10. Я. П.

В редакцию Русского вестника.

Граф Толстой покорно просит уведомления о том: 1) получены ли посланные им рукописи и коректуры? 2) напечатаются ли в 3-м нумере посланные рукописи? 3) кем держатся коректуры?

Граф Лев Толстой.

10 апреля 1875 г.


На конверте: В Москву. В редакцию Русского вестника.

173 174

* 167. H. M. Нагорнову.

1875 г. Апреля 10...13? Я. П.

Мыслети вместо мыслѣте,1 и т. п. я думаю лучше, так как это наименование вошло в употребление. А впрочем, делайте, как знаете. Вам можно посоветоваться и справиться — хоть в словарях — Академи[ческом]2 и Даля3 — как там пишется буква мыслети. Но боюсь, что типография наделает много новых ошибок. Там стоит гъ вместо къ, и Ё4 ё стоят неровно, и я маленькое впереди большого. —

Надо ваше искреннее и так много мною ценимое желание помочь мне в этом важном для меня деле, чтобы выдерживать эту работу.

В особенности медленность, не имеющая границ.

А Соковнин позволяет себе писать мне, что коректуры неимоверно долго держатся! Ругайте их хорошенько. Если вам не в труд, сообщите мне адресы всех редакторов главных газет и журналов, т. е. имена, отчества и фамилии — кот[орым] у меня приготовлены письма с приложением Азбуки.5

Еще раз поздравляю вас и целую Варю. Кто была кума?

Получили ли вы письмо, кот[орое] я послал уже более недели с рассыльным редакции Москов[ских] вед[омостей].

Если нет — пошлите за ним.

Тяга приближается, а я сижу уже 4-й день больной от сильнейшей простуды.

Датируется: 1) упоминанием о недавних крестинах E. Н. Нагорновой (род. 25 марта 1875 г.), 2) упоминанием о письме от 1—3 апреля, посланном «уже более недели» тому назад.

1 Церковно-славянское название буквы «м».

2 Имеется в виду «Словарь церковно-славянского и русского языка, составленный Вторым отделением Академии Наук», 4 тома, СПб. 1847 (2-е издание, СПб. 1867—1868).

3 В «Толковом словаре живого великорусского языка» В. И. Даля, СПб. 1861—1868, принято написание «мыслете»; так же напечатано и в «Новой азбуке».

4 В автографе: Э

5 См. черновое письмо Толстого в редакции газет и журналов, № 172.

174 175

168. H. А. Некрасову.

1875 г. Апреля середина. Я. П.

Милостивый государь

Николай Алексеевич!

Статья моя никак не может поспеть к майской книжке О[течественных] з[аписок]. И потому, боясь, чтобы от этого не произошло расстройства в делах редакции, спешу Вас о том уведомить.

С совершенным уважением и преданностью

Ваш покорный слуга

гр. Лев Толстой.

Печатается по тексту, опубликованному в «Литературном наследстве», т. 51-52, М. 1949, стр. 531.

Основанием датировки служит письмо Некрасова от 8 апреля 1875 г. (см. прим. 3 к письму № 163), на которое Толстой отвечает.

* 169. А. А. Фету.

1875 г. Апреля 20. Я. П.

Получив еще первое письмо ваше, я тотчас же написал ответ1 с разными возражениями на ваш план отправки лошадей и своими соображениями, запечатал и отдал; но потом вспомнил, что многое написал не так, вернул письмо и до сих пор оно лежало у меня на столе, и теперь, получив ваше 2-е письмо, с стыдом спешу отвечать. Посылаю начало того письма, в кот[ором] сущность моего плана изложена, с тою только разницею, что двух людей на одной телеге я отправляю из Никольского по вашему маршруту на Грайворонку с тем, чтобы они там, если понадобится, купили телегу и не только одну, но 4 рабочих лошадей, кот[орые] мне нужны. Там же лошади лучше и дешевле наших. — Жеребца Карцовского,2 который нынешний год мне будет без пользы и для которого, как для случного, нужна отдельная телега, я бы хотел вовсе не брать, если это можно, тем более, что денег мало.

Пожалуйста, на этот пункт ответьте откровенно.

А еще нельзя прислать в Никольское: В Чернь, в село Никольское-Вяземское, Ивану Ивановичу Орлову — приказ на Грайворонку об отпуске лошадей — подателю.175

176 Отправить человека в Никольское я думаю в воскресенье, так чтобы из Никольского он выехал на Фоминой. Мы всегда дома и в Самару поедем в конце мая,3 и потому, если бы вы приехали к нам 12-го, было бы превосходно. Жена очень велела вас просить об этом. А то бог знает, когда увидимся. Наш душевный поклон Марье Петровне.

Ваш Л. Толстой.

Датируется на основании ответного письма Фета от 26 апреля 1875 г., в котором он сообщал: «...получил я вчера ваше письмо от 20 апреля...»

Ответ на письмо Фета от 15 апреля, в котором он между прочим писал по поводу только что появившихся в № 3 «Русского вестника» гл. XI— XXVII «Анны Карениной»: «Сынок — компас глубоко верно. Все прочие руководства — людские выдумки, а это никто не выдумывал, но всякий чувствует. Впервые узнал, что можно движением сломать зад на скачке. Но если бы этого не было, Вы бы не написали. Брат Петр Аф. еще более меня в восторге от Карениной, если только это возможно. «А он (т. е. Вы), братец, смыслит в лошадях более, чем я думал. — Право. — Весьма прилично».

1 См. письмо № 165.

2 Карцов — сосед Фета по Грайворонке, владелец конского завода.

3 В Самару в 1875 г. Толстые уехали 4 июня.

* 170. А. А. Фету.

1875 г. Апреля 21...25? Я. П.

Дорогой Афанасий Афанасьич!

Я ужасно глупо поступил, не послушавшись вашего совета и поторопившись с кобылами и, главное, своим колебанием о Карцовском жеребце. Теперь я решил его взять и, если возможно, отправить с этими кобылами. Ради бога, помогите мне — как бы его поскорее получить. Если можно узнать, отделался ли он у Карцова и можно взять его и привести ко мне не позже, как через 2 недели, то не только напишите, но телеграфируйте в Ясенки, чтобы я, не теряя времени, мог распорядиться для доставления его сюда. Я возжелал его иметь, во-первых, потому что кобылка у меня от него необыкновенно хороша, как я ее рассмотрел, во-вторых, потому что заодно мне сходнее его отправить (а тем временем жеребята подрастут и кобылы оправятся), а в 3-х, потому что две из кобыл в охоте, да и там он мне будет нужен хоть в июне. 176

177 Пожалуйста, не сердитесь на меня за нерешительность и помогите и присоветуйте, как бы получше.

Ваш Л. Толстой.

Датируется предположительно содержанием.

171. Н. М. Нагорнову.

1875 г. Апреля 28...30. Я. П.

Ужасно жалко, любезный Николай Михайлович, что наши труды по Азбуке, в особенности ваши, за которые я не могу вас достаточно благодарить, пропадают даром.

По тому, как идет дело, видно, что Азбука не выйдет до половины мая.1 Я не успею до отъезда в Самару сделать все нужные распоряжения, и Азбука сядет. Не выйдет же она потому, что после святой дело не подвинулось ни на шаг. Первый лист был готов; 2-й лист был отпечатан (вы по ошибке пишете,2 что он печатается), что же они делали? Главное же, я вижу по письму вашему, что всё это вам надоело до последней степени, и вам с весенними и служебными и семейными заботами и некогда и невозможно этим заниматься, чего я и ожидал.

Пожалуйста, искренно ответьте мне: оставляете вы это дело или нет? Во всяком случае, я не могу не быть вам глубоко благодарным за всё сделанное уже для моего дела; но, если вы отказываетесь, я приму меры, чтобы было готово к половине мая, или эти разбойники в типографии не получили бы ни копейки за свою работу. На всякий случай отвечаю на ваши вопросы.

Виньетки к этому изданию не нужно.

Обертка должна быть цвета самого дешевого — хоть белая.

Будьте еще так добры, дайте мне адрес типографии и велите им прислать мне оттиски всех листов и высылать листы по мере отпечатания. —

Целую Варю и детей и дружески жму вам руку.

Л. Толстой.


Боюсь я тоже за цензуру. Как бы по отпечатании книги цензура не задержала ее выход.3 Мы с женой всё сбираемся в Москву, но я всё откладывал до выхода Азбуки, когда мне надо будет быть в Москве; а теперь приходится не дожидаться.4177

178 Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 198. Дата определяется ответным письмом Н. М. Нагорнова от 2 мая 1875 г.

1 «Новая азбука» вышла около 19—20 мая: 21 мая Н. М. Нагорнов уже выслал Толстому 500 экз. ее. В «Правительственном вестнике», где печатались списки вновь выходящих книг, значится (№ 127 от 11 июня), что она вышла между 1—7 июня.

2 Письмо Н. М. Нагорнова неизвестно.

3 «Новая азбука» была отправлена в цензурный комитет 2 мая. Судя по тому, что на ней имеется пометка: «Дозволено цензурой 5 мая 1875 г.», она пробыла в цензуре 2—3 дня.

4 В Москве Толстой был между 22 и 25 мая, т. е. уже после выхода «Новой азбуки».

* 172. В редакции газет и журналов.

1875 г. Апрель. Я. П.

Черновое 1.

Я просил бы вас, м. г., обратить ваше внимание на материальную сторону этого издания, стоившего мне1 большого труда. Оставляя в стороне достоинства материала для чтения, несомненно то, что эта Азбука, считая по типографским буквам, стоит в 3, 4, 5 и 6 и более раз дешевле всех существ[ующих] и употребл[яемых] у нас руководств. Цена его доведена до такого minimum’а, что только при печатан[ии] и продаже десятков ты[сяч] она <может>


Черновое 2.

Прилагая при сем новую составленную мною для народных школ Азбуку, я обращаюсь к вам с покорной просьбой содействовать тому, чтобы об этой книжечке было высказано в вашем уважаемом издании то серьезное суждение о ней, которого она заслуживает, не по положенному мною на нее труду, но по значению, к[оторое] она может иметь для дела народного образования, если она хорошая. Полная и не вполне заслуженная неудача моей первой книги для народных школ, имевшей много недостатков, к сожалению не указанных ни одним из органов печати, отнесшихся к ней или враждебно пристрастно, или поверхностно, убедила меня в том, что книги для2 школ не могут быть оценены без посредства печати. Убежденный в том, что, сознавая свое влияние, Вы всегда стремитесь употреблять его для пользы просвещения, я надеюсь, что Вы178 179 не откажете в моей просьбе. Я не прошу благоприятного отзыва, это зависит от взгляда и достоинства книги, но я прошу серьезное обсуждение, компетен[тное] и беспристр[астное], этой на вид ничтожной, но могущей принести пользу — книжечки, и за исполнение моей просьбы сочту себя мно[го] обязанн[ым]. Прошу пр[инять], м[илостивый] г[осударь]...


Черновое 3.

Милостивый государь

Убежденный в том, что книги для народ[ных] школ не могут быть оценены без посредства влиятельных органов печати, я посылаю вам составленную мною новую книгу для народных школ и покорно прошу в уважаемом вашем издании высказать о ней ваше суждение.

Я не прошу благоприятного отзыва, кот[орый] — я убежден — может зависеть только от достоинства книги, но прошу того серьезного суждения, которого книга эта, независимо от труда, положенного мною на нее, заслуживает по своей задаче, если она хотя отчасти удовлетворяет ей.

Кроме внутреннего содержания, я просил бы вас обратить ваше внимание и на матерьяльную сторону издания. Цена Азбуки доведена до возможнейшего minimum’a, а между тем она дает (считая по-типограф[ски] по числу букв) за ту же цену в 3, 4, 5 и 6 раз больше матерьяла для чтения, чем самые употреб[ительные] и дешевые, такие же издания.

Хотя я и уверен, что если книга моя имеет значение для народн[ого] образ[ования], вы бы и без моей просьбы обратили на нее внимание, я буду считать за, какой бы он ни был, серьезный отзыв в вашем издании о моей книге себя одинаково вам обязанным.

Прося принять увер[ение] в совер[шенном] моем ува[жении], им[ею] ч[есть] б[ыть] в[аш] п[окорный] с[луга].

Датируется на основании письма № 167, в котором Толстой просит Нагорнова прислать адреса редакторов газет и журналов, для которых «приготовлены письма с приложением «Азбуки» («Новой азбуки»).

Перечень этих газет и журналов Толстым набросан на том же листе, где написан первый черновик. Вот он:179

180 «1. Моск[овские] вед[омости].

2. Голос.

3. Петерб[ургские] вед[омости].

4. Гражданин.

5. Бирж[евые] вед[омости].

6. Русские вед[омости].

7. Совр[еменные] известия.

8. Иллюстрация.

9. Русский мир.

10. Семья и школа.

11. Отеч[ественные] запи[ски].

12. Вестн[ик] Европы».3

Были ли разосланы письма в редакции, неизвестно.

1 Зачеркнуто: огромного

2 Зач.: народа и

3 Зач.: 13. «Дело».

* 173. Перро (Perrot).

1875 г. Мая 1...3? Я. П.

Черновик телеграммы.

Attends réponse concernant Rey. Faut décider1 immédiatement. Partons 7 Juin. Lettre suit.2

Жду ответа относительно Рея. Необходимо решить1 немедленно. Уезжаем 7 июня. Письмо следует.2

Написано на письме Перро от 23 февраля 1875 г. Датируется на основании письма от 5 мая 1875 г. к А. М. и Т. А. Кузминским, в котором Толстой сообщает об «окончании дела с швейцарцем mr Rey» и о том, что он «нынче посылает деньги на дорогу». Следовательно, 5 мая уже был получен ответ на настоящую телеграмму.

Перро (May Perrot) — швейцарец-педагог, к которому Толстой неоднократно писал (см. Список писем, не имеющихся в распоряжении редакции), по совету А. А. Толстой, прося рекомендовать гувернера и гувернантку. См. письма №№ 110 и 123.

1 Зачеркнуто: avant 10 Juin [до 10 июня].

2 Письмо неизвестно.

180 181

* 174. A. M. и Т. A. Кузминским.

1875 г. Мая 5. Я. П.

Вот так молодцы!

Так из вашего совокупного письма и брызжет кахетинским соком. —

Во-первых, описание Тани.1 Безо всяких шуток, отлично. Я просил, да и всегда желаешь знать именно всю правду про людей, которых любишь, и Таня так и отпечатала, что я всё понял. Это очень кажется просто, а очень мало людей умеют это сделать. — Описание Пати тоже очень точно; но по этому описанию она мне не нравится, и я бы желал, чтобы тут была ошибка.

Карточка твоя очень хороша. Лучше всех твоих портретов. Очень, очень хороша. Видишь, ты всякий раз пишешь про мой роман, как его хвалят. Так как ты не написала романа, я хвалю твое лицо и желаю, чтобы так же искренно нравилось мое писанье, как мне нравится твоя карточка.

Еще я очень рад, что ты беременна. Это по-божески. А то мне что-то было неприятно. —

А почему ты, Саша, мне пускаешь пику, что у тебя язык обвинительных актов. Кто это тебе сказал? Впрочем ты в этом письме опровергаешь блестяще это предположение. На днях приезжал к нам Шепелев2 и нам с Соней так было приятно видеть, что он тебя очень ценит и любит, вероятно. — Об том, как ты говоришь на суде, он расхваливает. О твоем деле с Шидловским3 он с горячностью доказывает, что ты был прав. О том, что ты служишь на Кавказе, он говорит, что тебе, наверно, дадут место прокурора в России. —

У нас начинается весенняя суета — приготовлений платий вообще и к отъезду и приезду разных гостей, которых носит к нам какой-то нечистый дух. —

Важное же семейное событие наше — это окончание дела с швейцарцем mr Rey4 за 5000 франк[ов]в по курсу. Он должен быть гувернером, т. е. надзирать, учить по-латыни, по-гречески, математике, немецкому и франц[узскому], и всё это он может. Имеет самые лучшие атестаты и рекомендации. Ему 23 года. Если он удастся, то воспитание мальчиков до университета будет вопрос решенный. Его же сестра после августа приедет к Тане. Она хорошо знает по-фр[анцузски] и по-итальянски. Он же приедет скоро, я нынче посылаю деньги на дорогу. Мои181 182 же личные дела — роман, кот[орого] 4-ю часть я послал и который я больше до осени писать и печатать не буду.5 И другое дело — новая Азбука, которая с помощью Нагорнова, очень акуратно для меня державшего корректуры, на днях выйдет. Это меня очень занимает. Пришлю сейчас же, Таня, тебе и прошу твоей подробной критики. Все-таки по ней будешь учить Машу и Верочку. Читает ли Маша? Признаюсь, дело это — Азбука, хотя и задушевное для меня, занимает меня и по тому доходу, кот[орый] она может приносить. И несмотря на то, что 1-я Азбука6 принесла мне только убытку 2000, я немного надеюсь на эту. — Пожалуйста, поклонитесь от меня очень, очень обоим Оголиным. Ее я мало знаю (она молода была), но с представлением об обоих их соединяется что-то очень чистое и благородное.

Прощайте, пишите почаще, да так же, как то письмо.

Л. Толстой.

Отрывок впервые опубликован, с датой: «1876 г.», в книге В. А. Жданова «Любовь в жизни Льва Толстого», кн. 1, М. 1928, стр. 206. Датируется на основании письма С. А. Толстой к А. М. и Т. А. Кузминским от 5 мая 1875 г., написанного, так же как и письмо Толстого, в ответ на их письма от 19 апреля, и слов ее письма: «Когда Левочка напишет, я всегда думаю, что же еще мне писать. Но все-таки пишу...»

1 В письме от 19 апреля Т. А. Кузминская дает, по просьбе Толстого (см. письмо № 159), подробное описание своих светских знакомств в Тифлисе.

2 Николай Александрович Шепелев. В 1870-х гг. служил прокурором в Туле.

3 Вячеслав Иванович Шидловский — дядя Т. А. Кузминской и отчим А. М. Кузминского.

4 Жюль Рей (Jules Rey, род. в 1848 г.), жил в Ясной Поляне с июня 1875 г. по 17 января 1878 г. О нем и о сестре его см. т. 83, стр. 223.

5 «Четвертой частью» «Анны Карениной» Толстой называет здесь главы XXVIII—XXXI второй части и I—X третьей части романа, которые были напечатаны в № 4 «Русского вестника».

6 Изданная в 1872 г.

175. H. М. Нагорнову.

1875 г. Мая 5. Я. П.

Не пеняйте, пожалуйста, на меня, любезный Николай Михайлович, если я был неправ в своем письме и огорчил вас. —

Вы не поверите, как я ценю вашу мне помощь и вместе с тем,182 183 как это, кажущееся всем столь пустым делом, мне близко к сердцу, и потому поймете, что я всякую минуту боюсь, что оно не удастся и что ваши одолжения мне прекратятся.

Как бы то ни было, вы успокоили меня,1 и жду с нетерпением присылки; хотя и не понимаю, в каком положении следующие за 3-мя листы. —

Пишу эти несколько слов только, чтобы ответить на ваше письмо.

Дружески жму вам руку и целую Варю и детей. Где вы? В Москве или уже на даче?

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 199. Датируется на основании письма Н. М. Нагорнова от 2 мая, на которое отвечает Толстой.

1 В подлиннике: мне

* 176. А. А. Фету.

1875 г. Мая 5. Я. П.

Ликую, ожидаю вашего приезда с Петром Афанасьевичем и пишу эти несколько строк только с тем, чтобы сказать, что мы слава богу в порядке — и вас желаем и радуемся видеть, как всегда. Насчет кобыл ваше последнее письмо1 меня совсем убедило; и я очень, очень жалею, что не получил его раньше и не сделал по-вашему. И Карцовского жеребца надо взять непременно. Всё переговорим. Наш поклон Марье Петровне.

Ваш Л. Толстой.

Датируется на основании письма Фета от 30 апреля, на которое Толстой отвечает.

1 От 2...6 апреля.

177. H. Н. Страхову.

1875 г. Мая 5. Я. П.

Не сердитесь, дорогой Николай Николаевич, что это письмо будет коротко. Написал 8 писем1 и письмо к вам — задушевное — откладывал под конец. А теперь уже и время нет. Всё183 184 лучше коротенькое, чем ничего. Я знаю, как весело за границей получать письма из России.

В особенности мне хочется ответить вам на то, что вы пишете о себе. Немножко мне открылось ваше душевное состояние, но тем более мне хочется в него проникнуть дальше. И желание мое законно: оно не зиждется на умственном интересе, а на сердечном влечении к вам. Бывают души, у которых одни двери — прямо в жилые комнаты. Бывают большие двери, маленькие, настежь и запертые, но бывают с сенями и с подвальными и парадными лестницами и коридорами.2 У вас сложные коридоры, но апартаменты хорошие — и, главное, я их люблю. — И всегда я желал проникнуть в них. Вы всегда говорите, думаете, пишете об общем — объективны. И все мы это делаем, но ведь это только обман, законный обман, обман приличия, но обман, вроде одежды. Объективность есть приличие, необходимое для масс, как и одежда. Венера Милос[ская] может ходить голая, и Пушкин прямо может говорить о своем личном впечатлении. Но если Венера пойдет голая и старуха-кухарка тоже, будет гадко. Поэтому решили, что лучше и Венере одеться. Она не потеряет, а кухарка будет менее безобразна. Этот компромисс мне кажется и в умственных произведениях. И крайности, уродства, surcharge3 одежды часто вредит, а мы привыкли. И вы слишком одеваетесь объективностью и этим портите себя, для меня по крайней мере. Какие критики, суждения, классификации могут сравниться с горячим, страстным исканием смысла своей жизни? Как странно, что вы ищете монахов, хотите ехать в Оптину пустынь. То самое, что я хотел и хочу.4

Как бы нам увидаться? Я еду в Самару с семейством в конце мая, вернусь в августе. Ах, если бы вы приехали ко мне!5

Во всяком случае пишите мне, пожалуйста. В Самаре адрес: в Самару (до востребования). Я послал в 4-й № и до осени не дотронусь.6

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 686—687. Датируется на основании пометки Страхова на автографе: «7 мая 1875. Ясн.». Ответ на письмо Страхова от 22 апреля (ПС, стр. 61—64).

1 В числе их — Кузминским, H. М. Нагорнову, А. А. Фету и, может быть, Перро. Остальные письма неизвестны.184

185 2 Ср. в гл. XXVI третьей части «Анны Карениной»: «Каждый раз, как Левин пытался проникнуть дальше открытых для всех дверей приемных комнат ума Свияжского, он замечал, что Свияжский слегка смущался» (т. 18, стр. 346).

3 [излишек]

4 Оптина пустынь — мужской монастырь в Козельском уезде Калужской губ. Свое намерение побывать в Оптиной пустыни Толстой и Страхов исполнили в 1877 г. См. письмо № 339.

5 Толстые выехали в Самару (через Москву, где они задержались) 4 июня, а вернулись 22 августа. Страхов гостил у Толстых (в Ясной Поляне) в конце сентября — начале октября.

6 Ср. письмо № 174.

178. М. Н. Каткову.

1875 г. Мая 17. Я. П.

Мая 17. Ясн[ая].

Многоуважаемый М[ихаил] Н[икифорович]!

Нынче или завтра должна выйти моя новая Азбука (14 к[опеек]), и вы получите ее в редакции с письмом, но я написал своему комиссионеру,1 чтобы он прислал именно вам экземпляр, который, надеюсь, будет оценен главными судьями, вашей супругой и той мелюзгой, которая приходила при мне прощаться.2

Азбуку эту я посылаю (т. е. скорее издатель) в Ученый комитет, и я боюсь, что суждение о ней и одобрение затянется, а мне желательно бы распространить ее в своих и чужих школах с начала учебного года. Об этом-то, так как мне сказали, что вы находитесь в самых близких сношениях с предс[едателем] Учен[ого] комит[ета],3 я и прошу вас. Очень много буду вам благодарен, если вы напишете словечко о том, чтобы это дело сделали поскорее. Об одобрении я не говорю — гречневая каша сама себя хвалит, так и моя Азбука. Такой Азбуки не было и нет не только в России, но и нигде! И каждая страничка ее стоила мне и больше труда и имеет больше значения, чем все те писания, за которые меня так незаслуженно хвалят. Вы бы очень одолжили, написав мне словечко ответа.4

Истинно преданный вам

Л. Толстой.

Впервые опубликовано по рукописной копии, хранящейся в ЛБ (архив Каткова, тетрадь № 21), в «Литературном наследстве», т. 37-38, М. 1939, стр. 206. Год определяется содержанием.185

186 1 См. письмо № 179.

2 Толстой был в Москве в начале мая (письмо С. А. Толстой к Т. А. Кузминской от 5 мая 1875 г.).

3 А. И. Георгиевским. См. письмо № 183.

4 В ответном письме Катков сообщал: «Здесь был один из членов этого комитета, и я ему лично передал все, что нужно сделать для того, чтобы достигнуть наилучшего результата, а сегодня пишу к Георгиевскому об этом же деле, которое Вы можете считать улаженным. Ждем от Вас порции для июньской книжки. Заключается ли этим первая половина романа? Боюсь, чтобы подписчики не осадили меня формально».

179. Н. М. Нагорнову.

1875 г. Мая 17. Я. П.

Любезный Николай Михайлович!

Пожалуйста, пошлите поскорее один экз[емпляр] Каткову в пакете, и один в Ученый комитет Минист[ерства] н[ародного] п[росвещения] на имя председателя его Георгиевского. Забыл имя отчество, но есть написано у вас на обороте Соковнинского счета. С прилагаемым письмом. «Прилагая при сем вновь составленную книгу под заглавием Новая азбука, стоящую 14 к. и заключающую в себе три систематически разделенные по трудностям книги для чтения, русскую, славянскую, азбуку, молитвы и руководство для учителя, граф Л. Н. Толстой покорно просит Ученый комитет М[инистерства] н[ародного] п[росвещения] рассмотреть эту книгу и одобрить или рекомендовать ее для употребления в школах, если он найдет ее того заслуживающею».

Я пишу Каткову, прося его от себя написать Георгиевскому, с к[оторым] они в самых близких отношениях.

Хорошо бы было такую же бумагу послать в военное ведомство, в главный штаб.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 200. Год определяется содержанием; месяц и число — датой написанного одновременно письма к Каткову и ответным письмом Н. М. Нагорнова от 21 мая.

180. П. Д. Голохвастову.

1875 г. Мая 15...20. Я. П.

Очень радуюсь, что вы устроились по своему вкусу, Павел Дмитриевич, хотя для меня это и странно. Деревня без земли186 187 и потому [без] интересов деревни. Вы предлагаете угадать, сколько вы заплатили? 5 тысяч.

Я очень понимаю, как вас замучили долгие и короткие;1 я это знаю. У меня то же было недавно с грамматикой и русскими глаголами; но я не понимаю, отчего вы не печатаете. Вы записываете, как живописцы. Мой совет печатать поскорее и приниматься за другую работу.

Я всю зиму нынче был так занят, как никогда. И еще дела зимние не кончились, подступила весна с своими практическими требованиями, и я чувствую себя измученным и жду — не дождусь тихого приюта в самарских степях. Жена тоже измучена частью болезнью — теперь ей получше, частью детьми (у нас опять нет ни гувернера, ни гувернантки, — на днях приедет), и весенними хлопотами и сборами к путешествию.

Как грустно, что Ольга Андреевна не пишет и не то, что не кончает, а не двигает вперед свое прекрасное начало романа. Ее извинить может только нездоровье, но я надеюсь, что теперь это прошло. Передайте наш душевный поклон.

Я на днях еду за покупками и делами в Москву. Не столкнемся ли? Если же нет, то не напишете ли мне как-нибудь в Самару (просто в Самару). Так приятно получать письма от людей, которых любишь.

Ваш Л. Толстой.

О первой публикации см. стр. 3. Дата определяется на основании письма П. Д. Голохвастова от 21 апреля, на которое Толстой отвечает, и слов: «Я на днях еду.... в Москву» — в Москве Толстой был около 22— 24 мая.

1 «Долгие и короткие» — слоги. Толстой имеет в виду работу П. Д. Голохвастова над теорией русского стихосложения.

* 181. А. А. Фету.

1875 г. Мая 15...20. Я. П.

Очень, очень вам благодарен за жеребца. Посылаю за ним. Итак, свиданье до августа.1 Только бы, дал бог, здоровье жены поправилось, непременно приедем к вам. Жму руку Петру Афанасьевичу и прошу хоть не атестат на Имперья[ла], если он не у него родился, то указаний о его породе.

Наш поклон Марье Петровне.

Ваш Л. Толстой.187

188 Датируется сопоставлением с письмом № 176. Написано после посещения Ясной Поляны А. А. Фетом и П. А. Шеншиным около 11 мая.

1 То есть до возвращения из Самарской губернии.

182. И. И. Орлову.

1875 г. Мая 15...20. Я. П.

Иван Иванович!

Прошу Вас с верным человеком немедленно прислать ко мне приведенного жеребца.

Гр. Л. Толстой.

Датируется сопоставлением с письмом № 181.

* 183. А. И. Георгиевскому.

1875 г. Мая 23...25. Я. П.

Черновое.

М. г. Александр Иванович!

Прилагая при сем вновь составленную Азбуку,1 имею честь покорнейше просить вас

Написано на четвертой странице письма Н. М. Нагорнова от 21 мая 1875 г., в котором тот, отвечая на письмо Толстого (№ 179), рекомендовал ему самому написать А. И. Георгиевскому. Это обстоятельство и служит основанием датировки настоящего наброска.

Александр Иванович Георгиевский (1830—1911) — педагог, с 1866 по 1881 г. редактор «Журнала министерства народного просвещения», в 1873—1901 гг. председатель Ученого комитета Министерства народного просвещения. А. И. Георгиевский был деятельным сотрудником Д. А. Толстого по насаждению классической системы среднего образования и автором реакционных уставов о гимназиях (1871), реальных училищах (1872) и университетах (1884).

1 Зачеркнуто: в к[оторой] я старался совместить все

* 184. В Ученый комитет Министерства народного просвещения.

1875 г. Мая 23...25. Я. П.

Черновое.

В Ученый комитет М. Н. П.

Графа Л. Н. Толстого.

Прилагая при сем вновь составленную мною Азбуку, покорнейше прошу о ее рассмотрении и о соответствующем достоинству книги распоряжении. 188

189 Написано на четвертой странице письма Н. М. Нагорнова к Толстому от 21 мая 1875 г., что принято во внимание при датировке.

При Ученом комитете Министерства народного просвещения существовал с 1869 г. Особый отдел Ученого комитета, имевший задачей рассмотрение учебников и книг для народного чтения. В 1875 г. членами этого отдела были писатели: В. Г. Авсеенко, П. П. Максимович, Н. С. Лесков, поэт А. Н. Майков и Т. А. Маевский.

30 июня А. Н. Майков сделал в комитете доклад о «Новой азбуке», на основании которого было постановлено одобрить и рекомендовать ее для всех учебных заведений, где обучение начинается с азбуки. См. «Журнал Особого отдела Ученого комитета Министерства народного просвещения», 1875, № 224 от 30 июня.

* 185. С. Н. Толстому.

1875 г. Мая 25...27. Я. П.

Мы были с Соней на днях в Москве, переделали дела и собираемся понемногу в Самару. Дети здоровы; но Соня не совсем. Я пользуюсь случаем написать тебе 2 слова, потому что от Машеньки получено письмо к Егор[у] Ивановичу, к[оторое] я и посылаю. За тобой осталось 12 или 13 р., пришли их, пожалуйста. Финансовые дела, как и у всех — расходу болеет, а приходу менеет. Именье уж не покупаю. Денег нехватает. Всё ли у вас благополучно? Что Гришины экзамены?

Л. Т.

Год определяется содержанием, месяц и число — упоминанием о поездке в Москву (Л. Н. и С. А. Толстые были в Москве в 1875 г. не раньше 22 мая).

* 186. С. Н. Толстому.

1875 г. Мая 27...28. Я. П.

Здоровье Сони не так дурно, как я думал, но и не хорошо. Главное, что она беременна, и потому судить трудно. Известие о Грише ужасно, ужасно грустно. Надеюсь, что поправимо. Ты не докончил своего первого письма или не вложил листочка — там обрывается речь о Грише на слове т. е. Но я заключил, что ты думаешь, что я могу что-нибудь сделать. Напиши, чтó ты думаешь, что я могу сделать, и я сделаю. Деньги, так как я теперь уже окончательно отказываюсь от покупки имения, я посылаю тебе не 1000, а 7500. Из коих 1000 деньгами,189 190 а 6500 чек. По моему счету, за вычетом за 7500 процентов, за 51/2 месяцев, уплаченных вперед по 8%, мне следует вычесть из капитала 248 р. 75, да 12 р., итого 260 р. 75. Итого остается за мной 10,240 р. — на которые прикажи на бланке написать сохранную расписку. Посылаю Алексея,1 которому я всё растолковал. Извини, если тебе некстати возвращение денег. Если тебя стесняют, пришли назад, но мне так было бы удобнее.

Мы уезжаем 4-го. Что у тебя были за неприятности? Какого рода? —

Датируется на основании слов: «Мы уезжаем 4-го» — 4 июня 1875 г. Толстой выехал из Ясной Поляны в Москву, а оттуда 8 июня в Самарскую губ.

1 Алексея Степановича Орехова.

* 187. С. Н. Толстому.

1875 г. Мая 30. Я. П.

Сего 1875 года мая 30-го дня получил от графа Льва Николаевича Толстого семь тысяч семьсот шестьдесят рублей серебром.

Граф С. Н. Толстой.

Посылаю тебе новую расписку и твою расписку назад. Больше у меня твоих расписок нет. И если были, то уничтожены, да и ничего не могут значить. Пришли мою старую расписку, а я перед отъездом в Самару напишу тебе или вексель, или другую расписку у нотариуса. Напиши, как хочешь. Чтобы не писать 40 р., я присылаю на них чек.

Хорошо, что ты нынче не приехал, как говорил Алексей. У нас madame Менгден с дочерью,1 и скука страшная. А как бы хорошо было, если бы ты приехал до отъезда нашего в Самару. Право не грех бы тебе было. И к удовольствию твоему и моему могу сказать, что Костиньки2 у нас нет.

Датируется сопоставлением с письмом № 185. Написано на том же листе, что и расписка С. Н. Толстого.

1 Софьей Владимировной Бельгардт или Ольгой Владимировной Фредерикс. См. о них т. 83, стр. 26.

2 Константина Александровича Иславина.

190 191

188. H. A. Некрасову.

1875 г. Май. Я. П.

Милостивый государь

Николай Алексеевич!

Очень жалею, что не могу прислать еще мою статью. Я уведомлю Вас, когда она будет готова, если Вы всё желаете поместить ее. В Москве я как раз буду в 1-х числах июня и очень рад бы был повидаться с Вами. Первые числа значит между 2-м и 5-м. Надеюсь до свидания.

Ваш Л. Толстой.

Печатается по тексту, опубликованному в «Литературном наследстве», т. 51-52, М. 1949, стр. 531.

Датируется сопоставлением с письмом № 168.

189. H. Н. Страхову.

1875 г. Июня 5. Москва.

5 июня.

Дорогой Николай Николаевич!

Пишу перед отъездом в Самару о деле только. К Георгиевскому через Каткова и от меня послана в Учен[ый] комит[ет] моя Нов[ая] азбука. Если можете, помогите, чтобы поскорее ее рассмотрели, и, будьте так добры, уведомьте о том сейчас же в Москву, чтобы можно было написать,1 одобрено или рекомендовано, Николая Михайловича Нагорнова на станцию Мытищи Ярославской железной дороги. Он ведет дело печатания, и у него склад моей Азбуки. Он женат на моей племяннице. Ему же, пожалуйста, попросите Русскую книжную торговлю2 выслать деньги, если есть вырученные за мои книги.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 688. Год определяется содержанием.

1 То есть напечатать на титульном листе книги.

2 Книжный магазин в Петербурге, который принял от П. A. Берса все книги Толстого. См. письма №№ 151, 160 и письмо Страхова к Толстому от 21 марта 1875 г. (ПС, стр. 59).

191 192

* 190. С. Н. Толстому.

1875 г. Июня 5...7. Москва.

Уезжая в Самару, оставляю это письмо Н. М. Нагорнову, который взял на себя мои дела, на случай, весьма вероятный, что ему понадобятся деньги до тысячи рублей. И прошу очень тебя тотчас же выдать ему, сколько он напишет. По возвращении я с тобой сочтусь и очень, очень тебе буду благодарен.

Гр. Л. Толстой.

Датируется содержанием (см. прим. к письму № 186).

191. H. М. Нагорнову.

1875 г. Июля 4. Хутор в Самарской губ.

4 июля.

Вероятно, получу от вас известие, любезный Николай Михайлович, при этой первой нашей посылке в Самару, а теперь не дожидаясь вашего известия, как мне ни совестно, решаюсь просить вас о великом одолжении: купить мне и прислать, если можно, поскорее ружье в 25 р. двухствольное, заряжающееся с казенной части, и часы серебряные в 20 р. Это, как вы понимаете, нужно нам для скачки, которая будет великолепна по количеству скакунов (на 25 верст) и которую мы назначили к 6-му августа.1

Ружье на Тул[ьском] заводе, я думаю, что можно иметь такое, т. е. заряжающееся с казенной части и двухствольное, за эту цену. Если же нельзя и нельзя иметь скоро, то прибавьте рублей до 30. Если и то нельзя, то просто двухствольное, если можно в ящике. — Часы у Четунова можно, кажется, иметь закрытые за 20 р. Вещи, если вы всё так же добры, как и прежде, купите поскорее (крайний срок 6-е августа, следовательно, высылки срок — 25 июля, чем раньше, разумеется, тем лучше), не в Самару, а в село Землянки Бузулукского уезда, в волостное правление для доставления графу Л. Н. Толстому.

Я со страхом даю вам это поручение, такое фривольное и ничтожное; но так как мы обещали призы эти и собрали народ и опоздали немного, то, если вы нам не поможете тем, чтобы это сделать и сделать скоро, то мы будем в ужасно неприятном192 193 положении. Надеюсь, что вы не откажете. А мне уж заодно только прибавить ещё новую долю благодарности. —

Денег, если у вас нет, то возьмите сейчас же у Соловьева. Я готов прислать деньги, только думаю, что это не нужно и, главное, задержит. —

Мы живем здесь, слава богу, хорошо,2 только жена всё также понемногу хворает. Урожай нынешний год до сих пор обещает быть хорошим и у меня, но посеву у меня очень мало.

С тех пор как мы выехали из Москвы, вот скоро месяц, мы не получали ни одного известия и ничего не знаем, что делается в образованных краях и, главное, со всеми близкими. Когда будете писать и Варю заставите писать, то не жалейте чернил и побольше обо всем пишите.

Целую Варю и детей и вам дружески жму руку. —

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 200—201. Год определяется содержанием.

1 Зная любовь башкиров к конским состязаниям, Толстой решил устроить скачки. Весть об этом быстро облетела окрестные деревни, и несколько тысяч башкиров, киргизов, уральских казаков и русских крестьян съехались в назначенный день. Описание скачек см. в воспоминаниях С. Л. Толстого, «Очерки былого», М. 1949, стр. 35—36, и С. А. Берса, «Воспоминания о графе Л. Н. Толстом», Смоленск, 1894, стр. 61—62, где эти скачки ошибочно отнесены к 1878 г.

2 20 июня С. А. Толстая писала Т. А. Кузминской: «Левочка отпивается кумысом, пропасть ходит. Он здоров, загорел до черноты; конечно ничего не пишет и проводит дни или в поле, или в кибитке башкирца Мухамед Шаха... Сегодня Левочка, m-eur Rey и дети ездили на ярмарку в Покровку. Левочка купил лошадь для скачек, очень резвую. Скачки будут 6 августа».

192. Н. М. Нагорнову.

1875 г. Июля 22. Хутор в Самарской губ.

Любезный Николай Михайлович!

Очень благодарю вас за письма1 (я получил 3) и за хорошие известия.

Мы все живем так же, как я писал в последнем письме, т. е. хорошо, если бы не здоровье жены, которое всё угрожает.193

194 Очень, очень рад, что вам пригодились 600 р., взятые у С[ергея] Н[иколаевича]. Надеюсь, что скоро, может быть уже теперь, вы собираете дань с книгопродавцев. Вот что нужно бы сделать (если вы уже не сделали этого и согласны) — нужно: повторить объявления с прибавлением — рекомендовано2 и с вашим адресом, куда обращаться книгопродавцам и покупающим не менее 100 экз. —

На обертках, или пустых местах Азбуки напечатать объявление о продаже книг для чтения (они верно вышли уже)3 и объявление о продаже старой Азбуки в 12 книгах и отдельно, и это нужнее всего, Арифметики в двух частях. Я говорю про те 2 книги Арифметики, которые находятся в числе 12-ти. Ожидаю с волнением вещи, о которых я просил вас.

Целую за себя и Соню Варю и детей. Теперь до скорого свидания в Ясной. — Дружески жму вам руку.

Ваш Л. Толстой.

22 июля.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 201—202. Год определяется содержанием.

1 Письма неизвестны.

2 Объявления о выходе в свет «Новой азбуки» были напечатаны в «Московских ведомостях», 1875, №№ 132, 134 и 137 от 27 и 29 мая и от 1 июня, и в петербургской газете «Голос» в №№ 170, 177 и 184 от 21 и 28 июня и от 5 июля.

3 «Книги для чтения» вышли лишь в ноябре 1875 г.

193. H. Н. Страхову.

1875 г. Июля 24...25. Хутор в Самарской губ.

Получил ваши прекрасные четыре письма,1 дорогой Николай Николаевич; письма, писанные так давно и некоторые такие важные для меня — я говорю о тех, где вы пишете про себя. Я их перечитал по нескольку раз и жду с бóльшим, чем когда-нибудь, нетерпением времени увидаться с вами. Теперь же ничего не отвечаю. Я на траве вот уже 6 недель,2 и вы не можете себе представить, до какой степени одурения — приятного — я дошел. Я только с трудом могу понимать и вспоминать ту жизнь, которой я живу обыкновенно, но жить ей не могу. Как когда хорошо обложило и мочит дождь, только потому и194 195 веришь, что есть небо, что видал его, и кое-где как будто обманчиво просвечивает; так и я верю, что есть моя духовная жизнь.

Пью кумыс с башкирами, покупаю лошадь, делаю скачки, выбираю землю пахать, нанимаю жать, продаю пшеницу и сплю. Около 15 августа мы будем, бог даст, в Ясной, и я тогда, очнувшись, тотчас же напишу вам и буду надеяться, что мы увидимся. — Одно у меня нехорошо, но одно это самое важное — жена не то, что больна, но хуже: угрожает быть больной — слабеет, скучнеет... Это кажется так мало, а это ужасное несчастье, и я об одном молю бога, чтобы миновало меня это несчастие. Вы, пожалуйста, после неприятного впечатления, кот[орое] произведет на вас это письмо, подумайте, что я на траве и сплю, и не выводите никаких обо мне заключений, а помните, какой я был и буду, бог даст, а главное, что я вас очень люблю.

Ваш Л. Толстой.

Одно не могу не приписать вам. Я живо вспомнил вас, надписывая вам адрес, как вы на вешалке в библиотеке найдете это письмо. Именно: то, что вы удивляетесь как будто, что я ищу монахов (я нашел одного в Бузулуке), что я будто живу полной жизнью и что моя жизнь что-то ясное, полное, а ваша — напротив. Не думайте этого. Вы многое, мне кажется, относите к своей личности из того, что есть свойство всех людей и, простите за гордость, лучших людей. —

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 689.

Датируется на основании пометки Страхова на автографе: «25 июля 1875. Самара».

1 Письма неизвестны.

2 Толстой приехал на хутор 12 июня.

194. Н. М. Нагорнову.

1875 г. Августа 25. Я. П.

Любезный Николай Михайлович!

Мы 3-го дня приехали и дорогой мечтали о том, что найдем вас с Варей и детьми у нас; но к несчастию не имеем даже от вас никаких известий. Надеюсь, что у вас всё здорово и благополучно. Очень вам благодарен за присылку ружья и часов. Они поспели к нам не только в день, но в самый час скачки.195

196 Не пишу вам подробностей о нас, исключая, что мы все такие же, как и прежде, потому что все-таки надеюсь увидать вас всех у нас. —

Приезжайте, если не боитесь дурной погоды. Ее нечего бояться: она так долго дурна, что вероятно осень — бабье лето будет прекрасное.

Что наши азбучные дела? Боюсь по вашему молчанию, что скверны; а это тем более грустно, что и Самарские дела нехороши, а в Никольском вовсе плохо.

Соня верно будет писать. Целую Варю и детей.

Ваш Л. Толстой.

25 августа.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 202—203. Год определяется содержанием.

195. H. Н. Страхову.

1875 г. Августа 25. Я. П.

Дорогой Николай Николаевич!

Сейчас (2-й день нашего возвращения из Самары) прочел Последнего идеалиста1 и очень вам благодарен за него. Вместе с вашими последними письмами и этим я имею от вас всё то, что вы хотите и можете сказать о себе: и я признаюсь, я много, много узнал нового.

Я узнал, главное, то из вашей повести, о чем я и догадывался всегда, что ваше сочувствие ко мне и мое к вам основано на необыкновенной родственности нашей духовной жизни. Я надеюсь, что эта отрезанность пуповины, это равнодушие к одной стороне жизни есть только признак другой пуповины, пропускающей более сильные соки, и надеюсь, что ни вы, ни я не хотели бы променяться с теми, которым мы лет 25, 20 тому назад так завидовали. —

И как вы правы, что Гамлет Щ[игровского] у[езда]2 и лишние люди не произошли от того, что Ник[олай] Павлов[ич] любил маршировку, как нам это внушают Анненковы, и что это не есть плачевная слабость одного периода русской жизни или даже вообще русского человека, а это есть громадная, новая, не понятная Европе, понятная индейцу сила. Признаюсь вам, я всегда чувствовал то, что чувствовал ваш герой и Гамлет,196 197 но никогда не жаловался на это, а гордился и радовался и теперь, чем ближе к смерти, тем больше радуюсь.

Мы приехали 3-го дня благополучно. Я не брал в руки пера два месяца и очень доволен своим летом. Берусь теперь за скучную, пошлую А[нну] Карен[ину] и молю бога только о том, чтобы он мне дал силы спихнуть ее как можно скорее с рук,3 чтобы опростать место — досуг очень мне нужный — не для педагогических, а для других, более забирающих меня занятий.4 Педагогические занятия я люблю так же, но хочу сделать усилие над собой, чтобы не заниматься ими.

Что вы делаете? Успокоились ли вы от грустных впечатлений кончины вашего брата? Главное, работаете ли вы? И что? Мое знакомство с философом Соловьевым5 очень много дало мне нового, очень расшевелило во мне философские дрожжи и много утвердило и уяснило мне мои самые нужные для остатка жизни и смерти мысли, которые для меня так утешительны, что если бы я имел время и умел, я бы постарался передать и другим.

Есть ли надежда увидаться с вами нынешний год? Не поедете ли куда-нибудь через Москву? В Москву я бы приехал к вам, или вы приехали ко мне. К себе же звать вас из Петербурга я, разумеется, не смею.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано по машинописной копии в «Литературном наследстве», т. 37-38, М. 1939, стр. 155—156. По автографу публикуется впервые. Дата определяется содержанием.

1 «Последний из идеалистов. (Отрывок из ненаписанной повести)» H. Н. Страхова был напечатан в «Отечественных записках», 1866, № 7, отд. 1, стр. 105—124. Позднее вошел в книгу H. Н. Страхова «Воспоминания и отрывки», Спб. 1892, стр. 257—295.

2 «Гамлет Щигровского уезда» — повесть Тургенева, напечатанная впервые в «Современнике», 1849, № 2.

3 26 августа С. А. Толстая писала Т. А. Кузминской: «Левочка налаживается писать и ходит на охоту». Однако всю осень работа над романом не спорилась, и лишь 12 декабря С. А. Толстая писала Т. А. Кузминской, что «Левочка начинает заниматься романом». См. письма №№ 200, 208, 210, 211.

4 Речь идет, очевидно, о религиозно-философских работах. В ноябре 1875 г. Толстой начал статью о значении религии. См. т. 17.

5 Владимиром Сергеевичем Соловьевым. 3 мая 1875 г. Соловьев писал Толстому из Москвы и просил разрешения приехать в Ясную Поляну. Ответ Толстого неизвестен. Соловьев приезжал в Ясную Поляну около 10 мая.

197 198

* 196. C. H. Толстому.

1875 г. Августа 25. Я. П.

Мы 3-го дня приехали из Самары — благополучно, и надеюсь, что ты пожалеешь меня, не будешь ожидать меня, а приедешь повидаться и поговорить и послушать наши рассказы.

Урожай в Самаре хуже среднего, так что у меня дохода опять нет. Я доволен, что хоть не будет убытка. Я слышал про тебя от Бибикова en gros,1 но подробностей не знаю. Как-то твои хозяйственные и семейные дела? Во всяком случае уж недолго и пора умирать, в чем я совершенно с тобой согласен. Посылаю письмо Машеньки к арендатору. Оно ездило за мной в Самару.

Датируется на основании слов: «Мы 3-го дня приехали из Самары» и «урожай в Самаре хуже среднего». Толстые всей семьей ездили в Самару в 1873 г. и в 1875 г. и возвращались оба раза 22 августа, но в 1873 г. в Самарской губ. был настоящий неурожай.

1 [в общих чертах,]

* 197. А. А. Фету.

1875 г. Августа 25. Я. П.

Вот 3-й день, что мы приехали благополучно, и я только что опомнился и спешу писать вам, дорогой Афанасий Афанасьевич, и благодарить вас за ваши два письма,1 которые больше, чем всегда, были ценны в нашей глуши. Надеюсь, что здоровье ваше лучше. Это было заметно по второму вашему письму, и надеюсь, что вы преувеличивали. Дайте мне еще немного опомниться, тогда подумаем, как бы побывать у вас. Вы же по старой, хорошей привычке, пожалуйста, как это вам ни трудно, надеюсь, не проедете в Москву, не заехав. Урожай у нас был средний, но цены на работу огромные; так что в конце только сойдутся концы. Лошади ваши поправляются на ковыльных степях. Особенно же я благодарен за обоих жеребцов. Куда прислать 100 р., кот[орые] я вам должен? Здоровье жены всё время колебалось: то лучше, то хуже; но кажется, что не хуже того, как мы поехали. Дети здоровы. И новый поступивший к нам перед нашим отъездом еще в Самару швейцарец классик m-r Rey очень до сих пор хорош и как учитель и как воспитатель.198

199 Я два месяца не пачкал рук чернилами и сердца мыслями, теперь же берусь за скучную, пошлую Каренину с одним желанием поскорее опростать себе место — досуг для других занятий, но только не педагогических, которые люблю, но хочу бросить. Они слишком много берут времени.

Как обо многом и многом хочется с вами переговорить, но писать не умею. Надо пожить, как мы жили в Самарской здоровой глуши, видеть эту совершающуюся на глазах борьбу кочевого быта (миллионов на громадных пространствах) с земледельческим, первобытным — чувствовать всю значительность этой борьбы, чтобы убедиться в том, что разрушителей общественного порядка, если не 1, то не более 3, скоро бегающих и громко кричащих, что это болезнь паразита живого дуба, и что дубу до них дела нет. Что это не дым, а «тень, бегущая от дыма».2

К чему занесла меня туда (в Самару) судьба — не знаю; но знаю, что я слушал речи в англ[ийском] парламенте3 (ведь это считается очень важным), и мне скучно и ничтожно было, но что там — мухи, нечистота, мужики, башкирцы, а я с напряженным уважением, страхом проглядеть, вслушиваюсь, вглядываюсь и чувствую, что всё это очень важно. Наш усердный поклон Марье Петровне.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано, с значительным пропуском и неточной датой «26 августа», А. А. Фетом в «Русском обозрении», 1890, № 3, стр. 465—466. Датируется первой фразой письма (ср. письмо № 196).

1 Письма неизвестны.

2 Из стихотворения Тютчева:

Как дымный столп светлеет в вышине!

Как тень внизу скользит неуловима!..

«Вот наша жизнь, — промолвила ты мне, —

Не светлый дым, блестящий при луне,

А эта тень, бегущая от дыма...»

3 В английском парламенте Толстой был во время своего второго заграничного путешествия в феврале 1861 г., на заседании, когда выступал премьер-министр лорд Пальмерстон с трехчасовой речью. Толстой упоминает об этом в своей повести «Поликушка» (см. т. 7, стр. 3).

199 200

198. H. M. Нагорнову.

1875 г. Августа конец. Я. П.

Боюсь вам надоесть, любезный Николай Михайлович, но не могу не написать вам несколько слов о деле, которое мне кажется важным. Сколько я слышу с разных сторон, оказывается, что объявления об Азбуке, сделанные весною, были не замечены и никому (особенно в П[е]т[ер]б[урге]) неизвестно о появлении Азбуки. Надо непременно сделать побольше и повиднее публикации.

Сделали ли вы публикации?1 Сколько? На какую сумму? Считаете ли вы и знающие дело книгопродавцы нужным повторить? Если нужно, то сделайте, пожалуйста — рублей до 200 можно на это истратить. —

Теперь мне кажется время самое нужное. И вот-вот в этих месяцах решится вопрос о том, села ли азбука, как прежняя, или пошла. Очень жаль, что Рис2 после прибавил к счету 100 р. Если бы это знать, надо бы по копейке прибавить на цену каждой книги. Я думаю, что теперь уже поздно.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 203. Год определяется содержанием, месяц и число — предположением, что настоящее письмо предшествует письму № 199, зa которым последовали объявления в газетах.

1 См. письмо № 192.

2 В типографии Ф. Ф. Риса печатались четыре «Русские книги для чтения».

199. H. М. Нагорнову.

1875 г. Сентября начало. Я. П.

Любезный Николай Михайлович!

Получил ваше письмо и письмо Вари к Соне1 и несмотря на то, что я больнешенький — в жару, считаю нужным написать вам несколько слов.

Распоряжения ваши о Книгах2 и назначение им цены всё прекрасно, и я только могу благодарить вас. Одно, что нехорошо, это то, что я вижу — вы устали от моих дел и вам некогда и не хотите сказать. Пожалуйста, любезный и добрый Николай200 201 Михайлович, устройте так, чтобы вам не было стеснения от моих дел. Что я вам всегда благодарен буду и что вы желаете мне оказать услугу — это несомненно, но надо устроить так, чтобы это не мешало вашим делам и чтобы между нами было всё ясно. Найдите человечка, который бы за известное жалованье делал всю черную работу — посылки, переписку и т. д., а вы бы наблюдали.

Всё это я говорю, потому что мне нужно много теперь распоряжений, а вам некогда. Нужно мне следующее:

1) Подробный счет того, сколько и где продано Азбук. Вы мне пишете, что у Соковнина3 продано 500 экз. и что это хорошо. Я нахожу, что это 1/100 того, что напечатано, и очень плохо, и потому желаю знать, сколько продано у Салаева4 и др. И кому роздано на комиссию в Петербург?

2) Немедленно надо печатать объявление (о Книгах для чтения, о Азбуке, как печаталось в 1-й раз) во всех распространенных газетах.5 Поручить это Соловьеву, или самому, но не медля, так как теперь самое нужное время.

3) Страхов привезет в Москву 300 экз. отдельной брошюрой изданную статью «О нар[одном] образ[овании]». Ее надо раздать по книж[ным] маг[азинам].

4) Когда посланы и посланы ли Азбуки в училищ[ный] совет.

5) Было ли объявление, где склад и куда обращаться за книгами? Если нет, то надо объявить.

6) Не известно ли, какие были отзывы об Азбуке в газетах и журналах?6

7) Какие ваши денежные расчеты? Когда нужно платить за бумагу и типограф[ии] и сколько заплачено?

8) Были ли требования Азбуки прямо к вам и какие?

Видите, сколько вопросов и дел.

Устройтесь, как знаете, но помните данное мне обещание — прямо сказать, если вам трудно и скучно. Откровенный отказ никак не может изменить наши хорошие отношения, котор[ыми] я дорожу, и сознание того, что я вам очень и очень обязан.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 203—204. Датируется содержанием.201

202 1 Письма неизвестны.

2 «Русские книги для чтения», имеющие цензурную помету: «19 июля 1875», но вышедшие в свет лишь между 2 и 15 ноября (см. «Указатель по делам печати», 1875, № 22 от 1 декабря).

3 В книжном магазине Н. А. Соковнина (Москва, Воздвиженка, дом Колокольцева).

4 В книжном магазине Ф. И. Салаева (Москва, Мясницкая, д. кн. Гагарина).

5 Повторные объявления были напечатаны в «Московских ведомостях», 1875, №№ 245, 246 и 247 от 26, 27 и 28 сентября, в №№ 311, 312 и 313 от 6, 8 и 9 декабря, в газете «Голос», № 287 от 17 октября, и в «Русских ведомостях», № 268 от 10 декабря. О первых объявлениях см. прим. 2 к письму № 192.

6 Первые отзывы о «Новой азбуке» появились вскоре после ее выхода — в № 173 от 24 июля газеты «Голос», под заглавием: «Граф Л. Н. Толстой, как педагог, и его «Новая азбука», и в № 34 от 24 августа «Московских епархиальных ведомостей». Обе рецензии анонимные.

200. Н. Н. Страхову.

1875 г. Сентября 6...7. Я. П.

Отвечаю на два ваши вопроса, дорогой Николай Николаевич, на один ничтожнейший, другой — важнейший.

1) Брошюрку1 половину экземпл[яров] перешлите Соловьеву в Москву, другую половину пусть продаст ваш Пет[ер]б[ургский] магазин.

2) Редко мне приходится с таким ожиданием только одного самого лучшего, с та[кой] искренностью и отсутствием оговорок и задних мыслей звать и ждать кого-нибудь, как я жду и зову вас. Я уже и поджидал вас.

Я никуда не поеду, кроме как на сессию окр[ужного] суда в село Сергиево, куда я назначен присяжным с 16-го по 22 сентября.

Стало быть, только не на эту неделю.2

А вы не думайте, чтобы из нашего свиданья ничего не вышло. Для вас, может быть, не выйдет, а для меня выйдет. Мне столь многое нужно подвергнуть вашей критике! И не пустяки, а важное.

С своим романом3 вожусь по утрам, но не берет, и ухожу на охоту.

Вы лучше не пишите, а телеграфируйте, когда и на какой поезд выслать лошадей.

Ваш Л. Толстой.202

203 Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 690.

Датируется на основании пометки Страхова на автографе: «7 сент. 1875 г.».

1 «О народном образовании».

2 См. прим. 5 к письму № 177.

3 «Анной Карениной».

201. П. Д. Голохвастову.

1875 г. Сентября 6...10. Я. П.

Мы недели две как приехали, дорогой Павел Дмитрич, и я обрадовался, узнав почерк вашего письма;1 но очень огорчился, узнав о нездоровье Ольги Андреевны. Надеюсь, что то улучшение, о котором вы пишете, дошло до совершенного выздоровления. Надеюсь, что мне придется побывать в Москве и увидать вас.

Конец сентября мне приходится провести очень неприятно — присяжным в Сергиевске.2 Желаю вам от всей души успеха в вашей работе. Нет ничего хуже, как сообщать друг другу свои планы художественной работы.

Если бы вы могли в разговоре рассказать то, что вы хотите выразить в своей драме,3 вам незачем было бы и писать ее. И потому я наверно и не понял того, что вы хотите сделать.

Художественное произведение есть плод любви. Но любовь без дел мертва. Сделайте дело любви, и мы полюбим то, что вы любите.

Надеюсь, что до свиданья.

Ваш Л. Толстой.


Передайте, пожалуйста, мой душевный поклон и желания выздоровления и продолжения начатого романа Ольге Андреевне.

О первой публикации см. стр. 3. Датируется содержанием.

1 Письмо неизвестно.

2 17 сентября С. А. Толстая писала Т. А. Кузминской: «Вчера Левочка ездил в Сергиевское присяжным, но так о нас беспокоился, что послал сегодня за свидетельством к доктору, а сам вернулся домой».

3 Драма, над которой работал П. Д. Голохвастов, неизвестна.

203 204

* 202. C. H. Толстому.

1875 г. Сентября 15...20? Я. П.

У меня давно лежат эти присланные тебе полисы,1 переданные мне Л. Оболенским,2 и письмо от Машиньки к мельнику, присланное от Дельвига.3 Так как я думаю, что ни то, ни другое не к спеху, я всё ждал случая, но случай не был, и посылаю их по почте. Что Гриша? Напиши, пожалуйста. Это очень меня — и сердечно — интересует. У нас после твоего отъезда все больны — коклюш сильнейший у всех детей и у Сони, что ей с ее беременностью особенно тяжело. Я тоже большую часть времени нездоров и ничего не пишу. Вчера ездил с собаками, затравили 4-х русаков. Напиши пожалуйста об себе и особенно о Грише. —

Не поедешь ли в Тулу и не заедешь ли к нам?

За тобой теперь много твоих визитов. А зимой я отдам их тебе.

Датируется содержанием (ср. письмо С. А. Толстой к Т. А. Кузминской от 17 сентября 1875 г., ГМТ).

1 Полис — письменный акт, в который облекался договор о страховании.

2 Л. Д. Оболенским, мужем племянницы Толстого, Елизаветы Валериановны.

3 А. А. Дельвига, соседа по имению М. Н. Толстой. О нем см. т. 83, стр. 102.

203. H. М. Нагорнову.

1875 г. Сентября середина. Я. П.

Очень рад, дорогой Николай Михайлович, и очень благодарен за то, что вы убедили меня опять в том, что вы не тяготитесь моим делом. Пришлите мне, пожалуйста, 100 экз. Азбуки в 3-х книгах1 и 20 Книг для чтения. В земства посланы Азбуки в 3-х книжках или в одной?

Надо было в 3-х книжках.

Если Надеин потребует у вас экз[емпляры] Азбуки и Книг после Азбуки, дайте ему сколько потребует. Не было бы задержки от типографии, если потребуется Азбука? При случае спросите у Соковнина счет продажи Полн[ых] соч[инений], старой Азбуки и Войны и мир — и если есть деньги — возьмите.204

205 Мы всё нездоровы всей семьей — у детей коклюш, у меня лихорадочное состояние. Благодарю Варю за ее милое письмо. Я ее письма беру не на свой счет. Обнимаем ее с Соней.

Ваш Л. Толстой.

Вальдшнепы прилетели. Как ваши дела?

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 205. Датируется содержанием (ср. письмо № 199). Ответ на неизвестное письмо Н. М. Нагорнова, являющееся ответом на письмо № 199.

1 Судя по объявлениям в газетах, «Новая азбука» была издана в двух видах: 1) все три части в одной книге, имеющей в виду домашнее обучение, и 2) каждая часть отдельно, т. е. в виде трех брошюр, для употребления в школах.

204. В. Баженову.

1875 г. Сентябрь? Я. П.

Ваше благословение, отец Василий!

По поручению Училищного совета покорно прошу Вашим влиянием содействовать к открытию школ в деревнях в Кобелевской1 волости и, в случае открытия их, принять на себя наблюдение за этими школами и преподавать в них закон божий.

Помощник председателя, член Училищного совета граф Лев Толстой.


На четвертой странице: Его благословению священнику села Кобелева о. Василию.

Впервые опубликовано в «Русских ведомостях», 1912, № 257 от 7 ноября. Год определяется сопоставлением с письмом № 206.

1 Кобелево — село Крапивенского уезда, в 48 км. от г. Крапивны.

205. В. Баженову.

1875 г. Сентябрь...октябрь. Я. П.

Ваше благословенье.

Я полагаю, что школа в д. Кочане1 должна для удобства учеников оставаться отдельною. Увеличение содержания205 206 кобелевскому учителю может быть произведено от Училищного совета, если учитель этот будет того заслуживать.

Предположение мое следующее. В Кочан назначить учителем этого дворянина. В Сатинку2 же я на этой же неделе пришлю учителя из молодых людей, кончивших курс в уездном училище и теперь занимающихся у меня в школе.

Я бы очень был Вам благодарен, если бы Вы всё так и устроили.

Ваш покорный слуга

гр. Лев Толстой.

Впервые опубликовано в «Русских ведомостях», 1912, № 257 от 7 ноября. Датируется сопоставлением с письмом В. Баженова к Толстому от 3 ноября 1875 г., в котором он сообщает об отстранении в сельце Качанском учителя Александра Бражникова, за пьянство и буйство.

1 Сельцо Качанское Кобелевской волости Крапивенского уезда.

2 Сатинка — деревня Крапивенского уезда, в 44 км. от г. Крапивны.

206. В. Баженову.

1875 г. Октября 4. Я. П.

В Качанское сельское общество. В открытую в деревне Качане школу предлагаю учителем Виктора Панова.

Член училищного совета

граф Лев Толстой.

4 октября 1875 г.

Впервые опубликовано в «Русских ведомостях», 1912, № 257 от 7 ноября.

207. Н. М. Нагорнову.

1875 г. Октября 10...15? Я. П.

Очень благодарен, дорогой Николай Михайлович, за длинное и обстоятельное письмо.1 Все ваши распоряжения и предположения выслать П[е]т[ер]б[ургским] книгопродавцам, раздать мелким Московским и даже выставить листы одобряю; но некоторые подробности, очень для меня важные, желаю знать. Пожалуйста, сообщите мне: 1-е) Как стоят мои денежные дела по этим изданиям, т. е. сколько и кому мы должны и сколько имеем получить. Для этого, пожалуйста, пожалуйста сообщите206 207 мне теперь и почаще сообщайте, как идет продажа книг. А именно, сколько роздано по книгопродавцам, сколько продано. Последние известия, которые я имею об этом от 20-х чисел сентября, было продано около 2000. Теперь с тех пор скоро месяц и месяц, кот[орый] решит судьбу книг.2 Пожалуйста, напишите и пообстоятельнее. —

Надеину передайте, пожалуйста, побольше экземп[ляров] (если он желает, разумеется). Я на него возлагаю большие надежды.

Брошюрку,3 к[оторая] у Соловьева уже давно, раздайте по хорошим книгопр[одавцам], и расходится ли она?

Рису, пожалуйста, скажите, если увидите, чтобы он отнюдь ко мне не ездил. Мне некогда и незачем.

Здоровье всех нас понемногу справляется. Начался ход к лучшему недавно.

Как Варе не совестно не поблагодарить бабушку.4 Она сердится.

Пожалуйста, раз в месяц давайте мне краткий отчет о ходе всего дела. На себя пеняйте, что я вам навязываю много дела.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 206. Дата определяется содержанием.

1 Письмо неизвестно.

2 Все эти сведения Н. М. Нагорнов прислал к 20 ноября.

3 В подлиннике: Брошюрка.

Имеется в виду статья «О народном образовании».

4 Пелагею Ильиничну Юшкову, тетку Толстого, жившую в Ясной Поляне.

208. М. Н. Каткову.

1875 г. Октября 10...20? Я. П.

Очень сожалею, многоуважаемый М[ихаил] Н[икифорович], что слухи, не имеющие никаких оснований, потревожили вас.1 Я пользуюсь случаем повторить то, что писал Любимову.2

Я теперь одного только желаю, как можно скорее кончить роман, чтобы напечатать его в Русск[ом] вестн[ике], но не могу этого обещать, так как продолжение зависит от независящей от меня способности к работе, и потому не обещаю.207

208 Что же касается того, что вы предполагаете во мне какую-нибудь обиду на вас, то это предположение не имеет никакого основания, и я, как и всегда, с истинным уважением и преданностью [остаюсь]

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано по рукописной копии, хранящейся в ЛБ (архив Каткова, тетрадь № 21), в «Литературном наследстве», т. 37-38, стр. 206, с редакторской датой: «Октябрь 1875 г.». Датируется на основании письма Страхова от 10...17 октября, послужившего поводом к написанию этого письма.

1 В письме от 10...17 октября Страхов писал Толстому о своей встрече с Катковым, который высказал опасения, что по дошедшим до него «слухам» Толстой не хочет печатать у него вторую половину «Анны Карениной» (ПС, стр. 65).

2 Николай Алексеевич Любимов (1830—1896) — профессор физики Московского университета, секретарь редакции «Русского вестника». Письмо к нему неизвестно.

209. Н. М. Нагорнову.

1875 г. Октября 15...18? Я. П.

Любезный Николай Михайлович!

Если у вас есть в сборе деньги, то будьте так добры, отдайте Ф. Ф. Рису по его счету всё или хотя большую часть из того, что мы ему должны за печатание книг для чтения. —

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 208, с датой: «1875 г. Сентябрь». Датируется на основании хранящегося в архиве Толстого счета Н. М. Нагорнова за май—декабрь 1875 г., в котором значится, что Рису уплачено с 20 по 27 октября 450 рублей.

210. А. А. Фету.

1875 г. Октября 26? Я. П.

Не писал вам так долго, дорогой Афанасий Афанасьич, потому что всё время был и сам нездоров и мучался, глядя на нездоровье домашних. Теперь немножко поотлегло и им и мне. И я надеюсь — только надеюсь — приняться за работу.208

209 Страшная вещь наша работа. Кроме нас, никто этого не знает. Для того, чтобы работать, нужно, чтобы выросли под ногами подмостки. И эти подмостки зависят не от тебя. Если станешь работать без подмосток, только потратишь матерьял и завалишь без толку такие стены, которых и продолжать нельзя. Особенно это чувствуется, когда работа начата. Всё кажется: отчего ж не продолжать? Хвать-похвать, недостают руки и сидишь дожидаешься. Так и сидел я. Теперь, кажется, подросли подмостки и засучиваю рукава.

Читал я это время книги, о которых никто понятия не имеет, но которыми я упивался. Это сборник сведений о Кавк[азских] горцах, изд[анный] в Тифлисе.1 Там предания и поэзия горцев и сокровища поэтические необычайные. Хотелось бы вам послать. Мне, читая, беспрестанно вспоминались вы. Но не посылаю, потому что жалко расстаться. Нет, нет и перечитываю. Вот вам образчик.

Высохнет земля на могиле моей, и забудешь ты меня, моя родная мать.

Прорастет кладбище могильной травой — заглушит трава твое горе, мой старый отец.

Слезы высохнут на глазах сестры моей — улетит и горе из ее сердца.

*

Горяча ты пуля и несешь ты смерть — но не ты ли была моей верной рабой? Земля черная, ты покроешь меня, но не я ли тебя конем топтал? Холодна ты, смерть, но я был твоим господином.

*

Мое тело достояние земли.

Мою душу примет небо!..2

*

Каково!

Теперь вступление в поэму.

«Догоняет на крыльях и ловит свою добычу кривыми когтями белый ястреб. Он ловит ее и тут же клюет — сырою.

На резвых ногах догоняет и крепкими когтями рвет пестрый барс красного зверя.

Оставляет за собой Терек, переправляется на левый берег с храбрыми Гихинскими наездниками смелый Хамзат...»3

————

209 210

«Выйди, мать, наружу посмотреть на диво: Из-под нагорного снега пробивается зеленая трава.

Взойди, мать, на крышу, на самый край крыши: из-под льда ущелья весенний цветок виднеется».

*

«Из-под нагорного снега зеленая травка не пробивается. Из-под льда ущелья не видать весеннего цвета. Оттого, что влюблена ты, тебе цветок привиделся».4

————

Понравится ли вам это?5 Передайте мой поклон Марье Петровне и Петру Афанасьичу.

Ваш Л. Толстой.

Отрывок, с датой: «Октябрь 1875 г.», опубликован в Г, II, стр. 207. Полностью опубликовано в журнале «Печать и революция», 1927, № 6, стр. 63—64. Датируется на основании письма Фета от 4 ноября 1875 г., являющегося ответом на какое-то неизвестное более позднее письмо Толстого, а также по связи с письмами №№ 211 и 212.

1 «Сборник сведений о кавказских горцах», издаваемый при Кавказском горском управлении, вып. 1, Тифлис, 1868.

2 Приводимые Толстым стихи взяты из статьи А. П. Ипполитова «Этнографические очерки Аргунского округа» («Сборник сведений о кавказских горцах», вып. І, отд. III, стр. 27). Через 22 года, когда Толстой писал «Хаджи-Мурата», он вложил эту песню в уста названого брата Хаджи-Мурата, аварца Ханефи («Хаджи-Мурат», гл. XX).

3 Начало «Песни о Хамзате» (стр. 27—28 упомянутой выше статьи А. П. Ипполитова).

4 Этот образец взят из статьи П. У. (П. К. Услара) «Народные сказания кавказских горцев». Печатный текст несколько отличается от текста Толстого (см. там же, стр. 34).

5 См. прим. 1 к письму № 217.

211. Н. Н. Страхову.

1875 г. Октября 26? Я. П.

Не писал и не отвечал вам долго, дорогой Николай Николаич, потому что всё это время был в самом дурном состоянии — мучался нездоровьем домашних, да и сам всё был нездоров. Кидался от одной работы к другой, но ничего почти не сделал.

Особенно при начатой работе очевидно то, что нельзя нарочно писать. Кажется, отчего бы не продолжать начатое. Попробуешь 210 211 видишь, что руки не достают до того места, где оставил работу, и чем больше стараешься, тем яснее видишь, что делаешь совсем не то, что нужно, и даром тратишь матерьял.

А подняться на те подмостки зависит не от меня. И сидишь, ждешь, пока под ногами вырастут эти подмостки.

О нашем последнем свиданьи беспрестанно вспоминаю с приятным сознанием важного и хорошего сделанного дела. Желаю только того, чтобы для вас хоть в малой мере было это свидание так же плодотворно, как — знаю, что оно будет, — для меня. — Я почему-то думаю и надеюсь, что вы уже начали работать и с сознанием того, что то, что вы делаете, — самое важное, и что вы одни можете и обязаны сделать это. Я убежден, что у каждого человека есть такое дело, и ваше главное дело я смутно предчувствую. Я начал писать то, о чем я вам говорил,1 и надеюсь, судя по началу, что я буду писать это долго и не издам, и не разочаруюсь.

Для меня это несомненно важно. И я удивляюсь, как мы и наш век недоверчивы к себе или неискренни. Что-нибудь я в 50 лет вынес из жизни общее. Как же мне не попробовать сказать это, как я умею. Пусть о рефлексах, туманных пятнах и т. п. тонкостях, тем более удаляющихся от того, что единое на потребу, чем более они тонки и точны, пусть о них говорят те, кому есть еще время. А нам с вами некогда. Надо отдать вверенный талант хозяину. Если бы мы могли слиться с верующими христианами или с отрицающими матерьялистами, мы и не обязаны были [бы] уяснять свое личное воззрение. А теперь я с радостью чувствую, что это и мой долг, и мое влечение сердца, и вы то же чувствуете; и вы должны отдаться этому влечению и высказать то, что вам положил бог на сердце. Сколько таких мелких случаев жизни, где у всех одна разумная мысль и все таят ее и только потом упрекают друг друга: «да зачем же ты не сказал, я то же думал». Смысл определенный того, что я советую вам: уяснить и изложить ваше религиозное мировоззрение столь искренно и столь кратко, сколько возможно — не для того, чтобы опровергнуть кого-нибудь, но помочь тем, к[оторые] в том же бедственном одиночном состоянии, как и вы, но слабее вас умом и опытностью. Если вы ни к чему не придете, и то вы обязаны сделать.211

212 Не сердитесь за бестолковое письмо; с помощью вашей дружбы ко мне, в которой никогда не сомневаюсь и к[оторой] так дорожу, вы поймете, что я хотел сказать.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 691—692.

Датируется на основании, следующего за этим письма к H. Н. Страхову (№ 215), а также по связи с письмом № 212. Ответ на письмо Страхова, написанное им по возвращении в Петербург (между 10 и 17 октября. ПС, стр. 65—66).

1 Статья о значении религии. См. в т. 17, стр. 353 — 356.

212. Н. М. Нагорнову.

1875 г. Октября 26. Я. П.

Вот так акуратность! Вот ясность! Вот одолжение! Не могу вас достаточно благодарить за последнее письмо, дорогой Николай Михайлович. Это именно всё то, что я желал знать и желаю на будущее знать изредка.

Публикаций на железной дороге не нужно.

Посылать Рус[ские] кн[иги] по уч[илищам] зем[ским] не считаю тоже особенно нужным; но если более знающие люди (Соковнин, Соловьев) присоветуют, то пошлите.

В кредит земствам давайте. Подробности, как требования смотр[ителя] тюрем Симферопольского замка и др., мне чрезвычайно интересны и пожалуйста изредка сообщайте.

Мне интересно очень, берут ли военные для солдат.

Насчет ваших 600 р.,1 пожалуйста, не упоминайте. Во-первых, не 600, а 400, потому что 200 я вам должен за квартиру, а во-вторых, я рад радешенек, что покамест хоть этими пустяками мог быть вам полезен.

Брошюрку2 я желал бы, чтобы продавали просто по всем книжным лавкам по 15 к.

Еще просьба, насчет Соковнина. Он, как я вижу, плохо расплачивается даже за новую азбуку, а у него уже скоро год находятся на комиссии моя старая Азбука 2-х р., Полн[ые] сочин[ения] 12 р. и Война и мир 10 р., всего, сколько мне помнится, тысячи на 2 или около того. Необходимо поверить у него оставшееся количество экзем[пляров] или хоть счет взять от него и потребовать от него деньги. Пожалуйста, сделайте это.212

213 Деньги очень нужны мне и для платежа долга Кунину3 и типографии и для моих долгов. В особенности Полн[ые] сочинения 100 экз. должны быть проданы и за них следует 900 р. 2-х р. Азбука тоже, я знаю через Надеина, требовалась4 и должна быть хотя частью распродана. Расписки его у меня, и если они нужны, я их вышлю вам.

У нас болезнь не выходит из дома. Только что коклюш стал проходить, у Сони сделалась сильнейшая невралгия в лице. Только что эта боль уступила хине, сделались боли в животе такие сильные, что вот она 2-е сутки лежит без сна и еды и только теперь, на 2-е сутки, есть маленькое облегчение. — Избави бог всех семейных людей от болезней близких.

Целую Варю и детей.

Ваш Л. Толстой.

26 октября.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 207—208. Год определяется содержанием.

Ответ на неизвестное письмо Нагорнова, в котором он давал подробные сведения о продаже «Новой азбуки» и четырех «Русских книг для чтения».

1 См. письма №№ 190 и 192.

2 «О народном образовании».

3 Писчебумажный магазин А. А. Кукина, где была закуплена бумага для всех изданных в 1875 г. книг Толстого.

4 О том, что «Азбука» требовалась в магазине Надеина, писал Толстому H. Н. Страхов. См. ПС, стр. 66.

213. Н. М. Нагорнову.

1875 г. Октября 30. Я. П.

Благодарю вас, тысячу раз благодарю вас, дорогой Николай Михайлович, за скорое исполнение моей просьбы. Черков1 сделал всё, что мог, и сделал много. Бог знает, что еще будет, но пока хорошо. Он определил болезнь противно определению Кнерцера и, кажется, верно — воспаление брюшины. Он уменьшил страдания. Теперь положение такое: сейчас она родила ребенка, девочку, которая тотчас же умерла. Так как после родов прошло только полчаса, то совершенный bien être,2 который она теперь испытывает, ничего не доказывает еще.218

219 Пройдет ли само воспаление теперь или опять усилится, это покажут следующие три дня.

Чернов всё предписал на всякий случай, и у нас остается Кнерцер, который будет следить за ходом болезни. Если будет хуже, то я телеграфирую еще и буду звать его. В субботу и во вторник я буду телеграфировать прямо к нему, а в промежуток между этими днями к вам, потому что тогда его трудно найти. Вы же всё узнаете у него на квартире.

Еще просьба: как получите это письмо, возьмите у Соловьева, если у вас нет, 150 рублей и передайте от меня Черкову и узнайте от него, если можно, доволен ли он.

Разумеется, вы сообщите все подробности нашим. Не могу сказать, как я вам благодарен.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 208. Датируется содержанием: дочь Л. Н. и С. А. Толстых Варвара родилась и умерла 30 октября 1875 г.

1 Василий Васильевич Чирков (р. 1845) — врач-терапевт, ординатор проф. Г. А. Захарьина, впоследствии профессор Киевского университета.

2 [хорошее самочувствие,]

214. Н. М. Нагорнову.

1875 г. Ноября 5...9. Я. П.

Благодарю вас, дорогой Николай Михайлович, за исполнение моего поручения. Разумеется, прекрасно сделали, что дали 200. Я виноват перед всеми вами, что не писал; но всё было неопределенно, теперь кажется, что можно сказать — пошло на поправку. Болей нет, и есть апетит, и силы прибавляются. Целую милую Варю и надеюсь, что ветряная оспа, как у нашего Сережи, прошла, не оставив следа.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 209. Дата определяется сопоставлением с письмом № 213 и со сведениями в денежном отчете Нагорнова за 1875 г., где под 2 ноября значится: «Получено от Соловьева 200 р. — Отправлено доктору Чиркову 200 р.».

214 215

215. H. H. Страхову.

1875 г. Ноября 8...9. Я. П.

Дорогой Николай Николаич!

Я всё это время — 2 недели — ходил за больной женой, к[оторая] родила умершего тотчас ребенка и была при смерти. Но — странное дело — я никогда с такой силой не думал о тех вопросах, кот[орые] занимают меня, как в это время. Я читал и перечитывал снова внимательно Вундта1 и в первый раз понял всю силу матерьялистичес[кого] воззрения и два дня был совершенным материалистом, но зато уже в первый и последний раз. Теперь тем более я радуюсь ваше[му] плану и вызываю на переписку. —

Итак, до свиданья умственного. —

Боже мой, если бы кто-нибудь за меня кончил А. Каренину!

Невыносимо противно.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в книге «Лев Николаевич Толстой. Сборник статей и материалов», М. 1951, стр. 692—693. Датируется на основании пометки Страхова на автографе: «9 ноября 1875». Ответ на письмо Страхова от 4 ноября 1875 г. (ПС, стр. 66—68).

1 Вильгельм Макс Вундт (1832—1920) — немецкий психолог и философ-идеалист, один из основателей экспериментальной психологии.

* 216. С. Н. Толстому.

1875 г. Ноября 8...9. Я. П.

Я получил твое первое письмо,1 в к[отором] ты пишешь, что будут нужны деньги, и я намотал это себе на ус, ожидая, когда ты еще напишешь. — Теперь вот в каком положении мои дела и что я могу тебе предложить. Денег сейчас готовых у меня нет, но у меня есть билет 3-го займа в 500 р. Я его взял по 498 кажется, и еще есть в Москве у Соловьева около 1000 р. И то и другое к твоим услугам. Тысячи же 3 из капитала, как ты пишешь, я буду в состоянии дать тебе не позже месяца.

Не сердись, пожалуйста, на меня за то, что я на требование твое денег отвечаю только тем, что у меня есть там-то и там-то, а не посылаю тотчас же, когда ты этого-то желаешь, и это мое дело, и тебе может быть нужно. — Но задержки не будет ни в продаже билета, ни особенно в получении от Соловьева. Дело в том, что, может быть, тебе достаточно 1000 рублей, и деньги215 216 нужны в Москве. На всякий случай прилагаю записку Соловьеву,2 по которой, как и всегда, не может быть ни минуты задержки. Деньги же все я мечтал заплатить тебе нынешний год все3 и теперь еще мечтаю, но на решение этого вопроса прошу тебя дать мне срока до декабря. Разумеется, проценты мы разочтем.

Теперь будет о делах, о нашем житье.

Оно было очень плохо. Простой коклюш кончился очень плохо. У жены сделалось воспаление в брюшине (так доктора называют). Она родила 6-тимесячную девочку, которая умерла тотчас, а сама она была при смерти. Выписывали доктора из Москвы и Тульск[ого]. И всё это мучительно особенно потому, что знаешь, что это всё вздор. Вообще я провел мучительные две недели. Теперь ей лучше, но она еще не встает. Кроме того весь дом полон гувернерами, гувернантками, чужими.4 Теперь всё остепеняется понемногу. Итак, я жду твоего решения о деньгах. Кланяюсь Марье Мих[айловне]. Напиши о Грише.

Датируется содержанием

1 Письмо неизвестно.

2 Записка неизвестна.

3 В автографе слово все повторено дважды.

4 Во время болезни С. А. Толстой в Ясной Поляне жили: П. И. Юшкова (она и вела все хозяйство), А. А. Берс с женой, давнишний знакомый Толстых Г. А. Колокольцев и К. А. Иславин. Кроме того, приезжали в гости П. Ф. Самарин с женой и, в самый тяжелый день болезни, 30 октября, приехала выписанная из Женевы гувернантка, m-lle Rey.

217. А. А. Фету.

1875 г. Ноября 8...9. Я. П.

Получил ваше письмо и прекрасные стихи,1 в особенности «Ястреб». Последнее не так хорошо. Мало отрублено противупоставление, то, что не цветок растет, а ты влюблена.2 Получил письмо в страшно тяжелые минуты, жена была при смерти больна воспалением брюшины, родила преждевременно тотчас же умершего ребенка. Страх, ужас, смерть, веселье детей, еда, суета, доктора, фальшь, смерть, ужас. Ужасно тяжело было. Теперь ей лучше, она не встает, но опасности нет. Она читала ваше письмо и радуется мысли увидать вас и Оленьку 18 дек[абря].216

217 Мне очень вас жалко за брата и его бедного жалко.3 Что будет из этого.

Наш поклон Марье Петр[овне].

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в сборнике «Радуга. Альманах Пушкинского дома», Пгр. 1923, стр. 248—249. Дата определяется содержанием и письмом Фета от 4 ноября 1875 г., на которое Толстой отвечает.

1 Фет писал: «Обрадовало меня Ваше последнее письмо, паче всего вестью об улучшении здоровья графини. Бог сделал ее главным нервным узлом Вашего семейного организма, и без ее здоровья все остальное призрачно. Какая свежая и могучая прелесть Ваши Кавказские песни...»

К письму были приложены три стихотворения Фета: «Графу Льву Толстому» («Как ястребу, который просидел...») и две «Песни Кавказских горцев», являющиеся переложением присланных Толстым в начале октября горских песен; стихотворения эти были напечатаны в январской книжке «Русского вестника» за 1876 г.

2 Две последних строчки второго стихотворения («Выйди, мать, наружу, посмотри на диво») читались в письме Фета так:

У всего на свете свой обычный срок,

И тебе, влюбленной, чудится цветок».

Фет принял во внимание замечание Толстого и в печатной редакции изменил их так:

«Никакого дива: влюблена то ты,

Так тебе на снеге чудятся цветы.

См. А. А. Фет, полное собр. стихотворений («Биб-ка поэта» под ред. М. Горького), изд. «Советский писатель», 1937, стр. 629.

3 В письме от 4 ноября Фет сообщал, что брат его, Петр Афанасьевич, неожиданно уехал в Герцеговину (см. письмо № 244, прим. 1).

218. В. Баженову.

1875 г. Ноября 9. Я. П.

Податель сего крестьянин Кузевичев исполнял в прошлом году обязанности учителя в Телятинках с большим старанием и успехом и потому предлагаю его в учителя в Кочане на место того учителя, который оказался негодным.

Граф Лев Толстой.

9 ноября 1875 г.

Впервые опубликовано в «Русских ведомостях», 1912, № 257 от 7 ноября.

Ответ на письмо священника В. Баженова от 3 ноября 1875 г. Ср. письмо № 205.

217 218

* 219. C. H. Толстому.

1875 г. Ноября 9...10. Я. П.

Ты уже получил теперь, вероятно, письмо, в котором я, отвечая на 2-ое твое письмо, пишу тебе о болезни Сони. Теперь ей почти хорошо. (Повторяю, потому что, может быть, ты не получил письмо с почты.) Воспаление, которое было в животе — прошло; но она еще лежит и не может ничего есть крепкого, и очень слаба. Ребенка она родила 6-тимесячного, девочку, которая сейчас же умерла. Нынче 16-й день ее болезни.

Я, как всегда бывает, чувствовал себя совсем здоровым во время ее болезни, а теперь опустился и предполагаю, что пора умирать.

Жду от тебя ответа на то письмо, которое писал в Лазарево.1 Ответь о деньгах и о Грише.

Ты говоришь — мне не до вас. Нет, мне всегда до вас. Я вчера ночью почувствовал себя ужасно дурно; в висках шумит, и стало жутко. Думаю себе, умру, и стал себя спрашивать: для кого это интересно и кому это не доставит удовольствия, что я умру. Перебирал всех и нашел, что всем будет весело или рассказать или посодействовать, кроме жены и тебя.

Какова зима! Я 3-го дня ездил с собаками и без пороши затравил 6 русаков.

Л. Т.

Дата определяется содержанием.

1 Ближайшая к Пирогову, имению С. Н. Толстого, станция Московско-Курской ж. д.

220. Н. М. Нагорнову.

1875 г. Ноября 20...25? Я. П.

Начинаю с того, что у нас теперь, слава богу, всё хорошо; кроме остатков коклюша, можно сказать, что жена поправляется и довольно быстро. Она сидит и ходит, хотя еще держит строжайшую диету. Продолжаю же просьбой. Мне нужно выписать учебные пособия для наших школ. Так как я себе дал слово не входить в личные сношения с Соковниным, я позволяю себе просить вас сделать это за меня. Нужно:

1) Хрестоматий Паульсона1 (книг для чтения)

50.

2) Руководств к православной вере Соколова2

10.

218 219

3) Задачников Малинина3

10.

4) Грифельных досок

100.

5) Грифелей

1000.

6) Карандашей

24.

7) Перьев коробок

10.

8) Прописей

50.

Всё это как можно лучше и дешевле, и выслать как можно скорее.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 209—210. Датируется содержанием и записью в отчете Н. М. Нагорнова под 27 ноября 1875 г.: «Отправка училищных принадлежностей в Ясную 2 руб. 50 коп.» (ГМТ).

1 И. Паульсон, «Книга для чтения и практических упражнений в русском языке. Учебное пособие для народных училищ». Новое исправленное издание бр. Салаевых, М. 1873. Упоминается в рассказе Толстого «Хозяин и работник» (1894—1895 гг.).

2 Д. Соколов, «Начальное наставление в православной христианской вере», изд. 10-е, Спб. 1875.

3 А. Малинин и К. Буренин, «Собрание арифметических задач для гимназий», изд. 8-е, бр. Салаевых, М. 1873.

* 221. Н. Н. Страхову.

1875 г. Ноября 30. Я. П.

Ваше письмо, дорогой Николай Николаевич, произвело на меня такое сильное впечатление, что защипало в носу и слезы выступили в глаза. Это впечатление производит на меня выражение всего настоящего, «Das Echte»,1 кот[орое] так нечасто встречается. Поразило оно меня еще и потому, что оно спрашивало то самое, или по крайней мере делало вопросы из той самой области, в котор[ой] я сам для себя пред этим писал ответы на занимающие меня вопросы.2

Я вам посылаю то, что я написал вроде предисловия к задуманному мною философскому сочинению. Вы увидите из этого, что из 3-х вопросов Канта3 меня (в этом различие наших характеров) занимает только, и с детства занимал, один последний вопрос — на что мы можем надеяться?

Различие между мною и вами только внешнее. Для всякого мыслящего человека все три вопроса нераздельно связаны219 220 в один — что такое моя жизнь, что я такое? Но каждому человеку инстинкт предчувствия, опыт ума — что хотите — указывает на то, какой из этих трех замков этих дверей легче отпирается, для какого у него есть ключ, или, может быть, к какой из дверей он приткнут жизнью; но несомненно то, что достаточно отворить одну из дверей, чтобы проникнуть в то, что заключается за всеми. Я вполне понял то, что вы говорите, и хотя бы желал дождаться вашего разъяснения и разграничения пассивной и активной деятельности, я не могу воздержаться от желания изложить вам мой ответ на этот 2-й вопрос: что я должен делать?

Я знаю, что это очень дерзко и может показаться странным и легкомысленным — отвечать на такой вопрос на 2-х почтов[ых] листиках бумаги, но я имею причины, по к[оторым] считаю, что не только могу, но должен это сделать. И сделал бы это, если бы я писал не письмо вам, близкому человеку, но если бы я писал свою profession de foi,4 зная, что меня слушает всё человечество.

Вот какие это причины:

(Пожалуйста, слушайте меня внимательно, не сердитесь на это отступление и поправьте, что неточно, уясните, что неясно, и опровергните, что неверно. Это отступление есть в сущности то, что называют изложением метода.)

При всяком научном изложении предполагается, что излагаемая наука неизвестна слушателю или читателю. Если даже что известно, то излагающий науку требует, чтобы читатель забыл то, что он знает, и излагающий начинает с начала определять по-своему, сообразно с имеющимися в виду целями науки, каждое известное слушателю явление.

Полагаю, что вы, прочтя это, уже сами подставили примеры из математических, естественных и политических наук, к[оторые] подтвердили то, что таков прием и ход изложения всех наук.

Прием этот во всех науках естественен и необходим, потому что результаты знания (в какой бы то ни было отрасли наук) не могут быть известны слушателю — он не может понять их и поверить в их действительность, если прежние понятия его о явлениях известной области знания не были исправлены и если он не был введен шаг за шагом в объяснения первых явлений.220

221 Человек не может узнать вес солнца и поверить в истинность вычисления, если ему не показано, что солнце не ходит; и не может поверить в дарвинову систему, если понятие лошади, рыбы и т. д. не заменено в нем понятиями организма и его функциями.

Нужно заметить еще то, что в изложении всех наук прием изложения, поправки, кот[орые] делаются в понятиях слушателя, т. е. способ определения простейших явлений науки, делается не по одному общему закону, но всегда только сообразно с последними результатами, кот[орых] достигла наука (и кот[орые], хотя и известны излагающему, неизвестны слушателю), так что определение простейших явлений представляется и действительно есть произвольно или зависимо от той степени, на к[оторой] стоит наука. Во времена древних говорили: огонь — стихия, во времена Ньютона — истекающие лучи, теперь говорят — движение эфира. Все науки не могут поступать иначе, ибо есть всегда известные излагающему и неизвестные слушателю результаты науки, к убеждению в кот[орых] надо привести слушателя. —

Одна только философия (настоящая философия, имеющая задачей ответить на вопросы Канта, объяснить смысл жизни) не имеет этого свойства других наук, заключающегося в том, чтобы, поправляя первобытные простейшие понятия слушателя и давая им новые определения, привести его к известным излагающему и неизвестным слушателю последним результатам, до к[оторых] достигла наука. Я говорю, что философия (настоящая) не имеет этого свойства, а между тем стоит только почитать все те книги, на обертках кот[орых] написано «философия», для того, чтобы найти во всех этих книгах именно то свойство, кот[орое], по моим словам, чуждо философии.

Это происходит, во-первых, оттого, что многие из этих книг вовсе не философия, как все позитиви[сти]ческие сочинения такого рода, в кот[орых] со всей строгостью применяется и может быть применяем научный метод, другие же — истинно философские книги (Декарт, Спиноза, Кант, Шелинг, Фихте, Гегель, Шопенгауер), но в изложении кот[орых] принят несвойственный предмету метод. (Платон резко выделяется из всех правильностью, по моему мнению, своего философс[кого] метода. Шопенгауер ближе всех к нему.) Все философские сочинения с этой точки зрения подразделяются для меня на три отдела.221

222 1) Матерьялистов, позитивистов, которые, ставя низко и потому неверно цель философии, с полной строгостью применяют к философии общий научный метод и вполне достигают своей цели; но по сущности своей цели остаются вне философии.

2) Идеалисты, спиритуалисты, которые ставят цель философии во всем ее объеме, но для изложения ее берут общие научные приемы, от которых, по мере силы и глубины мысли, они более или менее отступают. (Гегель никогда не отступает, Шопенгауер беспрестанно.)

3) Платон, Шопенгауер и все религиозные учения ставят настоящую цель философий и в изложении ее не держатся научного метода, т. е. не поправляют первобытных и простейших понятий слушателей, а отыскивают смысл жизни, не разлагая на составные части тех сущностей, из кот[орых] слагается жизнь для каждого человека. —

Но вы, может быть, спросите меня, по какому праву я делаю такое смелое подразделение всех философских учений на основании положения о различии метода философии и всех других наук, тогда как необходимость этого различия еще не доказана. —

Необходимость этого различия доказывается следующим:

1) Если справедливо, что научный метод изложения состоит в том, чтобы исправлять понятия слушателя об известных предметах и заменять их известными точными определениями, с целью ввести его путем этих определений до познания общих законов, то очевидно, что в философии прием этот неприменим, ибо на самой высшей ступени философского знания ни одно из тех основных понятий, из кот[орых] слагается филос[офское] знание, не может быть изменено, иначе понимаемо, иначе определено. В астрономии понятие низко ходящего солнца зимою заменяется совершенно другим понятием — перемены положения земли на своей орбите, или в физике или химии понятие огня на светильне — понятием химического соединения; но основные понятия философии, элементы, из к[оторых] она слагается, никогда не могут изменяться и не изменились с тех пор, как мы знаем человечество — ни у дикого, ни у мудреца. Мое тело, моя душа, моя жизнь, моя смерть, мое желание, моя мысль, мне больно, мне дурно, мне хорошо, мне радостно, всегда одни и те же и не могут быть ни яснее, ни темнее ни для дикого, ни для мудреца. — Следовательно, к философии, к222 223 тому знанию, к[оторое] имеет предметом душу, жизнь, мысль, радость и т. д., научный прием поправления и переопределения тех понятий, из к[оторых] состоит наука, неприложим.

2) Доказательство того, что к философии неприложим научный прием, я основываю на том, что всякая наука начинает с того, что в каждом подлежащем науке явлении она отделяет ту сторону, кот[орая] подлежит ей, резко отстраняя от своего ведения все другие стороны явления. И пройдя весь свой путь, всякая наука обобщает только одну сторону явлений, не только не заботясь о согласии других сторон явлений с выведенными ею данными, но часто торжествуя это несогласие, доказывающее успех науки. Философия же по самой своей задаче не может устранить ни одной стороны из тех явлений, кот[орые] занимают ее. Самые предметы, кот[орыми] занимается философия, — жизнь, душа, воля, разум, не подлежат рассечению, устранению известных сторон. Явления, составляющие предмет наук, суть явления, познаваемые нами посредственно в внешнем мире, явления же, составляющие предмет философии, все познаются нами в внутреннем мире непосредственно, и мы можем наблюдать их в внешнем мире только потому, что знаем их из внутреннего мира, — и эти явления только тогда могут составлять предмет философии, когда они взяты в своей дельности, т. е. такими, какими мы их признаем непосредственно. Возьмите для примера жизнь, волю, разум. Жизнь, как деятельность организма, может быть предметом физиологии, как явление в государстве — предметом права, истории, как ряд химических процессов — химии, как ряд физич[еских явлений] — физики; но жизнь, как предмет философии, есть жизнь во всей ее цельности, т. е. то, что всё живущее знает о себе. Итак, если в изложении наук необходимо избрание одной стороны явлений и отстранение всех других, то по сущности предмета философии этот прием неприложим к ней.

3) Доказательство состоит в том, что убедительность положений, даваемых каждою наукой, состоит, как говорит Шопенгауер, в логической, физической, математической или моральной необходимости, в том, что, отстранив известную сторону явлений и излагая только одну, излагающий рядом выводов приводит слушателя к убеждению в тех общих законах, к[оторые] выводятся из этих сторон явлений; и слушатель формально бывает вполне неотразимо убежден в сообщенных ему этим223 224 путем данных, внутренне же остается совершенно свободен от принятых им убеждений. —

Совсем не то происходит при изложении философии. При филос[офском] изложении невозможно переопределять тех понятий, из кот[орых] слагается философское знание, невозможно урезывать эти понятия, а нужно оставлять их во всей их цельности, так как это понятия, приобретаемые непосредственно, и потому невозможно из этих понятий строить цепь какой бы то ни было необходимости. Все эти понятия не подчиняются ни одному из выставленных Шопенгауером положений о достаточном основании — Все эти понятия не подлежат логическим выводам, все они равны между собой и не имеют логической связи; и вследствие того убедительность философского учения никогда не достигается логическими выводами, а достигается только гармоничностью соединения в одно целое всех этих нелогических понятий, т. е. достигается мгновенно, без выводов и доказательств, и имеет только один прием доказательств — тот, что всякое другое, чем данное, соединение бессмысленно. Поэтому под гармоническим соединением я разумею только наилучшее соединение. В подтверждение этого положения я прошу вас вспомнить недействительность философских научных теорий и действительность и силу религий не на одни грубые и невежественные умы, как вы сами знаете.

Другое подтверждение этого положения есть то, что философия есть то знание, на котором зиждется всё воззрение на мир (со всеми знаниями), что в философии замыкаются все отрасли знаний.

Если знания со всем бесконечным прогрессом суть стены цилиндра, то нет и не может быть философии; но если знания суть стены конуса, то вершина конуса не может быть построена тем же путем, каким строились стены.

Итак, 3-е доказательство того, что к философии неприложим научный прием, состоит в том, что убедительность наук зиждется на логике, на выводе, убедительность же философии — на5 гармоничности.

Говоря о различ[ии] метода наук и философии, я невольно сделал почти определение того, что я разумею под философией, и рад, что сделал это, и постараюсь сделать еще определеннее и точнее. А то очень часто мы, любящие философию, непонимаемы и не понимаем других. От философии требуют или слишком224 225 многого, или слишком малого. Позитивист говорит: вы не можете логически доказать справедливости вашего воззрения, поэтому оно не научно и не нужно. Верующий человек говорит: вы ничем не можете подтвердить справедливости вашего воззрения, поэтому оно произвольно. —

Для этого-то мне кажется, что нужно ясно определить то, что мы разумеем под философией, чтобы нам не говорили, что она не нужна, чтобы от нее не требовали, чего она не может дать, и вместе с тем признавали, что она не случайна.

Философия, в личном смысле, есть знание, дающее наилучшие возможные ответы на вопросы о значении человеческой жизни и смерти.

В общем смысле это есть соединение в одно согласное целое всех тех основ человеческих знаний, которые не могут получить логических объяснений.

————

Я вижу пропасть недомолвок, неясностей, повторений и противный докторальный тон во всем, что я написал, но я стою за основную мысль о методе философии, кот[орую], надеюсь, вы разберете в этом сумбуре. Эта мысль мне необходима для того, чтобы начать изложение того, что я думаю о тех вопросах, к[оторые] занимают меня. Основная мысль та, что всякое (и мое поэтому) философское воззрение, вынесенное из жизни, есть круг или шар, у кот[орого] нет конца, середины и начала, самого главного или неглавного, а всё начало, всё середина, всё одинаково важно или нужно, и что убедительность и правда этого воззрения зависит от его внутреннего согласия, гармоничности, и что я, желая выразить это воззрение, сделаю безразлично, если начну с ответа на тот самый 2-й вопрос Канта о том, что я должен делать, кот[орый] занимает вас; хотя в моем плане этот вопрос этики представляется мне одним из последних. —

Вы говорите: что я должен делать? Грудной ребенок не спрашивает, что он должен делать; он сосет, хочет жить — любит себя; также не спрашивает про это умирающий от болезни или от старости человек. Он желает не страдать, хочет умереть, (себя не) любит (не себя). Почему же мы с вами спрашиваем себя, что делать? Только оттого, что мы и хотим жить и хотим умереть, вместе. Но мы живем не от старости к детству, а от детства к старости. Надо итти по течению, чтобы чувствовать спокойствие, твердость, внутреннее удовлетворение, надо хотеть умереть.225

226 Что такое хотеть жить? Это любить себя. Хотеть умереть — это не любить себя, не себя любить — что одно и то же.

Если бы было ясно для вас, как ясно для меня, что любить, желать и жить — одно и то же, то я прямо сказал бы, что в детстве мы желаем для себя, живем в себя, любим себя, а в старости живем не для себя, желаем вне себя, любим не себя, и что жизнь есть только переход из любви к себе, т. е. из жизни личной, т. е. этой, к любви не себя, т. е. к жизни общей, т. е. не этой, и потому на вопрос, что я должен делать, я ответил бы: любить не себя, т. е. каждый момент сомнения я разрешал бы тем, чтобы выбирать то, где я удовлетворяю любви не к себе.6

Для чего я пишу?

Мне 47 лет. Оттого ли, что я горячо жил, оттого [ли], что возраст этот есть обычный возраст старости, я чувствую, что для меня наступила старость.

Я называю старостью то внутреннее, душевное состояние, при котором все внешние явления мира потеряли для меня свой интерес. Мне кажется, что я всё знаю, что знают люди нашего времени. Если я не знаю чего-нибудь, то мне кажется, что узнай я это неизвестное знание, это не будет для меня занимательно — не откроет мне ничего нового — нового из того, что я хочу знать. Из внешних явлений мира я ничего не желаю. Если бы пришла волшебница и спросила у меня, чего я хочу, я бы не мог выразить ни одного желания. Если и есть у меня желания, как например: вывести ту породу лошадей, которых я мечтаю вывести, затравить 10 лисиц в одно поле и т. п., огромного успеха своей книге, приобрести миллион состояния, выучиться по-арабски и монгольски и т. п., то я знаю, что это — желания не настоящие, не постоянные, но что это только остатки привычек желаний и появляющиеся в дурные минуты моего душевного состояния. В те минуты, когда я имею эти желания, внутренний голос говорит уже мне, что желания эти не удовлетворят меня.

Итак, я дожил до старости, до такого внутреннего душевного состояния, в котором ничто из внешнего мира не представляет интереса, в котором нет желаний и впереди себя не видишь ничего, кроме смерти.

Я пережил тот период детства, юности, молодости, когда я поднимался выше и выше на эту таинственную гору жизни, надеясь найти на ее вершине результат, достойный положенных226 227 трудов; пережил и тот период зрелости, во время которого, войдя на вершину, я, довольный и спокойный, разборчиво и неторопливо отдыхая, шел, разыскивая вокруг себя те плоды жизни, которых я достиг; пережил и то понемногу наступавшее недоумение о том, я ли ошибся, приписывая несвойственное значение тем плодам, которых я достиг, или несоответственность этих плодов с желанием их достижения есть общая судьба людей; пережил и убеждение в том, что на вершине этой ничего не было из того, чего я ждал, и что теперь волей-неволей мне остается одно — спускаться с другой стороны туда, откуда я вышел. И я начал этот спуск. Не только нет более тех желаний, которые так незаметно внесли меня наверх, но есть противуположное, недостойное желание остановиться, придержаться за что-нибудь, есть минутами ужас (еще более недостойный) пред тем, что ожидает меня; и я медленно осмотрительно иду вниз, вспоминая пройденный путь, разбирая настоящий и стараясь из всего пройденного пути и из наблюдений окружающего меня проникнуть тайну того, что значит та жизнь, которую я прожил, и еще бóльшую тайну того, что ожидает меня там, в том месте, к которому я невольно стремлюсь.

Такое состояние я называю старостью и до такого состояния я дожил в настоящую минуту.

Как я и говорил, первое испытанное мною чувство, когда я вступал в старость, было недоумение, потом ужас, тяжелое чувство отчаяния и в том, что бойкая фраза поэта не есть фраза, а что действительно жизнь есть пустая и глупая шутка,7 которую кто-то подшутил над нами. Но сознание того, что моя жизнь не может быть шутка, то сознание, из которого Декарт пришел к доказательству существования бога, выразил убеждением в том, что не мог бог подшутить над нами, это сознание воспротивилось во мне, как оно воспротивится и во всяком человеке в признании бессмысленности жизни разумного существа. Сознание это заставило меня усумниться в том, что я разумно понимал смысл жизни. И действительно, если в известном возрасте представляется, что вся пройденная жизнь есть бессмыслица, то несогласие этого убеждения с требованием разумности человеческой природы может быть разрешено двояко: или 1) тем, что действительно вся жизнь людей бессмысленна и приводит к отчаянию в старости, или 2) что смысл, приписываемый мною жизни, неправилен и что неправильность эта становится227 228 очевидной в известном возрасте, как отклонение линии от параллельности становится заметным на известном расстоянии.

Не говоря о том внутреннем сознании, которое всегда упорно противится признанию того, что жизнь есть глупая шутка, второе предположение, т. е. что смысл жизни был мною ложно понят, подтверждалось еще и тем, что, допустив первое предположение, надо бы было встречать во всех людях, достигших старости, чувство отчаяния, тогда как наблюдение показывает мне, что старые люди, за редкими исключениями в наше время и во все времена, не только не приходили в отчаяние, но, напротив, проживали в старости самый спокойный и тихий период жизни и имеют самый ясный и спокойный взгляд на жизнь и предстоящую смерть.

Итак, убедившись в том, что отчаяние мое происходило не от свойства самой жизни, а от моего взгляда на нее, я стал отыскивать тот взгляд на жизнь, при котором уничтожилась бы кажущаяся бессмыслица жизни. — Рассказать о том, каким образом из состояния безнадежности и отчаяния я перешел к уяснению для себя смысла жизни, проникающего как пройденную мною часть и источник ее, так и остальную часть и конец ее, — составляет цель и содержание того, что я пишу.8

Я не мог дать переписать всего.

То, что следует, привело бы во искушение переписчика. — Если, бог даст, допишу, то разумеется пришлю вам. То, что следует, толкует о том, как религии вполне удовлетворяют этим вопросам, но как нам невозможно с нашими знаниями верить в положения религий; потом о том, каким образом живут европейские люди без религий, тогда как религия есть необходимое условие жизни. Потом я нахожу в воззрении материалистов, позитивистов, прогрессистов их религию; но религию неполную — религию жизни, но не религию смерти. Потом мне хочется разъяснить то, что совершенно напрасно Max Muller9 и Burnouf,10 к[оторого] я только что читал, и вообще новые люди противуполагают религию науке. Свод данных науки нашего времени есть религия нашего времени. Когда учили христианской религии встарину, то не противуполагали ее науке. Это была наука наук, истина, точно так же то, что теперь называют позитивной наукой. Потом мне хотелось бы изложить весь религиозный свод воззрений науки нашего времени, показать228 229 пробелы и — простите за дерзость — не отрицая ничего, пополнить эти пробелы. Вот мой дерзкий план.11 Прошу вашей помощи, главное, в критике моих положений, в самом строгом осуждении, и еще прошу помощи в руководстве, указании матерьялов. Например, теперь мне нужно книгу или книги, или ваше изложение общего полного религиозного (по-моему, по-ихнему: научного) воззрения матерьялистов и позитивистов на мир божий. — Потом мне нужно знать, как определяют авторитеты науку, религию, философию. —

По-моему, наука в общем смысле, философия, религия — одно и то же.

Наука есть собрание всех знаний людских подразделенных.

Философия есть соединение и результат всех знаний без их подразделений и с опровержением всех других соединений знаний.

Религия есть соединение и результат всех знаний без их подразделений и без опровержений всех других соединений.

Наука есть ложное понятие, когда она берется как одно целое. Наука по свойству своему есть ряд подразделений. Философия и религия различаются только полемическим характером, который свойствен философии и чужд религии.

————

Теперь прибавлю несколько разъяснений к тому ответу, кот[орый] я даю вам на вопрос: что делать? Я говорю, что любить, хотеть (желать, воля) и жить одно и то же и, вместе с тем, не одно и то же. Это — одно из применений философского метода, к[оторый] не употребляет логических выводов, а убеждает правильностью соединений, понятий. — Я не могу сказать, что я живу только потому, что я хочу, и что я хочу потому, что я люблю, и не могу сказать, что люблю потому, что живу, и живу п[отому], ч[то] хочу. Или что хочу п[отому], ч[то] люблю и т. д. Я не могу и могу всё это сказать. Перестановка не прибавляет убедительности. Но убедительность лежит в сопоставлении этих понятий. —

Говоря философским жаргоном, имеющим только полемическую цель, я бы сказал: желать есть понятие времени, ибо можно желать только того, что будет.

Жить — понятие пространства. Когда мы говорим: живет, жизнь, мы думаем только о пространстве, охватываемом жизнью.229

230 Любить — понятие причины, ибо можно желать только того, что любишь, и жить только потому, что любишь. Но я не в этом кладу убедительность, а в гармоничности сопоставления не только этих, но и всех других философских понятий.—

Жду вашего продолжения, ваших ответов и возражений для того, чтобы вам и себе показать эту гармоничность и законность сопоставления понятий моего религиозного (философского) воззрения. —

Ваш Л. Толстой.

1875

30 ноября.

Первая часть письма (7 листов автографа) опубликована, по машинописной копии, в «Литературном наследстве», т. 37—38, М. 1939, стр. 158—162, с датой: 1—20 декабря 1875 г. Неопубликованная часть письма представляет собой 4 листа (полтора заключительных листа — автограф Толстого, прочее — рукою переписчика с поправками Толстого). Ответ на письмо Страхова от 16—23 ноября (ПС, стр. 68—71).

1 [настоящее, подлинное,]

2 Из философских работ Толстого, относящихся к этому времени, известны только два отрывка: «О будущей жизни вне времени и пространства», датированный 17 ноября, и «О значении христианской религии». См. т. 17.

3 В письме от 16—23 ноября Страхов писал: «Из трех главных вопросов, которые указывает Кант в Критике чистого разума: 1, чтò я могу знать? 2, чтò я должен делать? 3, чегò мне следует надеяться? — я считаю самым важным второй» (ПС, стр. 69).

4 [исповедание веры,]

5 Зачеркнуто: чувстве

6 На этом обрывается текст, написанный Толстым; дальше — рукой переписчика.

7 Имеются в виду две строки стихотворения Лермонтова «И скушно, и грустно...»:

И жизнь, как посмотришь с холодным вниманьем вокруг, —

Такая пустая и глупая шутка...

8 На этом обрывается текст рукой переписчика, дальше — рукой Толстого.

9 Макс Мюллер (1823—1900) — санскритолог и историк религий. Имеется в виду его «Essai sur l’histoire des religions», Париж, 1872.

10 Эжен Бюрнуф (1801—1852) — ориенталист и историк религий. Имеется в виду его «La science des religions», Париж.

11 К работе над осуществлением этого плана, нашедшего позднее свое выражение в «Исповеди», надо отнести написанный 25—27 декабря 1875 г. отрывок «О душе и жизни ее вне известной и понятной нам жизни» (т. 17, стр. 340—352).

230 231

222. H. M. Нагорнову.

1875 г. Ноября конец. Я. П.

Посылаю вам квитанции Соковнина. Очень благодарен за счет его...

Что брошюрка о Нар[одном] Обр[азовании], и включили ли вы ее в объявление?

Тетиньке как будто получше, и у нас явилась надежда... Я же 3-й день больнешенек.

Ваш Л. Толстой.


Пришлите мне, пожалуйста, 10 брошюр О н[ародном] о[бразовании].

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 210. Датируется на основании упоминания о П. И. Юшковой, которая заболела 20 ноября 1875 г. и скончалась 22 декабря.

* 223. H. М. Нагорнову.

1875 г. Декабря начало. Я. П.

Очень благодарен вам, любезный Николай Михайлович, за присылку вещей и, главное, за отчет.1

Хоть результаты отчета грустные, я радовался, читая его. Я всё знаю и понимаю, как будто я сам был в Москве.

Все ваши распоряжения, как-то пересылку на наш счет, разумеется, одобряю. Одно напишите при случае, чтó Соковнин не платит за Полные сочинения, Войну и мир и старую Азбуку и чтó брошюрка о Народ[ном] образ[овании]? Надо бы было ее включить в объявления и в объявления на обертках Азбуки.2

Да сколько мы должны типографии?3 И вообще не должны ли еще кому-нибудь?

На объявления надо не жалеть денег. —

————————————————————————————————————

У нас всё горе за горем. Только что Соня оправилась, тетинька слегла и страдает и умирает. Я ничего не могу делать, не имею главн[ого] — душевного спокойствия.

Что Варя милая? Давно она не писала нам. Успокоилась ли она насчет зловредных способностей, выказываемых Валерьяном,231 232 и не найдены ли и в Лизе склонности к непокорности и пр. —

Целую Варю и детей и вам дружески жму руку.

Ваш Л. Толстой.

Датируется на основании упоминания о болезни П. И. Юшковой и сопоставления с письмом № 220.

1 Сохранился отчет Н. М. Нагорнова о продаже «Новой азбуки» и «Русских книг для чтения» на 20 ноября 1875 г., а также отчет о приходе и расходе денег с мая по 20 ноября того же года.

2 Брошюра «О народном образовании» была включена в общие объявления; отдельных объявлений о ней сделано не было.

3 Сохранился счет типографии А. Торлецкого и М. Терехова от 5 декабря 1875 г. за печатание второго издания «Новой азбуки» в количестве 48 000 экз., на сумму 582 р. 50 к.

* 224. Н. М. Нагорнову.

1875 г. Декабря 2...7. Я. П.

Я виноват, что не ответил вам на вопрос об Д[етстве] и О[трочестве]. Делайте, как найдете более выгодным. Кажется 50% много. А впрочем, что вы сделаете, в том спорить и прекословить не буду.

Что Славянские книги?1

Очень благодарен за отчет.

Надеюсь, что теперь началась или начинается продажа. Тульский директор выписывает 5000 Азбук.2 Если другие хоть приблизительно выписывали бы столько, то можно бы надеяться получить хоть сколько нибудь денег, в которых я нуждаюсь. Пожалуйста, собирайте сколько возможно.

Я всё надеюсь увидаться и потому много не пишу. Или я буду в Москве, или вы заедете. —

Ваш Л. Толстой.

Датируется на основании ответного письма Нагорнова от 9 декабря.

1 9 декабря Нагорнов отвечал: «Славянские книги печатаются. Начал 3-ю».

2 Здесь, повидимому, ошибка, так как в отчете Нагорнова по 1 марта 1876 г. значится, что в Тулу отправлено 500 экз., а не 5000.

232 233

225. H. M. Нагорнову.

1875 г. Декабря 7. Я. П.

Я забыл попросить вас прислать мне счет учебных пособий. Пожалуйста, возьмите, где брали, счет и пришлите. Мне нужно для представления в Училищ[ный] совет.

Тетинька с каждым днем слабеет. Ждем ее смерти каждую минуту.

Ваш Л. Толстой.

7 декабря.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 210—211. Год определяется сообщением о болезни П. И. Юшковой.

* 226. С. Н. Толстому.

1875 г. Декабря 10...12. Я. П.

Что тетинька рада будет тебя видеть, в этом не может быть никакого сомнения. Она очень жалка. Ничего не ест, и то лежит, стонет от боли то в ноге, то в груди, то в пятке другой ноги, то вдруг освежится и говорит, что ей лучше. Но слабость ужасная — ходит под себя. И умирать не хочется. Один раз только она сознала свое положение и думала, что тотчас же умрет.

Хорошо бы было, если бы ты приехал; и увидались бы. Я и то собирался к тебе; но то некогда от болезни, да и морозы.

Теперь мы будем беспокоиться о Верочке. Я уж так измучен неперестающими болезнями, что вечно живу под страхом. Авось бог даст — это не важно.

Соня кланяется тебе и Марье Михайловне.

Письмо твое по почте я получил1 и чувствую себя виноватым перед тобой в деньгах. Боюсь, не стеснил ли тебя. У меня нынешний год ниоткуда нет получений — живу одним лесом и то только теперь начинаю получать. Но ты требуй, я могу занять.

Датируется сопоставлением слов письма: «Один раз только она сознала свое положение и думала, что тотчас же умрет» — с письмом С. А. Толстой к Т. А. Кузминской от 25 декабря 1875 г., где она описывает этот случай и сообщает, что П. И. Юшкова прожила после этого еще больше недели.

1 Письмо неизвестно.

233 234

* 227. A. A. Фету.

1875 г. Декабря 12. Я. П.

Хотя и вы не велели отвечать, если мы можем принять вас, я все-таки отвечаю с тем, чтобы сказать, что 18-го за вами будут высланы две одиночки, и мы вас ждем с Оленькой и будем очень, очень рады.

Ваш Л. Толстой.

121 декабря.

Год определяется сопоставлением с письмом Фета от 4 ноября 1875 г., в котором он сообщал о своем намерении приехать в Ясную Поляну 18 декабря.

1 Переправлено из: 13.

228. H. М. Нагорнову.

1875 г. Декабря 20...21. Я. П.

Любезный Николай Михайлович.

Великая просьба (как, я воображаю, вам надоело уже это вступление). Мне необходимо и как можно поскорее (так как я по разным делаемым мне затруднениям задержал это дело), послать деньги в Швейцарию — 2500 франков по прилагаемому адресу. Будьте так добры, возьмите эти деньги у Соловьева по прилагаемому письму1 или у других часть, если есть чтó2 взять, и пошлите их поскорее и самым верным и выгодным способом по адресу. —

Ваш Л. Толстой.


Здоровье тетиньки всё то же. Адрес по ошибке написали на Соловьева письме.

Suisse. Monsieur Python-Castella à Portalban. Freibourg.

Если бы при отправке через банкирскую контору встретилось затруднение в том, что у банкира нет сношений с Фрибургским банкиром, то можно отправить в Женеву, уведомив письмом получателя.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 211. Датируется на основании денежного отчета H. М. Нагорнова по 1 января 1876 г., из которого видно, что деньги в Швейцарию для М. Н. Толстой были отправлены 23 декабря.

1 Письмо неизвестно.

2 Ударение Толстого.

1876

229. H. H. Страхову.

1876 г. Января 1...2. Я. П.

Получил ваше письмо, дорогой Николай Николаевич, и сейчас же отвечаю кратко под первым впечатлением. На днях же пришлю вам длинное переписываемое письмо.1 Пожалуйста, и вы делайте так же. Та переписка сама собой, а дружеская и быстрая сама собой. —

Во-первых, я не согласен с подставлением вами слов анализ и синтез под то, что я говорю. Эти злодейские слова вместе с субъективн[ым], объективн[ым], индуктивным и дедуктивным методами наделали столько бед, что я их боюсь и ненавижу. Эти слова и деления близко ходят около того главного деления всего познаваемого, о к[отором] я намерен вам писать в следующем письме, но не попадают в настоящую черту деления, и потому под ними подразумевается весьма многое и неясное.

Во-вторых, я был поражен новыми доказательствами нашего умственного родства. Вы пишете о спиритизме, я чуть было не написал о нем. Статья моя вся готова.2 Меня статьи в Р[усском] в[естнике]3 страшно волновали. Поразительны для меня три вещи. 1) То, что мужики видят чертей беспрестанно, и никто не находит, что это явление, заслуживающее внимания, что это факты; а увидали Бутлер и Вурст,4 и я должен верить им — это факты. Мне хотелось показать, что истории мужицких чертей столь же аутентичны5, как и ихние, но что доверия заслуживает не Бутлер и Вурст, одуревший, сидя над микроскопом или ретортами, а свежий мужик, кот[орый] знает много меньше (анализ, по-вашему, развит меньше), но у которого основы всякого знания — верования, религиозное воззрение на мир235 236 (синтез что ли) без сравнения правильнее, чем у Вурста. 2) С фактами не спорятопыт, подвергнуть опыту. Как это ученые (анализом занимающиеся) не знают, что, прежде чем что-нибудь подвергать опыту, знают чтó — какого рода явления могут выйти из их опыта. Астроном поверит, что может явиться комета величиною с солнце, и будет его наблюдать; химик знает, что из соединения каких-нибудь бромов и еще чего может сделаться треск, вода, жар, холод и т. п., но если астроном увидит, что мимо телескопа пролетит сапог, если он не рехнулся, то он не станет наблюдать сапог, и если у химика из соединения получатся прекрасные стихи, то он не станет их наблюдать. Как же они предлагают подвергнуть научному исследованию, какому? — умные слова, индианку, музыку, стуки в столе и т. п.

3) Поразительно, что эти факты выходят из лагеря людей, которым наука помешала признать существование в человеке чего-то, не подлежащего законам мертвого мира.

В-третьих, наше умственное родство поразило меня еще тем, что вы говорите о разумности, несомненности и тщете законов мира неорганического.

Почти то же я писал в то же время в отрывке, к[оторый] пришлю вам в следующем письме.6 Впрочем, эта мысль ваша. Она несколько раз выражается и чувствуется в вашей книге,7 кот[орую] я вновь перечитал на днях и перечитал, как новое. Как бы я хотел читать эту книгу с вами. Спрашивать вас и делать свои возражения. Вопросы, поднимаемые и решаемые в ней, теперь особенно занимают меня, в особенности о различии органич[еского] и неорганич[еского]. Теперь, в-четвертых — я совсем несогласен с вами о делении людей на деятельных и пассивных и о том значении, к[оторое] вы придаете тем и другим. Виноват, но я слышу тут отголосок неудавшейся мысли Григорьева о хищных и смирных типах,8 к[оторой] я никогда не понимал. Самое деление неправильно. Противуположное смирному есть бунтующий или горящий, но не хищный. Главное же, самая мысль неверна. Тут вы платите дань, несмотря на ваш огромный, независимый ум, дань Петербургу и литературе. Вы говорите: лучшие силы недеятельны, а те деятельны. Да ведь это только в литературе. Т. е. одни знают, что сами ничего не знают, и учатся, а другие, невежды и тупицы, ничего не зная, учат и не учатся. Но это только в литературе. А в (маленькой штучке) в жизни? Кто пашет, сеет, нанимает,236 237 торгует, распределяет деньги, ездит, набирает солдат, командует, главное, рожает и воспитывает себе подобных и лучших?

Всё недеятельные, пассивные люди. Это совсем, совсем неверно.

Если вам не в труд и книги эти стоят не более 10 рублей, пришлите мне Юма9 философа и Бекона10 на каком-нибудь из новых языков. Французское и английское лучше всего. Немецкое хуже. Русское хуже всего.

Матерьялистов мне не тех нужно.11 Я думаю Спенсера.12 Читали ли вы его? И что его главное и полнейшее?

Об Анне Карениной ничего не пишу вам; и не буду писать. Если выйдет, вы верно прочтете.

Впервые опубликовано в «Литературном наследстве», т. 37-38, М. 1939, стр. 163—165. Датируется на основании пометки H. Н. Страхова на автографе: «2 янв. 1876 г. Ясн.». Ответ на письмо Страхова от 25 декабря 1875 г. (ПС, стр. 71—73).

1 Вероятно, копию философской статьи «О душе и жизни ее вне известной и понятной нам жизни» (см. т. 17, стр. 340—352). Однако она не была отослана, и вместо нее Толстой, в ответ на следующее письмо Страхова, написал новое изложение тех же мыслей (см. письмо № 237), которое и послал вместе с письмом от 14...15 февраля.

2 Статья о спиритизме написана не была; словом «готова» Толстой, повидимому, хотел сказать, что статья вся продумана и ему остается только написать ее.

3 Толстой имеет в виду статьи: Н. П. Вагнера «Медиумизм» («Русский вестник», 1875, № 10, стр. 806—951) и А. М. Бутлерова «Медиумические явления» (там же, № 11, стр. 300—348). О Н. П. Вагнере см. при письме к нему от 12—13 ноября 1876 г. Александр Михайлович Бутлеров (1828—1886) — профессор Петербургского университета и член Академии наук, великий русский химик. Однако в общих вопросах философии он был идеалистом, поборником спиритизма.

4 Под Бутлером и Вурстом Толстой, играя в раздражении словами, имеет в виду А. М. Бутлерова и русского немца Н. П. Вагнера (по-немецки: буттер — масло, вурст — колбаса).

5 В автографе: отентичны.

6 См. письмо № 237.

7 «Мир как целое. Черты из науки о природе». Толстой впервые читал эту книгу сейчас же по выходе ее в свет (в 1872 г.) и тогда же написал Н. Н. Страхову свое мнение о ней (см. т. 61, письмо № 426).

8 А. А. Григорьев (о нем см. т. 47, прим. 688), говоря о русской литературе, искусственно и по существу неверно делил героев ее на «ложных и хищных» и «простых и смирных». К первой категории он относил типы, выросшие на иноземной почве, но вошедшие в русскую литературу237 238 в силу ее всеобъемлющего характера; типы же второй категории (выразителем их для А. А. Григорьева был Иван Петрович Белкин, от лица которого Пушкин ведет речь в своих повестях) выросли на «своей почве», были «голосом за простое и доброе, поднявшееся в душах наших против ложного и хищного».

9 Давид Юм (1711—1776) — английский философ и историк, представитель философского агностицизма.

10 Френсис Бэкон (1561—1626) — английский философ и государственный деятель, родоначальник «английского материализма и вообще опытных наук новейшего времени», по определению К. Маркса. Русский перевод важнейших сочинений Бэкона вышел в 1874 г. в двух томах в переводе П. Бабикова.

11 Страхов советовал Толстому прочесть «Силу и материю» Людвига Бюхнера.

12 Герберт Спенсер (1820—1903) — английский буржуазный философ-агностик и позитивист, глава «органической» школы в социологии, враг социализма.

* 230. Н. М. Нагорнову.

1876 г. Января 3...4? Я. П.

Благодарю вас, как и всегда, дорогой Николай Михайлович, за вашу акуратность,1 а главное за ту дружбу, которую вы мне оказываете, занимаясь так хорошо моими делами. Хорошо бы было, если бы вы заехали к нам проездом в Богородское. Как мне ни хочется в Москву и повидать близких — на первом месте Варю, что-то не похоже, чтобы я приехал. Совсем было собрался ехать, да задержала теперь сильнейшая простуда — кашель и насморк. А главное, после горести первой половины зимы, теперь, слава богу, хорошо работается и не хочется терять времени, которого мне уже немного остается.

То, что следует напечатать в 1-ой книжке,2 у меня уже несколько дней готово, но я не посылаю — признаюсь — сомневаясь в том, нужно ли Каткову. Притом до меня дошли слухи об его раззорении. Он же, напечатав заявление о выходе в 1-й книжке,3 не дает признаков жизни.

Узнайте, что у них и как? Т. е. раззорились ли? И что 1-я книжка, печатается ли, и почему они ко мне не пишут?

Счет типографии я вам отослал назад.

Письмо из Тифлиса читал и согласиться или не согласиться на предлагаемые условия предоставляю вам.

Объявление напечатайте и, пожалуйста, не забудьте теперь, и впредь не забудьте вместе с объявлениями и на обертках238 239 книг всегда печатать о продаже «О народном образовании». Книгопродавцы вам этого не скажут, потому что не знают, но я знаю, что эта книжечка очень много может содействовать распространению остальных, и потому постарайтесь ее распространять. Каждый экз[емпляр] ее стоит 100 Азбук.

Напишите, продавалась ли она, и тисните хоть отдельно о ней объявление.

Вы пишете, что книг осталось около половины, пожалуйста, не пропустите время, когда надо будет вновь печатать, если они будут подходить к концу.

Варя, голубушка, напиши мне, пожалуйста, сплетню про Машу Дьякову.4 Всё, что ты про нее знаешь и замечаешь. Она меня очень интересует, и ты описывай все твои наблюдения и [о] себе мне напомнишь.

Только выбери времячко, когда ты будешь в духе.

Целую тебя и детей

Ваш Л. Толстой.

Отрывок, с датой: «1876 г. начало года», опубликован в Г, II, стр. 207. Датируется содержанием.

1 Имеется в виду присланный Нагорновым денежный отчет с 15 мая по 31 декабря 1875 г.

2 В первой книге «Русского вестника» за 1876 г., вышедшей в свет 2 февраля, были напечатаны XI—XXVIII гл. 3-й части «Анны Карениной».

3 В декабрьской книге «Русского вестника» за 1875 г. было напечатано: «Печатание романа «Анна Каренина» возобновляется по предложению автора с январской книжки «Русского вестника».

4 М. Д. Дьякова в январе 1876 г. была помолвлена с Н. А. Колокольцевым. См. прим. 2 к письму № 232.

* 231. Н. М. Нагорнову.

1876 г. Января 15...20? Я. П.

Будьте так добры, любезнейший Николай Михайлович, пришлите мне, взяв их у кого вам удобнее, училищные пособия по прилагаемой записке.1 И, пожалуйста, поскорее, если вам не в труд. Извините за беспокойство, и впредь очень благодарю. Обнимаю Варю. Что она? Письмо ее мы получили.

Ваш Л. Толстой.


Пожалуйста, вышлите счет на всё, что пришлется.239

240 Датируется предположительно на основании отчета Н. М. Нагорнова по 1 марта 1876 г., где означены расходы 22 января на «училищные пособия».

1 Записка неизвестна.

* 232. А. М. и Т. А. Кузминcким.

1876 г. Января 17. Я. П.

Если я тотчас же не написал вам,1 дорогие друзья Саша и Таня, то не от того, чтобы не был рад вашей радости, я был рад так, как только можно радоваться за других. Никак не могу себе представить мальчика с типом ваших детей. Лучше всего бы было, если бы он был похож на Дашу, если нет, то на Машу, и надеюсь, что это так будет. — Я не желаю, чтобы он был похож на 2-х меньших, не потому, что я их не одобряю, но потому, что в таком малом возрасте я их не понимаю. — Предвосхищу у Сони новость. Маша Дьякова выходит замуж за Колокольцова Николая.2 Подробности смотри у Сони. Для меня трогательная подробность есть поэтический восторг Дм[итрия] Алексеевича. Он сам не был так влюблен и растроган, когда женился, как теперь. Мне кажется, что это будет хороший, настоящий брак.

Так мне радостна мысль, что мы вместе, как и по старине, проведем лето, что и не верится. — Нам, старикам, вдесятеро дороже привычные радости. —

Лошади верховые Самарские отличные и всегда будут к услугам вас обоих, в особенности Саши, за которого мы все робеем, что ему [будет] скучно. Надеюсь, что ты тоже состарелся, т. е. стал старше и чувствуешь прелесть привычного и за это будешь переносить скуку.

Прощайте, до свиданья. Соня всё опишет, а я всё написал в Ан[не] Кар[ениной], и ничего не осталось.

Датируется по письму С. А. Толстой от 17 января 1876 г., написанному на том же листе бумаги. Ответ на письмо Кузминских, извещавших о рождении у них 20 декабря сына Михаила.

1 Письмо Кузминских было получено в Ясной Поляне 11 января.

2 Николай Аполлонович Колокольцев (1848—1920) — брат давнишнего знакомого Толстых, Григория Аполлоновича Колокольцева, в 1875 г. служил в г. Петрозаводске младшим чиновником особых поручений при губернаторе.

240 241

*233. H. H. Страхову.

1876 г. Января 24...25. Я. П.

Пишу два словечка о делах, дорогой Николай Николаевич. Очень благодарю за книгу. Юма, пожалуйста, пришлите. Да, пожалуйста, мне напоминайте о книгах. Я свои бросаю и имею привычку зачитывать чужие. На днях видел у себя, перебирая библиотеку, ваши книги: Григорьев и Education sentim[entale].1 Прислать их вам?

О присылаемых книгах напишите, чьи они. Если мои, сколько я должен. Если вам не в труд, спросите у книгопрод[авцев], у к[оторых] Азбуки, и у Надеина, нет ли денег?

У меня А[нна] Каренина подвигается. Не печатаю только потому, что не имею известий из Рус[ского] вестн[ика].—

Ваш Л. Толстой.

Вы стали скупы на письма. Желаю вам успеха в работе. Я рад, что вы печатаете не в газете. Отчего не в журнале, хоть Р[усском] в[естнике]?

Да, если спросите у книгопр[одавцев] про Азбуки, спросите про брошюрку о нар[одном] об[разовании]. Продают ли ее.

Впервые опубликовано, по рукописной копии, в «Литературном наследстве», т. 37—38, М. 1939, стр. 165—166. Датируется на основании пометки Страхова на автографе: «1876 г. Ясн. 25 января».

1 Роман Гюстава Флобера «Воспитание чувств» (Париж, 1870).

234. H. М. Нагорнову.

1876 г. Января конец. Я. П.

1) Войну и мир продать за 2.500 р. или продавать по 4 в новой обертке.1

2) Для Книг для чтения взять бумагу и печатать.2

3) Детство продать за 750 или печатать 30% с выручки.3

4) Публикацию брошюры.4

5) Славянские книги дать просмотреть славянисту.5

6) Публикации по всем изданиям, всех изданий.

7) От Каткова деньги 2500 Дьякову, остальные на Рязанский банк.

241 242

На Детстве и Войне и мир:

Того же автора.

Полные сочинения

томов

цена.

Детств[о]

1

цена.

О народ[ном] обр[азовании]


»

Азбука в 3 част[ях]


цена

I

Книга для чтения


цена

II

»


»

III

»


»

IV

»


»

Азбука в 12 книг[ах]


2 р. 20

————————————————————————————————————

На кн[игах] для чт[ения]:

Того же автора.

Азбука.......................

Полные соч[инения]

Вой[на] и м[ир]

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 211—212. Датируется на основании слов: «От Каткова деньги 2500 Дьякову» и записи в денежном отчете Н. М. Нагорнова за 1876 г.: в рубрике «Приход» под 2 февраля — «От Льва Николаевича 2500 р.», а в рубрике «Расход» под 4 февраля — «Дьякову 2500 р.».

1 Несмотря на объявления на обложках всех вышедших в 1876 г. изданий произведений Толстого и на объявления в газетах о печатающемся «дешевом» издании «Войны и мира» в 6 томах, ценою 3 р. 50 к., ни в одном из крупных книгохранилищ нет «Войны и мира» издания 1876 г.; приходится заключить, что выпуск романа в свет «в новой обертке» не состоялся, а была осуществлена только первая часть предложения, т. е. продажа остатка издания 1868—1869 гг. за 2500 р.

2 Второе издание четырех «Русских книг для чтения» вышло в свет между 6 и 19 июня 1876 г. в количестве 5000 экз. (см. «Правительственный вестник», 1876, № 143 от 29 июня).

3 То есть напечатать в объявлении о тридцатипроцентной скидке книгопродавцам.

4 «О народном образовании».

5 «Славянские книги для чтения» имеют цензурную пометку «20 декабря 1876 г.» и вышли в 1877 г. Давал ли Н. М. Нагорнов их просматривать какому-нибудь «славянисту», неизвестно.

242 243

235. М. Н. Толстой.

1876 г. Январь? Я. П.

Хотел тебе писать длинно, милый друг Машенька, но Соня всё написала. Она не написала только, что она сама больна; и что, для меня по крайней мере, главная перемена в нашей жизни это то, что из нее, здоровой, энергической хозяйки, делается болезненная женщина, или угрожает сделаться. Я всё еще надеюсь. Но вообще мы много переменились. Мы понемногу сходим со сцены, а дети выступают. До сих пор дети очень хороши. Одно, в чем мы не переменились, это в любви к тебе. Я почувствовал это, получив твое письмо. — Напрасно ты смущаешься твоим отношением к твоей Элене.1 Ты преувеличиваешь. Я бы на твоем месте взял ее к себе. — Потеря тетиньки мне очень тяжела — гораздо больше, чем ты думаешь и я бы думал. Как бы хорошо увидаться с тобой. Напиши, можно ли на это рассчитывать. Я не считаю это за письмо, но напишу тебе другой раз. Сердись, не сердись, досадуй на меня, но знай, что едва ли кто тебя тверже любит, чем мы. —

Приписка к письму С. А. Толстой. Впервые опубликована в юбилейном сборнике «Лев Николаевич Толстой», М. 1928, стр. 54—55. Дата определяется предположительно на основании упоминания о смерти П. И. Юшковой и болезненном состоянии С. А. Толстой.

1 Елена Сергеевна Толстая (1863—1942), дочь М. Н. Толстой от гражданского брака с Гектором де Кленом. См. т. 83, стр. 531.

236. H. Н. Страхову.

1876 г. Января конец...февраля начало.

Письмо ваше, дорогой Николай Николаич, уже дней 5 лежит у меня. Нынче я перечел его 3-й раз и хочу отвечать. Я в духе думать, но слаб, и боюсь, что не сумею сказать, как хочу; но вы избаловали меня вниманием, и потому надеюсь, что вы поймете и дурно выраженное.

«Ибо мы желали — скажу прямо — чего-нибудь от нас совершенно отличного и для нас непостижимого, и только соприкасающегося с нами»... «Путем субъективизма мы никогда...1 он само живое из всего живущего». Я не согласен с этим. Я определяю жизнь — отъединением части, любящей себя, от остального.243

244 Может быть, это не ясно; но это необходимо. Без этого определения жизни неизбежно повторился бы круг, по кот[орому] человек был бы бог, центр всего. — Жизнь есть отъединение части от остального. Человек знает только живое. Поэтому для живущего доступно только живое, подобное ему; все же представляющееся ему мертвым есть живое, недоступное ему. Оно-то и есть непостижимое и не только соприкасающееся, но обнимающее его.

Выражу вам, может быть, наивно, но зато ясно мою мысль.

Клеточка есть объединенное — живое, клеточка любит себя и знает другую клеточку и ей подобные, — т. е. и чувствует, не зная, и остальная жизнь ее составляется из отношений к себе подобным и неподобным. Неподобные ей представляются ей мертвыми. Человек знает и любит себя и все включенные в него клеточки, чувствуя их собою, и относится к мирам,2 представляющимся ему неорганическими, так же, как клеточка к целым организмам.3 Из бесчисленного количества людей и других существ составляется, вероятно, одно целое живое, жизнь которого нам недоступна, как недоступна жизнь всего организма клеточке. (Этот высший организм не есть общество, государство, как метафорически говорят социологи, а что-то всегда недоступное человеку на низкой степени его объединения.)

Но тут является вопрос: где же кончаются эти яички в яичке вверх и вниз?4

По Канту, вследствие свойства разума, не может быть конца пространству, времени и причинам; по-моему же не может быть конца объединениям жизни, включающим в себе одно другое, потому что человек может понимать только жизнь. Но если человек может понимать только жизнь и не может понимать конца объединениям, то у него необходимо является понятие бесконечного живого, объединяющего в себе всё. Объединение же всего есть явное противуречие. Противуречие5 есть бог живой и бог любовь.6

Бог — живой — любовь есть необходимый вывод разума и вместе с тем бессмыслица, противная разуму. —

Я знаю бесконечность существующего, и так как знаю только живое, то знаю, что не это бесконечно существующее есть живое, не имеющее себе пределов, т. е. объединяющее, любящее всё, как самого себя. Разум же мне говорит, что объединение всего не имеет смысла и противно его законам. Здесь-то нужно,244 245 чтобы вопрос о том, что есть сущность7 познания, был бы ясно решен: логическая ли способность разума составляет ее, или сознание своей жизни. Если сознание своей жизни, то несогласие последнего вывода с логическими требованиями моего разума только может заставить меня понять8 неправильность приложения логической способности разума к предлежащему вопросу. Любовь в самых низких, известных нам проявлениях не подлежит законам разума, каким же образом бесконечное объединение и, следовательно, любовь могла бы подлежать им? Встретившись с этим противуречием, я только могу пожалеть о недостаточности моего разума, показывающей ту низкую ступень, на которой я нахожусь, но никак не усумниться в своем выводе. Оно показывает мне то, что я не могу понять бога, к которому я пришел, отыскивая смысл своей жизни; но невольно самым устройством моего разума побуждает меня к тому, чтобы стремиться понимать его; оно показывает только, что всякий раз, когда я хочу вполне понять его, определив его объединяющим всё, я прихожу к бессмыслице и чувствую свое бессилие, но никак не показывает ошибочность вывода. Оно показывает, что пределов его я не могу понять, но сущность его мне несомненно известна, потому что она есть то самое, что составляет мою жизнь — любовь (во мне ко всему тому, что объединено мною) в нем к тому, что объединено им, ко всему. И каждый человек, и не зная этого, невольно чувствует (как бы ни нападали на телеологию), что он любим, что он есть средство, часть и вместе цель.

Боюсь, что вы, покачав головой, пожалеете, что я тронут рассудком. Может быть, но очень приятно тронут. Пожалуйста, пишите мне откровенно и не с осторожностью и участием, как вы делаете, а вообразите себе, что вам это пишет Суворин, и ловите меня на каждом слове.

Многое может быть неясно, но лишнего, чего я не могу объяснить, ничего не пишу.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в ПС, стр. 73—75. Основание датировки: письмо служит ответом на неизвестное письмо Страхова, являющееся в свою очередь ответом на письма Толстого от 2...3 января. Письмо Страхова лежало, как пишет Толстой, «дней 5». Написанное, таким образом, не раньше конца января — начала февраля, настоящее письмо было послано лишь вместе с письмом от 14...15 февраля.245

246 1 В автографе строка точек.

2 Зачеркнуто: к организмам и

3 Зач.: Но тут является вопрос:

4 Зач. начало новой строки: По свойству человеческого ума

5 Зач.: это неизбежно и это противуречие

6 Зач.: так как истинное объединение есть любовь.

7 Зач.: моей жизни

8 Зач.: недостаточно орудия разума для разрешения вопроса о жизни и о любви.

237—238. С. А. Толстой от 9...15 февраля и января —февраля 1876 г.

239. H. Н. Страхову.

1876 г. Февраля 14...15. Я. П.

Очень благодарен вам, дорогой Николай Николаевич, за присылку книг,1 денег, статьи и за письмо. Юма франц[узского] я пришлю назад, если вам не неудобно. Деньги и 27 р. — прекрасно.2 Статья ваша, как и все ваши статьи, интересна, нова и мала.3

Григорьева посылаю.

Посылаю тоже письмо о многом,4 как вы увидите, — преимущественно же о том, почему не может быть матерьялистической философии и чтó я признаю источником всякого познания. Я расхожусь со всеми философами и говорю то, что я не раз пытался и не умел на словах вам высказать. Высказано еще далеко неясно и неполно; но если вы дадите себе труд прочесть, отрешившись от всяких предвзятых мыслей, то надеюсь, что вы поймете то, что я хочу сказать. И тогда, пожалуйста, напишите мне подробно свое мнение. Очень прошу вас об этом. Как вы увидите, это очень простое воззрение на мир и, как мне кажется, новое и включающее в себя другие воззрения.

Сущность моей мысли есть та, что априорная истина или знание (как называет Кант) есть одно, включающее в себя всё другое. Это априорное знание заключается только в одном: я живу = есть мир, есть существующее, объединенное мною и необъединенное мною. Всё это знание обыкновенно разделяют на понятия жизни, организма, силы, единицы, множества, времени, пространства, но всё это заключено в одном: я живу,246 247 и всё, что составляет это знание 1) не может быть познано разумом и 2) без этого знания не может существовать ни одного разумного понятия. —

Письмо написано кое-как, и мне некогда теперь заняться им, но вы хотите его иметь, и мне очень хочется знать ваше мнение и потому посылаю. Только все-таки не будьте снисходительны, а будьте строги. —

Я очень занят Карениной. Первая книга суха, да и кажется плоха,5 но нынче же посылаю коректуры 2-й книги,6 и это, я знаю, что хорошо. Жду от вас длинного письма.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано в ПС, стр. 77—78. Датируется на основании пометки Страхова на автографе: «15 февраля 1876 г. Ясн. Пол.». Ответ на письмо H. Н. Страхова от 5 февраля.

1 В письме от 2...3 января Толстой просил Страхова прислать ему сочинения Юма и Бэкона.

2 Страхов прислал Толстому 27 руб., полученные от книгопродавцев Надеина и «Русской книжной торговли» за проданные 25 экземпляров статьи «О народном образовании» и 15 экземпляров «Азбуки» 1872 г.

3 «Из поездки в Италию. Очерк», написанный H. Н. Страховым во время его заграничного путешествия в 1875 г. Напечатан в сборнике «Братская помочь», 1875 г.

4 Письмо № 236.

5 Имеются в виду главы XI—XXVIII 3-й части, напечатанные в «Русском вестнике», 1876, № 1, январь, стр. 308—390.

6 Во второй книге «Русского вестника» за 1876 г. были напечатаны главы I — XVI 4-й части «Анны Карениной».

* 240. С. Н. Толстому.

1876 г. Февраля 21. Я. П.

Что ты делаешь и все твои, все ли живы здоровы? Мои сборы к тебе так и остались сборами. Чем больше живешь, тем меньше свободного времени. Или нездоровится, или семейные заботы, или писанье, которое я и так запустил и боюсь, что не успею кончить нынешний год, несмотря на то, что оно часто противно мне. Я сам нынешнюю зиму здоровее прежних и здоровее других. Коклюш еще теперь оставил следы, и Сережа, и Леля, и Соня кашляют. Соня очень слабеет здоровьем, и я начинаю серьезно бояться за нее. После своей болезни она не поправилась, и иногда мне кажется, что кашель нехороший. Она с неделю247 248 тому назад была в Москве. Она ездила туда к Дьяков[ой] Маше (она выходит замуж за Колокольцова, брата того, которого ты знаешь), и там доктора нашли ее нетвердой. Я никому этого не говорил, но невольно написалось тебе, что я боюсь. —

Вообще была для меня нравственно очень тяжелая зима; и смерть тетиньки оставила во мне ужасно тяжелое воспоминание, которое не могу описать в письме. Умирать пора — это не правда; а правда то, что ничего более не остается в жизни, как умирать. Это я чувствую беспрестанно. Я пишу и довольно много занимаюсь, дети хороши, но всё это не веселит нисколько. Ре1 наш хорош, но сестра его плоха, Соня ее терпеть не может, и я всё боюсь, что расстроится дело и с братом. У меня теперь живут Костинька2 — всё такой же несчастный и довольный, когда сыт, и — Николинька,3 тоже такой же смирный и добрый и ни то ни сё, как всегда.

Дела, как и у всех, были бы очень плохи, если бы не писанье и лес; тем и кормлюсь и тем собираюсь тебе платить. У меня теперь собрано тысяч восемь и в марте половине получу еще, так что хочу всё отдать тебе. Проценты же (сколько — с какого до какого? не знаю) я готов прислать, когда и сколько прикажешь. Эта и главная цель моего письма. Пожалуйста — у тебя все записки и ты всё записываешь — сочти всё и напиши мне, сколько я тебе должен капитала и сколько процентов.

Если ты не приедешь к нам в этот месяц, то в марте я привезу тебе все деньги. А теперь ты или приезжай, или напиши. Но напиши всё поподробнее, о себе и о всей семье. Ты пиши всё, что придет в голову, я уже всё пойму.

Л. Т.

21 февраля 1876.

Отрывок впервые опубликован в Г, II, стр. 244—245.

1 Рей — гувернер детей Толстых.

2 Константин Александрович Иславин.

3 Николай Валерианович Толстой.

241. С. С. Урусову.

1876 г. Февраля 21. Я. П.

Благодарю вас, дорогой друг, от всего сердца за то, что вы были у нас,1 и еще более за письмо ваше,2 такое, какие вы не часто пишете. Я был тронут этим письмом: видно, что вы меня248 249 истинно любите и вы, верно, не знаете, как я дорожу этим. О религиозных сомнениях не буду теперь писать вам, в особенности потому, что они теперь не так сильны, как обыкновенно, и что этому много содействовало и ваше пребывание у нас и в особенности ваше письмо: то, что вы не хотите опровергать и доказывать. Вы не поверите, как это сильно на нас действует. Вы, счастливые люди, верующие, обладаете душевной высотой, спокойствием, огромной силой ума, и вы говорите, что имеете это благо, но передать его не можете, но только желаете его нам. Я не верю в молитву и не могу молиться, но если правда то, чему вы верите, то вы можете молиться, и ваша молитва может быть услышана; и потому помолитесь о том, чтобы бог дал мне опору веры. На днях был у меня Бобринский, Алекс[ей] Павл[ович].3 Он очень замечательный человек и, как нарочно, разговор зашел о религии. Он горячий верующий, и его слова после вас имели на меня то же влияние, чувство зависти к той высоте и спокойствию, кот[орыми] вы обладаете. —

Сережа4 был в восторге от ваших книг и изучает их.5 Он и Rey пишут вам благодарственные письма. Rey в восхищении от вас, и я за это его еще более полюбил.

Книги те, о кот[орых] вы говорите, и еще некоторые (так как вы читаете их) посылаю с следующей почтой — не успел еще их отобрать.6

Передайте мой поклон княгине7 и благодарность за то, что она так добра к нам. Портреты девочек жена на днях вышлет.

Всей душой любящий вас Л. Толстой.

21 февраля.

Впервые опубликовано в «Вестнике Европы», 1915, № 1, стр. 13—14. Основание датировки см. в прим. к письму № 248.

1 С. С. Урусов в 1876 г. был в Ясной Поляне 16 января.

2 Письмо неизвестно. О нем Толстой упоминает в письме

№ 253.

3 Об Алексее Павловиче Бобринском (1826—1890) см. т. 47, прим. 1201.

4 Сергей Львович Толстой.

5 С. С. Урусов был автором нескольких математических пособий.

6 О каких книгах пишет Толстой, неизвестно, но 18 апреля С. С. Урусов писал: «Паскаля не посылайте, я куплю. Досадно, что ваши английские книга мы еще не начинали читать. Все еще идет чтение благочестивых книг, к числу коих причислили вашу Анну».

7 С. С. Урусов был женат на Надежде Афанасьевне Нестеровой.

249 250

242. Е. В. Львову.

1876 г. Февраля 29...марта 1. Я. П.

Ваше письмо очень порадовало меня, любезный князь, и огорчило. Порадовало, что вы оценили форму моих рассказов для народа, а огорчило то, что вы в продолжение, кажется, 5 лет, как вышли эти рассказы,1 нигде не встретили их и вместе с публикой считали меня или аферистом, для денег пишущим для народа, или дураком 50-летним, говорящим о том, чего он не знает. Я воевал с немецкой педагогией2 именно потому, что я большую часть жизни посвятил на это дело, что я знаю, как думает народ и народный ребенок, и знаю, как говорить с ним; и это знание не слетело мне с неба от того, что у меня талант (самое глупое, бессмысленное слово), а от того, что я и любовью и трудом приобрел это знание. Рассказы, басни, написанные в книжках, есть просеянное из в 20 раз большего количества приготовленных рассказов, и каждый из них был переделыван по 10 раз и стоил мне большего труда, чем какое бы ни было место из всех моих писаний. Еще больше труда мне стоила Азбука. Меня хвалили за всё, что я писал; но об одном, точно хорошем и полезном, что я сделал, об Азбуке и этих книжках, не сказано в печати ни единого неругательного слова. Вы прочли и оценили потому, что вы сами пишете и хотите писать, и потому, что у вас есть вкус и чутье. Но всякий с чутьем и вкусом, прочетший эти книжечки, скажет: «да, ничего, просто, ясно, кое-где все-таки нехорошо и фальшиво». И всякий, при чтении сказавший это, будет совершенно прав. Но пусть попробует кто-нибудь написать такие же рассказы, тот увидит, как трудно даются эти отрицательные достоинства, состоящие только в том, чтобы было просто, ясно, не было бы ничего лишнего и фальшивого.

Я пишу это всё вам потому, что мне кажется, что вы поняли это, и еще потому, что я думаю, что вы в состоянии написать так же и, может быть, и лучше. Только вы увидите, как это долго и как мало можно написать хорошего. Joseph de Maistre3 пишет своему королю в 12-м году длинное письмо о войне и Петербурге и кончает письмо так: Je prie Votre Majesté d’excuser la longueur de cette lettre. Je n’ai pas eu le temps de la faire plus courte4.

И когда вы станете употреблять время на то, чтобы делать вещи как можно короче (это первое правило), вы увидите, как250 251 это трудно. Книжечки вашей я все-таки не получил. Очень, очень прошу вас прислать мне ее. Мне очень это нужно.

Кавказский сборник5 я отдал знакомому, когда получу, то пришлю вам. Передайте наш с женою поклон княгине.6

Пожалуйста же, не забудьте обещание летом заехать к нам. Если буду в Москве, то буду у вас непременно.

Ваш Л. Толстой.


На конверте:

Москва, Собачья Площадка, дом Домбровского. Его высокоблагородию Николаю Михайловичу Нагорнову. Для передачи князю Евгению Владимировичу Львову.

Впервые опубликовано в юбилейном сборнике «Лев Николаевич Толстой», М. 1928, стр. 59—60. Датируется почтовым штемпелем отправления: «Тула 1 марта 1876 г.».

Евгений Владимирович Львов (1817—1896) — помещик Тульской губ. См. о нем т. 83, стр. 132. Ответ на неизвестное письмо Е. В. Львова, написанное им после ознакомления с «Русскими книгами для чтения» Толстого, вышедшими в ноябре 1875 г.

1 Первое издание «Азбуки» Толстого вышло в 1872 г. в четырех книгах, заключавших в себе и те рассказы и басни, которые составили впоследствии содержание «Книг для чтения».

2 «Война» Толстого с немецкой педагогикой началась еще в 1862 г. его статьями в журнале «Ясная Поляна» и продолжалась в 1874 г. в заседаниях Московского комитета грамотности, а более всего — в статье «О народном образовании».

3 Жозеф де Местр (1754—1821) — французский католический писатель, посланник сардинского короля при русском дворе. См. о нем т. 48.

4 [Прошу ваше величество простить меня за длинное письмо, у меня не было времени написать короче.] Имеется в виду письмо де Местра от 5/17 августа 1812 г. См. «Correspondance diplomatique de Joseph de Maistre 1811—1817, recueilliée et publiée par Albert Blanc», том I, Париж, 1860, стр. 156.

5 «Сборник сведений о кавказских горцах». См. письмо № 210.

6 Е. В. Львов был женат на Варваре Алексеевне Мосоловой.

* 243. H. М. Нагорнову.

1876 г. Февраля 29...марта 1. Я. П.

Посылаю вам, любезный Николай Михайлович, книжечку «Детства и Отр[очества]». Я вымарал на ней карандашом места, кот[орые] надо выпустить,1 и надписал на 1-й стр. цифры страниц,251 252 на которых помарки. Издать «Дет[ство] и Отр[очество]» надо так:

1) В двух частях: 1) Детство и 2) Отрочество.

(Это нужно потому, что по содержанию своему первая часть доступна более молодым детям, другая — старшим.)

2) В таком же, или еще лучше бы, в меньшем формате, с тем чтобы книжечки были потолще.

3) Бумага должна быть довольно толстая.

4) Цена должна2 быть от 50 до 60 к. за часть, или от 1 р. до 1 р. 20 к. за две. —

5) Продаваться должны отдельно и на обеих обертках — объявления.

Плана этого я не изменю. Вас же прошу, сообразно с этим планом, сделать расчет и прислать мне:

Сколько при двойной обертке и толстой бумаге обойдется издание и сколько нам будет оставаться.

О Войне и мире3 я ваши распоряжения вполне одобряю, но при этом надо еще сделать следующее:

Надо сделать расчет, сколько обойдется напечатание вновь недостающих томов и, если хоть что-нибудь останется, т. е. будет расчет, то иметь в виду это печатание, как скоро выйдут 1000.

Счеты за последние месяцы продажи, получения денег и т. д., пожалуйста, пришлите мне поскорее. И не сердитесь, что я настаиваю на этом. Les bons comptes font les bons amis,4 a мне нечего говорить, как я дорожу этим.

Пальто мои, пожалуйста, пришлите поскорее.

Напечатано ли хоть одно подробное объявление об Азбуке? Надо напечатать.

Посылаю на ваше имя письмо к Львову. Я не знаю его адреса. Пожалуйста, перешлите его.

Николинька всё это время жил у нас и совсем перестал кашлять. Нынче он едет домой.

У нас всё не благополучно. Жена всё продолжает хворать, а вчера так напугала нас припадком такой же боли, как и прежде, что я телеграфировал Чиркову,5 вызывая его. К утру стало лучше, и она сама телеграфировала, отказывая ему. И теперь не знаем, приедет ли он, или нет. Еще просьба. Передайте, пожалуйста, Дмитрию Алексеевичу,6 что в том, что я должен ему 600 р., нет никакого сомнения, и что я желаю заплатить252 253 их ему до его отъезда за границу. Когда они едут, и заедет ли он к нам. Я почему-то надеюсь, что заедет. Целую Варю и детей и дружески жму вам руку.

Л. Толстой.

На автографе неизвестной рукой поставлена дата: «1 марта 1876 г.», подтверждаемая словами: «посылаю письмо Львову» (на конверте которого почтовый штемпель: «1 марта 1876 г.», см. письмо № 242).

1 В текст повести «Детство» для издания 1876 г. Толстой внес некоторые стилистические исправления. В «Отрочестве» же, кроме стилистических поправок, исключены главы: VI — «Маша» и XVIII — «Девичья».

2 Первоначально было: может

3 См. письмо № 234, прим. 1.

4 [Счет дружбе не помеха,]

5 Телеграмма неизвестна.

6 Дмитрию Алексеевичу Дьякову.

244. А. А. Фету.

1876 г. Февраля 29...марта 1? Я. П.

Кажется, что я у вас в долгу письмом, дорогой Афанасий Афанасьич; но от этого мне все-таки не легче и все-таки хочется ваших писем и, главное, знать про вас. Все ли живы ли здоровы?

У нас всё не совсем хорошо. Жена не справляется с последней болезни — кашляет, худеет, и то лихорадка, то мигрень, то опять боли в животе. А потому и нет у нас в доме благополучия и во мне душевного спокойствия, которое мне особенно нужно теперь для работы. Конец зимы и начало весны всегда мое самое рабочее время, да и надо кончить надоевший мне роман. —

Напишите, пожалуйста, про себя и про брата Петра Аф[анасьевича], который очень меня интересует.1

Передайте наш поклон Марье Петровне и Оленьке. Я всегда надеюсь, что у вас расшатается какой-нибудь зуб в своей челюсти или в молотилке, и вы поедете в Москву, а я расставлю паутину на Козловке, да и поймаю вас.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано Фетом в «Русском обозрении», 1890, № 8, стр. 466. На автографе пометка А. А. Фета: «1 марта 1875 г.», явно ошибочная в части, касающейся года: «последняя болезнь» С. А. Толстой,253 254 о которой пишет Толстой, была в сентябре — ноябре 1875 г. Месяц же и число подтверждаются ответным письмом А. А. Фета от 8 марта.

1 П. А. Шеншин, заинтересовавшись национально-освободительным движением в Герцеговине (см. прим. 1 к письму № 273), в середине 1875 г. уехал туда. В начале 1876 г. А. А. Фет получил бумагу из канцелярии варшавского генерал-губернатора, из которой узнал, что брат его содержится в месте заключения «по неимению письменного вида». А. А. Фет немедленно послал на выручку Ф. Ф. Кауфмана и вернул брата домой (А. А. Фет, «Мои воспоминания», II, М. 1890, стр. 312—313).

А. А. Фет отвечал 8 марта: «...Если я воздерживался от писем к Вам, дорогой Лев Николаевич, то лишь щадя Каткова, публику и в том числе и себя. Когда человек строит и лепит такую великолепную храмину, как Ваш роман, то грех толкать под локоть».

245. А. А. Толстой.

1876 г. Марта 1? Я. П.

Уже более года я не имею от вас никаких известий, дорогая Александра Андреевна, и мне это тяжело, неприятно и грустно. Я помню, что писал вам,1 ждал ответа; потом просто ждал письма, потом досадовал, беспокоился, забывал и опять вспоминал. Я остановился на том, что у вас какое-нибудь горе и что вам не до меня; но недавно я узнал, что у вас всё по-старому (дай бог, чтобы это известие было справедливо), и пишу вам, чтобы узнать от вас, что с вами ничего дурного не случилось и что вы ни за что не сердитесь на меня и не писали только потому, что не приходило в голову. Пожалуйста, напишите мне словечко про себя и про всех ваших близких.

Моя жизнь идет по-старому, только с новыми потерями. Я писал вам о смерти тетушки Ергольской; с тех пор я похоронил трех детей меньших и родную тетку Юшкову, которая последнее время жила у нас. Иногда, и сейчас, окончивши письмо, мне приходит в голову, что вы за что-нибудь недовольны мной. Пожалуйста, если это так, напишите мне по совести.

Ваш Л. Толстой.

Печатается по тексту, опубликованному, с датой: «февраль — март 1876 г.», в ПТ, стр. 259. Местонахождение автографа неизвестно. Датируется на основании ответного письма А. А. Толстой от 6 марта.

1 См. письмо № 123.

Ответ А. А. Толстой см. в ПТ, стр. 259—262.

254 255

* 246. C. H. Толстому.

1876 г. Марта 1...16. Я. П.

Прикащик твой приехал утром, и потому я дал ему лошадь и послал в Тулу, чтобы он получил деньги из банка и отсрочил сам билеты. Посылаю тебе 998 и расписку Гриши,1 итого 1000.

Счеты наши следующие: по 1-е апреля процентов за 5 мес. (по 66 р. 60 к. за месяц) 330 р. и 300 Нагорнова, всего 630. — Следовательно 370 р. я заплатил тебе в счет капитала. Капитал же весь у меня готов, и 1-го апреля ты у меня возьми его.

По моему счету к апрелю я должен заплатить тебе 9,630 р.

Сочти, пожалуйста, хорошенько с своей стороны. Я думаю, что верно.

Тороплюсь отпустить в Тулу твоего прикащика. У нас все почти здоровы.

Сейчас пойду посмотрю, не найду ли чего-нибудь из книг послать тебе.

Год определяется упоминанием о «300 руб. Нагорнова»: летом 1875 г. H. М. Нагорнов взял у С. Н. Толстого 600 руб. на расходы, связанные с изданием «Новой азбуки»; месяц — письмом С. Н. Толстого, на которое Толстой отвечает и в котором он просит прислать «Русский вестник» за январь и февраль и «Русский архив» или «Русскую старину» за 1875 г., и упоминанием Толстого о том, что «1-го апреля» можно будет получить у него весь долг; число — на основании слов письма: «У нас все почти здоровы»: 17 марта С. А. Толстая снова заболела, значит, письмо написано до этого числа.

1 В автографе: Грише

247. H. Н. Страхову.

1876 г. Марта 8...9. Я. П.

Получил давно-давно и нетерпеливо-нетерпеливо ожидаемое письмо от вас, дорогой Николай Николаич. Что-то вы не в своей тарелке и не спокойны духом. Неужели это денежные1 дела друзей ваших вас так расстраивают. Вы не можете себе представить, как я желаю узнать ваше мнение о том, что я писал вам в последнем письме, и с какой уверенностью в твердости своей позиции я ожидаю вас и желаю сильной атаки, чтобы доказалась моя твердость.

Вот и всё. Будьте здоровы и деятельны.

Ваш Л. Толстой.255

256 Впервые опубликовано, по машинописной копии, в «Литературном наследстве», т. 37—38, М. 1939, стр. 166. Датируется на основании пометки на автографе: «1876 года Ясн. 9 марта». Ответ на письмо Страхова от 5 марта 1876 г.

1 В письме от 5 марта Страхов писал о волнующих его семейных (а нe денежных) делах его друзей.